А.Г.

ДУГИН

МАРТИН
ХАЙДЕГГЕР
ФИЛОСОФИЯ
ДРУГОГО НАЧАЛА

Москва
Фонд «Мир»
2010

Москва
Академический Проект
2010

УДК 1/14
ББК 87
Д80

ОГЛАВЛЕНИЕ

Печатается по решению кафедры Социологии
международных отношений социологического факультета
МГУ им. М.В. Ломоносова

РАЗДЕЛ 1
SEYN UND SEIN
ГЛАВА 1
ВСТРЕЧА С ХАЙДЕГГЕРОМ: ПРИГЛАШЕНИЕ
К ПУТЕШЕСТВИЮ ........................................................................9

Мышление и его авторитеты. — Хайдеггер: великий или
величайший? — М. Хайдеггер в СССР: дальняя полка
спецхрана и напрасные тщания Бибихина. — Хайдеггер
как самый западный из западных философов. — Хайдеггер
и метаязык новой философии. — Молчание Хайдеггера. —
Случайность удач. — Философ как идентичность. —
Мыслить словами: индоевропейские зоны мышления. —
Мыслить по-вечернему

Рецензенты:
д. ф. н. Ю.Н. Солонин,
д. ф. н. В.Ю. Верещагин

Д80

Дугин А.Г.
Мартин Хайдеггер: философия другого Начала. —
М.: Академический Проект; Фонд «Мир», 2010. —
389 с. — (Философские технологии).
ISBN 978582911223-3 (Академический Проект)
ISBN 9785902357-97-1 (Фонд «Мир»)
В книге известного российского философа, политолога и социолога А. Дугина представлено изложение концепции истории философии Мартина Хайдеггера на основе его малоизученных произведений
среднего периода (1936–1945). Согласно Хайдеггеру, западноевропейская философия подошла к своему логическому концу. Отныне
открывается перспектива «другого Начала» философии, в противном
случае человечество ожидает «конец истории».
Книга предназначается широкому кругу читателей, интересующихся философской, гуманитарной, социологической проблематикой, в том числе студентам и аспирантам философских и социологических факультетов.
УДК 1/14
ББК 87

ISBN 978582911223-3
ISBN 9785902357-97-1

© Дугин А.Г., 2010
© Оригиналмакет, оформление.
Академический Проект, 2010
© Фонд «Мир», 2010

ГЛАВА 2
БЫТИЕ И СУЩЕЕ ........................................................................ 28

Различение («ontologische Differenz»). — Das Sein и das
Seiende. — Сущее легко понять: основание мышления. —
Бытие есть проблема: ведущий вопрос философии. —
«Ведущий вопрос философии» был сформулирован
некорректно
ГЛАВА 3
ФУНДАМЕНТАЛЬ-ОНТОЛОГИЯ ................................................36

Сложность Bezug’а. — Онтика. — Онтология. —
К фундаменталь-онтологии
ГЛАВА 4
DAS SEYNSGESCHICHTLICHE ....................................................46

Die Geschichte и Seyn. — Посыл и скачок. — Seynsgeschichte
как соучастие в бытии (Seyn). — Seyn ist Zeit. — Три
пласта истории. — Sein в онтологическом срезе истории. —
Язык и глагол «быть» в Seynsgeschichte
ГЛАВА 5
НАЧАЛО И КОНЕЦ ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКОЙ
ФИЛОСОФИИ ..............................................................................64

Почему вечер? — Великое Начало и «даймон» философов. —
φύσις и λόγος. — ἀλήθεια в первом Начале. — Катастрофа
платонизма (идея и представление). — Хайдеггер

4

Оглавление

и христианство (платонизм для масс). — Декарт:
наука и метафизика Нового времени. — Vorsetzende
Durchsetzung. — Опредмечивание вещей. — Гегель: порыв
«Большой Логики». — Ницше и Конец философии
ГЛАВА 6
SEYNSGESCHICHTLICHE АНТРОПОЛОГИЯ
ХАЙДЕГГЕРА ................................................................................ 91

Вина человека. — Техне (τὲχνη) как западноевропейская
судьба. — Свобода и воля
ГЛАВА 7
ДРУГОЕ НАЧАЛО (DIE ANDERE ANFANG) ............................ 100

Предпосылки другого Начала. — Переход (Übergang). —
Ereignis. — Последний Бог. — Человек в другом Начале
(новый гуманизм)
ГЛАВА 8
SEYNSGESCHICHTE И ПОЛИТИЧЕСКИЕ
ИДЕОЛОГИИ ХХ ВЕКА ............................................................... 113

Фундаменталь-онтологический метод и область его
применения. — Американизм и планетэр-идиотизм
либералов. — Метафизика коммунизма: Machenschaft. —
Политическая идеология Третьего пути
ГЛАВА 9
«ВСЕ ЕЩЕ НЕ» ............................................................................ 127

Метафизика задержки. — Человек Начала
ГЛАВА 10
ХАЙДЕГГЕР КАК ВЕЛИКАЯ ВЕХА ............................................132

Примечания ...........................................................................134

РАЗДЕЛ 2
DAS GEVIERT
ГЛАВА 1
ВВЕДЕНИЕ В DAS GEVIERT ..................................................... 143

Значение слова «das Geviert». — Четверица (Geviert)
и Seyn-бытие. — Состав Четверицы (Geviert’а). — Война
в Четверице (Geviert’е). — Небо. — Небо и мир. — Земля. —
Ураногеомахия. — Боги Начала. — Люди Geviert’а. —
Войны богов и людей. — «Мы думаем об остальных
трех». — Зачеркнуть Sein. — Люди и боги как соседи. —

Оглавление

•5

Ось антропотеомахии. — Seyn-бытие как «между». —
Geviert и Ereignis. — Вещь (Ding). — Вещь и дары Geviert’а
ГЛАВА 2
GEVIERT КАК КАРТА НАЧАЛА И ОТСТУПЛЕНИЯ
ОТ НЕГО .......................................................................................174

Пустыня растет. — Идея застилает Небо. — Земля
обратилась в материю. — Человек человеческий. —
Вытесненные боги. — Судьба перекрестья. — Geviert
и схоластика. — Geviert в метафизике Нового времени. —
Gestell как судьба. — Индустриальная трансформация
Четверицы. — Симулякр
ГЛАВА 3
GEVIERT В ДРУГОМ НАЧАЛЕ ..................................................204

Geviert и горизонт будущего. — Geviert как цель (воля
к решению)
Примечания ...........................................................................209

РАЗДЕЛ 3
DASEIN
ГЛАВА 1
ТРИ ЭТАПА РАЗВЕРТЫВАНИЯ ФИЛОСОФИИ
МАРТИНА ХАЙДЕГГЕРА ............................................................215
ГЛАВА 2
DASEIN И ИСТОРИЯ ФИЛОСОФИИ (ОТ ПЕРВОГО
НАЧАЛА К КОНЦУ ФИЛОСОФИИ) ..........................................219

Dasein как озарение и как вывод из историко-философского
анализа. — Концептуальные предпосылки возникновения
Dasein. — Историко-философские пролегомены к философии
Хайдеггера. Досократики. — Платон. — Схоластика. —
Онтологический треугольник. — Онтологические
трансформации в философии Нового времени. Рациональная
онтология субъекта у Декарта. — Эмпирическая
онтология. — Монада Лейбница. — Онтологическое сомнение
Канта. — Фихте и Гегель: преодоления кантианского
пессимизма. — Ницше — конец философии. — Гуссерль
ГЛАВА 3
DASEIN И ЕГО ЭКЗИСТЕНЦИАЛЫ ......................................... 235

Введение Dasein. — Da и Sein. — Вот-бытие. — La realité
humaine. — Опыт Dasein как явление языка и как взрыв. —

6

Оглавление

От эссенции к экзистенции. — Три онтологических
среза. — Dasein как бытие-между. — Экзистенциалы
Dasein. — In-der-Welt-sein (бытие-в-мире). — «Бытие-в»
и «бытие-с». — Забота (die Sorge). — Заброшенность
(Geworfenheit). — Befindlichkeit (находимость) и страх. —
Verstehen (понимание). — Речь (Rede). — Stimmung
ГЛАВА 4
НЕАУТЕНТИЧНЫЙ РЕЖИМ ЭКЗИСТИРОВАНИЯ
DASEIN’а .....................................................................................260

Аутентичность и неаутентичность Dasein’а. —
Всепронизывающая повседневность. — Распад
(Verfallen). — Болтовня (Gerede). — Любопытство
(Neugierigkeit). — Двусмысленность (Zweideutlichkeit). —
Страх как бегство. — Фигура das Man. — Das Man как
экзистенциал Dasein’а
ГЛАВА 5
АУТЕНТИЧНЫЙ DASEIN .......................................................... 274

Аутентичный Dasein и бытие. — Бытие, которое «вот»
и которое есть. — Пространственность как экзистенциал
Dasein’а. — «Кто» аутентичного Dasein’а. — Бытие
к смерти (Sein zum Tode). — Совесть (Gewissen). —
Позитивность аналитики Dasein’а в обоих режимах. —
Dasein и Seyn
ГЛАВА 6
ZEIT-ВРЕМЯ И ЕГО ГОРИЗОНТЫ............................................ 286

Введение выражения «Zeit-время». — Конечность Zeitвремени. — Три экстаза Zeit-времени
Примечания ...........................................................................292
Заключение. Хайдеггер и ситуация философии ......................295
Приложение. М. Хайдеггер. К чему поэты?...............................299
Примечания ...........................................................................347
Краткий глоссарий философской лексики Хайдеггера ..........353
Библиография .................................................................................371
Монографии автора .....................................................................387
Summary......................................................................................389

РАЗДЕЛ 1
SEYN UND SEIN

ГЛАВА 1

bqŠpe)` q u`ideccepnl: ophck`xemhe
j orŠexeqŠbh~

МЫШЛЕНИЕ И ЕГО АВТОРИТЕТЫ
Мартин Хайдеггер — в высшей степени фундаментальный автор. Он принадлежит к тем фигурам в истории мысли, которые неизбежны. Многое можно опустить, рассмотреть факультативно, перелистать на досуге. Но есть нечто,
что требует внимательного и тщательного изучения. Без
такого изучения наши представления о мышлении, философии, истории культуры будут ущербны, неполны, фрагментарны, а значит, недостоверны.
Хайдеггер необходим любому, кто живет в сегодняшнем
мире, в сегодняшней России, и хоть как-то пытается обосновать факт своего наличия, присутствия. О присутствии,
конечно, чаще всего говорить не приходится: ведь «присутствие» этимологически означает «быть при сути», а
кто сейчас «при сути»? Но, может быть, задуматься хотя
бы о наличии? И тот, кто хоть как-то задается вопросом о
своем наличии, мимо Хайдеггера пройти не может.
Невозможно мыслить и, в частности, мыслить о своем
наличии, о себе, о мире, о жизни и смерти без опоры на ту
или иную школу мысли. Если мы сами не ведаем, какая философская система лежит в основании нашего мышления,
это не значит, что такой системы нет. Она есть обязательно:
ведь наши мысли и представления откуда-то почерпнуты.
Если внимательно отнестись к содержанию собственного
сознания, провести его приблизительную инвентаризацию,
можно заметить, что одно в нем от Платона, другое от
Аристотеля, третье созвучно учению Декарта, четвертое

10

Раздел 1. Seyn und Sein

диалектике Гегеля, какие-то мысли взяты из арсенала
богословия, а какие-то — из марксизма, в чем-то заметно
влияние Канта, а где-то блистает осколок ницшеанства. То
обстоятельство, что философия доходит до нас не прямо,
не непосредственно, а через сотни полуанонимных отголосков — в школе, семье, обществе, СМИ, образовании,
бытовых разговорах и обрывочном потреблении культуры, — ничего не меняет.
Нам кажется, что думаем мы сами, но такая иллюзия
возникает только от невежества или плохого образования.
Стоит только начать работать над собой, как становится
ясно, что мы постоянно цитируем, и чаще всего те источники, о существовании которых не догадываемся. Именно
поэтому любой человек, пожелавший мыслить честно,
начнет с определения авторитетов и референтных систем
мысли в философии, науке, искусстве.
Мыслящий человек — это всегда немного философ.
А философ всегда принадлежит какому-то направлению
мысли: либо он следует за религиозной философией, либо
он кантианец, либо гегельянец, либо либерал, либо марксист, либо фрейдист, либо позитивист, либо ницшеанец,
либо структуралист, либо сторонник «философии жизни»,
либо солипсист, либо экзистенциалист, либо материалист,
либо дарвинист и т. д. В очень редких случаях философ
способен осуществить интересный и оригинальный синтез
разных направлений, а еще реже, с перерывами в столетия,
появляются те мыслители, которые прокладывают новые
пути и открывают остальному человечеству по-настоящему
новые горизонты. Это великие люди, которые отмечают
вехи мышления всего человечества, и оно помнит о них
веками и чтит их.
Тот, кто понимает великих и занимает одну из возможных философских позиций, обеспечивает себе статус
философа, полноценно мыслящего существа. И тут главное честность: надо в первую очередь склониться перед
авторитетом (даже если и с «тайной мыслью» позже его
опрокинуть) и помыслить себя и мир в сени великих идей
и теорий. Те же, кто стремятся к оригинальности сразу и
любой ценой, надолго в философии не задерживаются —
место таким на рынке.

Глава 1. Встреча с Хайдеггером: приглашение...

• 11

ХАЙДЕГГЕР: ВЕЛИКИЙ ИЛИ ВЕЛИЧАЙШИЙ?
Среди великих мыслителей Хайдеггеру может быть
отведено два места — в зависимости от того, как мы на него
посмотрим, до какой степени его изучим и в какой мере ему
поверим.
Как минимум, Хайдеггер является величайшим мыслителем современности, входящим в плеяду лучших мыслителей Европы от досократиков до наших дней. В этом смысле
его называют «принцем» или «князем философов». Даже те,
кого его философия оставляет равнодушным или кто с ней
не согласен, признают его безусловное величие.
В качестве великого философа мировой истории Хайдеггер общепризнан. Никто всерьез это не оспаривает, но ктото спокойно проходит мимо, опираясь на иные направления
в философии, а кто-то остро реагирует на его послание,
используя его термины («Dasein», «экзистенция», «Angst»
и др.) и позволяя себе увлечься его мыслью.
Иное, особое, исключительное место в истории философии, которое может быть отведено Хайдеггеру, следует
признать в том случае, если мы полностью доверимся Хайдеггеру, погрузимся в его мышление, сделаем его своим
высшим авторитетом. Иными словами, Хайдеггер в пространстве хайдеггерианства будет существенно отличаться от Хайдеггера в усредненной и конвенциональной истории философии. В этом случае Хайдеггер откроется не
просто как великий философ, наравне с другими великими,
но как величайший из них, занимающий место последнего
пророка, завершающего развертывание первого этапа
философии (от Анаксимандра до Ницше) и служащего
переходом, мостом к новой философии, которую он в
своих работах лишь предвосхищает. В таком случае Хайдеггер открывается как фигура эсхатологическая, как
финальный толкователь и изъяснитель самых глубоких и
загадочных тем мировой философии и создатель радикально нового мышления. В этом случае он может рассматриваться как фигура религиозного пантеона, как «посланник
самого бытия», провозвестник и подготовитель величайшего события, в котором завершится старая история ев-

12

Раздел 1. Seyn und Sein

ропейского мира и начнется новая, никогда доселе не
бывшая.
Мне представляется, что для верного понимания Хайдеггера наиболее плодотворен второй подход (даже если
когда-то, в отдаленном будущем, он будет пересмотрен).
Он позволяет погрузиться в мышление Хайдеггера полно
и совершенно, без поспешных попыток истолковать его
через апелляции к иным авторитетам (и к их разрозненным следам в нашем сознании) и позволяя Хайдеггеру
беспрепятственно сообщить нам то, что он предполагал
сообщить. И лишь приняв это послание в основных чертах, поверив в его значение и его неизбежность, можно,
если понадобится, занять в отношении него определенную
дистанцию.
Вряд ли хайдеггерианцами надо становиться всем и
навсегда, но этот мыслитель совершенно точно заслуживает того, чтобы посвятить ему значительное интеллектуальное время, достаточное для того, чтобы сказать, с легкой
ноткой сомнения в голосе, «кажется, мне что-то в нем понятно». У кого-то это займет годы, у кого-то десятилетия.
Кто-то поскользнется при первых шагах. Но этот опыт стоит того. Изучая Хайдеггера, мы изучаем философию в ее
современном состоянии. Она именно такова, и противопоставить этому нечего.
Хайдеггер важен не только для профессиональных философов — для них он просто необходим: современный
философ, не знающий Хайдеггера, выглядит смешно. Но он
значим и для людей, претендующих на минимальную компетентность в вопросах культуры: для гуманитариев, политиков, художников, психологов, социологов — всех, кто по
зову сердца или долгу службы имеет отношение к судьбе
человека, человечества, общества и истории.
М. ХАЙДЕГГЕР В СССР: ДАЛЬНЯЯ ПОЛКА
СПЕЦХРАНА И НАПРАСНЫЕ ТЩАНИЯ
БИБИХИНА
Наследие Хайдеггера в русскоязычном контексте —
явление глубоко специфическое. Во-первых, труды и идеи
философа, его интеллектуальная и мировоззренческая

Глава 1. Встреча с Хайдеггером: приглашение...

• 13

позиция в советское время были отнесены в самые опасные
и неприемлемые идеологические ячейки, помещены в самые
далекие и закрытые разделы спецхрана и в конечном счете
были вменены «яко небывшие». Интерес к Хайдеггеру рассматривался как гносеологическое преступление или совершенно пустое занятие. Даже критике идей Хайдеггера
уделялось мало внимания. Таким образом, Хайдеггер, как
и многие другие немарксистские философы, был для позднесоветской (не говоря уже о раннесоветской) философии
закрыт. Его читали, переводили и обсуждали «из-под
полы», что наложило отпечаток на качество этих прочтений,
переводов и обсуждений.
Тем не менее группа советских философов, отбивших
право заниматься критическим прочтением Хайдеггера,
во главе с покойным В.В. Бибихиным, зачинателем позднесоветской хайдеггерианской школы, все же сложилась,
и из этого немногочисленного кружка вышло большинство
существующих переводов, многие из которых были сделаны еще в советское время и имели хождение в самиздате.
Не ставя под сомнение искренность этих энтузиастов,
следует заметить, что их переводческое творчество и степень проникновения в Хайдеггера оказались совершенно
неудовлетворительными. Сложность идеологических условий, ограниченность доступа к источникам, специфичность
философского образования, недостатки филологических
знаний и, вообще, неадекватность позднесоветского социального пространства простору хайдеггеровского мышления ответственны за то, что с интеллектуальным массивом,
порожденным этим кругом, можно без сожаления попрощаться, если мы не хотим вечно биться с химерами исторической эпохи, столь ничтожной, что она в чем-то никак не
может кончиться до сих пор.
Представляется, что Бибихин и его единомышленники
на самом деле горячо увлеклись Хайдеггером, но кроме этой
горячности в переводах и изложении Хайдеггера ничего
нет. Читать их невозможно совершенно, т. к. эти тексты
очень много сообщают о состояниях, стараниях и страданиях самого Бибихина и его коллег-переводчиков, но практически ничего, кроме случайных совпадений, не говорят

14

Раздел 1. Seyn und Sein

о Хайдеггере либо дают такую картину, от которой волосы
становятся дыбом. Если эти тексты признать за корректный
перевод текстов Хайдеггера, то довольно быстро придется
признать, с сожалением, что Хайдеггер сам не понимал, что
он говорит и пишет.
ХАЙДЕГГЕР КАК САМЫЙ ЗАПАДНЫЙ
ИЗ ЗАПАДНЫХ ФИЛОСОФОВ
Второе обстоятельство, связанное со спецификой наследия Хайдеггера в русскоязычном контексте, заключается в том, что Хайдеггер является фундаментальным звеном именно западноевропейской философии и соответствует внутренней логике именно ее развития. Поэтому в
целом он внятен западноевропейскому философу, свободно
ориентирующемуся в таксономии идей и теорий западноевропейской культуры. Чтобы понять Хайдеггера, надо
быть, как минимум, европейцем, т. к. сам Хайдеггер постоянно подчеркивает, что он мыслит в Европе, о Европе и для
Европы, понимая ее как особое историко-философское и
цивилизационное целое.
Догматический марксизм и русская интеллектуальная
среда, сильно запутанная и в последние десятилетия СССР,
и сегодня, пересекаются с магистральным развитием западноевропейского человечества весьма фрагментарно, эпизодически и по касательной. Мы мыслим себя европейцами,
и в каких-то вопросах мы на них походим (внешний вид,
фенотип, язык, религия, социополитическая система
и т. д.). Но философия высвечивает нюансы: мысль — это
та область, где обмануть или подтасовать положение дел
сложнее всего, и в этой сфере западноевропейского в нас
чрезвычайно мало. Если оно и есть, то оно карикатурно. Но
скорее всего мы имеем дело с особой разновидностью русского мышления, еще слабо осознанной нами самими, не
говоря уже об особенностях других культур.
В каком-то смысле философия Хайдеггера составляет
квинтэссенцию западной мысли: она является более глубокой, более центральной и одновременно более западной,
нежели в случае других европейских мыслителей, к которым прорваться проще (хотя также непросто).

Глава 1. Встреча с Хайдеггером: приглашение...

• 15

Спокойное, размеренное и аккуратное, с сохранением
собственного достоинства прочтение Хайдеггера — это,
пожалуй, самое серьезное испытание для русско-европейского диалога.
ХАЙДЕГГЕР И МЕТАЯЗЫК НОВОЙ
ФИЛОСОФИИ
И наконец, третье: Хайдеггер сознательно ставит перед
собой задачу учреждения нового языка философии, своего рода метаязыка. Это вытекает из специфической философии языка (Sprachphilosophie), которую он разрабатывал параллельно общему развертыванию своей мысли.
Сущность этого подхода состоит:
1) в демонтаже влияния на язык и его структуры западноевропейской философии и метафизики (с их логикой,
грамматикой, имплицитной онтологией и т. д.), т. е. в
отказе от изложения философских тем в контексте того
метаязыка, который западноевропейская философия
выработала и утвердила за две с половиной тысячи лет
своей истории;
2) в возврате к словам (вместо терминов, категорий, понятий) и их первоначальному внефилософскому смыслу,
к их этимологии, их собственному дологическому и
дометафизическому содержанию;
3) в выработке нового метаязыка для новой философии,
который будет строиться на основании слов, вещающих о бытии, по траектории, радикально отличной от
сообщений прежнего философского дискурса.
Уровень хайдеггеровских текстов требует грандиозных
усилий даже от полноценного европейского философа (вообще, мыслящего европейца) и представляет значительную
сложность для германоязычных читателей. Но еще большую сложность он представляет для носителей других европейских языков.
Вопрос корректной интерпретации и адекватных переводов Хайдеггера решался в европейской философии
в течение всего ХХ века, что породило своего рода «хайдеггеровский словарь», с которым оперируют философы
с привлечением веера переводов, каждый нюанс которых

трудность понимания Хайдеггера является не технической проблемой. кто читали и старались понять его в оригинале одними из первых (например. Хайдеггер в 1930-е и 1940-е годы открыто критиковал те аспекты национал-социализма. многим обязанный раннему Хайдеггеру. теряющий стремительно испаряющееся культурное наследие европеец ХХ века героически. МОЛЧАНИЕ ХАЙДЕГГЕРА При знакомстве с Хайдеггером нельзя опустить и того исторического обстоятельства. состоящим из живого переживания связей с товарищами («фронтовой социализм») и острого ощущения нации как проекта. чем тоталитарным и идеологическим. Лишь впоследствии он был узурпирован расистскими теоретиками гитлеровского окружения. например. чем немецким. В ней национал-социализм представлялся ответом современного европейского человечества на вызовы эпохи модерна. Следует отметить. к которым. исследователи Античности. что термин «национал-социализм» возник в Германии для обозначения одного из направлений «консервативно-революционной» мысли задолго до прихода Гитлера к власти. но и филологи. толкуя и комментируя Хайдеггера. европейцы соучаствуют в этом повороте. что сегодня вброшено на рынок в форме философии националсоциализма. связанного с осмыслением связей и соответствий между современным человеком и планетарно детерминирующей техникой. Юнгеру. Хайдеггер считал идеи . Юнгер. не имеет никакого отношения к истине и величию этого движения. но и в силу поверхностного сходства некоторых лозунгов III Райха с комплексом консервативно-революционных идей. • идеи о необходимости возврата Европы к корням. начиная с тех. А. • императив синхронной борьбы с либерализмом (Англией. вопреки всему. Шмитт. Переводя. освобождении «донных». К. Шпанн. Хильшер и др.. шовинизма и тем более какого бы то ни было расизма. Seyn und Sein представляет тему особых дискуссий. п. Мюллер ван ден Брук. к Традиции и к мифу. чем при переводе на русский язык. титанических основ человеческого существа. Ф. О. в механической мясорубке современной войны. т. • 17 • ницшеанский диагноз гуманитарной болезни Европы и необходимость «нового героизма» и т. которые он считал ошибочными с точки зрения своей философии. В. Ф. Хайдеггер писал: «То. с газовыми атаками и скрежетом танковых гусениц. Такой национальный социализм был скорее европейским. О. психологи. чем этатистским. возвращался к базовым человеческим импульсам. Очевидно. историки.. что Хайдеггер мыслил национал-социализм через консервативно-революционные идеи программной работы Эрнста Юнгера «Труженик»(2). Жан-Поль Сартр. Согласно Э. Юнгер. как Э. в том числе и названием своей философии — «экзистенциализм»). обращенного в будущее («национализм»). скорее гуманистическим. Находясь в оппозиции «национал-социализму» Гитлера и отвергая расизм. относились: • политический романтизм и идеализм новой Германии. Юнгера взывали к экзистенциальным корням европейца по ту сторону мелкой ксенофобии. и ловит рыбку в мутной воде «ценностей» и «тотальностей»(1). состоящим в парадоксальном. в частности. Зомбарт. Встреча с Хайдеггером: приглашение. что в 1920–1940-е годы он принадлежал к философско-идеологическому направлению «Консервативной Революции» (вместе с такими выдающимися мыслителями. Сложностей при переводе его текстов на французский или английский языки возникает не меньше. США) и марксизмом (СССР) как с двумя выражениями одного и того же ценностного нигилизма (прагматистского в одном случае и пролетарского — в другом). «Национальный социализм» и «тотальная мобилизация» Э. примитивизм и брутальность его популистской пропаганды. к. но почти столетие над этим бьются лучшие умы Европы. «стихийных». через господство техники. к которому призывал Хайдеггер. Шпенглер. и тем более до оформления нацизма как идеологии.16 • Раздел 1. эти мыслители были вынуждены так или иначе с этим взаимодействовать не только из соображений выживания в тоталитарном режиме. Глава 1. но вопросом выбора радикального поворота на пути западной философии. В книге «Введение в метафизику».). скорее экзистенциальным. В постижение и перевод Хайдеггера включены не только философы.

