Welcome to Scribd, the world's digital library. Read, publish, and share books and documents. See more
Download
Standard view
Full view
of .
Look up keyword
Like this
11Activity
0 of .
Results for:
No results containing your search query
P. 1
Борис Перчаткин. Огненный тропы.

Борис Перчаткин. Огненный тропы.

Ratings: (0)|Views: 3,425 |Likes:
Published by English speaker
Известный защитник веры в Иисуса Христа, пресвитер церкви христиан евангельской веры города Находка, секретарь Совета Церквей ХЕВ Борис Перчаткин рассказывает про борьбу народа Божьего за право выезда из СССР по причине гонения на верующих со стороны безбожной, коммунистической власти. Брат Борис один из первых 43 человек, что выехали в США в 1988 году, с которых начался исход более 500 тысяч гонимых верующих из бывшего СССР.
Известный защитник веры в Иисуса Христа, пресвитер церкви христиан евангельской веры города Находка, секретарь Совета Церквей ХЕВ Борис Перчаткин рассказывает про борьбу народа Божьего за право выезда из СССР по причине гонения на верующих со стороны безбожной, коммунистической власти. Брат Борис один из первых 43 человек, что выехали в США в 1988 году, с которых начался исход более 500 тысяч гонимых верующих из бывшего СССР.

More info:

Published by: English speaker on Jan 06, 2010
Copyright:Attribution Non-commercial Share Alike

Availability:

Read on Scribd mobile: iPhone, iPad and Android.
download as PDF or read online from Scribd
See more
See less

09/10/2010

 
Борис Перчаткин. Огненные тропы
Эта книга посвящается моему дорогому сыну Олегу, пилоту, погибшему вавиакатастрофе.
Глава
 
