Welcome to Scribd, the world's digital library. Read, publish, and share books and documents. See more
Download
Standard view
Full view
of .
Look up keyword
Like this
2Activity
0 of .
Results for:
No results containing your search query
P. 1
Psi Cerkvi

Psi Cerkvi

Ratings: (0)|Views: 46 |Likes:
Published by common_ru

More info:

Published by: common_ru on Jul 03, 2009
Copyright:Attribution Non-commercial

Availability:

Read on Scribd mobile: iPhone, iPad and Android.
download as RTF or read online from Scribd
See more
See less

09/03/2013

 
Цепные псы церкви. Инквизиция на службе Ватикана
Эта книга рассказывает об инквизиции в прошлом и в наши дни. МайклБейджент и Ричард Ли убедительно демонстрируют, какими«иезуитскими» способами католическая церковь распространяла своевлияние, жестко контролируя сакральную информацию ибеззастенчиво манипулируя идеями, которые угрожали основам еедеятельности. Она всегда настойчиво требовала беспрекословногопослушания от своих прихожан, используя широкий набор средстввоздействия – от анафемы и Индекса запрещенных книг дооткровенного насилия и махинаций со священными реликвиями.Методология запугивания и контроля, отточенная «цепными псамиВатикана», оказалась так эффективна, что в свое время ее охотновзяли на вооружение гестапо и НКВД.В фокусе интереса авторов – борьба инквизиции с катарской ересью итамплиерами, масонством и розенкрейцерами, иудаизмом и исламом.По мнению исследователей, инквизиция и родственные ейорганизации, «ватиканские секретные спецслужбы», представляющиезначительную силу в западном мире, до сих пор активно используютсяцерковью в борьбе за мировое господство – как духовное, так иполитическое.
Майкл Бейджент, Ричард ЛиЦепные псы церквиВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ
Минуло пятнадцатое столетие, и Иисус вернулся. Он появился вИспании, на улицах Севильи. О Его приходе не возвещали ни фанфары,ни хоры ангелов, ни сверхъестественные чудеса, ни удивительныеявления в небе. Нет, Он явился «тихо» и «незаметно». И, однако,прохожие быстро узнали Его, неодолимо устремились к Нему, окружилиего, последовали за Ним. Он смиренно шел среди них с тихой улыбкой«бесконечного сострадания», простирал к ним руки, благословлял их, ичудесным образом прозрел старик из толпы, слепой с детских лет.Народ плакал и целовал землю у Его ног, а дети бросали перед Нимцветы, пели и возглашали Ему осанну. Он остановился на папертисобора, в который с плачем вносили детский открытый белый гробик. Внем, вся в цветах, лежала семилетняя девочка, единственная дочьодного знатного горожанина. Подстрекаемая толпой, безутешная матьобратилась к Пришельцу и стала умолять Его воскресить ее мертвоедитя. Процессия остановилась, гробик опустился на паперть к Егоногам. «Девочка, встань!» – тихо произнес Он, и девочка тотчас села ипосмотрела, улыбаясь, вокруг удивленными раскрытыми глазами, всееще держа в руках букет белых роз, с которым она лежала в гробу.Это чудо наблюдал проходивший мимо собора со своей стражей самкардинал великий инквизитор – «девяностолетний почти старик,высокий и прямой, с иссохшим лицом, со впалыми глазами, но изкоторых еще светился, как огненная искорка, блеск». Столь велик былужас, который он внушал народу, что, несмотря на столь
 
