Welcome to Scribd, the world's digital library. Read, publish, and share books and documents. See more ➡
Download
Standard view
Full view
of .
Add note
Save to My Library
Sync to mobile
Look up keyword
Like this
2Activity
×
0 of .
Results for:
No results containing your search query
P. 1
Атлант расправил плечи (Кн. 2) Айн Рэнд

Атлант расправил плечи (Кн. 2) Айн Рэнд

Ratings:

4.0

(1)
|Views: 6,329|Likes:
Published by Mado

More info:

Published by: Mado on Aug 25, 2007
Copyright:Attribution Non-commercial

Availability:

Read on Scribd mobile: iPhone, iPad and Android.
download as PDF, DOC, TXT or read online from Scribd
See More
See less

12/13/2012

pdf

text

original

 
 Айн Рэнд. Атлант расправил плечи. Книга2Книга вторая
ОГЛАВЛЕНИЕГлава 1 Хозяин ЗемлиГлава 2 Аристократия блатаГлава 3 Откровенный шантажГлава 4 Согласие жертвыГлава 5 Счет исчерпанГлава 6 Чудесный металлГлава 7 Мораторий на разумГлава 8 По праву любвиГлава 9 Лицо без боли, без страха и без вины.Глава 10 Знак доллараЧАСТЬ ВТОРАЯ
 ИЛИ -- ИЛИГлава 1Хозяин Земли
Доктор Роберт Стадлер расхаживал по кабинету, пытаясь избавиться отощущения холода.Весна запаздывала. В окне виднелась безжизненно-серая громада холмов,казавшаяся смазанной полосой между грязно-бледным небом и свинцово-чернойрекой. Изредка какой-нибудь клочок холма вспыхивал серебристо-желтым, почтизеленым светом и так же внезапно затухал. Местами в сплошном покрове облаковобразовывались разрывы, пропускавшие редкие лучи солнца, и через мгновениеснова заволакивались. Стадлер подумал, что мерзнет он не от холода вкабинете, а от вида за окном.Холодно не было -- дрожь шла изнутри; за прошедшую зиму ему то и делоприходилось отвлекаться от работы из-за плохого отопления, поговаривали обэкономии топлива. Ему казалось нелепостью возрастающее вмешательство стихиив жизнь и дела людей. Раньше такого не было. Если зима выдавалась необычайносуровой, это не создавало особых проблем; если участок железной дорогисмывало наводнением, никто не сидел на консервах в течение двух недель; есливо время грозы выходила из строя электростанция, то такое учреждение, какГосударственный институт естественных наук, не оставалось без электричествав течение пяти дней. Пять дней бездействия этой зимой, вспоминал Стадлер,
 