если не навсегда. когда он исполнял функции ректора Фрайбургского университета и был вынужден подчиняться некоторым распоряжениям официального руководства(3). они разработали множество оригинальных учений. исказившим и надолго. который после 1945 года ни разу не покаялся за свое прошлое. если его поступки выходили за рамки принятых норм общественной морали. наверное. что национал-социализм способен эволюционировать в направлении «консервативной революции». Но трагизм их положения заключался в том. догматического коммунизма и старой ограниченной консервативной традиции. от Генриха фон Гляйхена до коммунистов Вольфхайма и Лауфенберга. его запятнавшим. Оказав на первом этапе огромное влияние на все движение «Третьего Пути» в Германии 1920-х годов. философских и политических горизонтов за пределами либерализма. от Эрнста Никиша до Харро Шульцен-Бойсена — искали новых мировоззренческих. Никто. Хайдеггер слишком много значит для Запада. и для современной либерально-демократической России эти политические детали личной судьбы Мартина Хайдеггера не способствовали его адекватному пониманию и подталкивали к заведомой предвзятости и избирательности в отношении его идей и текстов (в первую очередь периода 1930–1940-х годов). от Артура Мюллера ван ден Брука до Карла Шмитта. и Э. потерялся. и даже позднейшее «молчание» философа. религиозных ценностей и прогрессистских социальных теорий. С 1920-х годов «правые» и «левые» интеллектуалы Германии — от Томаса Манна до Освальда Шпенглера. на котором бытие говорит о самом себе. были вежливо забыты (при том. К. Шмитт) до прямого участия в антифашистской деятельности и в движении Сопротивления (Э. исторических констант и новаторских технологий. Показательно. национальный социализм Юнгера постепенно вошел в жесткое противоречие с официальными догматами нацизма. Хайдеггер. и все остальные аспекты его творчества). философских концепций. то трактовать это «молчание Хайдеггера» можно по-разному (как. — от «внутренней эмиграции» (братья Ф. кроме некоторых поверхностных скандалистов (вроде Виктора Фариаса и ему подобных(4)). Очевидно. в общефилософском контексте эпизод сотрудничества с режимом Гитлера. находившихся после 1945 года в стане победителей (от фрейдо-марксиста Герберта Маркузе и коммуниста Сартра до ученицы и бывшей любовницы Хайдеггера Ханны Арендт. М. . молчание в его философии имеет фундаментальное значение одного из диалектов. что и для СССР. к. единственным культурным деятелем такого масштаба (если его масштаб вообще сопоставим с кем бы то ни было). но непременно философски. присвоившим имя этого течения мысли.18 • Раздел 1. И хотя все эти мыслители постепенно оказались в оппозиции гитлеровскому режиму. что период с 1933 по 1945 год был одним из самых плодотворных в философской деятельности Хайдеггера).. Далекие от какой бы то ни было догматики. но несравнимо более масштабным (в том числе и по своим преступным последствиям) гитлеризмом. Юнгеры. эту тему больше не затрагивал. Они активно экспериментировали с самыми рискованными сочетаниями традиции и революции. жестко критиковавшей все формы тоталитаризма и эмигрировавшей в США. теорий. чтобы им бросаться. что в сфере большой политики весь этот широкий спектр поисков. где она сделала блестящую академическую карьеру). Формальное сотрудничество Хайдеггера с нацистами длилось недолго. Та же судьба постигла и идейное наследие других представителей европейского консервативно-революционного движения. Seyn und Sein Юнгера совершенно адекватными и полагал на первых порах. Хайдеггер просто «молчал». откровений и интуиций после победы НСДАП в 1933 году стал прочно ассоциироваться с тоталитарным режимом Гитлера.. Никиш. и т. даже в том случае. Благодаря тому что Хайдеггер в 1920–1940-е годы оказал решающее влияние на многих выдающихся интеллектуалов. подвергся затмению в сравнении с восторжествовавшим в Германии 1930-х годов гораздо менее интеллектуальным. Встреча с Хайдеггером: приглашение. Харро Шульцен-Бойсен и другие). Гениям прощают все. что Хайдеггер был. впрочем. • 19 Запада в силу поверхностного и обманчивого сходства их воззрений с политическими декларациями эпохи III Райха. — комплекс их взглядов длительное время был табуирован в политическом мышлении Глава 1.

к тому. скорее. поменял работу. вышел на пенсию. Лейбница. что о нем писали на русском языке или как его перевели. Анаксимандр. Seyn und Sein СЛУЧАЙНОСТЬ УДАЧ Вследствие совокупности всех этих обстоятельств Хайдеггер представляет для нас сегодня почти неизвестную величину. случайное совпадение или удачная имитация. поскольку Хайдеггера мы не знаем. а метафизику Нового времени (от Декарта через Канта. светлая память ему». то это. попытаться приблизиться к нему. что начали греки. длится дольше и ставит больше дополнительных проблем. • 21 как бы ни напрашивалась параллель Хайдеггера с традиционалистами с их критикой современной западной цивилизации (6). Есть такие удачи и в русской хайдеггериане. помогал бедным. ответственный за все наследие западноевропейской онтологии и метафизики. прожил достойную жизнь. Фихте. Итак. снова заболел…»). даже тогда. И после этого пастор начинает подробно перебирать эпизоды из жизни усопшего («учился. а затем умер. который конвенционально мыслится Началом западноевропейской философии. развелся. следует максимально отложить подобные сопоставления и познакомиться вначале с Хайдеггером в том контексте. философию Хайдеггера можно уподобить заупокойной речи пастора на похоронах: «Умерший был очень хорошим человеком. женился. западноевропейский философ. Строители знают. Гераклит и Парменид представляют блистательную троицу носителей досократического мышления. Платон и Аристотель — высший пик греческой мысли и создателей всей последующей европейской философии и культуры.. кто случайно или осознанно заинтересовался фигурой и философией величайшего из мыслящих людей — Мартина Хайдеггера. Встреча с Хайдеггером: приглашение. Если и есть что-то вменяемое в том. Русские очень успешны в имитации: мы часто легко можем воспроизвести то. С немецкой педантичностью он следует от того момента. Глава 1. что конвенционально (или чуть менее строго конвенционально) считается ее Концом. много трудился. хотел принадлежать и в котором он сам осмыслял свое место и значение. трансформировать и низвергнуть. заболел. Этим и предлагается заняться тем. т. т. один из первых и самых глубоких знатоков Мартина Хайдеггера в России) предлагал «приблизиться к Снежной Королеве»(5). к которому он принадлежал. Средневековье и католическую схоластику Хайдеггер считает лишь эпизодом. С известным приближением. Сколь бы велик ни был соблазн считать Хайдеггера религиозным типом (как это делают многие исследователи). поэтому ему внятны все ее этапы: каждый из них рассеивается на целый веер значительных подробностей и многое говорит философу. чем снос старого и возведение нового здания с нуля. сформированный им. Хайдеггер — это философ. Свое собственное место в этой цепи Хайдеггер видит как резюмирующий момент для всей западной философии. ФИЛОСОФ КАК ИДЕНТИЧНОСТЬ Хайдеггер. Шеллинга.. подобно тому как Евгений Головин (кстати. когда ставил цель эти аксиомы взорвать. Но так как без предварительного постижения Хайдеггера либо в оригинале. машинный перевод текстов Хайдеггера на русский язык может в редких случаях дать занятный результат. Фи- . что перестройка аварийного здания обходится многократно дороже. Хайдеггер всю жизнь старался держаться в рамках аксиом западноевропейской философии. мыслит и представляет себя исключительно в русле и в рамках западноевропейской философии.20 • Раздел 1. чего совершенно не понимаем и что остается для нас внутренне чуждым. Но даже автоматический. В этом пластичность нашей культуры. как мы уже отмечали. е. то полезнее было бы поставить перед собой задачу выстроить все с нуля. в детстве не обижал младших. точнее. Это замечание чрезвычайно важно для точного определения местоположения хайдеггеровской мысли. прекрасно в нем ориентирующийся и знакомый с мельчайшими его нюансами. к Ницше. е. либо через адекватные переводы на европейские языки отличить удачу от провала невозможно. я предлагаю совершить путешествие в направлении Хайдеггера. Гете и Гегеля вплоть до Ницше и Бергсона) — доведением до последних логических пределов того. от досократиков.

согласно Хайдеггеру. Он мужественно берет на себя ответственность за судьбу всего западноевропейского мышления в его наиболее западных. • постигаем (смысл.. основанным на вскрытии философского значения основных слов этого языка либо полностью. румынский и другие языки) и германская. • переводим (ища русских соответствий в словах. на Ницше. что каждая большая языковая группа имеет свои философские системы с более или менее развитым аппаратом. Seyn und Sein лософия Хайдеггера — это развернутый реквием по западноевропейской философии. мы. При этом работа по «слому» философского метаязыка составляет едва ли не львиную долю его текстов. Хайдеггер не ищет точки опоры ни в экзотических культах. испанский. Проводя параллели с европейскими смыслами. на черте. чтó значит «нечто было». «умерло» (мы еще подойдем к тому. читая Хайдеггера. языку философии. Этот континент европейских смыслов — с тремя языковыми основами — для нас сегодня не является чем-то само собой разумеющимся. что «того. ее высоты и падения представляют интерес. только ее процессы и изгибы. если рассмотреть ареал распространения индоевропейских языков. кроме латыни. «завершилось». Не идеями. должны учиться мыслить словами и корнями своего родного русского языка. Кроме того. итальянский. Последняя заканчивается. Сам Хайдеггер стоит на границе. основанный на презумпции. Дело в том. Хайдеггер мыслит не концептами. что де- . интенцию мысли). посвященное тому. «нечто началось» и «нечто закончилось». посвященных европейской философской традиции. С этого могильного обрыва (Abgrund)(7) Хайдеггер и ведет свое повествование. поскольку то. традиционализм или мистику. Здесь было бы некорректно примешивать религию. во-первых. ее стоянки и постулаты. Поэтому. что достаточно владеем современными европейскими языками (хотя бы немецким и французским). — и чтó значит. Для Хайдеггера только философия имеет решающее значение. мы одновременно: • вслушиваемся (в немецкие слова). способных передать смысл). Хайдеггер предлагает обратиться к западноевропейской философии. где имеются три базовые лингвистические группы: греческая (включающая язык начала философии). Встреча с Хайдеггером: приглашение. что «нечто было». не факт. мы увидим. либо частично вперемежку с заимствованием понятий из близких языков. что умерло. к которым подводят отмеченные ранее особенности его мышления. входят французский. родной и понятной для Хайдеггера. это не западноевропейская философия. предлагает ввести новые смыслы. латинская (куда. Его мышление — словесное и корневое. обладай мы хотя бы наброском русского философского языка. МЫСЛИТЬ СЛОВАМИ: ИНДОЕВРОПЕЙСКИЕ ЗОНЫ МЫШЛЕНИЯ Чтобы понять Хайдеггера. Их чтение и осмысление требует известной (пусть началь- Глава 1. но корнями слов.22 • Раздел 1. Так обстоит дело и с европейской культурой. не началами. Это надо учитывать. В первую очередь надо вслушаться в его язык. логосных. понимая. так же как и сам Хайдеггер в случае с немецким языком. как к тому. ни в тайных доктринах. чему нельзя найти аналогов в других культурах и что составляет сущность и судьбу именно западной цивилизации. больше нет»). • 23 ной) лингвистической и филологической подготовки (8). что есть сейчас. аспектах. что. вслушиваясь в корни слов. но словами.. Все три группы обладают устоявшимся философским языком с давней традицией перевода основных значений. мы ломали бы старые значения вместе с Хайдеггером. Чтение Хайдеггера должно стать для нас дорогой к нашему собственному русскому языку как языку мысли. В этом его своеобразный аскетизм: чтобы справиться с глубочайшим кризисом современного нигилизма. чего больше нет. как к тому. Но это было бы не фатально. Это ставит перед нами серьезную проблему. — «быть» для него вообще главное понятие. не принципами. чтó для Хайдеггера означает «начало». Все реже мы качественно изучаем греческий и латынь. Хайдеггер ломает эту норму. что было. прикасаясь к его текстам. а во-вторых. мы должны научиться производить две операции. не категориями. ни в инициации. что было. замысел.

Французский философ и историк религии Анри Корбен (9) (которому принадлежат первые переводы фрагментов главной книги Хайдеггера «Sein und Zeit» на французский язык) в своих многочисленных и документированных трудах показал размах и специфику иранского мышления — с его специфическим метаязыком. а именно индуистская. об «иранской вещи». а специально. и строили бы вместе с ним новое. привнесенной в ходе исламизации. В других вопросах (государственность.24 • Раздел 1. с тем лишь исключением. кроме полноценной и адекватной философской мысли. представляет собой отдельную область в рамках индуистской религии. и «Россия философская» вновь вступила в зону сумеречного сознания. Быть может. где собственно персидские корни сочетаются с гигантским пластом арабской терминологии. Быть может. Прежде чем наметить выход из такого положения. а старую европейскую метафизику. устоявшегося метаязыка русской философии с конвенциональными переводами европейских значений наша культура так и не выработала. Если это подозрение верно. корней. не желая в ней участвовать. а такое направление. наука. и западниками. культура также обладает предельно развитым и отточенным философским аппаратом. однозначным и понятным для каждого. В противном случае мы не поймем ни смысла. и наиболее глубокий. Это создает определенные проблемы. Почти то же самое сделал Хайдеггер относительно «Res Europea»(10). соблюдая и сохраняя себя для чего-то более интересного и важного. ни масштаба его философствования. Я рискну предположить. мы отвергали не по неразумию. мы стояли «под паром» именно в предчувствии и ожидании как раз такого поворота мировой истории мысли(14). д. как и на многих предыдущих периодах ее истории. что ломаем.. для чего-то более фундаментального. • 25 фическим. основывающимся на санскрите. Чтобы отказываться вместе с Хайдеггером от европейской метафизики. Их старания следует оценить по достоинству. который был бы чем-то устойчивым и сложившимся. следя за траекторией разрушения и обогащая новое начинание сокровищницей русских корней. т. когда в ней было все. что нам нечего ломать. Еще одна индоевропейская. техника. кто мыслит по-русски. . территориальным и историческим параметрам другим великим народам индоевропейского происхождения. посмотрим. пытавшимися искусственно перенести логос европейский на русскую культурную почву. экономика. то мы дождались своего часа: старая европейская метафизика рухнула. что угодно. Seyn und Sein лаем. Так в принципе и следует поступать. Это серьезное препятствие.. военная мощь) мы вполне адекватны. самое время включаться в процесс настоящего философствования и распечатать девственное сокровище славянской русской речи для творения новых смыслов и новых интеллектуальных горизонтов с опорой на заново осмысленную русскую старину (13). Это заставляет задуматься о смысле такой аномалии: почему безусловно существующая русская вещь (Res Russica) столь же безусловно не имеет своего собственного логоса? Попытки восполнить этот пробел предпринимались и славянофилами. как индусская миманса. собственными смыслами и особыми лингвистическими и герменевтическими правилами и практиками. удостоверив этот факт. которую упорно навязывали с Запада. отведенную под систематизацию санскритских звуков.(11) Среди индоевропейских культур(12) только славянский мир. к. что среди всех индоевропейских культурных зон русская зона стоит «под паром» не случайно и не из-за нашей неполноценности и отсталости. демогра- Глава 1. Корбен дает нам проникновенное и развернутое представление о «Res Iranica». искавшими русский логос. При этом санскрит может быть рассмотрен как своего рода метаязык Веданты и ведантистского цикла. но в результате большевистской революции они были перечеркнуты. Встреча с Хайдеггером: приглашение. серьезный и ответственный из европейских мыслителей. Просто русские ждали того момента. не имеет своего философского метаязыка. как обстоит дело с иными индоевропейскими культурами: есть ли там свои метаязыки философии? В случае индоевропейского Ирана имеется обширная традиция специфического языка философии. не уступающий по социально-политическим. букв. мы должны ее понимать корректно и однозначно. призывает мыслить радикально иначе. их сочетаний и т. когда придет время творить новую философию.

Даже более чем по-вечернему — по-ночному. «вечерняя метафизика». Он видит свою миссию в том. Фихте. его «вечерний путь». Самую яркую форму этого вырождения Хайдеггер видел в «американизме». он называет совокупность сущего в целом — das Seiende im Ganze) являются немцы. по которой следуют все народы и культуры. что можно сказать на «вечернем языке». что в последние века среди всех остальных европейцев. От древних греков он прослеживает прямую линию к немецкой классической философии. и далее — к себе самому. Лейбница. И она же хочет стать началом нового языка. первыми не только спустятся в ночь. но и увидят рассвет. Seyn und Sein МЫСЛИТЬ ПО-ВЕЧЕРНЕМУ Вместе с тем следует ни на мгновение не упускать из виду глубоко европейскую сущность мышления Хайдеггера. Ясно осознавая свою идентичность как европейца и европейского мыслителя. Nacht und Tag». но историю и изначальность исторического в ней»(16). историю западной философии как квинтэссенцию истории. начиная с Гете. Встреча с Хайдеггером: приглашение. но нигилизм. Канта. чтобы подвести итог всей западной философской традиции. Он и его философия не частный случай — это судьба. надо сказать: сам он никогда не заблуждался. и все европейцы. Будучи мыслителем Запада. полагая. исторического бытия и культурного пути. как универсальны разложение и гибель. «Планетаризм же есть переворачивание начала (западной философии) в безбытийности своего развития»(18). Вечер (Запад) — исполнение дня истории и переход к ночи. это финальный аккорд западноевропейского языка. Das Land des Abends. Abend Vollendung eines Tages des Geschichte und Übergang zur Nacht. время перехода и подготовки утра (завтрашнего дня). романтиков. В истоках своего вечернего пути Запад еще освещал другим культурам мир лучами заходящего солнца. разложение и гибель (все прелести ночи). Соответствующая ей философия — это «вечерняя философия».. не сомневается в том. «забвение вопроса о бытии». В последнюю эпоху «американизм». Хайдеггер — последняя точка западноевропейского мышления. «Seynsgeschichtliche понимание Запада (страны вечера). которые выражают в себе идею «вечера». но так. извращении и ничтожности современного Запада Хайдеггер видел смысл и вселенское значение. Под „европейским“ (западным) надо понимать не географию и не расширение влияния. Хайдеггер говорит: «Сегодня вся планета стала европейской (западной) (…). рок (в смысле исполнения про-реченного). Zeit des Übergang und Bereitung des Morgens. Приравнивание западноевропейской культуры к универсальной отражает общий для людей Запада «культурный расизм». и наиболее важным ее моментом полагает «начало» — эпоху возникновения философской мысли в Греции. Хайдеггер мыслит по-вечернему. т. Ночь и день»(15). выражает в себе универсальную траекторию бытия. Современный Запад универсален. Однако. который он рассматривал как «планетаризм» (сегодня мы сказали бы «глобализм» и «глобализация»). что Запад несет другим не «прогресс» и «развитие». Но и в этом тлении. В каком-то смысле его книги суть последнее. Задача западноевропейской философии — «упаковать бытие ко сну». е. . Язык Хайдеггера — это не язык Хайдеггера как личности. — говорит Хайдеггер. В книге Хайдеггера «Die Geschichte des Seyns» в сноске к третьему разделу «Европейская философия» читаем: «Der seynsgeschichtliche Begriff des Abendlandes. Гегеля и вплоть до Ницше. Хайдеггер подчеркивает: «Европа — это вечерняя страна» (немецкое «Abendland»).26 • Раздел 1. к его чести. «техника» и «расчетливость» несут человечеству лишь тление. Шеллинга. значит. • 27 геру(17). die Welt. ответственными за мир («миром». Хайдеггер считал.. предвестием языка утра. Под «историей» Хайдеггер имеет в виду западную историю. как. «прагматизм». Для Хайдеггера Европа и Запад являются синонимами и означают особую форму философствования. что путь Запада. Хайдеггер. который в полной мере был свойственен и Хайдег- Глава 1. Страна вечера. впрочем. В конце языка лежит философия Мартина Хайдеггера. но где европейцы идут первыми и. «В начале языка лежит поэма». «пустыню».

И поэтому здесь снова следует обратиться к грамматике. поэтому мы пользуемся существительным «бытие». а именно различение между сущим (das Seiende) и бытием (das Sein). что спряжение глагола или образование различных форм — это всегда его наклонение. различие между das Seiende и das Sein является смыслом и основой всей философии Хайдеггера. заключается вся острота философии Хайдеггера. при решении любой проблемы. Задумаемся над более простым глаголом: что такое «делать»? Мы понимаем. мы видим «сделанное». как ее понимал Хайдеггер. которое по-немецки выражается активным причастием от того же глагола «sein — das Seiende». в инфинитиве. то должны были бы употребить не вычурное и довольно позднее и искусственное русское отгла- • 29 гольное существительное «бытие». ничего не обозначает. «das Sein» — это то. который есть». а такая степень абстракции непредставима. Очень важно определить. «Бытие» по-немецки Хайдеггер называет «das Sein». в глубину человеческого бытия. но сказанное надо всегда иметь в виду. Если бы мы переводили «das Sein» абсолютно строго. но церковнославянский глагол «быть» в неопределенной форме. В этом зазоре. в паре (и непаре) этих двух понятий. Но разве мы способны представить. что осуществляется неизвестно кем и неизвестно по отношению к чему. е. мы отныне в каждой ситуации. мы можем знать «делающего». вообразить. с одной стороны. У нас нет прямой возможности использовать неопределенную форму глагола.Глава 2. В немецком языке есть форма образования отглагольного существительного. подразумевая под ним «бы´ ти». что мы переводим как «бытие». глагол «sein» (или глагол «бы´ ти») существует сам по себе и ни к кому и ни к чему не относится. Сущее и бытие суть не одно и то же. что такое «делать» в чистом виде? Инфинитив не имеет четкого образа. подразумевающего присовокупление к глаголу артикля среднего рода. е. если точно не уясним себе. как «сый». какие немецкие слова соответствуют этим фундаментальным русским словам. В чистом виде. никому не «поклоняется» и ни перед кем не «склоняется». о чем идет речь. Если мы все же попытаемся отнестись к инфинитиву . Это понятие (французское «la difference»(19). И «сущее». ему напрямую ничего из сущего не соответствует. Хайдеггер подчеркивает. весьма удобное для перевода богословских текстов и западной философии. что означает «он делает». Мы не поймем Хайдеггера. т. в природу метафизики. смысл которой будет понятен в последующем изложении. и бытием — с другой. DAS SEIN И DAS SEIENDE Итак. Что такое «сущее»? В церковнославянском языке была такая форма. «Делать» («деяти» по-старославянски) — это будет чтото. Различие между сущим. немецкое «Unterschied») для Хайдеггера становится фундаментальным философским действием: не всякое различение. Получив «помазание» Хайдеггером. но различение всех различений. Бытие и сущее ГЛАВА 2 a{Šhe h qryee РАЗЛИЧЕНИЕ («ONTOLOGISCHE DIFFERENZ») В основе философии Хайдеггера. его упругое нагибание. в основе всей его мысли лежит представление об онтологическом различении («ontologische Differenz»). при прочтении любого философского труда будем мыслить по-хайдеггериански. подразумевающая: «тот. затронутых этой важнейшей диадой «бытия и сущего». его со-пряжение с чем-то. «бы´ ти». иначе мы впадем в ту ошибку. вникнув в природу мысли. исходя из неопределенной формы глагола «sein» (т. в наличии тождества и нетождества (одновременно). славянское «бытие» или греческое «εἶναι» есть нечто среднее между отглагольным существительным и герундием).

она сопряжена с самими корнями мышления. констатации наличия. в инфинитиве. где безусловны и фундаментальны лишь законы мышления. Канта и феноменологов: знание о том. строгого соответствия первой операции мышления. об области мышления. то. что присутствует. Понять сущее очень просто: оно представляет собой то. лежит в основании мышления как такого. е. которым сущее награждается в базовой операции мышления? Кант отчетливо сформулировал эту проблему. чтобы обойти этот вопрос. Мышление констатирует. о чем идет речь. самая внятная и самая базовая идея отношения человека к миру. то сразу окажемся в странной ситуации. Конечно. т. делает его наглядным и очевидным. то мышление немедленно сбивается. «со-пряжения». Вся совокупность вещей и каждая из вещей. или оно есть предикат разума. Что же тогда можно сказать о гораздо более сложном и ускользающем в силу своей мнимой очевидности глаголе «быть»? Если попытаться схватить смысл этого глагола (по аналогии с глаголом «делать») в его неопределенной форме. что наличествует. Сущее понятно. что оно есть как сущее. о том. смысл утрачивается. но мышлению о сущем. включая приписывание ему свойства сущего. как оно поступает со всем остальным. включая нас самих. Инфинитив есть фундаментальная операция сознания по развоплощению наглядного сущего в действии. что мы мыслим или о чем мы помним. Гуссерль. соответствующим не самому сущему. субъектом) или объектом. как инфинитив. пожалуй. когда глагол существует сам по себе как ῥῆμα. При всем видимом усложнении. В этом-то как раз и состоит вся трудность и вся проблематика философии Мартина Хайдеггера. Сущее — это. Если есть сомнение в том. В этом нет никаких сложностей: с сущим можно легко столкнуться. вполне и без проблем может присвоить себе статус сущего. е. сущего. как «делать». все. или его существование является пре-ди- . Не столь уж важно. Бытие и сущее • 31 ей главной констатации. е. Все. Деяние приобретает наглядность только в ходе спряжения. это сущее. что сущее есть. по сути. мы его не схватываем. которое является сущим в сфере мышления и является интеллектуальным объектом. Мы постигаем смысл глагола. и то. о том. основатель феноменологии и учитель Хайдеггера. самые причудливые. что наличествует. и от того. что есть. е. он от нас ускользает — даже такой конкретный глагол. предложил ввести понятие «ноэмы». когда он прояснен лицом и числом. с лицом (персоной. сколько бы ни старались. Опыт сущего — это главный и стартовый опыт мысли. поставив вопрос о «вещи-в-себе» и «вещи-для-нас». СУЩЕЕ ЛЕГКО ПОНЯТЬ: ОСНОВАНИЕ МЫШЛЕНИЯ Что такое сущее. является ли сущее сущим само по себе и правомочно ли вообще ставить вопрос о чем-то «самом по себе». приходит безумие. где оно еще обретается в тесном соседстве с сущим. он от нас уклонится еще решительнее. это вполне конкретная вещь. того. т. Речь идет о том. все. относится к самому сущему или к знанию? Является ли существование присущим самому сущему. das Seiende? Это мы как раз отлично понимаем. но во всех своих изгибах и парадоксах оно постоянно отсылает нас к сущему как сво- Глава 2. надстраиваемая над своим изначальным базисом. все остается довольно простым. и прямота такой понятности. когда он уже «нагнут». когда речь идет о философии. С одной стороны. Seyn und Sein глагола «делать» в поисках соответствий и образов. что сущее есть. что сущее есть. о ноумене и феномене. как она осуществляется. что дает себя нам. Есть — это третье лицо. Существует ли сущее само по себе как ноумен. т. во многом зависит вся структура мышления. т. Сущее есть. е. С этого оно начинается. с другой — мы не сможем ухватить то. когда оно идет в упряжке с местоимением или существительным. нам это что-то скажет. т. наличествующее. к самому себе. Мышление может принимать различные формы. в философии может возникнуть вопрос. В чистом виде. что мы видим.30 • Раздел 1. феноменом мышления. что при-сутствует. определяющие то. интересовавший в свое время античных софистов. что есть перед нами. что было. что оно есть сущее. то.

Итак. способное мыслить о другом сущем. кто сохраняет разум. ни того. которым является мыслящий. Первый этап — простая констатация. кто-то другой — тот. поскольку мы более не владеем процедурами утверждения о существовании и несуществовании ни нас самих. «каково оно?». . е. Признав обратное — что сущего нет. гипотетически. Теряя логос. Мысль имеет дело с этим как с первоочевидностью. бытие как das Sein. как инфинитив появляется в области мышления в тот момент. а основа мысли. и не имеет решающего значения для разума. Это очевидно для мысли. т. — будет за нас решать. мы теряем не только человечность. е. В таком случае. е. нежели немыслящее (или мыслимое). и это очевидно. «говорить заранее». сознание начинает подмечать определенные закономерности и на каком-то этапе (появление философии в Античном мире) приходит к выявлению того. о чем ранее заявили» (латинское «praedecire». Но в том случае. Оно мыслится через сущее. т. То. т. более высоком. Это не проблема и не вопрос. БЫТИЕ ЕСТЬ ПРОБЛЕМА: ВЕДУЩИЙ ВОПРОС ФИЛОСОФИИ Если сущее понятно и прозрачно.32 • Раздел 1. как минимум. чтобы. с его «cogito ergo sum» («мыслю. что сущее есть. Древними греками. что сущее есть. Наблюдая за сущим. но как нечто отличное от сущего. немецкое Zuspruch). всегда осуществляет это перводвижение. т. и его существование требует иной. е. от свойств того сущего. к систематизации и иерархизации свойств сущего. На сей раз это требует постановки сущего под вопрос. Бытие и сущее • 33 тывается на ином. е. оно утверждает (имплицитно). мыслящее сущее есть принципиально иначе. как он мыслит. «тем. мы не можем более быть уверенными. мы. что у сущего в целом есть общее свойство. хотя и присущее ему. быть мыслящими существами. Это. часто незаметный для самого мыслящего шаг. Эмпирически это будет выглядеть как два последовательных этапа «естественного» размышления над данностью сущего. Второй этап — стремление к обобщению наблюдений за сущим. этаже сознания. и к нему прикладываем свойство сущего. наделенное словом-языком-мышлением». к чему обращен этот «ведущий вопрос философии». существа ли мы. Так возникает представление о бытии и соответствующий вопрос: «что есть это бытие?». как греческое εἶναι. который формулируется так: «что такое бытие сущего как такового?» или иначе: «что есть общего у всего сущего. начиная с Аристотеля. Seyn und Sein катом разума. что вокруг нас. Когда мышление делает первый. но и животность. так или иначе. мыслить о мысли. «человек» определялся как ζῷον λόγον ἕχον. в другом — имеющей не строго соответствующий и не независимый предмет или вообще не имеющей такового. В обоих случаях речь идет о «ноэме». Пусть не так ясно. как у Декарта. предоставляя другим заботу о нашей классификации в многообразии видов. что сущее. отделить свойства того сущего. Как объект или как феноменологическая «ноэма» сущее есть. то с бытием все намного сложнее. и есть бытие. что делает это сущее сущим?» или «что присуще сущему в целом?». выводим его из строя и тем самым прекращаем быть мыслящими существами. но нечто подобное осознавали еще древние философы. есть ли мы или нас нет. «провозглашать». мы рушим механизм сознания. „азъ есмь“. Прекратив. является сущим более высокого порядка. Эта высшая форма сущего также ставится в соответствие с сущим в целом. с общим в сущем и выводит на проблематику «что есть бытие сущего?». т. Можно описать генезис этого вопроса двояко: эмпирически и рационалистически. по Хайдеггеру. как «животное. когда мыслящий начинает мыслить о том. кто просто мыслит. и эта понятность и прозрачность составляют основу мышления. в одном случае имеющей строго соответствующий ей и независимый от нее предмет. размышление о сущем приобретает совершенно иной характер и развер- Глава 2. Второй путь к тому же вопросу может идти через мысль над мыслью с подспудной и нарастающей убежденностью в том. следовательно. более высокой формы. существуем ли мы. Рефлексируя над собственным мышлением. о чем мыслит мыслящий. является «ведущим вопросом философии» (Leitfrage). Тот. я существую»).

