Welcome to Scribd, the world's digital library. Read, publish, and share books and documents. See more
Download
Standard view
Full view
of .
Look up keyword
Like this
1Activity
0 of .
Results for:
No results containing your search query
P. 1
Сад радостей земных

Сад радостей земных

Ratings: (0)|Views: 6 |Likes:
Published by andyjk

More info:

Published by: andyjk on Dec 04, 2012
Copyright:Attribution Non-commercial

Availability:

Read on Scribd mobile: iPhone, iPad and Android.
download as PDF, TXT or read online from Scribd
See more
See less

07/25/2013

pdf

text

original

 
 Джойс Кэрол ОутсСад радостей земных
ТУПИКИ И ПРЕОДОЛЕНИЯ
Произведения, вошедшие в этот том, были заметными событиями американскойлитературной жизни 60-х годов. Несхожие по характеру центральных коллизий и поособенностям построения рассказа, они, однако, несут на себе ясный отпечаток настроений инадежд той эпохи, когда были созданы и «Кентавр», и «Ферма», и «Сад радостей земных».Хронологически они умещаются на небольшом пространстве в пять лет: «Кентавр» былнапечатан в 1962 году, роман Оутс – в 1967, а «Ферма» (1965) пришлась как раз посерединемежду ними. Эта близость во времени существенна. Ею определяется объективное созвучиепроблематики всех трех книг, как ни очевидны различия творческих индивидуальностейОутс и Апдайка.Для обоих этих писателей 60-е годы явились порой художественного становления.Правда, Джон Апдайк (род. в 1932 г.) был замечен даже раньше. Новеллы, написанные имеще на студенческой скамье и составившие первую книгу прозы – «Та же дверь» (1958),позволяли говорить о крупном даровании. А роман «Ярмарка в богадельне» (1959) закрепилза Апдайком складывающуюся репутацию едва ли не самого талантливого из тогдашнихлитературных дебютантов. Но подлинное признание пришло лишь с появлением книги«Кролик, беги!» (1960), которой открылся продолжаемый Апдайком и сегодня цикл романово неприметном, «среднестатистическом» обывателе, чья социальная биография отражаетхарактерные черты американской жизни последних десятилетий. «Кентавр» и «Ферма»сделали Апдайка известным далеко за пределами Америки.Джойс Кэрол Оутс (род. в 1938 г.) тоже начинала новеллами, собранными в книжке«Через Северные ворота» (1963). Первые произведения Оутс не имели успеха, но с выходомв свет «Сада радостей земных» о ней заговорили всерьез – как о художнике, воспринявшемлучшие традиции литературы «красных тридцатых» и способном их продолжить иобогатить. Роман Оутс «Их жизни» (1969) укрепил связываемые с нею ожидания и был посправедливости оценен как свидетельство творческой зрелости.Соприкоснувшись в 60-е годы, пути Апдайка и Оутс затем далеко разошлись. Вследующем десятилетии оба прозаика пережили затяжной спад. Обоим пришлось выслушать
 
немало горьких – и не лишенных основания – упреков со стороны критики, разочарованнойих новыми книгами. Говорилось об измельчании конфликтов, стереотипности персонажей,шаблонности художественного мышления, отличавшей произведения, которые онипубликовали, словно бы и не заботясь о поддержании завоеванного престижа.Действительно, были у обоих срывы и даже провалы. Такие, к примеру, как романАпдайка «Месяц безделья» (1974), поразивший читателей схематичной прямолинейностьюизображения быта и нравов провинциального захолустья, куда затухающими отголоскамидокатились идеи многочисленных «революций сознания», прошумевших на Западе летпятнадцать назад. Или почти друг от друга неотличимые книги Оутс – «Убийцы» (1975),«Сын утра» (1979), «Бельфлер» (1980), где речь шла о «темной стороне» души, одержимойдемонами извращенности и страхом перед жизнью.Разочарованная этими неудачами критика порой вообще не упоминала Апдайка и Оутс, размышляя о состоянии и перспективах современного американского романа. В центревнимания оказывались другие имена – Уильям Стайрон, Джон Гарднер, Джозеф Хеллер…Это пренебрежение отдавало предвзятостью, хотя как будто для него и былодостаточно причин. Предвзятость стала очевидной после того, как в 1981 году появилсятретий том цикла о Кролике, а Оутс почти одновременно выпустила роман «Ангел света»,насыщенный острыми социальными коллизиями и опровергший слишком поспешныевыводы о ее литературном банкротстве. Впрочем, и в кризисные для обоих писателей годычувствовалось в их творчестве стремление осмыслить проблематику злободневную изначительную, пусть эти попытки не увенчивались успехом.Направленность интересов двух писателей не совпадала. Апдайк все явственнеетяготел к саркастическому изображению обмещанившейся «одноэтажной» Америки, с еечистенькими, благоустроенными городками и пригородами, населенными людьми, внешнепреуспевающими, а по сути глубоко несчастными и тщетно пытающимися любым способомизбавиться от всеобщей стандартизации, которой сами они бездумно подчинялись годами.Знакомый нашим читателям роман «Давай поженимся» (1975) был для Апдайка лишь однимиз этюдов к этой современной истории нравов и понятий «потребительского общества», вкотором глохнут лучшие человеческие устремления, а жизнь подменена бытом – сытым,скучным и пошлым.В трилогии, посвященной Кролику, позиция человека, обменявшего свое правосвободного индивидуального развития на ничтожное бытие благоденствующего обывателя иконформиста, была исследована многогранно и глубоко. Оказалось, что здесь есть иматериал для сатиры, и драматическое содержание, которое таит в себе подобноесамоуничтожение личности, обманутой фетишами сиюминутного житейского успеха. Вотэта социальная зоркость особенно ощутима в романе «Кролик разбогател».А будущее Оутс вплоть до самого последнего времени казалось и вовсе безотрадным.Роман «Сделай со мной, что захочешь» (1972) – типичная для США история духовныхкатастроф, к которым приводит индивидуализм, был произведением и актуальным, изначительным. Но уже и в нем ощущались кризисные черты творчества Оутс. В дальнейшемона вновь и вновь описывала частные, как правило, глубоко интимные драмы личности,обычно и существующей как бы вне времени и пространства, погруженной всамосозерцание. Не так уж сложно понять, отчего в романах Оутс возобладал именно этот ракурс изображения. Поверхностный мистицизм, культ всего необычного и странного – радисамой необычности, нестандартности, словно она освобождает от давления бесцветнойамериканской повседневности, – это интеллектуальное поветрие минувшего десятилетия привсей своей легковесности оказалось для Оутс необычайно притягательным.Впрочем, отголоски идей и побуждений, характерных для 60-х годов, можно было различить и в неудавшихся книгах Оутс. Исподволь происходила становление новогохудожественного качества, которое дало себя почувствовать в «Ангеле света». Здесь рассказана история драматическая, а в то же время достаточно заурядная для американскойдействительности: несчастный случай на поверку оказывается убийством по политическим
 