1 Слуга
 
сатаны
Ты
 
в
 
наших
 
руках, и
 
твой
 
Бог
 
тебе
 
не
 
поможет. Ты
 
веришь
 
в Бога, а
 
 я
 
верю
 
ислужу 
 
сатане. Да, да, я
 
действительно
 
служу сатане. Посмотри
 
вокруг,посмотри, что
 
делается
 
в
 
мире, везде
 
и
 
во
 
всем
 
ты
 
 увидишь
 
победу 
 
сатаны.Понятия
 
зло
 
и добро
 
- понятия
 
относительные, это
 
с
 
какой
 
стороны
 
смотреть.То, что
 
ты
 
считаешь
 
добром, в
 
действительной
 
жизни оказывается
 
злом, инаоборот. Поэтому, за
 
кем, победа, за тем, и
 
истина, и
 
понятие
 
истины
 
будетза
 
победителем. Где
 
ты видел, чтобы
 
добро, в
 
том
 
виде
 
как
 
ты
 
его
 
понимаешь,победило
 
в
 
мире
 
зло? Да
 
и
 
зло
 
в
 
твоем
 
представлении неверно, в
 
жизни
 
зловсегда
 
становится
 
добром
 
и
 
правдой. Посмотри
 
на
 
карту, и
 
он
 
показал
 
мне
 
накарту 
 
мира, висящую на
 
стене
 
напротив
 
меня, - не
 
очень
 
давно
 
мы
 
былималенькой точкой
 
на
 
карте, а
 
сейчас
 
пол
 
мира
 
красного, и
 
мы
 
движемся, иникакой
 
Бог
 
нас
 
остановить
 
не
 
может. А 
 
если
 
бы
 
мы
 
были неправы, если
 
бысатана
 
не
 
был
 
с
 
нами, имели
 
бы
 
мы
 
такой успех? Он
 
взял
 
ручку 
 
и, как
 
 учительгеографии, стал
 
показывать мне:- Смотри, как
 
мы
 
двигались
 
и
 
изгоняли
 
Бога, - его
 
ручка заскользила
 
покарте, - везде, где
 
мы
 
прошли, мы
 
изгнали
 
Бога, так
 
что
 
сатана
 
сильнее
 
Бога,и
 
 я
 
служу 
 
этой
 
силе. Во
 
время разговора
 
он
 
вставал, садился, и
 
егогипнотизирующие
 
глаза ни
 
на
 
секунду 
 
не
 
отрывались
 
от
 
меня. Я
 
посмотрел
 
в
 
глаза
 
следователю
 
и
 
подумал, что
 
сам сатана
 
говорит
 
со
 
мной.- Кто
 
вы? - спросил
 
 я.- Полковник
 
Истомин, следователь
 
по
 
особо
 
важнымделам, политический
 
отдел
 
КГБ. Да, кстати, я
 
вел
 
дела
 
Сергея Ковалева(ученый-генетик, осужденный
 
в
 
1975 году 
 
за правозащитную
 
деятельность.После
 
падения
 
коммунизма
 
был председателем
 
Комитета
 
по
 
правамчеловека
 
Парламента России
 
- Государственной
 
Думы), АлександраГинзбурга
 
(Один из
 
первых
 
диссидентов
 
в
 
Советском
 
Союзе, триждыосужденный
 
за
 
антисоветскую
 
деятельность. В
 
1979 году, Гинзбург
 
ибаптистский
 
пастор
 
Георгий
 
Винс
 
были
 
обменены на
 
советских
 
шпионовЭнгера
 
и
 
Черняева. После
 
обмена работал
 
редактором
 
парижской
 
газеты"Русская
 
мысль"). И многих
 
других
 
твоих
 
единомышленников. Надеюсь, тыобо
 
мне слышал
 
и
 
понимаешь, что
 
 я
 
приехал
 
из
 
Москвы
 
не
 
просто
 
на тебяпосмотреть. Я, конечно, слышал, кто
 
такой
 
полковник
 
Истомин
 
и
 
не ожидал, что
 
КГБпридает
 
моему 
 
делу 
 
такое
 
значение, но
 
понял, что
 
 ломать
 
меня
 
будутбеспощадно.Два
 
предыдущих
 
месяца
 
следствия
 
под
 
руководством подполковникаКузьмина, две
 
пытки
 
химическим
 
раствором
 
и десятки
 
часов
 
проведенных
 
в"стаканах" - ничто
 
по
 
сравнению с
 
тем, что
 
меня
 
ждет. Истомин
 
прервал
 
моиразмышления:
 