Поэтому мысль о сущности сущего воспринималась древними греками как вторжение в жизнь чего-то божественного. Уже тогда в выяснении отношения бытия и сущего. На этом уровне и формулируется «ведущий вопрос философии». но к логосу. что в философии Аристотеля единство выступает почти как синоним бытия — ἓν есть синоним ὄν. Это отношение (das Bezug) является важнейшей проблемой для всей философии Хайдеггера. Согласно Хайдеггеру. не переходя на второй уровень — уровень размышления о бытии. что превышает мысль о сущем как таковом. Он видит в этом нечто глубинное. Seyn und Sein когда мышление начинает думать о чем-то. быть может. Прибли- Глава 2. «ВЕДУЩИЙ ВОПРОС ФИЛОСОФИИ» БЫЛ СФОРМУЛИРОВАН НЕКОРРЕКТНО Все сказанное выше о сущем и бытии не содержит в себе пока ничего нового и специфического. в нем пребывая. истории. наконец. высший. Там. сказать: все едино»(20)). отношение сущего и бытия уже в Античности было осмыслено неверно. чтобы было „так“?» — эти вопросы и составляют основной нерв философии Мартина Хайдеггера.34 • Раздел 1. Подозрение у него вызывает изначальный философский фундаментал в обосновании бытия как общего свойства сущего. Ключ к пониманию настоящего положения дел в философии. ἓν πάντα εἶναι («Если вы прислушаетесь не ко мне. пока. даже политике. Мышление только о сущем как оно есть в прямом опыте является потенциально безграничным. сопоставлять. что Гераклит связывал логос с божественной молнией. где ставится вопрос о бытии. мудро будет. возводя всю проблематику мышления на второй. по Хайдеггеру. что не так просто выразить и описать. в самой постановке «ведущего вопроса философии» что-то пошло не так. Бытие и сущее • 35 зительно так описывает онтологическую проблематику классическая история философии. начинается философия. и как надо. переставлять его. «Что пошло „не так“? Почему оно пошло именно „не так“. Эта граница отделяет просто мысль от философской мысли. что он с первых своих феноменологических текстов выражает явную неудовлетворенность самой формулировкой «ведущего вопроса философии». культуре. поэтому можно толковать этот фрагмент именно как связывающий логос с бытием. основополагающее. различать и соединять. полагая это общим местом. . кроме. Именно это заложено в 1-м фрагменте Гераклита Эфесского о единстве сущего и логоса — οὐκ ἐμεῦ ἀλλὰ τοῦ λόγου ἀκούσαντας ὁμολογέειν σοφόν ἐστι. Это и есть начало философии — выход за рамки первичных мыслительных констатаций из сферы «сущее есть». превышающего мыслительные возможности самого философа («прислушаетесь не ко мне»). надо искать на заре западноевропейской цивилизации — в решении вопроса о соотношении бытия (Sein) и сущего (Seiende) у первых философов. она росла по мере выведения всех следствий из заложенных начал философии. но что он интуитивно схватывает как поворотный момент мировой истории. Только молния божественного логоса. И здесь возникает один принципиальный момент. Мысль может перебирать сущее. не превратилась в тотальный онтологический нигилизм философии Нового времени и особенно ХХ века. как погрешность. решающее для всего процесса западноевропейской философии и толкует как фатальную ошибку. В лекциях о логосе Гераклита(21) Хайдеггер подчеркивал. Хайдеггер подчеркивал. как упущение чего-то самого главного. Радикальная новизна Хайдеггера сказывается в том. способна подтолкнуть к суждению о бытии в целом: в этом фрагменте — к суждению о «единстве всего». упорной фиксации внимания на отношении бытия и сущего. уровень. и хотя эта погрешность на первых этапах была бесконечно малой.

то оно есть сущее — пусть не просто как сущее. Seiendheit). или верховное сущее. На латынь позже этот термин перевели как «essentia» или «substantia». «быть». Здесь на первый план выходит структура Bezug'а (отношения). Бытие как то. Хайдеггер говорит это не с раздражением и высокомерием. Греки. «бытие не есть сущее». пусть даже самого возвышенного. что бытие как общее не таково как сущее в качестве частного. что объединяет все сущее в его наиболее общем качестве. т. совпадало с сущим в его всеобщности. Хайдеггер говорит: вот в этом-то все и дело. но с глубоким пониманием и сопереживанием. В результате получилось. что мышление о бытии сущего как сущего должно куда-то уводить нас от сущего. о нем стало возможно говорить. Утверждение противного. «sein». В русском языке точнее всего этот смысл передает слово «сущность». понимая глубину онтологического различения и Bezug'а традиционной философии. отношение. И если следовать за этой мыслью. что бытие есть. что бытие не есть сущее. судьбоносное утверждение: античная философия. Это и есть Bezug западноевропейской философии. что выражается формулой Sein = Seiendheit. т. предопределившей весь строй западноевропейской философии. но и у частного и у общего есть то свойство. образованное от причастия настоящего времени глагола «εἶναι». как того общего. что почти очевидно. а вслед за ней и вся современная западноевропейская философия. это не значит ничего. что оно есть сущее. и соответственно.Глава 3. Если «бытие есть». что сделало смысл расплывчатым. построили абстрагирование от сущего по прямой аналогии с самим сущим. т. — но все равно именно сущее. слишком любили сущее и стали жертвой этой фатальной любви. Но. но как сущность сущего. состоящее в выяснении соотношения сущего и бытия. С одной стороны. как это следовало бы. е. И здесь Хайдеггер делает важнейшее. но не так. конечно. фундаментально проглядели различие бытия и сущего. что делает сущее сущим. кроме того. что οὐσία и есть Seiendheit. которое делает их едиными — и то и другое есть. Это было. Хайдеггер выдвигает тезис: «Sein ist das Seiende nicht». что «бытие есть». е. Фундаменталь-онтология ГЛАВА 3 trmd`lemŠ`k|-nmŠnknch“(22) СЛОЖНОСТЬ BEZUG'а Выясняя характер онтологической проблематики. дифференцируя бытие и сущее через сущность. в античной философии структурируется совершенно определенным образом. должно каким-то образом сопрягаться с сущим. Мысль о бытии сущего приводит древнегреческих философов к понятию сущности. может приниматься лишь до определенных границ. Bezug. Оно и уводит. В итоге бытие обретало свойство сущего. при котором оно отождествляется именно с общим качеством всего сущего как сущего. «бытие есть сущность сущего». в конечном счете мыслилось как сущее. Такое утверждение возможно только в отношении сущего. мы действительно в какой-то момент придем к убеждению. Здесь следует снова обратиться к метаязыку Хайдеггера. как это сделал Парменид. такое понимание бытия. самое главное и чистое из сущего. как и люди Запада. изначального. учреждается два параллельных уровня — уровень сущего и уровень сущности (oὐσία. здесь коренится принципиальная . «Сущность» (по-гречески «οὐσία») — существительное женского рода. другое сущее — сущее высшего порядка. простого и единого. что бытие (как сущность сущего). Он настаивает на том. Именно это понимание и предопределяет особый путь развития западной философии. хотя и мыслилось отличным от сущего в его отдельности и конкретности. когда надо подчеркнуть. которая структурируется вокруг именно такой онтологиче- • 37 ской картины и основывается именно на таком способе мышления: «бытие есть сущность сущего». связываться с ним. где бытие как εἶναι устойчиво и неизменно мыслится именно как οὐσία. е.

а не понявшая этого западноевропейская философия есть великое заблуждение длительностью в две с половиной тысячи лет. в смысле Гуссерля. Хайдеггер вводит три уровня онтологии. По Хайдеггеру. Здесь вопрос о бытии ставится в самом центре мышления. а не понятиями. так и бытовому мышлению. равно как и самой философии («философия» и «онтология» с точки зрения . Это уже мышление. так и самым банальным ментальным реакциям обывателя самых различных культур — от примитивных до самых изощренных. и ограничивается простой констатацией. т. являются «ноэмами». «что есть сущее в целом». именно с него начинается философия. Это мышление словами. сопоставлять их между собой. ὄν) к бытию (Sein. и. и область онтического мышления может быть названа. И то. от которого обычно образуются сложные слова в греческом). онтология основана на выяснении структуры и качества отношения одного к другому. Seyn und Sein ошибка: если бытие не есть сущее. ОНТИКА Рассматривая проблему отношения (Bezug) сущего (Seiende. это оперирование вещами. сколь многое вложено в это понятие. Онтическое измерение есть прямое схватывание разумом окружающего мира с его различиями и многообразием. где ставится «ведущий вопрос философии»: «каково бытие сущего». Древние греки определяли поле сущего собирательным понятием «φύσις». что есть бытие сущего или сущность сущего. от греческого ὄν (сущее) (ὄντος — родительный падеж. «какова сущность сущего»? Здесь-то и появляется проблема качественного различия между сущим и бытием. вслед за Аристотелем. В отношении философии онтическое мышление может рассматриваться как нечто подготовительное — как то. Но в этом случае оно не может быть тождественно сущности сущего. как она начинается. а не отвлеченными концептами. Эти определения Хайдеггер дает в своем главном труде «Sein und Zeit»(23). Онтология начинается там. имеет принципиальное значение для всей траектории становления философии и в огромной мере предопределяет ее судьбу и ее конец. не задаваясь вопросами о том. мышление очевидностями. «бытие есть ничто» (das Sein ist das Nichts). как она обращается с пластом онтического мировосприятия и мироосмысления. Чуть позже мы увидим. при том что здесь разум еще не ставит перед собой вопроса о том. т. что есть бытие сущего. основы онтологии. и не общее. Для Хайдеггера этот уровень мышления чрезвычайно важен. в каком направлении от него отталкивается и куда движется далее. не выходя за его пределы. ОНТОЛОГИЯ Второй уровень Хайдеггер называет собственно онтологическим. где в центре внимания ставится вопрос о бытии сущего и нетождестве бытия и сущего. пространства мысли). и следовательно. «физикой». мы находились в области онтики. Когда мы пытались ответить на вопрос. есть ничто из сущего (в том числе и не сущность сущего. что лежит в его основе. что сущее есть сущее. е. εἶναι). что такое сущее. оно не есть общее для сущего. т. как высоко развитым системам Глава 3. которая в отличие от мышления как такового выходит на принципиально новый уровень. Это начало философии. е. утверждает Хайдеггер. даже если эти вещи имеют ментальную природу. е. следовательно.38 • Раздел 1. откуда взялось сущее. не οὐσία и не κοινόν). всегда оставаясь на одном и том же уровне мыслительной топики (т. выстраивать ряды сущего. В таком случае бытие не есть. к. Одним словом. где конец сущего и каков этот конец? Онтическое поле свойственно как позитивным наукам. самым прямым и доступным образом. но еще не философское мышление (в полном смысле этого слова). есть не сущее. Фундаменталь-онтология • 39 подсчета и классификации. Первый уровень он называет «онтическим». в соответствии с которыми эта проблема может быть рассмотрена в ином ракурсе. Мышление как таковое в его наиболее естественном и простом виде развертывается именно в этом измерении. Мыслить о сущем как о сущем — значит сравнивать одно сущее с другим сущим. а не сущностями. то именно это должно составлять его основное свойство.

онтология ее насиловала. постигается не со стороны сущего. которую Хайдеггер предлагает создать. таким образом. что онтология с самых первых своих этапов сбивается с предначертанного пути. «бытие». а сама философия занимает место царицы наук. к. в свою очередь. понимая под этим Seiendheit. отождествляет бытие сущего с сущностью сущего (οὐσία) и. Они являются создателями онтологии греков. первичным и обусловливающим уровнем мышления. т. е. тем самым породив «фиктивную трансцендентность». окончательно оформлены Платоном и Аристотелем и в таком законченном виде перешли к христианскому богословию и философии Нового времени. искажала и корежила сущее и постижение сущего. их выбор. т. Все это есть результат одной изначально бесконечно малой ошибки. ничто). онтология по мере своего становления лишь все более расстраивала нормальное функционирование онтического мышления. разрушение и смерть. к его скрытому фундаменту. в двух вариациях: в обычной — «Sein» и в устаревшей — «Seyn». утверждая различие сущего и бытия (как общего для всего сущего свойства). т. И показательно. Но греки поступили иначе и создали онтологию. входивших во вкус свободы. к прыжку за горизонты сущего и к открытию. Seyn und Sein вопроса о бытии являются тождественными понятиями). выявлению бытия. грамматики. В более поздних работах (особенно периода 1936– 1946 годов) Хайдеггер ввел важнейший элемент своего метаязыка — написание слова «Sein». но при этом выступал для сущего в онтическом срезе высшим началом. Хайдеггер утверждает. (На русском языке нет никакой возможности передать это различие с опорой на русские слова — пусть самые вычурные. напротив. Метафизика оказывается фактически тождественной . который оставался сущим (как бы его ни называли). математики. т. Глава 3. что оперировал с сущностью как будто с бытием. Seyn — это бытие. е. а также этики. их решение этой проблематики заложили основополагающие рамки всего дальнейшего философского процесса. роком для всей западноевропейской философии. основанную не на ничто. которое. и представляет собой подлинную трансцендентность и аутентичную философию. основания и методологии наук физических. Вместо спасения сущего через бытие логос губил сущее через сущность (эссенциализм). геометрии. и как другого трактата Аристотеля). а иначе (скорее. полностью ускользает от онтологии. создавала заторы и тупики. где и следовало бы искать бытие как истинную основу сущего. Логос в онтологии. навязывая сущему абстрактные конструкции. должна была бы совершить бросок в ничто. т. что самое главное заключается в том. как первые философы осмыслили вопрос о бытии сущего. на бытии как всеобщем свойстве сущего. Это была бы подлинная трансцендентность. е. что идет после „физики“» («физики» и как явления. в несущее. основанные на неверно ориентированном базовом движении логоса. Вместо объяснения φύσις. который и отличал ее от онтики. Рождение философии и молниеносный прорыв к логосу подталкивали мысль к отрыву от онтики. Онтология как она есть. стало судьбой. а на сущности сущего. вместе с тем относится к бытию как к тому же сущему. У Аристотеля философские интуиции первых греческих философов приобретают законченную и систематизированную форму. которая становится полем философии.) Онтология оперирует с бытием как с Sein. и она и только она обеспечивала бы философии ее необратимую и неотразимую фундаментальность. То. решая вопрос о бытии. ставшей онтологией европейской философии. е. но только более высокого порядка. и таким избытком ложной позитивности привносил в ансамбль сущего негатив. обусловливая. Фундаменталь-онтология • 41 Это различие имеет радикальное значение. д. которая не прорывалась к подоплеке сущего. Вместо того чтобы стать по-настоящему более глубоким и фундаментальным. небытия нет»). приравнивая бытие к сущему (откуда парменидовское «бытие есть. запредельность. филологии. Постигая сущее вначале онтически. эстетики и т. бытием.40 • Раздел 1. но удваивала топику сущего дополнительным этажом. со стороны не-сущего. были заложены досократиками. Эта онтология. принципы. создает над сущим (и онтикой) искусственную конструкцию «эссенциализма». был сконфигурирован в греческой философии таким образом. что одна из его работ носит название «Метафизики» — «того. сущность. яростная мысль греков.

А значит. пытаясь взлететь над онтикой. Раз нам предлагается пересмотреть онтологию в ее истоках. ставит своей задачей обосновать область начал. Однако эта важнейшая операция еще не даст результатов. где сущему онтически был добавлен план такого же сущего — но . например. Хайдеггер вплотную подводит нас к следующей цепочке размышлений. значит. к. вещей (реализм. в своем первозданном и свежем виде. «философия жизни». которая эксплицитно отвергает любые апелляции к метафизике. К ФУНДАМЕНТАЛЬ-ОНТОЛОГИИ Перейдем к самому главному. то «основным — лежащим в основании — вопросом философии» (Grundfrage) должен стать вопрос об истине бытия (über Wahrheit des Seyns: речь идет о Seyn через «y»). Философия начинается там. метафизику как удвоение топики сущего.42 • Раздел 1. Мы должны по-другому ответить на основные вопросы развертывания логоса. надо разгрести колоссальные наносы. философия Ницше. Параллельно этому возрастает вытеснение природы техни- Глава 3. лежащих за пределом физики (т. на которой строится в дальнейшем философия. В какой-то степени эту же задачу ставит перед собой феноменология с ее концепцией «Lebenswelt». к. и ее основными методиками. позитивизм или прагматизм. онтики). но при этом основные вопросы должны быть заново поставлены. чтó было «не так». заложившие основные траектории ее будущего развития. еще не задающегося вопросом о бытии сущего. но лишь выведет нас на стартовый уровень — к выяснению онтического мышления и его структуры. Критика онтологии (и метафизики) как ложной онтологии и идентификация истоков главной ошибки в первых шагах греческой философской мысли (которые предопределили весь дальнейший ход развития западной философии) уже сами по себе предполагают наличие альтернативы. е. Если мы увидели. что и творцы западной философии. что вся западноевропейская философия является метафизикой (т. о системе полезного (прагматизм). Фундаменталь-онтология • 43 кой. Дойдя до онтического и очистив его от онтологии. Seyn und Sein онтологии (и западноевропейской философии в целом). Метафизика как онтология давно стала единственным и общеобязательным стилем западноевропейского мышления. т. чтобы все было «так». искусственными продуктами человеческого общества. к сердцевине хайдеггеровской философии. в какой оно пребывает в начале истории философии. по обратной аналогии можно попытаться определить. создала фальшивую трансцендентность. как должно быть или должно было бы быть. Но по мере становления этой философии и по мере конституирования все более и более развитой и весомой онтологии (метафизики) мы все дальше удаляемся от онтического. перед нами стоят те же проблемы и те же вопросы. Хайдеггер настаивает. е. включая свои онтические основания. Вопрос онтического мышления — естественного мышления. понятий (концептуализм) или ценностей (аксиология). вульгарных политических мировоззрениях и даже нигилизме. матрица мышления во всех случаях одна и та же и основана на (ложно) трансценденталистской (удвоенной) топике. Это вспышка божественного логоса. Все это — выражение метафизики. где появляется вопрос о бытии сущего. мы оказываемся в той же позиции. Онтология. «жизненного мира». онтологией) — даже та. которыми является все здание европейской философии от досократиков до ХХ века. Но мы видели. материализм). «так.) Чтобы это осуществить. Хайдеггер говорит о том. как надо». т. что если «ведущим вопросом философии» (Leitfrage) был вопрос о сущности (как общего свойства) сущего. — остается той базой. Вот здесь-то и начинается различие. выводящая к новым горизонтам. что в случае онтологии этот вопрос был сформулирован крайне неудачно. подменяя его онтологическим. и пиком ее решения становится выдвижение на первый план Dasein'а(25). (Эта проблема решается Хайдеггером в книге «Sein und Zeit»(24). освещающая новое измерение мысли. а ответ на него и вовсе заключал в себе катастрофу. необходимо вновь вернуться к онтическому — причем в той форме. которое построено всегда и во всех случаях эссенциалистски — не важно. идет ли речь о системе идей (идеализм). Онтология подминает под себя все.

снимая сущее как сущее. где есть ничто. позволит этой истине сбыться. наученные горьким опытом роковой ошибки. конституирующее своим тихим могуществом все. Фундаменталь-онтология • 45 а как его живительный и вечно присутствующий исток. е. поступая так. которое делает сущее сущим. которое животворило сущее. В свою очередь. т. тем самым искорежив его. углубиться в его праоснову. утверждает его принадлежность к бытию. поскольку философия есть поле абсолютной свободы. если свобода мыслящего сопряжется — в предельном риске — с истиной бытия. а не через сущее (Seiende) и тупиковый путь эссенциализма (Seiendheit — как Sein через «i»). что и привело его к тотальному нигилизму: ведь. нежели вся предшествующая философия. на бытии. Но она возможна только в том случае. логос «фундаментальонтологии» будет мыслить ничто не как антитезу сущему. Это и будет «фундаменталь-онтология» — онтология. Логос классической метафизики мыслил ничто как антитезу сущего и. На сей раз. надо повторно пройти взрыв логоса. а на ничто. следует пойти на сей раз в ином направлении: мы не должны возноситься над сущим. то ничто (Seyn = Nichts). Но это ничто не есть просто не-сущее (считая от сущего). построенная по принципиально новым выкройкам. который. в срезе сущности. и в конечном счете как антитезу себя самого. где ничего нет. Из этой трагедии вылилась история Западной Европы и ее философии. не может определяться приписыванием атрибута «есть»). пережить новый опыт молнии. не становясь сущим. В онтологии греческий логос порвал связи с сущим и онтическим его восприятием. следовательно. как в случае европейской метафизики. на сей раз сконцентрированный не на сущем. Онтологическое различение должно на сей раз быть проведено радикально и с концентрацией философского внимания на самом бытии — Seyn (которое не есть сущее. . игнорируя. есть ничто. где мышление может осуществлять самые дерзкие и самые непредставимые повороты. он уничтожал.44 • Раздел 1. Хайдеггер предлагает зафиксировать наше внимание на этом моменте. Seyn und Sein только на сей раз в его эссенциальном срезе. обобщенно. Это ничто. мы должны сформулировать вопрос о бытии напрямую. Недостаточно вернуться к онтике в ее неиспорченном состоянии. В этой «фундаментальонтологии» должен воссиять новый логос. оставаясь привязанными к нему и разрушая его этим двусмысленным отношением. Это животворящее ничто. Глава 3. Мы должны заглянуть под него. Как возможна фундаменталь-онтология? Она возможна. Философия Мартина Хайдеггера — это философия перехода к построению «фундаменталь-онтологии». которое не есть и которое. как антитезу сущности. Отталкиваясь от онтического (от сущего). но не смог прорваться к бытию как таковому.

связанном с «фундаменталь-онтологией». но противопоставляет их. что случается и происходит. Поэтому. Прежде чем приступить к выяснению значения составного слова «Seynsgeschichte». е. «неслучайности» и. что означает «происходить». а также «бег». т. «посыла». то Geschichte — это путь смыслов. что в ней послано. чем то. То. Это важно отметить. передать смысл которого на русском Обратимся к этимологии немецкого слова «Geschichte». т. Das Seynsgeschichtliche ГЛАВА 4 DAS SEYNSGESCHICHTLICHE • 47 языке вообще не представляется возможным: «бытийноисторический» или «быто-исторический» не только звучат нелепо. которое. Но сам Хайдеггер. Если углубляться в этимологию и дальше. который и выступает как то. Еще хуже обстоит дело с прилагательным «seynsgeschichtliche». Теперь обратимся к слову «Geschichte». требует от нас повышенного внимания. что все случающееся представляет собой общее связанное и целенаправленное действие. рассмотрим два входящих в него корня. но как прорыв в чистую и свободную от жесткой привязки к сущему стихию. который идет сквозь историю как то. «порывистый жест». «Geschichte» — содержание послания. если перевести «Seynsgeschichte» как «история бытия». деяниях и событиях. есть некоторый посыл. не просто не соглашается отождествлять «die Geschichte» и «историю» (die Historie на немецком). «скачок» (Sprung) как основного философского действия. в котором нечто передается от кого-то кому-то через что-то и для чего-то. написанное через «y». которое переводится на русский язык однозначно как «история». В русском языке от этой основы образован глагол «скакать» (в значении «прыгать»). к. Если «история» есть повествование о происшествиях. который означал «резкое движение». насколько глубинным и непростым является этот проект. мы попадаем мимо хайдеггеровского намерения. «Seyn» мы уже встречали. вводящего нас в об- . бытие не как общее свойство сущего.Глава 4. как ничто (Nichts). Судьба состоит в том. альтернативной всему массиву западноевропейской мысли. С этим словом Хайдеггер сближает по смыслу и форме другое немецкое слово «Geschick» (более употребительное сегодня в форме «Schiksal») — «судьба». «порыв». е. то видно. «прыжок». «посылать». Оно происходит от глагола geschehen. не как констатация логоса. требующий построения онтологии. Это слово. не как сущность. Поэтому в слове «Geschichte» как в сообщении о заслуживающих внимания происшествиях Хайдеггер читает значение «судьбинности». что слова «geschehen» и «schicken» на самом деле восходят к общему индоевропейскому корню «*skek». построенного на основании рассмотрения сущего через само сущее. еще глубже. По первоначальному значению оно близко к немецкому «Ereignis»(26) (дословно «событие». «История» — это конверт. образовано от глагола «schicken». т. Поэтому круг выражений и используемых слов в направлении. и к этому мы должны были уже привыкнуть. «происшествие»). Мы видели. явлениях. что имеет в виду Хайдеггер. в свою очередь. ПОСЫЛ И СКАЧОК DIE GESCHICHTE И SEYN Существительное «Seynsgeschichte» и образованное от него прилагательное «seynsgeschichtliche» играют огромную роль в философии Хайдеггера и напрямую связаны с проектом разработки «фундаменталь-онтологии». «рывок». придавая всему смысл. «случаться». что происходит в истории в ее наиболее существенном измерении. но и отдаленно напоминают совсем иной круг сближений и значений. у Хайдеггера означает «бытие в фундаменталь-онтологическом понимании». «отправлять». у Хайдеггера мы сталкиваемся с толкованием слова «прыжок».

Поэтому Seynsgeschichte может. Итак. это не плавно развертывающееся полотно истории. к. и это понимание будет высказыванием самого бытия (Seyn). но совокупность отдельных резких скачков над бездной. и получим возможность быть в бытии будущего (бытии. но и не Seynsgeschichte. мы не только радикально изменим траекторию и строй нашего действительного существования и двинемся к новым горизонтам по совершенно новому пути. который проходит над бездной (Abgrund). Это и есть Seynsgeschichte. а не ложной трансценденции старой онтологии. что решается в философии. не только осознав то. О содержании посыла этих скачков. это напряженное усилие распознания посыла бытия (Seyn). надо совершить скачок: не просто плавный переход. мы стоим на краю пропасти и у нас нет места для разбега. не эволюцию. Культура. SEYNSGESCHICHTE КАК СОУЧАСТИЕ В БЫТИИ (SEYN) Seynsgeschichte — это не просто область мысли или отрасль науки. мы узнаем. Но стоит нам включиться в соучастие в прыжке. чтобы в кульминационной точке (эсхатология бытия) перейти от онтологии (открывшей себя как современный европейский нигилизм) к «фундаменталь-онтологии». равно как и получателем этого посыла было само бытие (Seyn). что было в прошлом. которое оповещало себя о себе через скачки (каждый скачок — это этап философской мысли. а не нечто наличествующее. нам откроется. Понять посыл бытия (Seyn) можно только в состоянии скачка (прыжка) над бездной. чем был исторический процесс на самом деле и что в конечном счете сообщали нам великие мыслители о последних горизонтах своей мысли. заложенного в историческом процессе через расшифровку глубинной философской интенции мыслителей. служить отправной точкой для всего философствования в рамках фундаменталь-онтологии: прорвавшись к Seynsgeschichte и осмыслив значение этого слова. но и впервые откроем то. Тогда мы вступим в область Seynsgeschichte. что по-настоящему было в прошлом. не перетекание. но именно резкий и травматический. мы уже в силу самого этого события конституируем процесс развертывания фундаментальонтологии и выражаем через нас посыл бытия (Seyn). поднимавших онтологическую проблематику. что в этом посыле содержится послание аутентичного бытия (Seyn). связанный с каким-то великим философом и его открытиями). было посылом бытия. уже не просто история. Seynsgeschichte возможно как осмысленное и утвержденное. Seyn und Sein ласть «фундаменталь-онтологии». говоривших о ней косвенно или умалчивающих о ней (что не менее важно). т. рискованный скачок. но и завоевав право присутствовать в этой области. что было. что отправителем. е. все общественные и исторические события и трансформации в Seynsgeschichte могут служить лишь второстепенными декорациями. ничего не говорящих духу последних людей и представляющих собой лишь культурную конвенцию. но у нас нет уверенности. далекими следствиями того. прыжок) успешно совершен. Без этого оно будет просто Geschichte: в нем можно уви- Глава 4. Если мы сможем обнаружить истину бытия (Seyn) через него само. Например.48 • Раздел 1. которое будет). философия истории Гегеля — это Geschichte. предуготовляющих последний скачок. Поэтому Seynsgeschichte — это проект. предуготовляющих последний и самый важный (самый сложный и опасный) финальный скачок. то у нас не будет даже Geschichte. Das Seynsgeschichtliche • 49 деть и посыл и скачки. по Хайдеггеру. То. Но если этого не произойдет и будет решено продолжать оставаться под «ярмом» старой метафизики. а не через сущее и не общее свойство сущего. который остается всегда . будет ли принято решение (Entscheidung) о переходе к «фундаменталь-онтологии» и будет ли этот переход (скачок. Поэтому Seynsgeschichte и само его существование зависит напрямую от того. но задание. исторического процесса. Geschichte. т. исходя из горизонта «фундаменталь-онтологии». Чтобы перейти от онтологии к «фундаменталь-онтологии». При этом Хайдеггер подчеркивает. что этот скачок может быть смертельным. и останется только мертвая история с ее бессмысленным и бесконечным перечислением деталей прошлого. Так. в свою очередь. нам сообщает употребление слова «Seyn». не данность.