остановленные лабораторные установки и безвозвратно потерянное время. И этотогда, когда его отдел занимается проблемами, затрагивающими самую сутьмироздания... Он в раздражении отвернулся от окна, но через мгновение вновьвзглянул на холмы. Ему ужасно не хотелось видеть лежащую на столе книгу.Где же доктор Феррис? Стадлер посмотрел на часы: Феррис опаздывал --небывалый случай! -- опаздывал на встречу с ним. Доктор Флойд Феррис, этотлакей от науки, который при встрече со Стадиером всегда смотрел на него так,будто просил извинения за то, что может снять перед ним только одну шляпу.Погода для мая просто отвратительная, продолжал размышлять Стадлер,глядя на реку; и конечно же, именно погода, а не книга была причиной егоскверного настроения. Он положил книгу на видное место после того, какотметил, что нежелание видеть ее было чем-то большим, чем отвращение, -- кэтому нежеланию примешивалось чувство, в котором нельзя признаться дажесамому себе. Он внушал себе, что вышел из-за стола не потому, что на немлежала книга, а чтобы немножко подвигаться и согреться. Стадлер расхаживалпо кабинету, словно был заключен в пространстве между окнами и столом. Онподумал, что, как только переговорит с доктором Феррисом, сразу выброситкнигу в корзину для мусора, где ей, собственно, и место.Он смотрел вдаль, на освещенный солнцем и поросший кое-где молодойтравой склон холма, на этот проблеск весны, сверкнувший в мире, которыйвыглядел так, словно из него навсегда исчезли и девственная зелень, и цветы.Стадлер радостно улыбнулся, но, когда солнце вновь скрылось, внезапнопочувствовал унижение -- за свою наивную радость, за отчаянное желаниесохранить это чувство. В его памяти всплыло интервью, которое он дал прошлойзимой известному писателю. Писатель приехал из Европы, чтобы написать о немстатью, и он, презирающий всякие интервью, говорил так страстно, так долго,слишком долго, заметив проблески интеллекта на лице собеседника ипочувствовав необоснованную, отчаянную потребность быть понятым. Статьяоказалась набором фраз, чрезмерно восхваляющих его и искажающих каждуювысказанную им мысль. Закрыв журнал, он ощутил тогда то же чувство, что исейчас, когда за тучами скрылся последний луч солнца.Хорошо, размышлял Стадлер, отворачиваясь от окна, я признаю, чтовременами приступы одиночества одолевают меня, но я обречен на такоеодиночество, это жажда ответного чувства живого, мыслящего разума. Я такустал от всех этих людей, думал он с презрительной горечью, я работаю скосмическим излучением, а они не способны справиться с обычной грозой.Он ощутил, как внезапно его губы передернулись, словно от пощечины,запрещающей ему думать об этом, и поймал себя на том, что смотрит на лежащуюна столе книгу в блестящей глянцевой обложке. Книга вышла в свет две неделиназад. Но я не имею к этому никакого отношения! -- мысленно воскликнул он;крик затих в беспощадной тишине -- ни ответа, ни прощающего эха. Заголовокна обложке гласил: "Почему вы думаете, что вы думаете?"Ни звука не раздалось в безмолвии, царившем в его сознании инапоминавшем тишину в зале суда, -- ни жалости, ни слова оправдания, лишьстроки, отпечатанные в его сознании безупречной памятью:"Мысль -- примитивный предрассудок. Разум -- иррациональная идея,наивное представление о том, что мы способны мыслить. Это ошибка, за которуючеловечество платит непомерную цену"."Вы думаете, что вы думаете? Это иллюзия, порожденная работой желез,эмоциями и, в конечном счете, содержимым вашего желудка"."Серое вещество, коим вы так гордитесь, подобно кривому зеркалу вкомнате смеха. Оно передает искаженное отражение действительности, котораявсегда будет выше вашего понимания"."Чем увереннее вы в своих рациональных заключениях, тем вышевероятность, что вы ошибаетесь"."Поскольку ваш мозг -- орудие искажения, то чем он активнее, темсильнее искажение"."Гиганты мысли, которыми вы так восхищаетесь, когда-то учили, что Земляплоская, а атом -- мельчайшая частица материи. Вся история наукипредставляет собой последовательность ниспровергнутых заблуждений, а небезошибочных достижений"."Чем больше мы знаем, тем яснее понимаем, что ничего не знаем".наши дни только полнейший невежда может придерживаться старомодногопонятия о том, что увидеть значит поверить. То, что вы видите, должно
 