исключительные обстоятельства, толпа немедленно раздвинуласьперед стражами, когда те, выполняя молчаливый приказ старогопрелата, среди вдруг наступившего гробового молчания наложили наПришельца руки и увели Его в тюрьму. Таково начало «Притчи о великом инквизиторе» Ф. М. Достоевского,более или менее самостоятельного двадцатипятистраничногоповествования, включенного в более чем 800 страниц романа «БратьяКарамазовы», впервые опубликованного в виде отдельных частей вмосковском журнале в 1879-1880 годах. Истинный смысл притчираскрывается в том, что следует за драматической прелюдией. Ибочитатель, разумеется, ожидает, что великий инквизитор должнымобразом ужаснется, когда выяснит подлинную личность своего новогопленника. Этого-то, однако, и не происходит. Когда великийинквизитор приходит в темницу к Иисусу, становится ясно, что он дажеслишком хорошо знает, кто его узник, но это знание не останавливаетего. Во время продолжительного философско-теологического диспута,который следует за этим, старый инквизитор остается непоколебим всвоем убеждении. В Писании Иисус искушаем дьяволом в пустынеобещанием земного могущества, преклонения, мирской или светскойвласти над людьми. Теперь, спустя полторы тысячи лет, Онсталкивается с теми же самыми искушениями. Когда Он не уступаетим, великий инквизитор обрекает его на сожжение на костре.Иисус в ответ лишь молча приближается к старику и тихо целует его взнак прощения. Вздрогнув, старик – поцелуй «горит на его сердце» –отворяет дверь тюрьмы и говорит ему «Ступай и не приходи более… неприходи вовсе… никогда, никогда!» Выпущенный в темноту, пленникисчезает, чтобы никогда больше не появиться. А великий инквизитор,полностью отдавая себе отчет в том, что только что произошло,продолжает следовать своим принципам, продолжает насаждать своецарство террора, посылать на костер другие жертвы – нередкозаведомо невинные.Как можно увидеть из этого, возможно, чересчур упрощенного,пересказа, великий инквизитор Достоевского не глупец. Напротив, ондаже излишне хорошо знает, что делает. Он знает, что несет на своихплечах тягостную и изнурительную обязанность – поддерживатьгражданский порядок, утверждать власть Церкви, основанной во имятого, кого он только что был готов отправить на казнь. Он знает, чтоЦерковь, основанная во имя этого человека, с учением самого этогочеловека в конечном счете несовместима. Он знает, что Церковь сталаавтономной силой, устанавливающей и вершащей законы, что онабольше не отдает кесарю кесарево, но узурпирует принадлежащее емуи правит своим царством. Он знает, что ему поручена роль блюстителяи основателя этого царства. Он знает, что провозглашаемые им в этомкачестве эдикты и постановления, несомненно, навлекут на него то,что, как предуказывает его собственная теология, будет его вечнымпроклятием. Словом, он понимает, что служит злу. Потому как знает,что, встав под знамена власти мирской и преходящей и искушая Иисусаподобной властью, он оказывается заодно с дьяволом, что он и дьявол –одно лицо. Со времени первого выхода в свет «Братьев Карамазовых»
 
великий инквизитор Достоевского закрепился в нашем коллективномсознании как канонический образ и олицетворение инквизиции.Мы можем понять мучительную дилемму престарелого прелата. Мыможем восхищаться сложностью его характера. Мы даже можемуважать его за готовность принять личное мученичество, за то, что онсам себя обрекает на вечные муки во имя института, который полагаетболее великим, чем он сам. Мы также можем уважать его за егореализм в понимании людей и полное отсутствие иллюзий, за земнуюмудрость, распознающую законы и механизмы мирской власти.Некоторые из нас вполне могут задаться вопросом, а не пришли бы мык необходимости поступать так же, как он, будь мы на его месте и сгрузом его обязанностей на плечах. Однако несмотря на всютерпимость, несмотря на все понимание, возможно, сочувствие ипрощение, которые мы можем найти для него в своей душе, нельзяизбежать сознания того, что он с точки зрения любых моральныхстандартов честности в корне своем порочен и что институт,представленный в его лице, воздвигнут на чудовищном обмане илицемерии. Насколько точен и правдоподобен портрет, нарисованныйДостоевским? Насколько правдиво изображенная в притче фигураотражает реальный исторический институт? И если инквизицию,олицетворяемую престарелым прелатом Достоевского, действительноможно равнять с дьяволом, то в какой мере это можно распространятьна Церковь в целом? Для большинства людей сегодня любоеупоминание об инквизиции предполагает инквизицию в Испании.Обращаясь к институту, который отражает Римско-католическуюцерковь в целом, Достоевский тоже прибегает к образу испанскойинквизиции. Но инквизиция в том виде, в каком она существовала вИспании и Португалии, была уникальностью этих стран – и, по сутидела, подотчетна короне по крайней мере в такой же степени, как иЦеркви.Это не должно внушать мысль, что в других местах инквизиция несуществовала и не вела свою деятельность. Она существовала. Однакопапская (или римская) инквизиция – под каковым названием она былаизвестна сначала неформально, затем официально – отличалась отинквизиции Иберийского полуострова. В отличие от своих аналогов сИберийского полуострова, папская или римская инквизиция не былаподконтрольна какому-либо светскому монарху. Действуя напространстве всей остальной Европы, она была подотчетна толькоЦеркви.Созданная в начале тринадцатого века, она опередила испанскуюинквизицию примерно на 250 лет. Она же и дольше просуществовала,чем ее аналоги с Иберийского полуострова. Если инквизиция в Испаниии Португалии была упразднена к третьему десятилетиюдевятнадцатого столетия, папская – или римская – инквизиция выжила.Она существует и продолжает активно функционировать даже сегодня.Правда, действует она под новым, менее позорным и опороченнымназванием. Под своим нынешним более благопристойным именемКонгрегации доктрины веры она по-прежнему играет заметную роль вжизни миллионов католиков по всему земному шару.

Activity (2)

You've already reviewed this. Edit your review.
1 thousand reads
1 hundred reads

You're Reading a Free Preview

Download
scribd
/*********** DO NOT ALTER ANYTHING BELOW THIS LINE ! ************/ var s_code=s.t();if(s_code)document.write(s_code)//-->