всегда новым и живым. тот никогда не жил»(30). ответов на вызовы и прочее. На-стоящее время есть при-сутствие (parousia) бытия (Seyn). Современная философия и наука и производные от них современные обыватели(27) мыслят время как то. а многое из того. где субъектом выступает человек и человеческое). в каковой мы сами не есть (по-славянски это звучало бы: «мы сами несмы»). становление современниками того. того никогда не было. Поэтому смысл прилагательного «seynsgeschichtliche» означает схватывание бывшего в прошлом как настоящего. на самом деле было. е. откуда хорошо видны другие горные вершины. оно же время. что обычно именуется общим словом «история». к. а в немецкий язык пришло из греческого (ἱστορία) через латинский (historia). самостоятельное и автономное. что воистину было. а не о бытии как Sein! То есть время (Zeit) Хайдеггер понимает фундаментальонтологически. то. как у Канта). Через прилагательное «seynsgeschichtliche» мы становимся современниками великих идей и великих людей. но что в нем воистину было. сколько о деталях жизни людей далеких эпох. А то. SEYN IST ZEIT Взгляд на историю как на Geschichte и тем более Seynsgeschichte может вызывать недоумение у тех. Это бытие (Seyn) относится к себе самому и к сущему (Seiende). Показательно. где и в чем это бытие реализуется. что было. а копошение мелкого в темных долинах ни в настоящем. что прошло и стало прошлым. и соответственно. То. Во времени (Zeit) как Seynsgeschichte нет ни самостоятельного объекта (природы). так и современных. как развертывание бытия во времени (при том. что нам кажется бывшим. Для Хайдеггера бытие и есть время. Но сразу заметим: речь идет о бытии как Seyn. уже есть и обязательно было раньше. устарело и прошло). чем зуд бессмысленных толп — как древних. В таком времени (как в Seynsgeschichte) прошлое в том смысле. Zeit Хайдеггер видит как Seynsgeschichte. Подлинный мыслитель знает о деталях общества. разворачивающееся во времени. прошедшим (Vergangene). соответственно. Раз бытие (Seyn) есть время (Zeit). Das Seynsgeschichtliche • 51 науки (как совокупность человеческих деяний. время и есть бытие (Seyn ist «Zeit»(29)). что бытие мыслится не как нечто отдельное. Но ему внятен голос бытия.50 • Раздел 1. в «Повести временных лет») . кто некритически. ТРИ ПЛАСТА ИСТОРИИ Введение измерения Seynsgeschichte и рассмотрение времени и его событий и закономерностей с «фундаменталь-онтологических» позиций выделяет три уровня в том. что не есть. не все в истории из того. есть ненастоящее «настоящее». в каком оно было. что в прошлом не просто проходило и происходило (но оказалось не важным. звучащий из уст древних яснее и громче. в котором живет. что в русском языке это слово появилось из немецкого языка в XVII веке при Петре Первом. Однако это не время в естественно-научном понимании (априорный модус существования объекта) и не история как ее понимают гуманитарные Глава 4. ни в прежних эпохах неразличимо. ни субъекта (человека). в каком оно будет. А то. в чем развертывается бытие. До этого момента в русском языке понятия «история» не было: исторические сведения сообщались в летописях (например. т. Seyn und Sein неизменно свежим и острым. того не было! И будущее (das Kunftige) в том смысле. не есть некое априорное условие (пусть субъективное или трансцендентальное. т. развертываясь как время. какоето другое настоящее. никогда не является Vergangene (прошедшим): оно непреходяще. впитал нормативы западноевропейской онтологии и метафизики и привык рассматривать время как нечто объективное или. но как само время). Здесь можно было бы напомнить формулу поэта и философа Евгения Головина «кто умер. не есть то. как несомненные аксиомы. сами поднимаемся на последние высоты. а не онтологически. по меньшей мере. Героем Seynsgeschichte является само бытие. за исключением присутствия бытия (Seyn). нам не известно ровно в той степени. столь же мало. если не меньше. Но для Хайдеггера Zeit (время(28)) не есть что-то отдельное или добавочное к бытию. истинно бывшее. есть.

кто пишет. чтó Хайдеггер говорит о западноевропейской истории. для кого пишут. Чисто теоретически онтическая история представляла бы собой документальное повествование о сущем как таковом. расходилось. «были» и «былички». по смыслу соответствующие хайдеггеровскому Seynsgeschichte. фрагментарно и поверхностно. что Хайдеггер производит с понятием «истории» две операции: с одной стороны. кто спустя какое-то время изучает написанное. но с таким описанием. «фундаменталь-онтологических». фиксировавших рутинный распорядок жизни среднего человека прошлых веков. заведомо («во время оно». отбор подлежащей описанию документации и тем более ее многоуровневая интерпретация (от составителей до переписчиков и самих историков) отражает все. Иными словами. к. поддающихся при необходимости четкой рефлексии. но будем учитывать в этом качестве. житиях святых. последовательность и характер его возникновения (γὲνεσις) и исчезновения (ϕθορὰ). в вечности) упорядочивших сущее. Однако. как одно сущее сталкивалось. несмотря на то что современные историки (особенно «школа анналов») попытались построить такую модель истории на основании кропотливого изучения бытовых заметок. чтобы лучше понять контекст. Чтобы русскому сознанию строго следить за тем. только не сущее как оно есть само по себе. Хайдеггер сражается с тем. Здесь следует вновь напомнить. что делает и к чему призывает Хайдеггер. не подтвержденная эмпирическим опытом знакомства с историческими документами. но не стало полноценной системой априорий. вовсе не обязаны признавать за таковую. Итак. с позиций Seynsgeschichte. мы всегда сталкиваемся с интерпретацией. Борясь с аксиомами западноевропейского историцизма. или к полумифологическим-полуисторическим рассказам бытового заниженного содержания. Das Seynsgeschichtliche • 53 как и все западные люди) считает единственной и универсальной и которую мы. можно выделить первый срез. а значит. соответствующий онтическому измерению и повествующий о сущем как таковом. с другой — этимологически приводит эти понятия к изначальному смыслу древних слов и одновременно ниспровергает устоявшиеся конструкции. необходимо постоянно учитывать дистанцию между русской культурой и русской мыслительной традицией (о русской философии и тем более о русской онтологии я бы говорить пока поостерегся). появлялось вновь. как сущее рождалось и исчезало. которые прямо или косвенно носят на себе следы метафизики. подталкивая к созданию радикально новых. т. порядок и смысл. к. которое отражает онтологию и метафизику тех. которое предопределило развертывание мировых событий. Промысел — прямая отсылка к божественному мышлению. и тех. «рассуждение». определив каждому из них место. она развер- .52 • Раздел 1. с одной стороны. имея дело с историей. п. к Премудрости Божией (Софии). Seyn und Sein и литературе церковного цикла (в Ветхом и Новом Завете. развертывающегося во времени с позиций представления о бытии как о сущности сущего. в истории. хозяйственных документов и иных практических текстов. тех. в русском обществе прилагались или к богатырскому эпосу. толковых Палеях и т. изменялось и снова меркло. быстро выяснилось. «Судьба» — это «изначальный суд». святоотеческой литературе. конфликтовало или мирилось с другим сущим. западного интеллекта — с другой. что угодно. Глава 4. и структурой западной ментальности. В православной традиции Seynsgeschichte точнее всего соответствуют понятия «судьбы» и «промысла». он включает в оборот привычные («школьные») западноевропейские концепты в их классических и общепринятых толкованиях. что делает эти слова непригодными в данном контексте. что нам далеко не очевидно и что мы восприняли с Запада поздно. Такая онтическая история представляла бы собой рассказ о том. Это второй уровень онтологического или метафизического толкования сущего. что достоверной картины о сущем в прошлом получить все равно невозможно. в котором движется мысль Хайдеггера. т. русские.). Эта история и есть история как Geschichte. не просто с нейтральным описанием сущего. Онтическая история как совокупность атомарных исторических фактов есть чисто теоретическая гипотеза. поучениях. которую он (по умолчанию. Русские «былины». что успело засорить наше сознание. Эти параллели для нас важны потому.

Такая история есть онтологическая история. SEIN В ОНТОЛОГИЧЕСКОМ СРЕЗЕ ИСТОРИИ В одном месте(32) Хайдеггер дает чрезвычайно краткий. т. Воля к власти. определяющая философскую аксиоматику той или иной эпохи. Das Seynsgeschichtliche Здесь мы подходим к самой сути Seynsgeschichte. — или как Seynsgeschichte — это зависит от решения. означает создание «фундаменталь-онтологической» шкалы. а точнее. но о рассмотрении истории Идеи (Sein) в ее соотношении с бытием как Seyn. появление новой версии истории. т. Seyn φύσις ιδὲα οὐσία ενὲργεια actus (действительность) perceptum (пред-ставленность) objectum (предметность) действительность (Wirklichleit) (energia — vis primitiva activa. но выразительный набросок основных этапов трансформации Sein в западноевропейской метафизике. А значит. Западноевропейская история есть. Д. Другими словами. е. увиденных глазами бытия как Seyn. которую приобретает метафизика. Ницше) Machenschaft Seinsverlassenheit (забвение о бытии — как Sein.) задержка прихода (Verweigerung) лишение (Ent-eignung) сбывание (Er-eignung) событие (Ereignis) исход–заключение–постановка (Austrag) Geschichte (или как собственно Geschichte — онтологическая история. е. Полнее всего картина онтологической истории представлена в философии истории Гегеля (31). рассказ метафизики о самой себе. Абсолютной Идеи. Хайдеггер подчеркивает. где значение события отсылает нас к уровню не просто сущего. повествование о западноевропейской метафизике. вещей и событий. которая в конечном счете концентрирует свое внимание не на сущем. отбрасывание онтологии — прагматизм.54 • Раздел 1. Лейбниц) воля и разум (немецкий идеализм) Власть (Macht. Каждая серьезная смена этой аксиоматики будет означать смену исторической парадигмы и. таким образом. Seyn und Sein тывается в двухуровневой топике — топике события и его значения. фактически. что после Гегеля в этом вопросе достигнута полная ясность: любая история — это повествование не о сущем. по сути. Д. как изменялось понимание Sein в ходе (на сей раз) онтолого-исторического процесса. Раз история как Geschichte повествует нам о сущем в его связи с сущностью. либерализм. история есть не что иное. но истории концептов и идей. но не Seyn. технократия. но сущности сущего. Это переосмысление представляет собой открытие «фундаменталь-онтологического» измерения.) } Субъективность а } Субъективность b решение (Ent-scheidung). Хайдеггер задумывается не о простом конструировании истории как истории Идеи. онтологическая история есть история Sein. • 55 Глава 4. т. что предполагает не только возведение сущего к бытию-Sein (как в онтологической истории). марксизм. эта история подлежит переосмыслению. развертывающей свой «посыл» сквозь многообразные диалектические этапы человеческого пути во времени. Seynsgeschichte есть осмысление перипетий бытия как Sein. — А. согласно Хайдеггеру. — А. утилитаризм. «переход»? (Übergang) . что. то содержание такой истории будет зависеть от той конфигурации. Однако. создавшего грандиозную панораму не истории людей. но тщательное исследование того. но на метафизическом посыле. в рамках которой следует строить Seynsgeschichte. е. как история философии. Она основана на некорректном постижении отношения (Bezug) сущего к бытию. который зашифрован в динамическом развертывании сущего и в диалектике многих сущих. но о сущности сущего.

«концепты». Это важнейшая категория Seynsgeschichte. Это Хайдеггер называет «постановкой» (Austrag) или «Четверицей» (Geviert)(33). происходили фундаментальные изменения. видимо. На каждом этапе нисхождения второй. «Забвение о бытии» является последней точкой Seynsgeschichte. Казалось бы. д. Выбор осуществляется между лишенностью (Seyn-бытия) и его сбыванием. е. которое постулируется «фундаменталь-онтологией» и. общим вектором которых было прогрессирующее забвение о бытии (Sein). предстает во все более нигилистическом. Основная линия хайдеггеровской интуиции может быть сведена к следующему. В самой двухэтажной онтологической топике. Иногда Хайдеггер включает в эту цепочку «категории». которое будет мыслиться не от себя самого и не от своего общего (сущности). когда это отношение (Bezug) описывается эксплицитно и когда оно оказывается скрытым. и какие-то фрагменты. «Решение» — это решение о переходе или непереходе к фундаменталь-онтологии (поэтому на схеме слово «переход» взято в кавычки и поставлено с вопросительным знаком). что так человек освобож- Глава 4. то. но вместо хайдеггеровского пессимизма есть все шансы встретить в нем либо нейтральную констатацию такого изменения. Далее следует развертывание сущего по линии Seyn. соответственно. Отдельные моменты получили развитие в философии Хайдеггера. этаж этой топики постепенно искажается. Seynsgeschichte готовится к радикальному переключению режима — от неаутентичного развертывания Geschichte к аутентичному наступлению Seynsgeschichte. Хайдеггер же утверждает. в нигилизм и «опустынивание». Здесь можно было бы оборвать цепочку перечислений и сказать. т. что создало эту топику (мысль о бытии). мы рассмотрим позднее. Seynsgeschichte видит историю не как историю идей или идеи. С этого момента начинается собственно поворот к фундаменталь-онтологии. что западноевропейская история с точки зрения Seynsgeschichte представляет собой деградацию мысли о бытии: от природы до воли к власти и механистичности (Machenschaft). Первым феноменом Seynsgeschichte в новом режиме ожидания переключения регистра на фундаменталь-онтологический является столкновение с «задержкой» (Verweigerung). в истоках) иных инстанций: природы — идеи — сущности — энергии — действительности — воли и разума — воли к власти — Machenschaft(а) и др. В случае выбора сбывания происходит событие (Ereignis): Seyn открывает свою истину. «ценности». Тем не менее следующим за промедлением моментом является «решение» (Ent-scheidung). утверждающая первичность Seyn в отношении Seiende и проявление такого сущего. извращается. взятую как Seynsgeschichte. постепенно терялось из виду. а от бытия (Seyn) как ничто. в рамках которой эта история развертывалась.56 • Раздел 1. заменяясь на все более грубые и отдаленные от бытия суррогаты. Другими словами. что все это и есть чистой воды метафизика. Причем начинается это рассмотрение не с Sein (откуда берет исток онтология). имплицитным. Seyn und Sein Объяснение этой сухой схемы могло бы занять целые тома. мы можем лучше понять. меняет всю философскую топику. а не по траектории Sein. ЯЗЫК И ГЛАГОЛ «БЫТЬ» В SEYNSGESCHICHTE Добавив к рассмотрению хайдеггерианской топики измерение Seynsgeschichte. осуществляется «фундаменталь-онтология». «точка полночи» достигнута. Seynsgeschichte описывает этапы постановки на место Seyn (на самом верху. а как историю трансформации отношения мышления к бытию: и тогда. другие остались в состоянии нераскрытых интуиций и набросков. создавшая ложную топику и поддерживающая ее независимо от непрерывной смены характера лежащего в ее основе онтологического аргумента. — изумляется Хайдеггер. Но все упирается в «забвение о бытии». метафизический. Das Seynsgeschichtliche • 57 дается от внешних ограничений метафизики. а с Seyn. «мировоззрения» и т. «все еще нет». Все вместе это выливается в историю (Geschichte). как . «Всегда это „все еще нет“». «Фундаменталь-онтология» медлит. поясняющие ее смысл. либо оптимистическое утверждение. Нечто подобное можно встретить и в обыденном понимании истории. уродливом (с точки зрения мысли о Seуn-бытии) виде. но.

Так тропинка становится конкретным выражением «тропинкости». Разделив Sein и Seyn. постепенно становясь самостоятельным в отношении первоначального момента. а главное — который строится на референции. Культура теряется в природе. и то. его сущность (Seiendheit. помимо человеческой свободы и человеческого выбора. универсалия и прочее. жесткими структурами. и. данное развитие мысли верно. т. а заросли должны быть густыми (в противном случае они превращаются в редколесье. Тут возникает новый язык. тропинка и заросли. все меняется. При этом тропинка уже не имеет права потеряться (что это за тропинка. человек начинает творить Глава 4. Хайдеггер вынужден выстроить двойную смысловую структуру. в этой последовательности заложен тончайший подвох: Seyn-бытие есть «сущее в целом». Тропинка теряется в лесу и незаметно сходит на «нет». Между одним сущим и другим сущим возникает бездна. но это Seyn не осмыслено. Прослеживая становление метафизики. Seyn und Sein возникает симметрия между важнейшими словами и их значениями. не вступила в свои права. Используемый или подразумеваемый в речи предикат «сущее» делает эту речь. и то. тождественную искомому бытию. в опушку или луг). И точно так же густые заросли разрежаются сами собой и открывают свободный путь. Конституируя бытие как . но через его соответствие с чем-то еще. которая покрывается только через обращение к их сущности. Все сущее здесь живет рядом с другим сущим и еще не отделено от него. Игнорирование этого нюанса и станет направляющим для траектории всего последующего развития западноевропейской метафизики. что есть некто. «Сущее есть (das Seiende ist)» — это вполне корректное онтическое утверждение. Но эта сущность мыслится как новое сущее. с сущим в целом. «ничто». с сущностью сущего. образуя дорогу там и тогда. Этот онтический язык предшествует метафизике и относится к предыстории — к эпохе. что бы она ни излагала. если она никуда не ведет). В этом языке сущее есть.58 • Раздел 1. Онтический язык — это предыстория и предфилософия. когда философия еще не началась. в судьбу. и уникальность этого состоит в присвоении тому. как на пути к прояснению бытия сущего мысль схватывает бытие в целом и гипостазирует его как сущность сущего. что сущее есть. е. о чем говорится. мыслящее сущее. В этом языке видно присутствие Seyn. когда путник этого возжелал. Это язык понятий и категорий. поскольку оно есть «ничтожение сущего». Это Seyn еще не вступает в посыл. еще точнее — то. Задумавшись о бытии сущего и придя к выводу о том. никак не вредит этой онтической игре. статуса сущего. Язык из выражения сущего становится навязыванием этому сущему представлений. которой может выступать идея. т. связанную с образованием от них вторичных слов. Человек есть говорящее сущее. оно омывает сущее спонтанно и естественно. соотнесении сущего с сущностью. следовательно. а заросли — «зарослевости». что оно есть. где и когда ее никто не просил и не ждал. е. что делает «сущее» более «не сущим». Так возникает особый язык с действующими в нем логическими правилами. причем не тогда. в Seynsgeschichte или в Geschichte (историю как онтологическое явление). Согласно Хайдеггеру. Das Seynsgeschichtliche • 59 собственно историю как Geschichte. концепция. В онтическом предысторическом бытии они могут свободно перетекать друг в друга. между конкретным сущим и сущим в целом (бытием как Sein) возникает сущность этого конкретного сущего как его основное (бытийное) свойство. Например. уникальным и исключительным явлением. Так сущее свободно играет в самом себе. Когда начинается метафизика. что оно есть. относящимися к бытию. Хайдеггер показывает. эссенция). но характер этого «есть» не осмысляется. а сами по себе. когда она была утверждена как сущее в целом. По линии онтики мы имеем дело с сущим (Seiende). В языке сущее мыслится и называется отныне не само по себе. кто говорит о нем и о том. что этим бытием является общее свойство сущего. Он вводит в сущее дополнительное сущее — сущность сущего. «не сущее». что оно не может сделать никаким иным способом: он дает возможность заявить. Язык позволяет сущему высказать самое главное. Оно лежит в основе языка и мышления. но Seynбытие не есть только и исключительно «сущее в целом». Сущее раздваивается. Это сущее в целом и становится промежуточной инстанцией.

Хайдеггер напоминает о существовании архаической (гомеровской) формы греческого причастия ὄν (сущее). Сущее экзистирует. абстрагируясь от Geschichte. потому что этого требовали «воля к власти». Сконституированная же этой метафизикой сущность трансформируется на разных этапах ее развития по цепочке следующих превращений: «бытие как Sein. вплоть до «воли к власти» и «глобальной машинерии». а также в философии феноменологов это становится очевидным. Но после Канта и Гегеля. ἔον — сущее онтически. Чтобы терминологически упростить нюансы. потому что это было «полезно». онтологичеcкое. Но это совершенно неприемлемо для передачи мысли Хайдеггера. и не есть — все зависит от чего-то радикально другого. . ὄντα. — оно звучало не как ὄν. где сохранялся первый звук ε. оно есть так. что этого не надо доказывать никакими ссылками. А есть ли оно — это вопрос. западноевропейская метафизика удваивает «сущее» и тем самым упускает из виду Seyn-бытие в его сути (Wesen). есть. «экзистировать». нереферентном выражении. которое ссужает сущему его главный признак — то. Das Seynsgeschichtliche • 61 зики и истории. у Шопенгауэра. Здесь Хайдеггер снова пересматривает отношение к слову «быть». глубинно аффектировавшей язык и мышление западноевропейского человечества. При наложении друг на друга онтическое и онтологическое путают смыслы. мы чаще всего имеем в виду именно онтологический смысл — т. Чтобы провести эту разницу. а может. В конце Нового времени сущее стало сущим.). чтобы уйти от всяких недоразумений и двусмысленностей относительно соотношения онтики и онтологии и. Какова бы ни была инстанция. ὄν — это сущее в философском смысле. е.. «разум» и «представление» (в иных терминах. Мы не можем смотреть на сущее без учета западноевропейской метафизики и. нежели само сущее. черпающее свое бытие из чего-то еще. Так возникает концепция бытия (Sein) как сущности (Seiendheit). И уж никак нельзя использовать его там. Такое «есть» — это «есть» философии.«действительность» и т. если мы отвлечемся от метафи- Глава 4. д. К такому радикальному выводу западноевропейская философия приходит не сразу. а не мышления в его онтической простоте и наивности. Хайдеггер предлагает в определенных контекстах применять к онтическому уровню вместо бытия латинский глагол «existire».60 • Раздел 1. В метафизике. Отныне «есть» уже надо понимать иначе. Есть сущее или нет. п. «ценно». решает уже не мышление. Сущее в онтическом (предысторическом и предфилософском) смысле есть только в том случае. сущее перестает быть самим по себе: само по себе оно уже не есть. в какой оно соответствовало идее (Платон). выражающее свое онтически понятое присутствие в бытии. Глагол «экзистировать» формально на русский язык переводится как «существовать». Поэтому. «удобно» и т. где Хайдеггер говорит об экзистенции — как раз для того. оно черпает свое бытие из сущности.«энергия». что оно есть по причастности к бытию как сущему в целом (Sein). Оно есть не прямо. В этом процессе фундаментально меняется значение глагола «быть». «идея». В этом нет никаких сомнений ни с онтической. когда мы говорим.«ουσια». «природа». что сущее есть. рассматриваемого конкретного момента Seynsgeschichte. но философия или выстроенные на ее основе теологии и науки. соответственно. что оно есть. соответственно. это «есть» в пространстве метафизики может быть неверно понято. это было уже не прямое мышление и не само сущее. Вначале сущее было в той степени. Но такое «есть» уже не онтическое «есть» в его безусловном и предонтологическом. это уже не «есть» языка. а не Seyn». что сущее есть или что его нет. который он старается не переводить на немецкий язык. Может. предлагая отнестись к нему иначе — в соответствии со структурой Seynsgeschichte. Киркьегора и Ницше. и это очевидно (так говорит язык и прямое дофилософское мышление). Seyn und Sein сущность и оперируя далее с этой сущностью. ни с онтологической точек зрения. выносящая свой декрет о том. чем раньше. то ли «быть через сущность» (онтологическое). в которых заложена вся суть его философии. но как ἔον. И хотя в оптике собственно онтики сущее есть. Экзистирование же сущего не подлежит сомнению. через причастность к сущности. «Существовать» — это то ли «быть сущим» (онтическое). ἔοντα(34). а опосредованно. Сущее отныне как бы есть.

Не менее интересная и простая возможность в русском языке есть для разделения «Seiendheit» и «Wesen». wir wesen. и как «экзистирует». по принадлежности к бытию как общему для всего сущего). и как собственно «есть» (т. строго разделяет сущность как Seiendheit. которые связаны с фундаменталь-онтологией). В немецком есть также существительное «Wesen». предысторически) сущее экзистирует (Das Seiende existiert). Вот здесь как нам может пригодиться русский глагол «существовать». метафизически. т. к счастью. Употребление глагола wesen у Хайдеггера является отправной точкой нового языка — того языка. «Существовать» может стать лейтмотивом нового фундаменталь-онтологического языка в его русскоязычном издании. онтологии или фундаменталь-онтологии. однако. но ее сутью (Wesen). вообще никаким философским смыслом и означающий только факт бытия сущего — без ясных отнесений к онтике. экзистирует сущее есть существует «Есть» всегда можно понимать трояко: и как «существует». что есть как выражение Seyn.62 • Раздел 1. Глава 4. Итак. опасаясь искажения своей мысли через неверное толкование «есть». образованный от пассивного причастия прошедшего времени глагол «sein» (быть). у Хайдеггера мы можем встретить сущее в трех позициях относительно Seynsgeschichte: • онтически (предфилософски. er. du wesest. т. что в немецком означает «сущность» (эссенцию). не наделенный. образованное от этой же формы и обозначающее «суть». Хайдеггер. отталкиваясь от сущего. sie wesen. Wesen как искусственный глагол. Das Seynsgeschichtliche • 63 • фундаменталь-онтологически сущее существует (Das Seiende west). Само явление такого фундаменталь-онтологического языка должно быть не просто инструментом Seynsgeschichte. е. Но в любом случае мы избавимся от русского недостаточно продуманного и поспешного неологизма «бытийствовать». что будет вполне корректно зарезервировать за ним при передаче смысла хайдеггеровской философии именно фундаменталь-онтологическое значение. но что можно толковать также и онтически и фундаментальонтологически) сущее есть (Das Seiende ist). ihr weset. — прикладывается к тому. от «gewesen». бытие. который Хайдеггер склоняет — ich wese. и сущность как Wesen. е. sie. Хайдеггер вынужден идти на радикальные языкотворческие шаги и выдвигать новый глагол «wesen». Мне представляется. Этот язык должен стать выражением решения о прыжке к последнему и главному аккорду Seynsgeschichte. а Wesen — как «суть» (и использовать приоритетно в тех темах. . е. «сущность». схваченное как общее для сущего и выстроенное. на котором должна говорить «фундаменталь-онтология». что выражает на сей раз отношение к Seyn и бытию в его фундаменталь-онтологическом понимании. Seiendheit можно устойчиво переводить как «сущность» (и приписать онтологическое и метафизическое значение). есть поистине Seyn-бытия. es west. которым пестрят лобовые переводы Хайдеггера. • онтологически (философски. Seyn und Sein Но в то же время.