мотивам, и дети погибшего – почти подростки – решают отомстить за смерть отца, хотя кзаговору против него была причастна их собственная мать. Сюжеты прежних произведенийОутс бывали не менее жестокими. Но на этот раз Оутс не удовольствовалась изображениемполубезумного мира будничности и нездоровых грез, которые он возбуждает. Заперипетиями фабулы романа обнаружились проблемы подлинно современные иневымышленно сложные.«Ангелом света» назвал писатель и философ прошлого века Генри Дэвид Торо одногоиз героев борьбы против рабовладения Джона Брауна, поднявшего восстание за два года дотого, как началась Гражданская война. Он был казнен – и стал героем песни, с которой шли вбой солдаты северян. Для юных персонажей Оутс, как и для Джона Брауна, идеаломстановится гражданская справедливость. Расследуя катастрофу, в которой погиб их отец, ониубеждаются, что речь идет о расправе. Человеку мстят за то, что он имел смелость выступитьс обличениями роли ЦРУ в чилийской трагедии. На пустынном шоссе сводят давние счеты:подстроенной аварией заканчивается длительная история нескольких людей, которыхсвязывали отношения товарищества, пока различие взглядов, принципов, убеждений несоздало между ними непреодолимый барьер. И, восстанавливая отразившуюся в их судьбаххронику послевоенной американской жизни с ее накаляющимся конфликтом конформизма, содной стороны, моральной озабоченности – с другой, Оутс заставляет своих героевбескомпромиссно определить собственное место в этом конфликте. Нравственная ситуацияприобретает характер отчетливо социальный, а образ Джона Брауна, незримоприсутствующий на страницах книги, ясно говорит о том, какого рода духовнымпобуждениям отдано авторское сочувствие. Пожалуй, еще никогда так настойчиво незвучала у Оутс мысль о том, что лишь сознание своего общественного и морального долгапозволит человеку преодолеть чувство обреченности и занять твердую позицию во всехмучительных коллизиях американской жизни.«Ангел света» – книга, как бы вобравшая в себя все основные мотивы творчества Оутс,но придавшая им ту идейную четкость, которой так недоставало иным произведениямписательницы. Читая эту книгу, нельзя не ощутить, насколько властно над Оутсумонастроение, типичное для поры ее писательского дебюта. Ведь центральная мысль, или,точнее сказать, главное побуждение Оутс (а отчасти и Апдайка), – неприятие плоскихутилитарных принципов, унылого рационализма и всего тягучего «нормального» бытасреднего американца, доверчивого к россказням насчет безоблачного счастья, котороепринес с собой потребительский рай. А это побуждение прежде всего и определялоинтеллектуальную атмосферу 60-х годов в США, да и едва ли не повсюду на Западе. Оностановилось основным стимулом для веяний протеста, или «контестации», как нимногообразно они проявлялись – от студенческих беспорядков до быстро растущих коммунхиппи, от наивных программ «терапии сознания» до серьезной критики системы ценностейбуржуазного мира.Ни Оутс, ни Апдайк не были связаны с движением «контестации» впрямую. Но для нихобоих важнейшее значение имел круг идей, заявленных этим движением, и вся социальная иэтическая проблематика, которую оно сделало повышенно актуальной.Предпринятая в 60-е годы попытка радикального обновления духовных ориентиров инравственного самочувствия американского общества не удалась. Раздираемое острейшимивнутренними противоречиями, движение «контестации» сошло со сцены, обрекая наидейный кризис тех философов, культурологов, писателей, которые с чрезмернымэнтузиазмом восприняли его расплывчатые лозунги. Такова была и судьба Оутс.Апдайк, достаточно скептически относившийся к реальным возможностям, которыеоткрывались даже в пору апогея «контестации», с меньшими потерями пережил ее закат.Правда, и в его творчестве тот резкий перелом общественного настроения, который былотмечен за океаном к началу 70-х годов, отозвался по-своему ощутимо, придав отчетливыйпривкус нигилизма некоторым произведениям, созданным Апдайком в тот период.Все это, однако, не поколебало приверженности обоих писателей к тому духовному

You're Reading a Free Preview

Download
scribd
/*********** DO NOT ALTER ANYTHING BELOW THIS LINE ! ************/ var s_code=s.t();if(s_code)document.write(s_code)//-->