подвергаться сомнению в первую очередь"."Ученый понимает, что камень вовсе не камень. На самом деле онтождественен пуховой подушке. Оба предмета представляют собой лишьобразование из невидимых вращающихся частичек. Вы возразите, что каменьнельзя использовать как подушку. И это еще раз доказывает нашу беспомощностьперед лицом реальности"."Последние научные достижения, такие как потрясающие открытия доктораРоберта Стадлера, убедительно доказывают, что разум не в состоянии постичьприроду вселенной. Эти открытия привели ученых к противоречиям, которые,согласно человеческому разуму, невозможны, но все же существуют. Если выэтого еще не знаете, мои дорогие друзья-ретрограды, позвольте сообщить вамдоказанный факт: все рациональное безумно"."Не ищите логики. Все находится в противоречии ко всему остальному. Несуществует ничего, кроме противоречий"."Не ищите здравого смысла. Поиск смысла является отличительнымпризнаком абсурда. Естеству не присущ смысл. Единственными участникамикрестового похода за смыслом являются старообразная ученая дева, которая неможет найти себе любовника, и лавочник-ретроград, который считает, чтовселенная так же проста, как его аккуратная опись товаров и любимый кассовыйаппарат"."Давайте же избавимся от этого предрассудка, который зовется логикой.Неужели какой-то силлогизм может помешать нам?""Итак, вы считаете, что уверены в своем мнении? Вы ни в чем не можетебыть уверены. Неужели вы готовы подвергнуть опасности гармонию своегоокружения, свою дружбу с ближними, положение, репутацию, честное имя иматериальную обеспеченность ради иллюзии? Ради миража, имя которому -- думаю, что я думаю"? Неужели вы готовы рискнуть и накликать несчастье,выступая против существующего общественного порядка во имя мнимостей,которые вы называете своими убеждениями, в такое смутное время, как наше? Выутверждаете, что уверены в своей правоте? Правых нет и никогда не будет. Вычувствуете, что окружающий мир неправилен и несправедлив? Вы не можете этогознать. Все неправильно в глазах людей -- зачем же оспаривать это? Не нужноспорить. Признайте это. Примите это. Подчинитесь".Книга была написана доктором Флойдом Феррисом и издана Государственныминститутом естественных наук.- Я не имею к этому никакого отношения, -- произнес доктор Стадлер. Оннеподвижно стоял у стола, ощущая, что потерял счет времени, и не осознавая,как долго длился предшествующий момент. Он произнес эти слова вслухвраждебно-саркастическим тоном, обращаясь к тому, кто бы он ни был, ктозаставил его сказать это.Он пожал плечами. Придерживаясь мнения, что самоирония красит человека,этим жестом он словно сказал себе: "Роберт Стадлер, не веди себя какшколяр-неврастеник". Он сел за стол и тыльной стороной ладони оттолкнулкнигу в сторону.Доктор Флойд Феррис опоздал на полчаса.-- Прошу прощения, -- проговорил он, -- но по дороге из Вашингтона уменя снова сломалась машина, и я порядочно прождал, пока ее не починили, - -на дорогах так мало машин, что половина станций обслуживания закрыта. -- Онговорил не столько виновато, сколько раздраженно. Он сел, не дожидаясьприглашения.Выбери Флойд Феррис какую-нибудь другую профессию, никто не назвал быего привлекательным, но в той, которую он избрал, о нем всегда говорили неиначе как об "этом красавце-ученом". Он был высокого роста и сорокапяти лет от роду, но ему удавалось выглядеть еще выше и моложе. У негобыл безукоризненно свежий, даже щегольской вид, движения отличалисьлегкостью и изяществом, но одевался он неизменно строго -- черный илитемно-синий костюм. У него были тщательно ухоженные усики, а гладкие черныеволосы служили сотрудникам института поводом для шуток вроде той, что ФлойдФеррис пользуется одним кремом для обуви и для головы. Он не уставалповторять, словно подшучивая над самим собой, что один режиссер как-топредложил ему сыграть роль известного европейского жиголо. Флойд Феррисначал карьеру как биолог, но об этом уже давно забыли; его знали какглавного администратора ГИЕНа.Доктор Стадлер с удивлением взглянул на него. Чтобы Флойд Феррис

You're Reading a Free Preview

Download
/*********** DO NOT ALTER ANYTHING BELOW THIS LINE ! ************/ var s_code=s.t();if(s_code)document.write(s_code)//-->