что в этом секторе космических суток на первый план выходит именно западная цивилизация. сливаясь с ним. Солнце бытия заходит.. история западноевропейской философии со всем ее блеском. потому что он действует именем ночи. поэтому мы имеем дело с вечером. Переставая мыслить о бытии. не настает эпоха нигилизма. Стало быть. Говоря другими словами. это история заката солнца. к истории вечера. к Abendländische Geschichte. истории вечерних стран. что ему вверена судьба ночи. которые еще освещали жилища людей прощальным. в котором все связи с сущим рушатся. его утраты. всеми ее роскошными прорывами. Не случайно Хайдеггер называет одну из своих книг «Holzwege»(35) (на французский язык это переведено как «Les chemins qui ne meˋnent nul part» — дословно «Дороги. философия постепенно перестает быть. на немецком языке выражение «Holzwege». буквально «древесные тропы». история длящейся катастрофы. Начало и конец западноевропейской.. абстрактный. открывая всеприсутствующее ничто.Глава 5. как предполуночное время. иначе. постепенного его оскудения. Потом бытие (Sein) как сущее-в-целом подменяется представлением (Vorstellung) о нем. пока. история блужданий и заблуждений. В этом случае мы опять обращаемся к теме «заката Запада» — цивилизации. покоряет всех остальных и заставляет принимать на веру ее формы. В отношении этой истории Хайдеггер выдвигает основополагающий тезис: с точки зрения Seynsgeschichte история западноевропейской философии есть процесс поступательного забвения онтологического вопрошания вплоть до чистого нигилизма. проследим основные этапы истории западноевропейской философии. откровениями и отклонениями есть не что иное. Спросить в такой ситуации: «Почему Европа? Почему Запад? Почему западноевропейская история представляется чем-то неизбежным и универсальным?» — все равно что спросить: «Почему вечер?» ВЕЛИКОЕ НАЧАЛО И «ДАЙМОН» ФИЛОСОФОВ Началом западноевропейской философии Хайдеггер считает досократическую мысль и называет ее великим Началом или. в которой солнце садится. которая устанавливает законы и нормы. когда бытие окончательно пропадает за горизонтом. И тогда цивилизация окончательно отходит ко сну. становится бытием как Sein и в конечном счете еще одной разновидностью сущего. Запад вступает в свои права потому. наконец. и как «заросшие деревьями неторные дороги»). о бытии. И неудивительно. На этом этапе появляются философы как самостоятельный тип людей. механический и условный характер. как ее понимал Хайдеггер. потери бытия — оставления бытия и оставленности бытием (Seinsverlassenheit). гаснут последние свечи. зафиксировав представление о том. и чаще всего мышлением о начале. Это процесс потери бытия. искусственным ностальгическим светом. занятых только и исключительно мышлением. о самом мышлении. процесс постепенной утраты бытия. . Затем представление приобретает все более и более отвлеченный. ее мощью. Можно обозначить (фундаменталь-исторически) весь сегмент западноевропейской философии как последнюю четверть суток человечества. как процесс расставания с бытием. мысли и ценности как нечто универсальное. • 65 Уже на заре этой философии бытие как Seyn (фундаменталь-онтология) прячется за сущим-в-целом (онтологическим — Seiende-im-Ganze). что такое Seynsgeschichte. распознанная и описанная Ницше. Это блуждание ведет от ясности к тьме. которые никуда не ведут». первым Началом. ГЛАВА 5 m`)`kn h jnme0 g`o`dmnebpnoeiqjni thknqnthh ПОЧЕМУ ВЕЧЕР? Определив общий вектор фундаменталь-онтологии. можно понять и как «лесные тропы».

основано на разделении вещей мира. поскольку. Свобода дистанции внутри сущего обнаруживается как полусвобода. Философ — это мыслящий человек. дословно «выхождение из себя». Мышление может проходить в сфере мифа. движения. Это измерение бытия. По Хайдеггеру. а может быть богато развитым. но различает в себе того. Поэтому прыжок первых философов-досократиков — Анаксимандра. свойству.. «выхождение из ума»). В какойто момент человека уже не удовлетворяет различение в рамках онтической системы координат. Seyn und Sein Мышление — свойство человека. и он в уникальном Глава 5. кто различает. «чудо». но к логосу. Начало и конец западноевропейской. тем четче границы. Способность изумляться (выходить за пределы ума). Именно при скачке к божественному логосу человек впервые . в которой пребывает «просто» мыслящий и мыслимый им мир. он является человеком. «Из-ум-ление» образовано аналогично греческому слову ἔκστασιζ («экстаз». Они думали. и того. это еще не философия. лежащего в начале философии. но не философствовали. Отличая себя от мира. е. обрядов и преданий. сказать: все едино»(39) противопоставляет самого Гераклита как человека логосу как божественному началу. вызывает нечто божественное. Это главное отличие. Спрашивая себя: «что первичнее сущего. выходящее за рамки обычного восприятия). Онтика соответствует просто мышлению. как ее и определил Платон(36) (что позже повторил Аристотель(37)). что не укладывается в пространство обычного человеческого мышления. т. отсылает к наличию чего-то. нечто «сакральное». который совершает мысль. Философия начинается в иной момент. Оба русских слова. сверхчеловеческое. и тем самым он встает на дистанцию в отношении окружающего его мира. кто не просто различает себя и мир. которая в этот момент и проявляется как его природа. устанавливаемые им в этом окружающем. но какой бы величины ни достигала дистанция человека от мира и какой бы остроты ни достигала его способность к различению вещей мира и их качеств. которые никак не предполагаются в обычном человеческом мышлении. которая радикально отличается от той сферы. изумления» (по-гречески θαυμάζεῖν)(38). Философия. что выходит за рамки человеческого. есть «выражение удивления.. в той степени. и человек совершает бросок. В чем здесь разница? Это разница между онтическим и онтологическим. кто различает. выходит за рамки онтического. которое лежит в начале философии. Оно может быть зачаточным. «чудо». кто различает того. Это разделение есть главное свойство мышления. человек реализует высшую форму своей свободы. Удивление. в свою очередь. Человек говорит и мыслит. этот скачок проходит через осмысление сущего и появление вопрошания о бытии сущего. т. о чем и зачем он мыслит. что есть бытие сущего. архаических культов. обнаруживать в мире «диво». действия. Сам этот прыжок и постановка вопроса. удивляться. Философ в силу какой-то чудесной и уникальной способности вдруг оказывается в положении того. которыми мы переводим греческое θαυμάζεῖν или немецкое «Erstaunen». задумываясь о бытии сущего. в какой человек отличает себя от мира. стоит очень близко к тому прыжку. что человек совершает фундаментальный прыжок в некоторую область. Такое — онтическое — мышление предначально. Высказывание Гераклита о логосе: «Если вы прислушаетесь не ко мне.66 • Раздел 1. Этот момент начала философии состоит в том. е. мудро будет. как обнаружение божественного измерения. зачем сущее и куда сущее?». определяющему человека как такового. в нем пребывая. который способен помыслить как. С этого момента начинается философия. человек начинает различать вещи мира. которое становится основным признаком человека. весьма выразительны («удивляться» образовано от «диво». что до появления философии и вне ареала ее распространения люди не думали. • 67 действии открывает (конституирует) новое измерение. Удивление. Мышление же. в изначальном смысле слова θαυμάζεῖν. Неверно полагать. — это осуществление жеста. Парменида — от онтики к онтологии ими самими воспринимался как столкновение с божественным. И чем пронзительней он осознает свою дистанцию от окружающего. Эта дистанция возникает вместе с человеком и выражается в способности к мышлению. Гераклита.

но и самого человека как часть сущего — как различающую часть сущего. и есть великое Начало. Сакральное в философии открывается внутри не как великая мощь сущего. «природа») и λόγος («логос». но только у философов daimon становится не объектом поклонения как Глава 5. что этот δαίμων тождественен его логосу — «душе присущ самоумножающийся логос»(41). е. д. впервые реализует полноту человеческой свободы и учреждает горизонт божественного. с опорой на который отныне открывается человек и мир. философствовать. что появляется инстанция («даймон» философов). равно как и Мойра Парменида (держащая в оковах шар бытия). Этот прыжок. излучающей мысли о мыслящем. Из других отрывков Гераклита можно понять. «малых божеств» («numen» латинян) была распространена повсеместно. общества. Этимологически же оно восходит к пра-индоевропейскому корню *bhū-.. что именно в философии сознание оказывается на дистанции по отношению к самому себе. Отличие такого философского акта от религиозного опыта в том. Философия возможна благодаря открытию божественного измерения и фиксации этого измерения как нового плана сознания. Seyn und Sein может думать о том. его конституирует. в котором отныне появляется точка. Даймон философов не просто укрощенное божество сущего. «мышление». но точкой. в Новое время полностью утратило изначальный смысл. «даймонов». находящаяся в иной плоскости. как он сам мыслит. о семантике которого никто не задумывается. По смыслу «φύσις» означает «всходы». • 69 наделенное особой энергией могучее и невидимое сущее. В этом Начале и кристаллизуется вопрос о бытии сущего. К этой же категории относится δαίμων Сократа: в его рассказах он выступает как особая инстанция. что можно перевести как: «Демон (божество молниеносного мгновения) — это порядок для человека». «слово»). которая отныне имеет в качестве точки опоры точку. как он думает. включая мыслящий центр и мыслимую периферию онтического. который открывает божественное или. Она становится возможной только потому. точно так же как он сам находится по ту сторону сущего.). Слово «φύσις». ΦΥΣΙΣ И ΛΟΓΟΣ Хайдеггер подробно описывает становление первого Начала через введение досократиками двух фундаментальных слов: φύσις («фюсис». Хайдеггер показывает. сознания и т. и «хреон» Анаксимандра(40). т. в иной оптике. культуры. Это внутреннее сакральное философа находится по ту сторону человека. применимым к природе как чемуто строго отличному от человека (субъекта.68 • Раздел 1. Сакральное в мифе и религии исходит из сущего. в определенный момент озаряющая поступки и мысли Сократа-человека особым светом. В греческом мире в эпоху великого Начала вера в δαιμον'ов. В великом Начале западноевропейской философии человек сталкивается со стихией божественного мышления. и следовательно. но как выпадение из него. Начало — это утверждение этой точки. помещенное внутрь. давно уже ставшее философским понятием. с опорой на которое он отныне может мыслить о том. берет свое начало онтология. создавая понастоящему новое измерение топики сознания. «бытие». превратившись в готовый концепт. Таков смысл высказывания Гераклита «ἦθος ἀνθρώπῳ δαίμων». оно приходит извне. Это элемент радикально новой модели сознания. что логос Гераклита имеет все свойства божественного начала. Начало и конец западноевропейской. нежели вся плоскость онтического. глядя из которой можно охватить сущее в целом как нечто цельное и единое («все едино» — утверждает «даймон-логос» у Гераклита).. Философ. которое поражает воображение и заставляет человека трепетать перед его неумолимой мощью. выведение на первый план этой ключевой фигуры. оторвавшись от простой мысли (онтического) в экстатическом «из-ум-лении» (выходе за границы ума). которое молниеносно освещает не просто сущее в целом как предлежащее человеку. . внезапное обретение уникального внутреннего пространства. с которой человек может смотреть на окружающее его сущее и на самого себя с одинаковой степенью отвлеченности.

творцы первого Начала немного недопрыгнули (или перепрыгнули). Λέγειν и φυσεῖν были тесно связаны между собой. и заключается весь ее дальнейший посыл. Глава 5. и как упорядочивающая статика жатвы (бытие-Sein оживляет и убивает одним и тем же жестом). но эта точка продиктовала такое имя для бытия сущего. особым явлением. в этом уже заложена вся ее судьба. где встает вопрос о εἶναι. даваемое «философским даймоном» (не человеком!) сущему в целом. соответствует другой. от которого было образовано первое философское понятие «φύσις». с позиций которой все сущее было охвачено общим обзором. что именно φύσις стало главным словом первого Начала философии. к сфере логоса. как о сущем в его всеобщности. Сквозь пару φυσεῖν / λέγειν (две формы существования сущего) выступает новое сущее. по Хайдеггеру.. Европейская история в этот решающий момент сделала выбор в пользу толкования бытия как φύσις. Греческое «φυσεῖν» означало «всходить». В прыжке за свои пределы человеческая свобода смогла обосновать точку. определяя сущее как φύσις. в которой завоевана надежная дистанция в отношении сущего. воздух. оторванной от конкретного сущего.70 • Раздел 1. И вокруг этого понятия начинает складываться онтология как «Физика»(42). ничем не напоминающую природу. вода. т. приносящие плоды. они не смогли отдаться полету и построили новый этаж. культурно-социальную. И сущность сущего состоит в самом акте этого восхождения. выталкивая. Сущее есть. не менее важный для истории первого Начала глагол «λέγειν». Так поступает земля.. Изначально «λόγος» обозначал не что иное. что и бытие есть. Пусть первым. т. «чтение». Сущее мыслится как всходящее. Так бытие само становится сущим. ее Geschichte. Seiendheit как сущность сущего. И это было необратимо. «выпрастывать»). но понятием. мы незаметно приходим к выводу. «выбивать из-под чего-либо». всеобщим и высшим из сущего. только искусственную. выносящего решение о качестве и количестве урожая. Земля. как «жатву». ту же почву. Бытие (Sein) как сущность сущего производит «всходы» (φύσις) и пожинает (λέγειν) их. но повторяющую в тайне от себя ее структуру. свободное от сущего в конкретике его динамического круговращения. по Хайдеггеру. на следующем этапе первого Начала — у Платона и Аристо- . огонь. «прозябать». о бытии в его развоплощенной форме. по Хайдеггеру. есть след онтологического прыжка: «φύσις» — это имя. как пара λόγος / φύσις) мыслится предшествующим сущему. представляется очевидным. откуда происходит «λόγος» — «слово». о φυσεῖν как о чем-то целом. «собирание плодов». а значит. проявляющимся и как динамика всхода. Это бытие-Sein уже отчетливо описывается в философии Парменида. λόγος и φύσις — две стороны новой философской онтологической топики. но. выбрасывая. «приводить к наличию». Seyn und Sein Хайдеггер иногда заменяет греческое слово «φύσις» немецким «Aufgehen». Полет в бездне небес был подменен хождением по высокому помосту. • 71 Глаголу «φυσεῖν» («всходить». которое стало фатальным. выталкивающая из себя различные существа. в сторону выяснения бытия сущего в изумлении. То. чтобы подчеркнуть его дофилософскую семантику. первоэлементы в учениях разных досократиков осуществляют действие φυσεῖν. е. удивлении. Но это бытие-Sein мыслится именно как сущее высшего порядка. и заключается вся проблема. т. Seiende im Ganze как сущее в целом. бытие-Sein как сущее. е. е. Φύσις становится впервые не словом. В той топике бытие (Sein. Оторвавшись от почвы сущего на критическую дистанцию. что сущее есть. Но поиск бытия сущего или «есть» самого этого «есть» было волевым решением мыслящего. прыгающего в своей мысли выше самого себя. человека. Сама мысль о φύσις. но и «порождать» — не в смысле «отделять от себя». но все же именно сущим. покидая сферу обычного и границы (дофилософского) мышления. дающая всходы. «давать всходы». И через некоторое время. В том. выпрастывая из себя сущее. Начало и конец западноевропейской. первостихия. выкладывая перед взором философского даймона. а не к сфере простого онтического экзистирования или дофилософского разделяющего мышления. как всходят всходы. е. а скорее. как поднимающиеся из земли злаки. Сделав прыжок в сторону божественного логоса-даймона. «мышление». отличным от него. В этом-то. этого становления. принадлежащим уже к области онтологии. т.

но открывали бы его истину. ΑΛΗΘΕΙΑ В ПЕРВОМ НАЧАЛЕ Истина у досократиков мыслится как ἀλήθεια. что раскрывается в сущем: во всем чувствуется его свежесть. Первое Начало досократиков мыслит бытие через акт самовыставления. Он не отрывается слишком далеко. надставления. становления. проступающего через «всходы» и «жатву». Весь строй мышления Гераклита. Правда. доверяясь поверхностной стороне явлений и не прозревая в их глубину. начавшись. а бесконечно-могущественная всепорождающая стихия фюзис — в аккуратно просчитанную «Физику». Он чтит логос и позволяет богам летать. к которому он принадлежал. не лишен общего для досократиков тяготения к видению Sein-бытия сквозь сущее и только сквозь сущее: хотя у Парменида особо оговариваются два пути познания — истинный и ложный (первый распознает единое Sein-бытие глубже всех природных форм. Отсюда его парадоксы. о единстве бытия. Даже в философии Парменида. поставления. и само удивление (изумление) как главный настрой философии должно было бы мягко перейти в более резкое и травматическое. это и есть онтология. еще колеблется окончательно признать бытие-Sein высшим сущим. в то время как его следует читать в духе того философского контекста. одного из создателей философской топики. и даже сущему в своих динамических животворящих истоках (das Sein im Seiende). Seyn und Sein теля — мгновенный божественный даймонический логос превратился в «Логику». Здесь еще все дышит Sein-бытием. не теряет его из виду и тем более противится тому. • 73 Но судьба западноевропейской философии как философии вечера была иной: мягко и незаметно «несокрытость» (ἀλήθεια) соскальзывает к несокрытости «всходов» (φύσις) и «жатвы» (λόγος) как к новому сущему — хотя пока еще к сущему-в-целом (das Seiende-im-Ganze). чтобы подменить его иным сущим. приведения к видимому. но также вполне сакральное и экстатическое свойство — в священный ужас (Ensetzen)(44). то организующаяся онтология могла бы уже в первом Начале стать фундаменталь-онтологией. учрежденная новой инстанцией даймона. его ускользающее и грандиозное величие. он чрезвычайно осторожно и бережно относится к этому «откуда-то еще». вводящий λόγος и φύσις. к очевидности сущего. Гераклит. он видит как гносеологический код первого Начала. это онтика). е. его глубина. что бытие-Sein дано как несокрытое.. станет другим. рассуждающего о тождестве мышления и бытия (νοεῖν и εἶναι). а само Sein в таком случае тяготело бы к Seyn. противится предательству полета и его подмене помостом.. «видимости». тем. Досократическая гносеология. Мысль об истине бытия как о несокрытости бытия. а второй — путь мнения. при всей его онтологичности и видимости рывка к абсолютизации бытия как «второго сущего».72 • Раздел 1. Мы видим Парменида глазами платонизма и метафизики Нового времени. т. И если бы это оставалось только так. истина мыслится как несокрытость. о шаре бытия. Глава 5. отсюда его жесткие выпады против Пифагора. Утверждая взгляд на сущее откуда-то еще (из бытия-Sein). дословно — «несокрытое» (Хайдеггер иногда использует для акцентирования этого значения досократического греческого понимания истины немецкое слово «Unverborgenheit». δόξα — воспринимает только сущее в его явленности. «несокрытость»(43)). Начало и конец западноевропейской. что это Начало. В первом Начале можно различить в ἀλήθεια два значения — в первом случае речь идет о несокрытости бытия (Sein). Хайдеггер активно возражает против противопоставления диалектики Гераклита статичной онтологии Парменида(45). В этом смещении понимания «истины» (как «несокрытости») Хайдеггер распознает базовую греческую философскую мысль о том. небытия нет». Гераклит более других философов первого Начала несет в себе открытую возможность. а λόγος и φύσις не затмили бы собой бытие (мягко подменяя его собой). Тезис Парменида «бытие есть. вещей и явлений. Но в этом любовном и страстном отношении к сущему и его . но на сей раз применительно к бытию-Sein. чтобы описывать бытие-Sein как иерархическую структурированную гносеологическую систему. данного в жесте всхода («φύσις»). явно уклоняется от того.

риске. В подготовке пространства для обнаружения (истины. еще живет традиционная Греция. великого досократического прыжка. поднимает восстание и низвергается со своими сторонниками в бездну. Здесь можно привести параллель с библейским сюжетом о появлении змея в земном раю. Но при этом все же ἀλήθεια этого цикла еще может быть интерпретирована как прелюдия к фундаменталь-онтологии. через забвение о себе самом (Seinsverlassenheit). Здесь фундаментальную роль играет учение об идеях. высокомерно. способную открыться в какой-то момент как фундаментальонтология. т. в ситуации высшего напряжения духовных сил и «райского» изначального философствования. КАТАСТРОФА ПЛАТОНИЗМА (ИДЕЯ И ПРЕДСТАВЛЕНИЕ) К тому. Хайдеггер никогда не относился к этому концу пренебрежительно. Платону и Аристотелю. Платон. мы имеем дело с тем уникальным и неожиданным прыжком. Даже в ошибке и заблуждении иногда есть масштаб и размах. еще колеблется в нерешительности. существ из света. ἀλήθεια) Sein-бытия можно угадать тончайшие движения мысли. уже близится конец. введение идей в рамках его философии Хайдеггеру представляются одновременно и величием. Хайдеггер относится с еще большей настороженностью.74 • Раздел 1. восхищался им потому. Это «первый конец» — конец внутри первого Начала. еще на заре Творения. но уже веет концом. зло. когда философия. предвестие конца уже на первых страницах священной истории Вселенной. И даже до этого. В безоблачном счастливом раю его Глава 5. но и в этом прекрасном и свежем мире уже дают о себе знать силы грядущей беды. чтобы . напряжении. первый из ангелов. легковесно. Но появляется дьявол. Он чтил его. е. как и всей греческой философии эпохи Начала. Хайдеггер разбирает основные этимологическо-философские аспекты движения платоновской мысли. Озаренность Платона идеями.. Отсюда и колоссальное значение мыслителей первого Начала для самого Хайдеггера и его фундаментальонтологического проекта. Не будь всей последующей истории западноевропейской философии. и Гераклит. еще алеет заря. Так же и внутри первого Начала. Казалось бы. движима вопросом о бытии сущего. и фундаментальной подменой. в самом настрое его философии. через свое сокрытие. во всей ее фатальности и судьбинности невозможно не увидеть в Платоне. И эту траекторию мысли во всем ее триумфе. собственно к Сократу. • 75 гибкое тело обвивает запретное древо познания добра и зла и соблазняет Евву попробовать плоды. служебных духов. достойные почитания. Адам и Евва пребывают в блаженстве и изобилии. Он называет этот второй период греческой философии «началом конца в рамках первого Начала»(46). и Фалес. Конец близок. Из этой бездны он и проникнет позже в земной рай. а до него Сократ. которые могли бы привести к озарению истиной Seyn-бытия. Подмена же состоит в следующем. которые приводят того к учению об идее. что приходит на смену досократикам. Конец внутри первого Начала определяется одним главным именем — Платон. а вслед за ними Аристотель — это точное название и историческая легализация величайшей катастрофы. как ей осмыслить бытие сущего. А в конце времен власть его будет распростерта над миром. и Анаксимандр. хотя и предельно косвенным образом. еще рай.. И для Хайдеггера через катастрофу сократической и платонической мысли говорит истинное бытие (Seyn). Seyn und Sein истине (ἀλήθεια) уже коренится исток последующей катастрофы. По Хайдеггеру. До Платона философская мысль греков еще колеблется между тем. Начало и конец западноевропейской. и даже Парменид. который осуществляет греческая мысль от истины сущего в сторону истины бытия. кто начинал онтологию. Еще длится Начало. Величие состоит в том. когда порядок только созидается и все твари близки к Богу. над космосом. что это было действительно нечто великое. в их «рывке к» могли бы быть интерпретированы как те. презрительно. Иными словами. что мысль Платона. становясь онтологией.

е. не упускают бытие из виду. предопределяя абсолютно все ее этапы. Благодаря этому двойному ходу проход в Seyn-бытие был необратимо закрыт. что помещено перед человеком. Онтологическая визуальная копия выдается за фундаменталь-онтологический оригинал. он пред-поставлен миру. «изображении» Seyn-бытия. И философствуя в удивлении и изумлении. затем самих объектов и. но отныне речь идет только о Sein-бытии как о «виде». т. Seyn und Sein рассмотреть φύσις/λόγος («фюсис/логос») как истинное имя бытия и тем самым отнестись к бытию как к сущему. Но контакт с идеями предполагает нахождение напротив них — только так можно их «увидеть». как несокрытость сокрытого . речь идет именно о «видении» — вначале теней. внутри него. эпоха очень специфической рациональности. пребывая в сущем и мысля о сущем. а еще раньше — позднюю Античность. Досократическая философия еще может быть истолкована двояко. соответственно. ουσία). Он не может соучаствовать в «несокрытости» мира (т. Истина предстает отныне не как несокрытость φύσις (и. и тем. идей. С этого начинается эпоха очень специфического направления в движении рассудка. Такими были Глава 5. Платон же в этом вопросе ставит все точки над «i». чтобы двигаться дальше. т. Человек стоит перед идеей. к дополнительной инстанции — идее. дополнительную инстанцию визуализированного образца. Идея была поставлена на место Sein. Отныне он обречен на то. «образе». а затем отождествил сущность с идеей (Платон однозначно говорит об идее как о сущности. как Seyn (фундаменталь-онтология). а до него Средневековье. е. Начало и конец западноевропейской. они позволяли логосу мыслить сквозь них. в состоянии чудесного экстазиса в мгновении «даймона». У Платона бытие становится тем. е. включая Новое время. он vor-gestellt.. Этимология слова ιδὲα связана с визуализацией и берет начало в способности видения (причастие от глагола ὁρῆν(47)). состояло в том. которая замещает собой бытие. Своим «решением» Платон сделал два судьбоносных для западноевропейской философии онтологических жеста: он решил (имплицитно) колебания в вопросе о статусе φύσις в пользу сущего. • 77 древние греки в целом. наконец. ни с «природностью». где впервые дано развернутое учение об идеях. е. οὐσία). Учение Платона — это замена колеблющейся досократической онтологии (проявление бытия — Sein? Seyn? — через сущее) представлением о бытии как об идее. которые являются небесными образцами вещей и явлений. т. От динамики скрытия/сокрытия и постоянного взрыва бытия в сущем мы переходим к Sein als Idea (бытию как идее) и. А вот с приходом Платона и его учения об идеях человек становится перед сущим: он больше не в мире. философы. не имеющее в себе ничего от сущего. как пред-ставление. они были сущими среди сущего. Аристотель) постоянно ставят вопрос о сущности сущего. φύσις как бытие сущего осмыслил однозначно как сущность (Seiendheit. чтобы постоянно постулировать между всем. что совершил Платон. Для Хайдеггера досократики находились в мире. Отныне все меняется по сравнению с досократической философией. не порывая до конца связей ни с человечностью. с вещами мира напрямую. и это дает рождение такому явлению. давая бытию (Sein? Seyn?) возможность случиться. Кроме того. которая с Платона и Аристотеля становится судьбой западноевропейской философии. На всех уровнях повествования о «пещере» в диалоге Платона «Государство»(48). Самое страшное из того. выявлению идей. Он не способен больше общаться с сущим.. выше и глубже и «схватить» бытие как уникальное событие (Ereignis). перед всем и надо всем идею. пред-стоит ему. в его досократической «истинности»). сбыться через них. возможно. идеи стоят перед вещами мира. мыслящими сущими и мыслящими сущее среди сущего. Vor-stellung. В этой процедуре введения идей в самый центр философского мышления происходит редукция основных операций познания к ясному видению. толкуя предшествующую философскую традицию как онтологическую и делая еще один важнейший шаг в онтологическом (и теперь уже однозначно не фундаменталь-онтологическом) направлении. он перед миром.76 • Раздел 1. решались на божественный бросок (δαίμον философов) в сторону бытия (Sein? Seyn?). что он приравнял идею к Sein. И хотя сам Платон и примыкающие к нему философы (в частности.

в пространстве онтологии. Однако Хайдеггер предпочитает не идти по пути выявления несемитских влияний в христианстве. Хайдеггер видит ситуацию с богословием приблизительно так. надо быть семитом. идея и. другим сущим. Но сути картины это не изменит. которое есть как Sein и которое созерцается умом. Семитское происхождение «Библии» ставит ее вне пределов собственно индо- Глава 5. Начало и конец западноевропейской. напротив. а понимать его. т. т. Бог как сущее не является интересующим истинного философа объектом. В этот момент открытая онтологическая (с возможностью быть фундаментальонтологической) топика первого прыжка философии окончательно замыкается в верхнем пределе. богословие в целом только запутывают проблему отношения бытия к сущему. в котором еще сияет мысль о бытии сущего. Истина же отныне и до последнего конца философии в ХХ веке мыслится исключительно референциально. что «христианство — это платонизм для масс». Так. е. Тем самым Хайдеггер хочет доказать. что высшему сущему. что христианская философия целиком и полностью пребывает в плену платоновского учения об идеях и аристотелевской логики. т. комментирует Хайдеггер. т. Пусть даже речь идет здесь о высшем сущем. а затем и просто другому сущему).. начинается процесс прогрессирующего забвения о бытии (Seinsverlassenheit) и становления европейского нигилизма. Схоластика. Онтологическая топика после Платона устанавливается раз и навсегда и остается действительной от конца в рамках первого Начала до самого последнего и окончательного Конца. сказанную Богом Моисею на горе Синай: «Аз есмь сый». иудейской религиозности и теологии на греческий. индоевропейский лад. е. Seyn und Sein Seyn-бытия — через φύσις и через λόγος). чему соответствует сущее. фундаментальной переработкой семитской. «Я есть сущий». а скорее убавляет в онтологической проблематике. • 79 европейского контекста. как соответствие одного сущего другому (вначале предполагается.78 • Раздел 1. где располагается идея. Он часто повторял слова Ницше о том. Для Хайдеггера это чужое мышление. выстроить лестницу ens creatum. но. и догматически закрывает саму возможность прорыва к фундаменталь-онтологии(50). Именно с этого момента. что христианская теология остается в рамках сущего. но как соответствие (референция). но наша задача не критиковать Хайдеггера. Что он имел в виду? Откуда у Хайдеггера столь пренебрежительное отношение к христианской культуре с ее сложнейшими интеллектуальными элементами и построениями? Оно основывается на лингвистически-философском понимании Хайдеггером теологии (49). ХАЙДЕГГЕР И ХРИСТИАНСТВО (ПЛАТОНИЗМ ДЛЯ МАСС) Здесь стоит упомянуть об отношении Хайдеггера к христианству. Причем то. Вместо этого отношения предлагается просто расположить сущее по иерархии его тварного достоинства. Хайдеггер буквально воспроизводит фразу. под видом ее решения через отсылку к высшему и изначальному существу лишь «мистифицирует» все ту же платоновскую топику и референциальную теорию истины. На место идеи как Sein последующие послесократические философы ставят разные онтологические конструкты. но тем не менее именно о сущем. Хайдеггер убежден. к. т. причем с апостольских времен. христианская философия была. Конечно. е. следовательно. заведомо отвечая через апелляцию к креационизму (сотворенности существ Богом) на еще не поставленный вопрос о бытии сущего. которое его нисколько не занимает и не впечатляет. само сущее. ученик Платона Аристотель выбирает ἐνὲργεια «энергию». Чтобы мыслить библейски. Проход к Seyn-бытию необратимо завален. ничего не добавляет.. е. и на месте Seyn-бытия поставлено Sein-бытие как сущность. Позднее другие философы предпочтут иных претендентов на замещение «должности» высшего сущего. и первая из идей. В структуре его философии семитское мышление просто выносится за скобки. Это выглядит несколько легковесно. является отныне идеей. Иллюстрируя гносеологическую «наивность» библейской философии. которые лишь обслуживают потребности в обосновании семитской религии . идея блага (τό ἀγαθόν). отсылкой к безусловным семитским влияниям снимает проблему как таковую.