- Ну, а
 
теперь, ближе
 
к
 
делу. Нас
 
интересует, как
 
и
 
через кого
 
ты
 
передавалинформацию
 
за
 
границу?
-
 Я
 
отказываюсь
 
отвечать
 
на
 
этот
 
вопрос.
-
Знаком
 
 ли
 
тебе
 
американский
 
дипломат
 
Роберт
 
Прингл, котороговыслали
 
из
 
СССР
 
как
 
агента
 
ЦРУ?
-
С
 
агентами
 
ЦРУ 
 
 я
 
не
 
знаком, естественно, никакой информации
 
импередавать
 
не
 
мог, да
 
и
 
ЦРУ 
 
отношения
 
к религии
 
в
 
СССР
 
не
 
имеет.
-
Об
 
информации
 
мы
 
поговорим
 
позже. Я
 
тебе
 
все представлю, что
 
тыпередавал
 
за
 
границу, а
 
сейчас
 
меня интересует, как
 
ты
 
познакомился
 
сПринглом, при
 
каких обстоятельствах? Передавал
 
 ли
 
через
 
негоинформацию? Какую
 
информацию
 
и
 
как?
-
Кого
 
знаю
 
из
 
дипломатов, не
 
считаю
 
нужным
 
объяснять вам.- Это
 
не
 
ответ. Мне
 
нужен
 
ответ: да
 
или
 
нет. - Я отказываюсь
 
отвечать
 
на
 
этотвопрос. - Хорошо, пойдем дальше. Что
 
тебе
 
известно
 
про
 
американскихдипломатов
 
- Хадсона
 
и
 
Джо
 
Прэсэла?
-
Отвечай
 
быстро, не
 
думай, не
 
думай!
-
Отказываюсь
 
отвечать.
-
Тогда
 
 я
 
тебя
 
загружу 
 
еще, чтобы
 
прочистить
 
мозги. Нам известно, что
 
тывошел
 
в
 
преступный
 
контакт
 
с
 
ответственным работником
 
КГБ
 
и
 
получал
 
отнего
 
оперативную
 
информацию государственной
 
важности. При
 
твоих
 
связяхс
 
иностранными дипломатами
 
и
 
при
 
той
 
информации, какую
 
ты
 
могполучать
 
и передавать, что
 
за
 
это
 
бывает, тебе
 
объяснять
 
не
 
надо, так
 
чторазгружайся. Чистосердечное
 
признание
 
и
 
сотрудничество
 
со следствиемсмягчает
 
вину. Надеюсь, ты
 
понял, что
 
мы
 
знаем каждый
 
твой
 
шаг, но
 
даемтебе
 
шанс
 
раскаяться
 
и добровольно
 
все
 
рассказать. Имей
 
в
 
виду, от
 
менямного зависит. На
 
сегодня
 
хватит. У 
 
тебя
 
есть, о
 
чем
 
подумать.В
 
дверях
 
появился
 
 уже
 
знакомый
 
конвой
 
- два
 
прапорщика КГБ. Одинмолодой, лет
 
двадцати
 
восьми, небольшого
 
роста, но
 
могучего
 
телосложения.Второй, худощавый
 
старик, среднего
 
роста, с
 
 лицом
 
болезненного
 
вида, нооба, как
 
будто похожи
 
чем-то. Имен
 
их
 
 я
 
так
 
и
 
не
 
 узнал
 
- не
 
положено.- Руки
 
назад, за
 
спину! Не
 
поворачиваться! Не разговаривать! Шаг
 
вправо,шаг
 
влево, считаю
 
побег! Стреляю
 
без
 
предупреждения! - скомандовалстарик, и
 
мы двинулись
 
по
 
коридору 
 
тюрьмы
 
КГБ
 
города
 
Владивостока.Мы
 
шли
 
по
 
коридору, в
 
котором
 
направо и
 
налево находились
 
следственныекабинеты. На
 
некоторых
 
из
 
них висели
 
таблички: "Не
 
стучать! Не
 
входить!Ведется
 
дознание иностранного
 
агента!". В
 
этих
 
кабинетах
 
допрашиваликитайских
 
перебежчиков. После
 
следственных
 
кабинетов, по правую
 
сторону начинались
 
отсеки
 
с
 
камерами. Пока
 
идешь
 
по коридору 
 
нет
 
ощущения, что
 
ты
 
находишься
 
в
 
тюрьме, только присутствие
 
конвоя
 
напоминает
 
об
 
этом
 
итолько
 
свернув
 
в отсек
 
начинаешь
 
чувствовать, что
 
ты
 
в
 
тюрьме. По
 
 левойстороне, четыре
 
камеры-одиночки. Сколько
 
было
 
отсеков
 
с камерами
 
дальше я
 
так
 
и
 
не
 
 узнал. В
 
тюрьме
 
КГБ
 
 я
 
был
 
всегда
 
в одном
 
и
 
том
 
же
 
отсеке
 
и
 
в
 
однойи
 
той
 
же
 
камере
 
номер
 
3.Это
 
было
 
помещение
 
два
 
на
 