апперцепцию. строго и последовательно без видимого спокойствия схоластического «платонизма для масс». мировоззрениям и т. особым типом внутренней. Вспомним то. действительность. Так на рискованное место прыжка в бездну вопрошания. но потом снова покинул этот философский топос. где он высвечивает все сущее как единое (ἓν). сохраняется вплоть до Конца философии. учрежденное даймоном удивления. ДЕКАРТ: НАУКА И МЕТАФИЗИКА НОВОГО ВРЕМЕНИ Новое время Хайдеггер оценивает двояко. философы открыли область иного чуда. заблокированный после Сократа и Платона учением об идеях. технике. и потому что «платонизм». С одной стороны. чтобы обойти эту область философии стороной. Причем каждая новая сущность. По сравнению с дофилософскими (гомеровско-гесиодовскими) греками. таким образом. неизменность онтологической топики проясняется наглядно: оказывается. это очень значимый поворот (Wendung). Это измерение — место философского даймона («бога». Ὄν (сущее) и ἓν (единое) сближаются и почти отождествляются друг с другом и у Парменида и у Аристотеля. категория или концепт лишь усугубляет забвение о бытии. есть не что иное. по Хайдеггеру. сохра- Глава 5. соответственно. е. Вот что значит выражение «платонизм для масс». где на место философского даймона. материи. Место же. в котором нет ничего принципиально «нового». Мысль размораживается и снова оказывается в схематической топологии платоновско-аристотелевской метафизики без отсылок к креации и ее градусам. объекту. пространством вопрошания о бытии сущего или точкой наблюдения за человеком (как мыслящим мыслимое) изнутри. по Ницше). Христианская теология. лишь помещая на место идеи новые «представления» — субъекта. и новые издания онтологии в мышлении Нового времени повторяют платоновские схемы. Для Хайдеггера это причина для того. как эпизод в укреплении этой постплатонической топики. а позже платоновской идеи ставится фигура семитского Бога-креатора. энергию. в которой мерцал выход в Seyn. в философском смысле христианство не дало совершенно ничего нового и лишь отложило на полторы тысячи лет процесс откровенного и последовательного мышления. д.. Эта топика. духу. Причина двойная: и потому что «для масс». философской сакральности (отличной от дофилософской сакральности священного сущего). причем Sein почти открыто отождествляется с сущностью (οὐσία). что мы говорили о «философском даймоне».80 • Раздел 1. Это сфера логоса.. д. жившими и мыслящими в сущем и в мифе. отвечая на вопрос о бытии все более формально и отчуж- . отнестись к ней высокомерно. конституированное философским даймоном для прыжка в Seyn-бытие. т. а следовательно. • 81 няется (хотя проход остается прочно заваленным и заваливается все больше и больше) в приблизительно одинаковом состоянии. Цикл христианской философии. монаду и т. уступив его «идолам» Нового времени: субъекту. Начало и конец западноевропейской. numen) — в досократический период занимается бытием как колебанием между Sein и Seyn. как φύσις. Эту область мы назвали философским даймоном. И когда влияние христианства сходит на «нет» («Бог умер». ценностям. Отсюда и ницшеанское: «христианство есть платонизм для масс». Лейбницем. всеобщим «представлением» (Vorstellung). с идеей и. схоластическая пауза длительностью в полтора тысячелетия только усугубила забвение о бытии (Seinsverlassenheit). Новое время вместе с Декартом. сущим. ставится онтология. Seyn und Sein и к собственным корням не обращаются. в философском процессе участвуют косвенно и невнятно. Временно на месте философского даймона побывал схоластический Бог-креатор. помещается между двумя философскими периодами — поздней Античностью и Новым временем. После Платона выбор делается однозначно в пользу Sein. который в его глазах представляет собой новое обращение к дохристианскому философствованию и при котором онтологическая проблематика начинает осмысляться более четко. С другой стороны. Более того. Кантом и другими полностью наследует именно платоновское интеллектуальное поле.

которая. д. т. Очищение этого скелета от псевдоонтологических напластований и пустых недофилософских и псевдофилософских вывертов для Хайдеггера есть очень важное событие.. чтó является сущим. Хотя источником онтологического суждения является именно субъект. в ходе философского наблюдения за развертыванием мысли. позже ens creatum) мыслится им как объект. которое и выносит утверждение о том. в его «внутреннем» измерении. вплоть до материалистов). е. Декарт помещает все остальное перед ним. • 83 поворот и метафизика Нового времени. все более углубляясь в сферу пред-ставлений и уплотняя исключительно референциальную теорию истины. какой бы член пары субъектобъект мы ни взяли. Тот. позже эмпирики — такие как Ньютон. «пред») и «jectum» («брошенное». что ему пред-стоит.. Начало и конец западноевропейской. то мы также с неизбежностью придем к субъекту как к зеркалу. под точку наблюдения за мышлением человека отводится определенное место. в котором обнажается ее внутренний скелет. д. е. Это рефлексирующая мысль. Поэтому в Новое время именно наука занимает место ре- . что метнули». Утвердив в центре своей онтологии субъекта. Декарт. мы учреждаем сферу объектного. не сумев в первом Начале сконцентрироваться на Seyn-бытии. мы автоматически сразу получаем второй. по Хайдеггеру. Объект — это то. соответственно. человеческое мышление. Славяне (впервые поляки — «przedmiot») скалькировали для себя это слово с латинского языка. и есть субъект. куда на последнем этапе западноевропейской философии и ее Geschichte снова возвращается изначальный порыв. но в пространстве сугубо человеческого мышления («здравого рассудка»). Seyn und Sein денно. что перед нами. хорош своей честностью. «то. у Декарта субъект и объект оказываются на одной и той же плоскости. истинным и т. выносящий суждения о том.82 • Раздел 1. либо умирают» (51)). своим ссохшимся скудоумием. У Платона идеи и вещи располагались вертикально. от его гносеологии). В декартовской системе координат платонизм распадается до самой своей мелкой возможности. позднее философы Локк. Учреждая субъект. — либо парят. лежащая в основе современного понимания науки. Но Декарт обретается уже не в открытой оптике первого Начала (с сохраняющейся там вероятностью прыжка в фундаменталь-онтологию). есть все та же метафизика. впрочем. что созидает эту науку. поставленному перед объектом. в область пред-ставленного. Но этот субъект имеет важное отличие от просто человека или человеческого мышления: этот субъект конституируется научно. в которую попадает все остальное. С Декартом западноевропейская философия делает решительный шаг к своему Концу. Картезианский Глава 5. — говорил Платон. Введение субъекта неминуемо влечет за собой объект — как то. Юм и т. Это и есть субъект. называемое «субъектом». которого он и вводит в магистральное русло западноевропейского философствования. что бытие становится функцией («ergo») от мыслительной деятельности субъекта. Но на сей раз она вступает в фазу активного распада. Субъект — это центр науки и одновременно то. у схоластов Бог был над миром. В конечном счете метафизика сводится к метафизике «ego cogens» (мыслящего «я»). Если начать мыслить со стороны объекта (как предлагали средневековые номиналисты. перед кем метнули нечто. где идеи еще несут на себе след изначального полета («Идеи. Так даймон философов оказывается запертым в человеке. Когда Декарт обосновывает метафизику Нового времени с опорой на субъект. взлетая в даймонические миры логоса. По-русски объект — это «пред-мет». То. «метать»). где Sein-бытие от идеи спускается к субъекту («cogito ergo sum» означает. где на том же самом этаже под топос философствования и. т. которое в таком виде складывается только вместе с Декартом. не могла в определенный момент не снизойти до топики субъекта. но теперь это сущее (ранее φύσις. и даже не в забаррикадированной от Seyn-бытия. от «jacere» — «бросать». «res cogens». он в каком-то смысле снова имеет дело с «даймоном философов». чтобы передать «ob» («перед». В этом Хайдеггер читает саму судьбу бытия. становится местом. что и в эпоху Платона или торжества схоластики. откровенной ничтожностью своей примитивной онтологии. что есть и чего нет.. от чего отталкивалась философская мысль досократиков. но все же двухмерной топике платонизма.

Он обращался к области «идеи» (ставшей концептом. точно таких же. Далее эту кантовскую мысль развивает вся немецкая классическая философия от Фихте и Шеллинга до Ницше. что означает буквально «постановка перед собой». субъектом. «заранее прибавленное»). человек. тем же самым жестом. Речь идет о том. который пошел по пути пред-ставления (Vor-stellung или Vor-setzung. наука конституирует и объект. д. Все существующее объективно. хотя и оформленной радикально по-новому. был вынужден «заведомо навязать» сущему нечто сконструированное. ставшим объектом. Для описания последнего сегмента западноевропейской философии. схоластики ли) и спуска внимания к конкретно сущему. Субъектный характер онтологического аргумента. продолжают в полной мере действовать основные законы метафизики. Референциальная теория истины возводится в гносеологический абсолют. все больше удаляясь тем самым от бытия (Sein).. но в границах науки Нового времени полюсами референции становятся субъект и объект. ответственного за утверждение бытия объекта. В науке Нового времени. не особенно считаясь с ним и его экзистированием. откуда в наш бытовой язык входит синонимическое использование понятий «существовать» и «являться объективным». Начало и конец западноевропейской. постепенно полностью утратил живой контакт с сущим (Seiende). Необъективное не существует или существует как погрешность. субъекта и «Бога». «заведомая фиксация». немецкой класси- Глава 5. Быть сущим и быть объектом сливается в одно. Отныне именно она является диспозитарием суждений. несмотря на видимость отстраненности от трансцендентного измерения (платонизма ли. более того. В явной форме это наличествует у Шопенгауэра. а чтó не есть сущее. Точно так же. Каждый шаг приближает нас к Концу философии. и. категорией. объектом становится то. и. метафизическое. Чтобы иметь дело с сущим. чтó есть. В этом Хайдеггер видит ясный признак нигилизма. ошибка. Киркьегору и Ницше. объектом. к Шопенгауэру. VORSETZENDE DURCHSETZUNG Хайдеггер тщательно прослеживает линию искусственного выстраивания научной и философской онтологии Нового времени от Декарта — к Канту. и место онтологического занимает сама наука Нового времени. но и не может быть поставлен. наконец. В невротическом диалоге с этой пустотой он стал забрасывать.. «захламлять» ее определенными представлениями. Seyn und Sein лигии. которые признаются истинными. именно наука берет на себя функции выносить декреты о том. пока не оказался в онтической пустоте. где вопрос о бытии сущего не просто не ставится. как и в прежних формах идеалистического или религиозного трансцендентализма. Научное мышление есть одна из самых крайних форм нигилистического мышления. особенно после фундаментальных кантовских исследований структур чистого разума и обнаружения неспособности рассудка вынести достоверного решения относительно бытия «вещи-в-себе». Уже в практическом разуме Канта воля — пока в форме категорического императива — выступает в качестве главного морального начала. наконец. заблуждение. Топика научного мышления есть топика классической метафизики. позже научное сконструированное сущее непосредственно окружающему сущему. Ницше возводит волю — как «волю к власти» — в высшую форму идентичности. что человек.) и далее навязывал это онтологическое. приводит к осознанному примату воли как главного механизма конструирования сущего. осознанной в оптике Seynsgeschichte. которая еще в древней Греции надстроила над сущим еще один дополнительный этаж. т. что можно весьма приблизительно перевести как «пред-намеренное навязывание». Хайдеггер использует специфическое выражение — «vorsetzende Durchsetzung».84 • Раздел 1. ценностью и т. что рассматривает субъект и что он признает существующим. Наука представляет собой мышление в рамках двух сущих. замостить пустоту содержанием своего пред-ставляющего рассудка . все объективное существует. Здесь важно отметить следующее. выработанными в пространстве онтологической топики. • 85 ческой философии и. начиная с какого-то момента. такого мышления. е. Этими двумя сущими являются область онтического и область онтологического.

Но люди не довольствуются лишь опредмечиванием уже существующих вещей. ощущая промышленность как гигантский живой организм (хотя и с несколько инфернальными чертами). причем искусственным. — дом все равно не будет построен. что такое «вещь». создавая такое рукотворное сущее. то. Предметов становится все больше. как и в русском. Немецкое же слово «Herstellung» означает «выставить (вовне)». которое все ближе и ближе к их представлению. поскольку бытие оказывается забытым (Seinsverlassenheit). «из-водим». философское) представление о них. С его точки зрения. где сущее почитается как священное. Человек ввергается в технику как в судьбу и двигается в обратную сторону от бытия (в сторону Sein как Seindheit). В немецком языке. сущее становится порабощенным и заменяется на то. моторами. прирожденное. станками. • 87 Сущее теряет неопределенно тонкую связь с бытием (как Sein. понималось до недавнего времени) с определенной долей сакральности. Поэтому они начинают заменять Aufstellung. Seyn und Sein и навязать эти пред-ставления с помощью воли. Наступает диктатура производства (Herstellung). Vorstellung и волей. «вынести перед». «Что-либо произвести» означает «вытолкнуть откуда-то» (например. В русском языке вещь — это весть.86 • Раздел 1. из бытия-Sein). на Herstellung — искусственный продукт. Например. мистериальное действо. В осмыслении установки на «преднамеренное самонавязывание» для Хайдеггера состоит постижение сути фундаментального движения философской мысли в ходе ее развертывания. и с фундаментальной убежденностью в необходимости этого делания. Начало и конец западноевропейской. а вот через представление. В конечном итоге. Здесь очень важно понять. рождаемое нечто. Поэтому нам трудно представить себе опредмеченную вещь или предмет в чистом виде — для нас вещи все еще вещают (хотя все тише и тише. повторяя подобную операцию до бесконечности.. Западноевропейская философия и есть прогрессирующее vorsetzende Durchsetzung. волевым образом. Русский язык — язык в значительной степени онтический. они все больше и больше впадают в одержимость представлением (предстоянием). т. е. «вещами-тенями». Другие герои Платонова душевно беседуют с паровозами. ОПРЕДМЕЧИВАНИЕ ВЕЩЕЙ В ходе развертывания процесса «преднамеренного самонавязывания» (vorsetzende Durchsetzung) происходит опредмечивание вещей (Vergegenstandlichung der Dingen). вещей все меньше. Когда мы говорим «производим». чтобы потом с этим разбираться. выходящим в Seyn) уже у Платона. Гегель пытается вырваться из тисков обреченной проблематики дезонтологизации. быть может. «выводим из нее». Впервые во всей философской западноевропейской традиции он пытается противостоять логике Аристотеля. Глава 5. — когда они становятся опредмеченными. нечто вещее. это правда). Непонятно. «вещами-двойниками». Вещие вещи вещают в сущем. жестоко втискиваются в людское (точнее. о которой Кант .. ГЕГЕЛЬ: ПОРЫВ «БОЛЬШОЙ ЛОГИКИ» Большое внимание Хайдеггер уделяет философии Гегеля. В русском языке для понятий «Aufstellung» и «Herstellung» есть только одно слово — «произведение». для чего копают. у Андрея Платонова(53) пролетариат копает котлован. а затем сущее превращается в нечто произведенное. что произведено искусственно. У русских даже техническое производство понимается (точнее. онтологическое. У нас даже промышленное производство мыслится как какое-то почти магическое. никто его и не планирует строить. принимаются дублировать естественные вещи искусственными. природное. соборно совершая великий национальный архетипический жест. схоластики и картезианства. утрачивают священное содержание. движущееся от досократического полюса к нигилизму ницшеанской «воли к власти» через стадии отчуждений платонизма. это означает «помогаем природе». слово «вещь» (немецкое «Ding»(52)) несет в себе сходный священный смысл. — эти вещие вещи перестают вещать. — но копают все. деформируются. по меньшей мере. ускользают (убегают) или. что вещает в мире.

нечто пришло к Концу. Гераклит) в топике постплатоновской философии. который. • 89 греков. работа «мирового разума». по сути. воля к власти. Гегель поднимает вопрос и о бытии. либо прикровенно. Хайдеггер посвятил философии Ницше несколько томов текстов (54). что в этом Начале началось и как случилось так. трансформации которой составляют ткань западноевропейского исторического бытия (имеется в виду в его философский период — от досократиков до Нового времени). как развертывание концептов. Хайдеггер восхищен Гегелем. Гегель делает в рамках Vorstellung максимум из того. как сетями. к. кроме субъектности. мы находимся в пространстве . Пока ночь не дойдет до точки полночи. но как об истории Идеи.. и в таком качестве его значение трудно переоценить. Для Хайдеггера это гениальный опыт. и даже для всей европейской философии.88 • Раздел 1. потому бедный Гегель предстает пред нами своего рода утренним мыслителем. Конец философии в значительной степени объясняет или проясняет нам ее Начало. подвергшийся стольким искажениям в течение двух с лишним тысяч лет. но окончательно выкорчевывает возможность помыслить сущее и бытие (Sein) вне интеллектуалистского контекста западноевропейской метафизики. По своему весу и значению он является ключевой фигурой. что исторический процесс есть не что иное. не осталось.. Бытие уже больше даже не идея. что за две тысячи лет никто в нее ничего нового не внес и ничего не смог в ней изменить. но повторяет его проблематику в рамках Конца. смысл субъектности в воле. представляющий собой вершину западноевропейской философии. Но Гегель остается в категориях концепта. бытие — это просто ценность. помогает понять. это произвол субъекта. На Ницше заканчивается то. но только в конечном. Он вглядывается в первое Начало. который проснулся среди ночи и действует так. Гегель подытоживает западноевропейскую метафизику в ее наиболее совершенном виде. Гегель в гениальном порыве пытается создать свою иную. восстанавливая в значительной степени онтологическую проблематику Глава 5. предопределяет логику событий. чреватого взрывом. что можно было сделать. обволакивает движение гегелевского духа. усовершенствовать или предложить нового. что он переходит от истории к истории философии. как если бы уже было пора делать зарядку. Гегель лишь исчерпывает номенклатуру ответов на онтологические вызовы нигилизма через формальное повторение досократических тезисов (Парменид. что. Колоссальная заслуга Гегеля в том. т. что бытие стало функцией от ценностей. убедительно показывая. и этот мыслитель представляется Хайдеггеру самым значительным и самым крупным для Нового времени. Стремясь ответить на трудные вопросы кантианской критики чистого разума. НИЦШЕ И КОНЕЦ ФИЛОСОФИИ Заканчивается западноевропейская философия на Фридрихе Ницше. постплатоническом. Больше сделать ничего нельзя. начавшись. где сущее порабощено рассудком и не способно освободиться от «преднамеренного самонавязывания» (vorsetzende Durchsetzung). а порыв к ней. либо ясно. в которой опровергался бы второй закон формальной логики — закон исключенного третьего. Но весь этот процесс новой постановки вопроса о бытии (Sein) не только не выводит нас на горизонт переосмысления онтологии. которое должно быть зачислено в субъекты лишь в эсхатологическом моменте «конца истории». От Гегеля до Ницше — один шаг. Гегель. концептуальное мышление. Начало и конец западноевропейской. но при этом считает. становление. в самонавязывании. Это вполне объяснимо: для Хайдеггера Ницше — последний философ. Seyn und Sein говорил. т. всякий раз уводя его от самого острого момента. оставаясь единственным содержанием мировой истории человечества. что началось при досократиках. и о ничто. сугубо метафизическом контексте. Именно в связи с тем. утру наступить невозможно. который называет все вещи своими именами. Абсолютной Идеи. со всей откровенностью восстанавливает в своих правах платонизм. и к какому Концу? Ницше утверждает: ничего. альтернативную логику. жизнь. что это не прорыв к фундаменталь-онтологии. Он говорит об истории не только как об истории философских идей. Одним словом. и о диалектике. к. и об отрицании.

90

Раздел 1. Seyn und Sein

тотального нигилизма, мы утратили абсолютно все, что
ранее соединяло нас с сущим и самими собой.
По Хайдеггеру, Ницше не преодолевает в своей философии западноевропейской метафизики, он ее продлевает,
он пытается ее спасти. Ницшеанская критика Платона,
его обращение к досократикам, его борьба со статической
онтологией, закрывающей доступ к потокам живого начала, — все это не выводит его на новый виток, не приближает
к реальному преодолению западноевропейской философии,
но подытоживает ее, подводит под ней могильную черту.
Стремясь преодолеть западноевропейскую метафизику,
Ницше пытался, на самом деле, спасти ее. «Переоценка
всех ценностей», «воля к власти», «жизнь», «сверхчеловек»,
«вечное возвращение» — все эти ницшеанские предложения, согласно Хайдеггеру, представляют собой агонию
философской мысли, бьющейся в силках однажды неверно
установленной топики, где прорыв в бытие был необратимо
закрыт всей ее структурой. Но в отличие от своих прямых
предшественников — Канта, Гегеля, Шопенгауэра —
Ницше по-настоящему рвется преодолеть все это, жаждет
прорваться к новым горизонтам, но фатально остается в
пределах старых. Это и есть Конец, по своему масштабу,
по своему трагизму, по своему интересу к Началу, по своей
рискованности сопоставимый со всем процессом западноевропейского закатного, вечернего философствования.
Ницше — это достойный Конец.
Ницше — стражник, возвестивший о наступлении полночи. «Сторож?! Сколько ночи?» — «Скоро утро, но все еще
ночь»(55).
Ницше провозгласил: пришли настоящие «скудные
времена», «Бог умер», наступает полночь мира. Говоря о
том, что «полночь на дворе», Хайдеггер добавлял в тексте
«К чему поэты?» (перевод которого мы приводим в этой
книге): «Уже полночь, а может быть, “все еще нет”, всегда
это “все еще нет”».
Мы вернемся к этому «все еще нет» чуть позже, а пока
рассмотрим, почему происходит забвение о бытии?

ГЛАВА 6

SEYNSGESCHICHTLICHE `mŠpnonknch“ u`ideccep`

ВИНА ЧЕЛОВЕКА
Вопрос о том, почему происходит забвение о бытии,
т. е. вопрос о причине Seinsverlassenheit как о главном
содержании историко-философского процесса, выводит нас
на очень глубокий уровень анализа и сталкивает напрямую
с проблемой человека, с антропологией в том ключе, как ее
рассматривает Хайдеггер.
В одной из своих работ 1935 года «Введение в метафизику»(56) Хайдеггер напрямую задается вопросами: почему
судьба бытия обращена (идет) от бытия? Почему происходит забвение бытия? Что стоит за появлением платоновских идей и что движет философию в сторону ее Конца? Что
лежит в основе Конца? И соответственно, почему полночь?
Когда смысл темен, философы часто обращаются к поэтам. Поэты ничем не ограничены и всегда снабжают философов тем, чего им принципиально и жизненно не хватает.
И в этом случае Хайдеггер обращается к Софоклу, к тому
месту в его трагедии «Антигона»(57), где хоры, символизирующие сущее (Seiende), поют так (в дословном переводе
текста Хайдеггера):
Хор
Строфа I
Многое ужасно (πολλὰ τὰ δεινὰ),
но нет ничего более ужасного (δεινότατον), чем человек,
поднимаясь, не поднимается.
Он выходит в пенистые от зимнего или южного ветра волны моря
и пересекает его в бурно вздымающихся валах.
Самое высокое из божеств,
Землю, неуничтожимо неусыпающую,
он постоянно исчерпывает, возвращаясь из года в год,
чтобы пахать и перепахивать ее со своими лошадьми и плугом.

92

Раздел 1. Seyn und Sein

Антистрофа I
Стаи легко летящих птиц
он улавливает в свои сети,
и охотится на племена животных
из диких стран и на то, что живет и действует в море,
он, человек хитроумный.
Он хитростями главенствует над зверем,
что ночует и бродит на холмах,
и коню с густой гривой,
и непокорному буйволу надевает древесное ярмо.
Строфа II
В звучании слова и легком всеведении,
подобно ветру, он, в конце концов, обретается
и в городах, где его убежище.
И придумал он, как спасаться там от открытости бурям и
пронизывающего града.
Обретая опыт на всех дорогах,
Он, безнадежно неопытный, ни к чему не приходит.
Лишь от одной неизбежной смерти
он никак не смог укрыться,
пусть даже удалось ему ускользнуть ловкостью
от целого ряда тяжелых болезней.
Антистрофа II
Он — создатель, благодаря навыкам (τέχνη),
у него есть несравненное мастерство,
иногда из этого получается низость,
а иногда отзывается чем-то весьма ценным.
Между положением земли и порядком,
предписанным богами,
он следует по своей дороге.
Главенствующий поверх места, исключенный из места, —
таков он, кому всегда неблагое (не-сущее) благим (сущим)
представляется из-за дерзких его деяний.
Да не будет он принят у моего очага,
И да не будут его иллюзии разделяемыми в моем знании,
о человек, который все это творит.

В этих хорах сущего Хайдеггер видит краткое описание
всего историко-философского процесса, т. е. формулу западной метафизики. Именно потому, что человек, по меньшей мере греческий человек, западноевропейский человек,
таков, каким его описывает Софокл, проистекает все остальное.

Глава 6. Seynsgeschichtliche антропология...

• 93

Человек, будучи сущим, выпадает из общего строя сущего, выделяется из него, отпадает от него, представляет
собой нечто уникальное, особое и несущее в самом себе
катастрофу. С одной стороны, он так же «ужасен», как все
сущее. «Ужасность» надо понимать в изначально греческом
смысле, настаивает Хайдеггер. Так переводится греческий
термин «δεινόν». Хайдеггер толкует его как «насильственный», «навязывающий», «агрессивный», «подчиняющий».
Стихии сущего тоже ужасны: среди них есть бури, град,
смертельные заболевания, дикость, неукротимость, агрессия, риск, угроза. Но человек, разделяя со всем сущим
свойство ужасности, именно в нем превосходит все остальное. Многое ужасно, но человек всего ужаснее. В этом
и состоит его особенное положение: он ужаснейший из
ужасного, он самый агрессивный из всего агрессивного, он
самый подчиняющий среди всего подчиняющего.
Более того, он делает из агрессивности свою судьбу. По
Хайдеггеру, специфический δεινόν человека полнее всего
запечатлен в «τέχνη» — «технике», способности создавать
особое сущее, которое служило бы ему еще полнее, чем то
сущее, которое он подчинил, укротил, поставил под контроль.
Способность создавать сама по себе нейтральна относительно блага и зла, но во всех случаях эта способность
основана на агрессии, навязывании и ужасе, т. к. является
качественным средоточием именно этого начала.
Вместе с тем «δεινόν» в определенном смысле есть
«δίκη», т. е. «высший закон», «высший порядок», которому
подчиняется все сущее. «∆ίκη» Хайдеггер интерпретирует
как «ϕύσις» и как «λόγος», т. е. как бытие сущего. ∆ίκη навязывает себя всему в масштабе сущего, а человек навязывает сущему самого себя через τέχνη, что приводит к фундаментальному противостоянию человека с бытием. Человек через τέχνη как выражение δεινόν противопоставляет
себя δεινόν как выражению ∆ίκη. Именно поэтому человек
становится «ужаснее» всего сущего. В сущем больше нет
такой точки, где столкнулись бы два ужаса: ужас бытия
сущего и ужас копирующего его человека. Эта точка есть
точка раскола в сущем. Человек как раскалывающееся
сущее представляет собой место, где происходит вторжение

94

Раздел 1. Seyn und Sein

ужасающей мощи бытия (Sein или Seyn — это пока не
прояснено). Но проявляясь таким образом, оно откалывает
человека от остального сущего.
Будучи высшим в сущем и главнейшим из сущего, стоящим над сущим, он вместе с тем исключен из сущего, изгнан из него. Он не принят у «очага» сущего, выброшен из
того, что составляет знание сущего о нем самом.
ТЕХНЕ (ΤΕΧΝΗ) КАК ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКАЯ
СУДЬБА
Истоки судьбы западноевропейской философии следует, таким образом, искать в корнях европейской — греческой — антропологии. Человек в своей основе таков, что
обречен на конфликт с сущим и, косвенно, с бытием, которое является порядком сущего, его логосом. Но тем самым
человек обречен и на конфликт с самим собой, коль скоро
он тоже есть сущее и выражение его порядка. Но этот порядок сущего (его бытие) в человеке обнаруживается принципиально иначе, нежели в остальном сущем. Хайдеггер
подходит к тому, что в человеке «слишком много бытия», а
именно это и проявляется в том, что в нем слишком много
мощи и ужаса, направленных на преодоление сущего, на
выход за его пределы. Этот выход — попытка прорваться к
бытию сущего.
Сама эта попытка составляет суть бытия человека.
Мышление есть свойство человека. Именно оно отличает его от остального сущего. Человек способен остро
отличать в сущем одно от другого, т. е. мыслить онтически,
потому что он сам отличен от сущего, потому что занимает
в отношении его особую позицию. «Человек, главенствующий поверх места (сущего), помещенный вне места» (как
переводит Хайдеггер Софокла). Так, уже в самом факте
мышления заложена возможность стать брешью в сущем.
Однако до определенного момента человек не берется
сделать из этого все выводы. Он довольствуется различением того, что вокруг него, и укреплением своей позиции,
хотя его периодически и бросает из стороны в сторону в
попытках дойти до края сущего, сразиться с ним как с сущим в целом.

Глава 6. Seynsgeschichtliche антропология...

• 95

В определенный момент, в ходе освоения границ собственной свободы и собственной дистанцированности от
сущего, человек открывает τέχνη — способность самому
создавать сущее, что позволяет обрести над ним еще большую власть и различать в сущем еще более отчетливо и
достоверно. Через τέχνη человек подходит к последней
черте, за которой открывается горизонт прыжка — за
пределы человеческого, в то место, которое мы ранее определили как «даймонический топос». В этом прыжке человек и себя самого причисляет к сущему, т. е. дистанцируется и от самого себя. Тем самым он осуществляет максимально возможное насилие, подрывает последнее основание
для того, чтобы оставаться в сущем. Когда он мыслит себя
как сущее так же, как он ранее мыслил другое сущее (в противопоставлении самому себе), он конституирует новое
место, которое в некотором смысле больше не находится
в сущем. Этим местом может быть только бытие — причем
бытие как не-сущее (Seyn als Nichts).
В этом жесте и начинается философия. Но при этом
τέχνη становится не одним из проявлений человеческой
дистанцированности, но осмысляется как судьба человека,
как главное в нем, как Seynsgeschichte. В прыжке в небытие человек сам становится «произведением», «средством»,
чем-то техническим. И заложенный в бытии потенциал
у-ничто-жения (Seyn = Nichts) начинает свою долгую
работу против сущего и в том числе против человека как
сущего. Поэтому-то Хайдеггер отождествляет τέχνη с судьбой и видит в этом проявление онтологических глубин самого человека как явления Seynsgeschichte.
Но не всякий человек делает жест в сторону полного и
окончательного принятия на себя ответственности за двойное дистанцирование: и от сущего, и от человека как
части сущего. В этом направлении делает выбор только
греческий человек эпохи становления философии. И с
этого начального момента прыжок, двойная топика, даймоническое место и τέχνη становятся его вечерней судьбой.
В конечном счете уже этот первый жест по осознанию себя
брешью внутри сущего открывает путь постепенному становлению западноевропейского нигилизма, росту «пустыни».

96

Раздел 1. Seyn und Sein

СВОБОДА И ВОЛЯ
В сердце катастрофы западноевропейской судьбы лежит
глубочайшая истина человеческой свободы. Дело в том, что
бытие обнаруживается в человеке совершенно иначе, нежели во всем остальном сущем. Человек живет в бытии, и
дом его — бытие, а не сущее. Будучи сущим, он не у себя
дома среди сущего, это не его дом. Его реальный дом —
бытие, поэтому он и ведет себя столь отвратительно, будучи погруженным только в сущее.
Бытие, приведшее человека к наличию, поддерживающее его в наличии до момента смерти и одновременно
бросающее его на произвол, пребывает в нем особым образом. Оно выражается в его особой позиции — в воле. Человек ставит себя перед сущим и навязывает себя сущему
через свою волю. Тем самым он идет к замене сущего сотворенным, техническим. В этом его воля. Человек есть
существо волящее. Такое отношение человека к бытию и
бытия к человеку составляет исток vorsetzende Durchsetzung («преднамеренного самонавязывания»).
Порыв от сущего к бытию как исток философствования
есть отзвук в глубине человека бездонной свободы бытия.
Нападая на след самой возможности этого порыва, человек
вступает в самую рискованную зону своей сути: он бросается в бытие. В первом Начале бездонность свободы набрасывает высший риск перспективы полета над бездной.
Становясь чужим в сущем и осмысляя это как свою судьбу
вопреки судьбе сущего, человек начинает философствовать.
Вместе с тем такой порыв есть реализация высшего
насилия над сущим и над самим собой: человек отныне
необратимо чужой в сущем. А обретет ли он свой дом в
бытии — это большой вопрос. В этот момент он впервые
становится человеком, т. к. возникает место, с позиции
которого можно сказать «ecce homo», «се человек», указывая на самого себя откуда-то изнутри (даймонический
топос). Но вместе с тем, строго в тот же самый момент,
человек перестает быть просто человеком и начинает быть
человеком философствующим, человеком с судьбой, соотнесенным с Seynsgeschichte. И отныне он не свободен от
своей свободы и обречен на философское мышление воп-

Глава 6. Seynsgeschichtliche антропология...

• 97

реки всем попыткам или аппетитам соскользнуть назад к
«просто мышлению», к онтическому. Опознав себя как
человека, как сущее в человеческом, человек делает действительной молнию логоса. В некотором смысле, сверхчеловек впервые появляется именно в этот момент — в момент обнаружения логоса. И не случайно Гераклит говорит
нам об этом: «Если вы прислушаетесь не ко мне, но к логосу, мудро будет, в нем пребывая, сказать: все едино». «Не
ко мне, но к логосу». Философия не дело Гераклита как
человека, это дело логоса, и только к нему надо прислушиваться, это он философствует, и он по-настоящему рискует.
И здесь открывается миг высшего решения — до какой
границы дойдет человек по пути логоса? Как распорядится
он своей бездонной свободой, отвоеванной в предельной
концентрации взятого на себя ужаса бытия как его приоритетный получатель (через смерть), носитель и вдохновитель
для всех остальных (через волю и мощь)?
Сегодня мы знаем ответ. Древние греки, начинающие
философию, этого не знали. И продвигаясь туда, куда они
не знали сами, ужасаясь и изумляясь, они создали уникальное по своей трагичности произведение искусств — западноевропейскую историю, историю вечера мира.
Как мы уже не раз отмечали, у Платона и Аристотеля
колебание между Sein и Seyn однозначно решается в пользу Sein как Seiende-im-Ganze, Seiendheit. А это значит,
что полет в прыжке был прерван и сама стихия прыжка
в бездну подменена искусственно созданным лагерем,
стоянкой, разбитой где-то на полпути между оставленным
домом сущего (онтическое мышление) и истинным домом
так и не обретенного бытия (Seyn, фундаменталь-онтология). Но воля как трагическое изгнанничество из сущего,
как блуждание по всем дорогам в заведомо неправильном
направлении, как насилие и деструкция все равно стала
судьбой человека. Всегда склонный к буйному разрушительству, человек поставил это разрушительство на плановую основу. Застыв на промежуточной стоянке, он интенсифицировал техническое разрушение сущего и его искусственную подделку и вместе с тем продолжил войну с δίκη
как с бытием сущего, сняв с повестки дня продолжение
броска к бытию (Seyn).

концепт. «агрессию». через сущее или через смерть. а с другой — бытие стало для него вопросом «техники» мышления. прагматизма и материализма именно потому. отличного от себя: человек сам строит и определяет себя перед лицом бытия (Seyn). первое означает «борьбу». представляющий и волящий. ценность и. взятое уже не имплицитно. «могущество». Немецкие слова «machen». Seyn und Sein Τέχνη стало двоякой судьбой человека: он стал превращать своей волей сущее в произведенное и. В русском языке «власть» и «могущество» мыслятся как нечто из области «воз-можного». оно есть ничто. в переносном смысле «махинацию». И раз в великом Начале оно открылось как бытие сущего. Воля человека. Почему так? Потому. Machenschaft — абсолютизированное τέχνη. но что себя уже в данный момент проявляет и навязывает. потенциального.. а может и не быть. актом. которое никогда не дает о себе знать прямо. есть его судьба и само бытие. Это активное и действующее воление. деяние. «мощь». выстроил метафизическую топику отношения к миру и референциальную теорию истины. которое захлестнуло Запад Нового времени. Machenschaft. Gegenstand.98 • Раздел 1. В этом низшем прагматическом опредмеченном безумии производства. что он в свое время обратился к истокам своей человечности (к своей сверхчеловечности) Глава 6. а может и не случиться. что кто-то или оно само совершили ошибку. • 99 как чего-то отличного от сущего. активность. В этом фундаментальность отношений бытия и человека: бытие для человека есть нечто случайное. человек в основе своего воления волит ничто. пред-мет. «делать». просто свет выражает себя через свет и тьму. бездне и Seyn. акция. . столкновение с чем может случиться. но которое может случиться. Происходит окончательное о-пред-мечивание вещей. откуда также понятие «Macht». «машину». Таким образом. «власть». напротив. Он образован от немецкого корня «Machen». объекта. что не только может проявить себя или навязать себя. Поэтому в предельном нигилизме современного катастрофического состояния. ψυχή субъекта. «атаку». которое выражается во всех этапах западноевропейской истории через φύσις. «битву». что может быть. а эксплицитно в качестве позитивной программы для человека и человечества. таким образом. чтобы наступил новый день. «res extensa». Хайдеггер видит все тот же изначальный антропологический жест древнегреческой реализации высшей и ничем не ограниченной свободы. В метафизике Нового времени и с введением Декартом субъекта и объекта этот процесс достигает пика. субъект и перед ним объект. на Хайдеггера в выделении этого ряда слов повлияло созвучие немецкого корня с греческими корнями μάχομαι и μηχανική. ничто. Отныне есть только рассудочный. Возможно. судьбинная история его восстания за пределы сущего и его падения в нигилизм. что бытие не есть сущее. отколотости и трагической смертности самого себя. а именно то. И в то же время бытие нуждается в человеке — чтобы мгновенно. то в Конце оно открывается как ничто из сущего. произойти с человеком. соответственно. а второе — «механическое изобретение». в полной и кромешной его оставленности бытием (Seinsverlassenheit) говорит глубинная тайна отношений человека с бытием. с тем. Уже в первом Начале западноевропейской философии проявляется бытие как воля и движет Seynsgeschichte к точке полуночи. сам (как сущее) становился все более и более машинным (откуда Ламетри с его «человеком-машиной»). действие. а значит. Хайдеггер называет это специальным термином — «Machenschaft». а день переходит в ночь. обрел свою судьбу в логосе и воле.. с помощью чего он укреплял баррикады перед лицом опасных вопросов о смерти. случайно и причудливо открыть в его расколотости. кто соучаствует в самостоятельном ходе чего-то. Солнце клонится к ночи не потому. Человек опустился до производственной френезии. действием. Но все это не просто акциденции кого-то. а может и не произойти. до утилитаризма. наконец. Seynsgeschichtliche антропология. «Macht» и «Machenschaft» связаны. ιδέα. с действительностью.

после окончания Второй мировой войны и краха Третьего Райха. представляет собой уникальный переход от онтического к онтологическому. отброшена. не по аналогии с сущим. Другое Начало (die andere Anfang) ГЛАВА 7 dprcne m`)`kn (DIE ANDERE ANFANG) ПРЕДПОСЫЛКИ ДРУГОГО НАЧАЛА Так постепенно мы подошли к главной теме философии Хайдеггера. посвящены непосредственно теме нового Начала: это «Вклад в философию (о Ereignis)»(58). что она не реализовалась и была окончательно снята с повестки дня платонизмом. не из сущего. процесс подыскивания подходящих слов и выражений. онтологию на месте онтики. свою мысль и самого себя. . осознанных отныне совершенно иначе. которая была упущена. Да. первое Начало. Платона и Аристотеля в рамках первого Начала решалось: будет ли Seynsgeschichte Западной Европы онтологической или фундаменталь-онтологической? Перерастет ли отчаянный прыжок онтологической мысли в полет к бездонному Seyn-бытию. Все они написаны между 1936 и 1956 годами. учреждающей философию на месте простого мышления. возобладала та онтология. И зафиксировав смысловые ходы всего процесса Seynsgeschichte. Это то. а рванувшись напрямую в чистую стихию бытия — через ужас. к чему оно привело. Мы видели также. Именно она делает по-настоящему пронзительными и те темы. и Seyn будет подменен «высшим сущим» («наисущим» ὂντως ὂν)? Мы знаем. как в первом Начале была открыта возможность прыжка и полета к Seyn. и те сюжеты (в основном касающиеся языка и связанные с древнегреческой мыслью). с чем он полностью отождествил свою философскую и человеческую судьбу. каким было это решение. другим работам. • 101 Гераклита и Парменида). реализовав именно ту возможность. «Geschichte des Seyns»(59) и «О Начале»(60). которую демонстрирует нам западноевропейская философия до последних ее нигилистических проявлений. закладывающая основы философии как таковой и определяющая судьбы двухтысячелетней западноевропейской истории. к принятию полной ответственности за судьбу такого перехода. которые он приоритетно разбирал позднее. которые Хайдеггер рассматривал ранее. Сократа. сущее и бытие. имеющей самое прямое отношение к теме второго Начала. как логос. место философского даймона. Фундаменталь-онтологическая перспектива не реализовалась. нежели в стилистически отточенных текстах. когда Хайдеггер мыслил о теме Ereignis. колебания самого Хайдеггера. Но во втором Начале следует перейти к фундаменталь-онтологии. которую он сам назвал «другое Начало» (или «второе Начало»). В этих нестрого оформленных фрагментах мысль Хайдеггера видится намного более отчетливо и ясно. до середины 1930-х годов (включая «Sein und Zeit»). вместе с Хайдеггером. в первом Начале от онтики перешли к онтологии и метафизике. от просто человеческого мышления к мышлению о человеке как особом сущем. лекциям. бездну. чем сам Хайдеггер считал свою философию. чем это было сделано в первом Начале? Как иначе? Не от сущего. и знаем. Согласно Хайдеггеру. провалена. как раз в тот период. которым является философия досократиков (в первую очередь Анаксимандра. за человека. Но мы видели также. В них видны вопрошания. Второе Начало — это то. Мы видели. До Анаксимандра. открывался в высшем рывке человеческой мысли. как это делалось. мы можем. Три не издававшиеся при жизни работы Хайдеггера. Мысль о втором Начале во всех трех книгах стоит в центре внимания автора. состоящие из набросков к курсам.Глава 7. задаться вопросами об одном дерзком начинании: а не отбросить ли нам две с половиной тысячи лет судьбы западного человека и его мышления и не перейти ли к новому Началу? Не поставить ли заново вопрос о бытии сущего: с учетом всего известного теперь западноевропейского философского опыта и совсем иначе. или он остановится на полпути.

Мы знаем. ПЕРЕХОД (ÜBERGANG) Вот что пишет сам Хайдеггер о переходе к другому Началу: «Готовясь к переходу от Конца первого Начала в другое Начало. Переходным вопросом (Ubergangsfrage) является: «почему есть сущее. Конец первого Начала еще долго будет . еще один шаг в бездну. Seyn und Sein В этом и состоит новое Начало. Надо особенно сконцентрироваться на первокорнях западной философии в эпоху ее первого Начала и сделать шаг дальше. а не ничто»?(61) Это переходный вопрос. е. основным вопросом (Grundfrage) — «какова истина Seyn-бытия?». нового бытия. которое косвенным образом содержится в наступлении ночи и царства тотального нигилизма. которое предлагается осуществить. социальности. под напластованиями латинских. обрушить не только метафизику. но в совершенно новую область истории (Geschichte). если мы поверим Хайдеггеру. что такое бытие как сущее в целом? Это вопрос конца первого Начала. политике и экономике. схватить то послание Seyn-бытия. которую предстоит решить. «Ведущий вопрос философии» (Leitfrage) со времен введения греками понятия φύσις состоял. чтобы мгновенно и радикально передать инициативу истины самому Seyn-бытию в чистом виде. ἀλήθεια — истине и φύσις на совсем уже глубинном уровне. западной логики. через раскол в сущем. Возможность нового Начала обеспечивается еще и следующими моментами: 1) исчерпанностью историко-философского процесса европейского человечества и эрой тотального нигилизма. присущее досократикам. Но если внимательно вдуматься в масштаб того философского действия. техники и всех остальных изданий платоновской идеи как выражения самого Seyn-бытия. является в корне неверной постановкой вопроса: несокрытость должна относиться к Seyn-бытию и выводиться напрямую из него. нового человечества (нового гуманизма). в том числе и человека как сущее. примем новую версию мышления и философствования. по Хайдеггеру. что «ничто» переходного вопроса не пустое понятие. но и понимание истины — ἀλήθεια — как несокрытости сущего. ценностей. 4) фактом наличия философии Мартина Хайдеггера. первонерв греческого мышления о сущем. воплощенный в человеке-философе. Новое Начало будет открытым. осознать неизбежность и обоснованность каждого ее этапа. но и сам первоисток. Другое Начало (die andere Anfang) • 103 ющей из нее истории Западной Европы в ее наиболее существенных аспектах. Перейти к новому Началу — это значит перестать жить историей Запада. нам станет не по себе из-за фундаментальности задачи. пойдем за ним. свое нетождество с сущим. е. «почему есть сущее. Sein.102 • Раздел 1. При этом он не указывает пути назад и не ищет альтернатив где-то в иных культурах и иных эпохах. 3) упорной волей к философскому мышлению и к высшему риску в любой ситуации как видового и seynsgeschichtliche достоинства человека. спрашивая себя. И наконец. Machenschaft. образовании. доказывающего косвенным образом. схоластических и современных философских концептов. Хайдеггер предлагает тотальное преодоление Запада и начало новой истории. Его приглашение состоит в следующем: необходимо принять западную Seynsgeschichte как свою судьбу. но тончайшее выражение несовпадения бытия и сущего. что «ведущий вопрос» был сформулирован неверно. что не только референциальная теория истины. западного сознания. но и Seyn сущего (Seienden). 2) распознанием воли к власти. расшифровать его. в выяснении сущности сущего. как носителя высшей свободы. которое есть Nichts. науке. продолжающих предопределять корневые основы западного мышления. т. Мы знаем также. оттеняющее глубинный смысл Seyn-бытия. а данные на него ответы и вовсе привели к катастрофе. иное Начало. человек вступает не только в никогда еще не бывший „период“. не говоря уже о культуре. напомню. историей вечера. мы знаем. мировоззрений. минуя сущее. а не ничто?» А фундаментальным. Мы не просто ставим вопрос о бытии-Seyn со всей его жесткостью и радикальностью. т. кроме того. сконцентрировавшего в своих трудах фундаментальноонтологическую линию истории философии и вытека- Глава 7.

и соответственно. «собственное». вообще не есть. е. может начаться. т. оно уникально. Хайдеггер использует искусственную синкрету: хотя этимологически термин «Ereignis» происходит от «Er-augen». напротив. т. Глава 7. обновленных модификаций „метафизики“. посвященном Анаксимандру: «Бытие сущего собирается (λέγεσθαι. и как мгновенный переход от неаутентичного режима экзистирования к аутентичному. При этом неверно мыслить его как то. что является основной преградой для такого перехода — это человеческий рассудок (ratio). Seyn und Sein преодолеваться в этом переходе. т. д. присутствует и в бывшем — в той мере. А это значит. в котором оно открывается. подготавливается изначальнейшее и поэтому „самое историческое“ (geschichtlichste) решение — или–или. в котором Seyn-бытие мгновенно являет себя в своей истине. но. что порождает эсхатологию бытия. пребывает в сути. История бытия собирается в этом расставании. При этом Ereignis. (…) В другом Начале все сущее будет принесено в жертву Seyn-бытию. и даже в самом другом Начале»(62). и только в силу этого получит сущее как таковое впервые свою истину»(63). что оно является не постоянным и неизменным. сбывается. а через мгновение. т. уточняет Хайдеггер. становится моментом. либо начать новое Начало. т. Хайдеггер трактует этот термин как созвучное «eigene». обращенный в будущее и имеющий там свое мгновенное место. «аутентичное»(66) — «Er-eigene». постижение образует предпосылки для вторжения Seyn-бытия как оно есть — на сей раз не через длительность. Seyn-бытие в Erignis'е становится плодом и даром. Seynsgeschichtliche горизонт философии Хайдеггера ориентирован на Ereignis. все бессмысленнее и бессмысленнее (новый „Биологизм“ и т. которые становятся все грубее и грубее. И далее: «Этот переход есть разбег для прыжка. в этот момент весь процесс Seynsgeschichte открывается в своем истинном измерении: как повествование бытия о самом себе в обратной (перевернутой) форме — в форме забвения вопроса о бытии (Seinsverlassenheit) и триумфа нигилизма. и как таковая она должна исходить и отпрыгивать от конфронтации с первым Началом и его историей (Geschichte). соотносилось с бытием (Seyn). Хайдеггер пишет об этом в тексте. что должно быть всегда (неверно мыслить Seynбытие через постоянство). Ereignis является кульминацией истории бытия. EREIGNIS Хайдеггер прямо указывает на то. А поскольку Начало происходит только в прыжке. Прежнее существование бытия обрушивается в своей все еще скрытой истине. λόγος) в последнем моменте своей судьбы (Geschick). Здесь. с помощью которого Начало. таким образом. что весь цикл западноевропейской философии в определенный момент постигается в его истинных пропорциях и фундаменталь-онтологических значениях.104 • Раздел 1. где смыслом корня является «Auge» — «глаз». Seyn-бытие в другом Начале не физика (и постигается не как мета-физика). шире. в какой бывшее было.). е. спелости. оно существует (Seyn west). в которой оно скрывается. Другое Начало (die andere Anfang) • 105 Чтобы пояснить термин «Er-eignis»(65). Собранность . т. е. Ereignis связан напрямую с тем. ориентирующим развертывание исторического (geschichtliche) процесса. е. то и эта подготовка к нему должна быть прыжком. Er-eignis мыслится Хайдеггером двояко: как уникальное одноразовое (seynsgeschichtliche) событие. Seyn-бытие. Оно мыслится радикально иначе: через одновременное схватывание и удержание его как бытия сущего и ничто одновременно. В этом весь фундаменталь-онтологический нерв другого Начала: оно схватывает Seyn-бытие как Er-eignis (дословно: «событие»(64)). от которого нельзя укрыться ни в какие норы и тайные места: либо оставаться в заточении Конца и его последних следствий. «замечание». редчайшим. в этом переходе. е. оно случается. Хайдеггер использует для описания Ereignis’а метафору зрелости. к бытию (Sein) и существованию по сути (Wesen). к. Рассудок в своем пред-ставляющем качестве есть препятствие для фундаменталь-онтологического мышления. решиться к его долгой подготовке. и в еще большей степени другое Начало. Ereignis. И это схватывание. «подлинное». в старонемецком — «зрение».

Спросите само Seyn-бытие! И в его молчании как Начало слова ответит Бог. Это и есть другое Начало в его фундаменталь-онтологической сути. первым среди всех остальных дошел до критической точки (Конец философии) культур. когда бытие как Seyn сбывается в одноразовости события. учреждается и постулируется на совершенно новом цикле история философии. т. Das Kommen als Wesen des Seyns. Alles Seiende mögt ihr durchstreifen. которым зачинается. но другое Начало неизмеримых возможностей нашей судьбы (Geschichte)»(71). мало кто обращал серьезное внимание. Хайдеггер тщательно отличает его от персонажей всех известных религий. Frage das Seyn! Und in dessen Stille als der Anfang des Wortes antwortet Gott. можно увидеть намеки на очень своеобразную теорию божественно- . кто готов совершить переход через точку великой полночи и выйти на ту сторону. Зрелость — это готовность стать плодом и быть подаренным. Последний Бог — уникальная фигура в философии Хайдеггера. В нем вечерний плод фатально сформулированного в первом Начале вопрошания падает в руки того. «Seyn-бытие существует как событие» («Das Seyn west als Ereignis»). Вы сможете обойти все сущее. Последний Бог — загадочная фигура. проходит мимо людей. Другое Начало (die andere Anfang) • 107 По-немецки это звучит так: «Der letzte Gott Das Kommendste in Kommen. У Хайдеггера. Seyn und Sein в этом прощании — как сбор урожая (λόγος) предельного (ἒσχατον) выражения его прежнего существования составляет эсхатологию бытия. который отрицал и религию. Он излагает догадки о последнем Боге (der letzte Gott). ни творцом сущего. оставляя им только кивок. который по сути (wesentliche). о фундаменталь-онтологическом видении. случается как событие. Er-eignis — ключевое слово Нового начала. Он появляется через Ereignis. Бытие как seynsgeschichtliche (посланное) является эсхатологическим»(67). е. конституируясь. В этом раскрывается глубиннейшая конечность Seyn-бытия: в кивке последнего Бога»(70). ПОСЛЕДНИЙ БОГ Эсхатология бытия приводит Хайдеггера к введению той фигуры. что спасение Запада. неслучайно случающийся Конец. на которую. Но это не пустой индивидуальный образ или метафора. насколько мне известно. Он не является ни сущим. Глава 7. Приход как сущность бытия. И далее: «Последний Бог — это не конец. таким образом. является событием эсхатологическим. В этом существует последний. оттолкнувшись от своей трагической истории. но вы никогда не нападете на след Бога». который первым отправился по траектории онтологической философии и метафизики. предуготавливая или ожидая Er-eignis как финальное сбывание бытия. во втором Начале новая философия должна сделать новый выбор и. на сторону утра. от Начала ожидаемый. сконцентрироваться на проблеме Seyn-бытия. nirgends zeigt sich der Spur des Gottes»(69). онтологии и метафизики. Приняв на себя фатальность первого выбора. которое должно произойти строго в момент Великой Полночи.106 • Раздел 1. но он проявляет себя в тот момент. Это пророчество об уникальном событии. — пишет Хайдеггер(68). что. и атеизм на основании их полной зависимости от философской топики первого Начала. Хайдеггер пишет: «В бытии намека (Wink) само Seynбытие приходит к своей зрелости. das austragend sich als Er-eignis ereignet. Er-eignis. «Frage das Seyn!» — «Обратитесь к бытию. что речь идет о своего рода пророчестве. При этом Хайдеггер считает. спросите бытие (Seyn)!» Сам строй текста дает понять. Хайдеггер говорит о нем следующее: «Последний Бог Наиприходящее в прихождении. намек (Wink). должно произойти на самом же Западе и осуществиться им же самим.

ожидая. решая какое-то важное дело. приводящий к введению в его эсхатологию бытия последнего Бога. И священное дает место божественному. Кроме того. почти невидимый жест. онтологией. Он идет мимо. по Хайдеггеру. должны. Боги обретаются только в молящем вопрошании и торжественном пении. от всего. новой сакральности и почтении людей отвоевывается место для того. об идее спугнуло богов. тем. Хайдеггера не интересует структура древнегреческой религии. как философское сознание греков. Machenschaft. И это даст возможность богам явиться. чтобы зафиксировать свою божественность. Главное свойство богов — легкость. что Начало на этот раз. Начало. скрывались и проявлялись. . Боги проходят мимо людей. Долгая подготовка необходима для великого мгновения его прохождения мимо. богам безразличны люди. метафизикой. Поэтому последний Бог не приходит. Seyn und Sein сти. Прямо он об этом не говорит. атеизма. где боги могли бы собраться вокруг этого свечения. его интересует то. незаметнее и значимее жест. А божественное позволяет богам собраться на тинг вокруг очага Seyn-бытия. Первое же Начало было Началом перехода от онтического к философскому и онтологическому мышлению.108 • Раздел 1. молчаливого. В тишине. боги не люди. делает легкий кивок головы. о сущности. ответственные за бытие. а людей людьми. для человека. они закрыты для истинного роста и преданы Machenschaft. тем короче. поэтического. Для такой подготовки народы и страны слишком малы. Хайдеггер преимущественно мыслит о другом Начале. верно структурировать эту ответственность и послужить бытию. точнее. е. составляя его тонкую и парадоксальную пару на противоположном конце сущего. оправдывал перед любопытствующими пришельцами то. что боги — это не бытие. Боги и люди — два полюса сложнейшего. они их не спасают и не наказывают. не оставив следа. где людям все стало ясно. Начало или. верили в богов. Но древние греки. но они и не сущее. действительно. Он приходит не как спаситель. Там. Событие сбылось. основывавшие первое Начало. Последний Бог Хайдеггера — это Бог. Люди. что в области предельного проникновения в возможность другого Начала сознание настроено на то. Тем самым зреющий Ereignis получает тонкую незаметную и не необходимую сертификацию. Им нечего было делать там. нуждаются в Seyn-бытии. Другое Начало (die andere Anfang) • 109 Парменид был посвящен богиней справедливости Дике. которое делает богов богами. Если же человек подменит Seyn-бытие Sein-бытием. видел в борьбе начало. совершая прыжок в бездну. что он греется у очага. Боги и богини располагались вокруг почитаемого первыми философами бытия. Они были чрезвычайно важны для мышления. что «преднамеренно навязывает» сущему заведомые пред-ставления и не дает Seyn-бытию просвечивать и освещать сущее. мыслящего диалога о Seynбытии. чтобы последний Бог прошел. Только великие и скрытые одиночки будут готовить тишину для мимохождения Бога и готовить между собой молчаливый настрой»(72). Чем серьезнее было решение. удалятся — ведь их ничто ни с чем из людского не связывает. Кроме того. волей к власти и. Боги. мыслило себе богов и божественность. но можно попытаться реконструировать ход его мысли. т. Хайдеггер говорит поэтическим языком. «что и там живут боги». который делали античные судьи или басилевсы. когда люди обращаются к бытию своей человечности и достаточно чтят через него бытие как Seyn. что «этос — бог человека». теизма. он ничего не меняет. деизма. легкие боги легко упорхнут. Мышление о бытии как о сущем в целом. где речь идет о последнем Боге. но это происходит только тогда. Но он дает знак. Самое важное. В первом Начале греки мыслили богов через бытие. которое должно пойти по иному сценарию (нежели первое Начало) и привести к Ereignis. он проходит. Он выражается намеренно неясно и парадоксально. Тогда люди настроены на священное. «Последний Бог — это Начало самой долгой судьбы (Geschichte) по самому короткому пути. Гераклит писал о том. Они не суть и не не суть. в конце концов. Он заверяет лишь. грядет мимо. возвращающийся в ходе развертывания другого Начала. в отличие от другого сущего. совсем не люди. возможно. чтобы схватить тончайшие намеки. Он ничего не дает людям. однако. Боги убегают от платонизма. Глава 7.