три
 
метра
 
и
 
высотойоколо
 
двух с
 
половиной
 
метров. Под
 
самым
 
потолком
 
окно
 
такого
 
размера,чтобы
 
в
 
него
 
не
 
мог
 
пролезть
 
человек. Стекло
 
матового
 
цвета, с вплавленнойпроволочной
 
решеткой. Я
 
всегда
 
 удивлялся: зачем вообще
 
нужно
 
такое
 
окно,все
 
равно
 
через
 
него
 
ничего
 
не увидишь, и
 
через
 
него
 
почти
 
не
 
проникал
 
свет.Камеры
 
КГБ
 
отличаются
 
высокой
 
изоляцией
 
от
 
внешнего мира. Тишинатакая, что
 
аж
 
в
 
 ушах
 
звенит. И
 
ты
 
никогда
 
не знаешь, есть
 
 ли
 
кто
 
в
 
соседнейкамере
 
или
 
нет. Я
 
 лег
 
на
 
нары
 
и
 
стал
 
вспоминать.
Глава
 
2 Владивостокская
Рано
 
 утром
 
18 августа
 
1980 года
 
 я
 
шел
 
на
 
работу. Агенты КГБ
 
окружили
 
меняполукольцом
 
- слева, справа, сзади. Я
 
не мог
 
повернуть
 
ни
 
назад, ни
 
всторону. Я
 
был, как
 
загнанный олень, которого
 
гонят
 
охотничьи
 
собакитолько
 
вперед, только на
 
охотника, только
 
на
 
выстрел. И
 
 я
 
шел
 
вперед.Откуда-то сбоку 
 
неожиданно
 
выскочила
 
машина, резко
 
остановилась рядомсо
 
мной. Из
 
нее
 
выскочили
 
три
 
человека. Один
 
из
 
них сунул
 
мне
 
в
 
 лицокакую-то
 
бумагу 
 
и
 
сказал: "Ваша
 
деятельность закончена. Вы
 
арестованы".Везли
 
меня
 
во
 
Владивосток
 
спецконвоем, сто
 
пятьдесят километров
 
втюремной
 
машине. Везли, как
 
зверя
 
в стальной
 
клетке. Клетка
 
на
 
одногочеловека. Усиленный конвой, три
 
офицера. Пистолеты
 
 у 
 
всех
 
наготове.Конвой, как
 
для
 
особо
 
опасного
 
преступника. На
 
этот
 
раз
 
бежатьневозможно. Я
 
с
 
тоской
 
смотрю
 
из
 
клетки
 
в
 
маленькую
 
щель. До
 
боли знакомые
 
пейзажипролетают
 
передо
 
мной. Проезжаем
 
бухту, наполненную
 
торговыми
 
судами.Сколько
 
раз
 
 я
 
проезжал
 
по этой
 
дороге, сколько
 
раз
 
проходил
 
по
 
ней,сколько
 
раз смотрел
 
на
 
эту 
 
бухту... Бухта
 
кончилась, машина
 
вылетает
 
загород, город
 
в
 
котором
 
осталась
 
моя
 
семья, - и
 
 я
 
сразу почувствовал, какоборвалось
 
и
 
застыло
 
время. Теперь
 
с прошлым
 
меня
 
будут
 
связывать
 
тольковоспоминания. Для
 
меня началась
 
новая
 
жизнь, начался
 
отсчет
 
новоговремени. Волей Бога
 
 я
 
поставлен
 
на
 
неведомую
 
тропу, которую
 
еще
 
не
 
знаю.Как
 
хочется
 
знать, какой
 
длины
 
эта
 
тропа?К 
 
тюремным
 
воротам
 
подъехали
 
вечером. Начальник конвоя
 
о
 
чем-топереговорил
 
с
 
охраной. Огромные, глухие железные
 
ворота
 
раздвинулись.Перед
 
нами
 
оказались вторые, такие
 
же
 
ворота. Как
 
только
 
машина
 
въехала,ворота с
 
 лязгом
 
захлопнулись.Передо
 
мной
 
Владивостокская
 
тюрьма, два
 
огромных шестиэтажныхкорпуса, соединенных
 
между 
 
собой переходами. Здания
 
из
 
красногокирпича. Вместо
 
окон
 
какие-то
 
нелепые
 
сооружения
 
из
 
полос
 
железа,

Activity (11)

You've already reviewed this. Edit your review.
1 thousand reads
1 hundred reads
belkistrelki liked this
Valeriy Portnov liked this
nov11 liked this
Mix Novozhilov liked this
Mix Novozhilov liked this
AlexandrRomaniuk liked this
AlexandrRomaniuk liked this
AlexandrRomaniuk liked this

You're Reading a Free Preview

Download
/*********** DO NOT ALTER ANYTHING BELOW THIS LINE ! ************/ var s_code=s.t();if(s_code)document.write(s_code)//-->