Человек интимно связан с бытием. для света своей истины. но для того. чтобы приготовить посреди сущего место для своего свечения. о его удаленности и о возможности его возвращения через событие и последнего Бога. тот не человек. если не надлежащее — то человек и человечество становятся мировой помойкой (как в конце Нового времени. оно подходит для священнодействия. Его интересует человек и человеческое в структуре Начала (как первого. через которое бытие есть). как и остальные версии западноевропейской философии. взрывая сущее и самого человека. чтобы быть (сущим может быть и нечеловеческое сущее. Кто не носитель всего этого. Все остальное — животность. Этим входа в «будущее» не предвидится. е. что человек обладает бытием как чем-то постоянным. социальность. Представления о том. а это значит. Хайдеггер перечеркивает их с усталостью и грустью.110 • Раздел 1. для несокрытости (истины) бытия. Поэтому новый гуманизм Хайдеггера — это гуманизм исключительный. кого мы понимаем под этим именем сегодня. этничность — для него второстепенно. если мы локализуем место человека в структуре философии Хайдеггера. Гуманизм. что он есть. сегодня). тот отрекается от своей человечности. Seyn und Sein ЧЕЛОВЕК В ДРУГОМ НАЧАЛЕ (НОВЫЙ ГУМАНИЗМ) Эти «великие скрытые одиночки» Хайдеггер вслед за Ницше называет «будущими» (die Künftige). Такого человека — будущего человека — Хайдеггер называет «сторожем бытия» (Wächter des Seins) или «пастухом бытия» (Hirt des Seins). психологичность. сквозь которую врывается бытие. но человек существует. тому. будучи «заброшенным» в сущее. он есть человек через отношение (Bezug) к бытию. Другое Начало (die andere Anfang) • 111 ется в человеке не для того. и его же сверхчеловек (выражающий максимализацию воли к власти и доминации) — остаются в рамках старого гуманизма. кто не чувствует проблем. Если место надлежащее. в вопрошании Seyn-бытия. которые в другом Начале следует категорически отбросить. но место вторжения бытия. И «последние люди» Ницше (которых большинство). священное. о его истине. что у Seyn-бытия есть какие-то обязательства по отношению к человеку. для Seyn-бытия. Хайдеггер пишет: «Seyn-бытие для человека — это случайность (Zu-Fall). но он при этом и независим от него. кто не утверждает высшей свободы в благородном мышлении или тихом священном труде. т. заложено в его способности к речи. Кто не думает о бытии или думает не так. То. кто забивает вопрошание саморазумеющейся болтовней. Подробно Хайдеггер описывает фундаменталь-онтологическое понимание человека в знаменитом письме о гуманизме французскому философу Жану Бофре(73). Бытие нужда- Глава 7. Человек — это только носитель вопрошания о бытии. Только это отношение человека к бытию и есть его сущность. Речь не . К такому гуманизму он не испытывает никакого интереса. — это заблуждения метафизики. душевность. для освещения. И несколько выше: «Seyn-бытие существует не для человека. кто остается под гнетом онтологии и ее нигилистических производных. так и другого). что человек есть не просто сущее. Человек определяется своим отношением к бытию. утрачивает ее. гарантированным и соотносится с бытием вообще через свое бытие как бытие человека. По меньшей мере. зависит не от него и никак не означает. то. что человек сбывается в Seyn-бытии. чтобы таким образом человек завоевал бы для самого себя свою собственную суть»(75). в том. в лучшем случае. разумность. Человек достойный быть человеком — это человек альтернативный тому. Человек и есть это место. не умеет удивляться и ужасаться. духовность. для Seyn-бытия в том смысле. Человек есть человек только в своей сути. Хайдеггер отбрасывает в силу его прямой зависимости от метафизической топики. он выпадает из границ хайдеггеровского гуманизма — гуманизма другого Начала. как если бы оно нуждалось в нем»(74). Нам станет более внятным содержание этого часто цитируемого текста. Человек — это брешь в сущем. где человеческое достоинство измеряется мерой соучастия в фундаменталь-онтологическом деянии. Таким он является в своем отношении к бытию. в подготовке Ereignis и ожидании «мимохождения» последнего Бога.

Только такая речь сможет высказать священное молчание. через что бытие есть как бытие. Новый гуманизм предполагает новую речь. к. Не случайно последний называется «ζῷον λόγον ἒχον». Поэтому прикладные вопросы этой метафизики — теология. в котором станет возможным «мимохождение» последнего Бога. что они ему сообщают. е. на правилах метафизического мышления первого Начала. этика и тем более политическая философия — не имели для Хайдеггера никакого самостоятельного значения. т. будет связано напрямую с сутью бытия.112 • Раздел 1. или сущему второго порядка. как это бытие существует в своем высвечивании. философия науки. и. когда Хайдеггеру приходилось выносить суждение по этим частным вопросам. наделенное речью». Новый человек другого Начала будет говорить по-новому на новом языке и новые мысли и вещи. Поэтому человек в перспективе нового гуманизма должен заговорить по-другому. Это значит. — необходимо предварительно устроить «деструкцию» старого языка. что Хайдеггер вместе с критикой частных моментов западноевропейской метафизики набрасывал пути радикально нового толкования соответствующих тем в другом Начале. в которых концентрировалось отношение этой метафизики к бытию (Sein) как к сущему-в-целом. Через речь бытие существует. «животное. с тем. т. — речь другого Начала. Речь вообще не свойство человека. высший момент Seynsgeschichte. речь грядущих (die Kunftige). в речи. аксиология. Это будет фундаменталь-онтологическая речь антропологии Ereignis'а. в языке. а в некоторых намечать перспективы того. лежит судьба бытия. Все. е. гуманизм. соответственно. Seyn und Sein просто одно из свойств человека. Однако во всех случаях. о чем он будет говорить. он вынужден был возводить их к метафизическим истокам. это свойство бытия. в каком направлении должны были бы истолковываться соответствующие направления мысли и области культуры в фундаментальноонтологическом ключе. что в западноевропейской метафизике его интересуют только наиболее принципиальные вещи. гносеология. Он должен обратиться к словам и осознать. Речь есть то. он должен начать мыслить и говорить с помощью того. будучи частными случаями приложения основных принципов этой метафизики. Но чтобы родилась эта новая речь. что он осознал. т. основанного на правилах грамматики и логики. эпистемология. что предполагало на определенном этапе и забвение онтологической проблематики как таковое (Seinsverlassenheit). И затем. прогрессирующее удаление от Seyn-бытия. ГЛАВА 8 SEYNSGESCHICHTE h onkhŠh)eqjhe hdenknchh uu bej` ФУНДАМЕНТАЛЬ-ОНТОЛОГИЧЕСКИЙ МЕТОД И ОБЛАСТЬ ЕГО ПРИМЕНЕНИЯ После общего экскурса в структуру мышления Хайдеггера нетрудно понять. филология. Эта двоякая операция — возведение того или иного рассматриваемого предмета к общему контексту западно- .

что. вещей и мыслей. имеют тем не менее определенное самостоятельное значение. тем. Хайдеггер отзывался о каждой из них. «волю к власти» и Machenschaft. В определенный момент ночь становится настолько привычной. Во французском структурализме позднее хайдеггеровская операция «деструкции» была переименована в «деконструкцию» (Ж. и создается. в них на место сущности сущего. поместить ее в Начало (либо первое. они выражают ложность сознания как сознания онтологического и метафизического. Так или иначе. бытия в целом. в которых западноевропейская мысль достигает своего дна. что более не идентифицирует себя как ночь. если мы схватим сущность хайдеггеровского метода(77). что даже не догадывается. е. которую Хайдеггер понимал не отрицательно. следовательно. будучи обрывочными и несистематизированными (сфера идеологий никогда самого Хайдеггера приоритетно не интересовала). Это Начало может начаться. эти идеологии оперируют с метафизикой в издании Нового времени. «рас-соз-дание» в обратном направлении того. Это означает изъятие искомой темы из контекста западноевропейской философии и включение ее в радикально новый фундаменталь-онтологический контекст. т. Хайдеггер называет это «американизмом». и. Так мы можем набросать картину отношения Хайдеггера к современным политическим идеологиям. Более того. Однако seynsgeschichtliche подход к этой теме многое прояснит в истории современного мира и даст важнейшие ключи к дешифровке подлинной истории ХХ века. Однако.. предмета или явления напрямую c Seyn-бытием. и начавшись. дисциплин. он состоит в том. «преднамеренное самонавязывание». но как то. оно будет представлять собой как раз осуществление тотальной ревизии концепций. как возвращение высказывания в его изначальный контекст в структуре метафизики. которые он затрагивал бегло и по ходу дела. т. «забвения о бытии». является основным методологическим приемом философии Хайдеггера. как определял «идеологию» Маркс. идеи или Бога. . Ничего гнуснее и подлее такого вырождения философии не существует. и это естественно вытекает из предыдущих рассуждений. и соответственно. Seynsgeschichte и политические идеологии. Он выступает не как что-то уже заведомо имеющееся. поставлены самые примитивные и убогие идолы «субъект-объектных» пар. слов. Все идеологии. понимая под этим высшее выражение капитализма. к. вопроса. Все три политические идеологии суть максимальные выражения тотального нигилизма. АМЕРИКАНИЗМ И ПЛАНЕТЭР-ИДИОТИЗМ ЛИБЕРАЛОВ ХХ век знал три основные политические идеологии: либерализм. но скорее как «раз-бор». его никогда не интересовали сами по себе. Второй жест хайдеггеровской «феноменологической деструкции» более сложен. либо новое). он только задан как горизонт возможного. здесь нигилизм достигает такой степени интенсивности. Они не просто суть формы «ложного сознания». то эта операция представляла бы собой лишь техническую проблему. в частности. слагается в ходе операции по соотнесению вещи. чтобы соотнести возведенную к метафизическому контексту тему с вопросом о Seyn-бытии. Seyn und Sein европейской онтологии и попытка его альтернативного толкования в ракурсе фундаменталь-онтологии — и составляет главную процедуру перехода к другому Началу. • 115 таковые. областей науки. это ночные идеологии. к. Если бы новый фундаменталь-онтологический контекст был заведомо известен. Либерализм отождествляет картезианского субъекта с индивидуумом и производимыми его рацио прагматическими расчетами в области исчисляемых материальных и нематериальных объектов (преимущественно товаров).. дан. Деррида).114 • Раздел 1. что представляет собой нигилизм. коммунизм и фашизм. но не гарантированного нового Начала. Эти отзывы. Эта методология в ее первом жесте представляет собой «феноменологическую деструкцию»(76). что было искусственно «соз-дано». которые как Глава 8. корректно расшифровывать и продлевать даже косвенные намеки самого Хайдеггера относительно тех или иных проблем. собственно. суть проявления современного нигилизма и выражают только одно: торжество τέχνη («техне»). т. в прямом смысле слова «деструкция» («разрушение»). по Хайдеггеру. Но он не дан. мы сможем осуществлять эту операцию самостоятельно и. впрочем.

В этом случае власть Machenschaft над ними абсолютна. о котором писал Ницше («пустыня растет. кто ему подчиняются. Человек глобального мира. и те. К Новому времени и его философии можно относиться по-разному. Macht) проявляется не в форме ранее известного опустынивания и утраты корней. Это насилие чистого нигилистического начала. но в норме прямой противоположности этому опустыниванию и выкорчевыванию. но окончательную форму это политическое явление приобрело в США. когда само осознание нигилизма как нигилизма становится невозможным. по Хайдеггеру. как его смысл и значение. образуя феномен «гигантского». оно разрастается до глобальных масштабов. такую степень забвения о бытии. отдавшись стихии отчуждения. можно подумать. столкнувшись с нигилизмом лицом к лицу (немецкая философия в ее пике — от Гегеля с его «негативностью» до Ницше). Планетарный рост либерализма тождественен распространению повального слабоумия. Хайдеггер пишет: «Высшее развертывание сути могущества (власти в ницшеанском смысле. сказав ей заведомое и покорное «да». Это самое страшное и фатальное. Можно попытаться углубиться в корни проблемы. как «опустынивание». Читая эти строки. который становится все более «обширным» по мере того. марксизм несет в себе серьезную философскую энергию. Можно постараться выстроить критическую теорию. МЕТАФИЗИКА КОММУНИЗМА: MACHENSCHAFT С марксизмом. Это нигилизм в его высшем выражении. В отличие от либерализма.. но в то же время наиболее чистом виде. что забывается даже сам факт забвения. Исторически фиксируемые знаки полной реализации самой сути могущества воплощены в двух явлениях — „планетаризм“ („глобализм“) и „идиотизм“. горе тому. когда они лишаются чего-то или подвергаются насилию. почерпнутую в немецкой класси- . его онтологическое содержание сжимается до микроскопических размеров. но не как результат расширения. „Идиотизм“ (ἶδιος(79)) означает превосходство надо всем эгоистического начала. провалившийся в стихию ничто. чему это «да» говорится. — это последняя стадия вырождения западноевропейской онтологии. которую он просто не замечает. Самовлюбленные планетэр-идиоты стоят ближе к ничто не тогда. лежащий в основе либерализма и его ценностей. а в наши дни. безопасности и иллюзии полной субъективной свободы. Корни либерализма как фатальной смертельной пандемии следует искать в Европе. Планетарное могущество идиотизма (идиотов) не есть простое насилие и эксплуатация одних народов другими. но когда они пребывают к комфорте. в котором выражается крайняя форма субъективности»(80). наивно солидаризовавшись с ней. Seynsgeschichte и политические идеологии. — это человек. отождествляя его с глобальным «идиотизмом». А можно выразить основной нерв этой метафизики с минимальным напряжением мыслительных усилий. Он представляет собой окончательный выбор в пользу отказа от другого Начала. „Планетаризм“ („глобализм“) означает распространение сути могущества (Machtwesen) на всю землю. все обстоит сложнее. с философской и этимологической точек зрения являющийся патентованным идиотом. кто несет в себе пустыню» (78)). несущим свою бессмысленность над собой как знамя. Хайдеггер называет это явление «планетаризм» (сегодня мы говорим о «глобализме» «мондиализме»). пытаясь превзойти заложенное в этом отчуждение (марксизм). идиотом с документом. Ниже идти некуда. принимающий и признающий нормативность «американского образа жизни». В сути своей это не что иное. но как начало особой формы планетарного господства. идиотом. либерал. примитивном. Seyn und Sein Рассчитывающий рассудок.116 • Раздел 1. а их расчеловечивание достигает предела. Идиот глобального рыночного общества — это экс-человек. Этот последний вариант и есть англосаксонский либерализм и американизм.. жертвой которого становятся все: и те. даже будучи неразрывно и осознанно с ними связанным. даже не заботясь особо. что они написаны не в 1938 году. мужественно признать реальное положение дел. кто его осуществляют. Будучи с философской точки зрения абсолютно ничтожным. Глава 8. • 117 Либерализм воплощает в себе метафизику Нового времени в ее наиболее сухом.

Seyn und Sein ческой философии (в гегельянстве) и сконцентрированную вокруг проблемы отчуждения. Марксизм ставит это в центре своего внимания и. более того. в могуществе и в высшей и самой отчетливой форме Machenschaft. Но тут вступают в силу ограничения. класс). может вести только к усугублению отчуждения. Seynsgeschichte и политические идеологии. Seynsgeschichte первого Начала вплоть до Конца есть процесс отчуждения мысли от Seyn-бытия. д. можно описать как «объектность объективного» или «материальность материального».. Коммунизм и есть Machenschaft в его чистом виде. нежели все остальные политические идеологии. идеологических и экономических процессов. что коммунизм есть не преодоление западноевропейской метафизики. что «в коммунизме больше нет ничего „человеческого“»(81). техническое развитие. Проблему отчуждения — Machenschaft — марксизм предлагает преодолеть средствами самого Ma- Глава 8. отвоевывает себе место в истории мысли. любые суждения мыслящего приобретают значение и вес. Это высшая форма развоплощенной власти чистой предметности. Гегель мыслит в рамках стихии τέχνη с помощью философских концептов и с опорой на платоновское понимание идеи как сущности сущего. которые заложены в самой гегелевской философии. Маркс попадает в точку и задевает суть истины. Коммунизм и есть крайнее выражение метафизики. Этот путь. социальных. товар. • 119 chenschaft. Индустриализация. сделал его столь притягательным и успешным. по Хайдеггеру. И если в Начале это выражается в идее. где структура марксистской философии воплощается в социально-экономическую и политическую практику. забвения о бытии (Seinsverlassenheit). Именно этот момент марксизма. что мыслится как его сущность. следовательно. Коммунизм не есть власть одних над другими. это власть власти надо всеми. Эта история и есть история отчуждения. то в Конце — во власти. начинающийся с констатации отчуждения. Признание этого и концентрация на этом внимания есть обращение к истине Seynsgeschichte. которая утверждает тотальную доминацию сущности сущего над сущим. Это Хайдеггер в полной мере фиксирует в советской России. Интерпретируя историю как накопление качественных свойств отчуждения. «Суть коммунизма — чистая легитимация (Ermächtigung) власти (Macht) в безусловности Machenschaft и через эту безусловность»(82). что.. объекта (материя. В этом отношении марксизм есть философский вызов. Маркс наследует у Гегеля эту особенность. Гегель совершенно справедливо рассматривает историю как историю философии и. и поэтому он является судьбой западноевропейской философии и в высшей степени эсхатологическим явлением. Буржуазной идеологии (ложному сознанию одного класса) противопоставляется пролетарская идеология (ложное сознание другого класса).118 • Раздел 1. Он остается в рамках западноевропейской метафизики. предмет). времени (как объективного явления) и т. Machenschaft — это тотальная доминация над сущим того. но последнее (и ярчайшее) выражение его судьбы (Geschichte). как историю Идеи. Во вскрытии проблемы отчуждения заключен нерв всего процесса западноевропейской истории (Geschichte). тоталитарная мобилизация советского коммунистического общества. Поэтому Хайдеггер пишет. Мышление в категориях субъекта (на сей раз коллективного — в лице общества) полностью сохраняется. При этом коммунизм более верен сущности Machenschaft. Но распознан в качестве метафизики он . Если мыслить от этого момента. политических. к которому необходимо отнестись со всей серьезностью. Коммунизм — это чистая метафизика Нового времени в форме ее Конца. в терминах метафизики Нового времени. Именно это и предопределяет логику и структуру всех культурных. к какому бы классу они ни принадлежали. Сфера борьбы переносится в область промышленного и товарного производства. Но он остается полностью в рамках первого Начала и классической онтологии и не может выйти на корректную постановку вопроса о Seynбытии (Grundfrage) именно в силу этих причин. сохраняя верность метафизической топике Нового времени: он мыслит в категориях субъекта (общество. суммируя в своем учении все ее основные моменты. хотя и приближает ее к Концу — охватом. борьба за политическую власть и геополитическую доминацию — все это яркие признаки того. пронзительностью и тотальностью своей мысли.

осознавшие Конец философии раньше. корректно расшифровывает его. к. и от того. Глава 8. латинский. только поняв его. Но с греков все начиналось. воплощая в себе крайние стадии нигилизма и сам дух Конца. т. а в нас самих»(83). Поэтому главной задачей в их уничтожении является приведение их к их тайной сути. патриотизм Grundfrage.. отталкиваясь от сущего. по Хайдеггеру. Seynsgeschichte и политические идеологии. предопределенность. е.. Германская философия связана с судьбой Seyn-бытия не меньше. французский. согласно его воззрениям. к их онтологическим корням. т. Хайдеггеровский патриотизм — это патриотизм «основного вопроса философии». что Хайдеггер часто подчеркивал и в отношении немецкой философии (повторяя слова Гегеля о том. Хайдеггер видит в Германии и немцах Seyn-бытие. «планетэр-идиотизм») и коммунизм (советский большевизм) являются противниками фундаменталь-онтологического перехода к другому Началу. лучше и яснее остальных. греческий. народ тех «единичных». Они воплощают в себе иное решение — решение оставаться верными западноевропейской метафизике не просто вплоть до Конца. которые способны вопрошать об истине Seyn-бытия. западным. который осмыслял свое место в истории мысли. напрямую связанное с Германией. более того. понимает его неслучайность. язык мышления и поэзии. патрио- . • 121 ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИДЕОЛОГИЯ ТРЕТЬЕГО ПУТИ Мы подошли вплотную к политическим позициям Хайдеггера. «американизм» (либерализм. Seyn und Sein может быть только в оптике фундаменталь-онтологии. Будучи двумя крайними выражениями западноевропейской метафизики и двумя версиями Machenschaft. распознан и корректно интерпретирован германской (староевропейской. он является в той же степени европейским. последние философы. не американской и не советской) философией Нового времени в ее последнем издании. Отсюда фундаменталь-онтологический патриотизм Хайдеггера. которая фиксирует seynsgeschichtliche значение явления. явится проявлением действительности прыжка человечества в другое Начало и зарей возвращения бытия. как принадлежность к германской философской и поэтической традиции. — зависит во многом характер отношения человека с бытием. обоснованными и судьбоносными формами. что победа над либерализмом и большевизмом с помощью чисто технических средств невозможна.120 • Раздел 1. Поэтому Гегель и Ницше. по Хайдеггеру. И в этом отношении Хайдеггер произносит фразу. патриотизм. Сам факт мышления по-немецки был для него в высшей степени значимым. язык — это дом бытия. когда Конец как таковой зафиксирован. более того. в Seynsgeschichte. являясь закономерными. английский. коллективный эгоизм и иные формы превосходства. и тем самым освобождение их подлинного нигилистического смысла. При этом Хайдеггер убежден. которые можно победить в пространстве метафизики и онтологии. окончательное уничтожение либерализма и коммунизма. что «великий народ должен иметь великую философию»). Являясь немецким. поскольку мы имеем дело с метафизическими и онтологическими явлениями. какой этот дом — немецкий. и поэзии (высшим проявлением которой он считал поэзию Гельдерлина). т. Поэтому только возвращение феноменов Конца к их концу. «редчайших». Поэтому последние — немцы — столь созвучны первым (древним грекам и особенно досократикам). дает знать о своем истинном отношении к недостаточности мысли о бытии. семитский и т. русский. п. основанные на метафизических представлениях о субъектности. Немецкая философия — это немецкий путь к Seyn-бытию. и немецкой культуры. которая стала по-настоящему пророческой относительно политической судьбы ХХ века: «Опасность состоит не в „большевизме“. отвергающий национализм. кто осознали конец. открыли путь к другому Началу. и лишь распознав под этим кромешным забвением бытия голос самого бытия. Поэтому для Хайдеггера судьба Запада и Европы в целом свелась к судьбе Германии. е. Свои этнические и культурные корни он понимал метафизически... но и после Конца. Немцам же — самому Хайдеггеру и другим «будущим» — принадлежит миссия начать философию заново. как нечто. судьбинность и фатальность. через безжалостное и тотальное господство Machenschaft над сущим. Преодолеть и победить коммунизм. чем греческая. Те. возможно. а немцами все заканчивается.

осознавать значение и улавливать содержание этого духа. мыслителей. уходящим глубже Нового времени. в которой возникли политические идеологии Третьего пути — фашизм и национал-социализм. Отмар Шпанн. Фридрих Хильшер. Философия Гегеля и Ницше была поставлена в разряд высших достижений мысли. Эрнст Саломон. Он был «консервативным революционером» в том смысле. которое игнорировало (либерализм) или неверно интерпретировало Конец. марксизм. должны были быть погружены в дух немецкой культуры и философии или. Метафизически обе они соответствовали мышлению. Хайдеггер своим мышлением и конституировал эти силы. Испании и т. Они были ориентированы патриотически. с острым подозрением о близости «Заката Европы» (Шпенглер) — дополняло картину. с Востока — советский большевизм. куда входили такие мыслители. Европа оказалась под двойным ударом финального воплощения первого Начала в его окончательном виде — в виде тоталитарной и планетарной доминации τέχνη. обнаруженный германской философией. В некотором смысле Консервативная Революция в Германии и ее аналоги в других европейских странах. по меньшей мере. Полнее всего эти тенденции были представлены в идейном течении «Консервативной Революции»(84). Вместе с тем можно утверждать. брутальным осознанием планетарного наступления техники. Отсутствие жесткого догматизма и системности позволяло в рамках этих движений предлагать различные эпистемологические и философские модели и гипотезы. в его понимании. Карл Шмитт. что кончилось уже после этого Конца. желали идти ее философской судьбой до Конца. Seyn und Sein тизмом всего человечества. проевропейски.122 • Раздел 1. Machenschaft в наиболее открытом и тоталитарном виде. но. эти силы. которые глубинно мыслили ее идентичность. Поэтому Хайдеггер заведомо оказывался в стане тех сил Европы. а по метафизическим причинам: прежде чем перейти к возможному предуготовлению другого Начала. человек был призван быть «сторожем бытия» (и в этом смысле — «консерватором» Seyn-бытия) и вместе с тем совершить рискованный прыжок в другое Начало («революционный» момент. Глава 8. Эсхатологическое чувство критического переломного момента мировой истории — с живым опытом Первой мировой войны. вступившего на путь вечера и достигшего точки полуночи. что упорствовало в игнорировании факта свершившегося Конца уже после его свершения. были той идейной средой. и сотни других выдающихся немецких интеллектуалов. князь фон Гляйхен. эти силы оказывались в положении радикального противостояния с американским (англосаксонским) либерализмом и советским большевизмом не по политическим. органической частью этого направления. то политические идеологии Третьего пути до определенной степени соответствовали этой метафизической позиции. шире. Томас Манн. по определению.. что главным объектом критики со стороны деятелей Консервативной Революции был сам дух модерна и его наиболее яркие проявления: индивидуализм. поэтов и деятелей искусства. в частности в Италии. Эрнст и Фридрих Юнгеры. И наконец.. как Освальд Шпенглер. Хайдеггер не только логически оказывался в стане этих сил. был философским полюсом. Кроме того. необходимо было покончить с тем. антилиберально и антикоммунистически. Хайдеггер был по всем признакам. • 123 Если судить по формальным признакам. издания и прочтения «Sein und Zeit». системам связей и контактов. Они обращались к корням и истокам. что. Эрнст Никиш. Артур Мюллер ван ден Брук. в определенном смысле. Европа была местом написания. претендовали на возрождение европейского наследия. и сделало выбор в пользу продолжения того. рацио- . силовым линиям мышления и политическим симпатиям. ориентация в будущее). Seynsgeschichte и политические идеологии. Европа же (и Германия как ее философский эсхатологический эквивалент) воплощала для Хайдеггера возможность перехода к другому Началу. Людвиг Клагес. центром и ядром этих сил в фундаменталь-онтологическом и философском смысле. В конкретной политической географии при жизни Хайдеггера Германию (Европу) как центр философского мышления с двух сторон в клещи взяли две производные формы западноевропейской метафизики: с Запада — «американизм».. англосаксонский либерализм («планетэридиотизм»). старались проникнуть в ее Seynsgeschichte. в Конце и по ту сторону Конца — в другое Начало. д.

Вся драма. в глазах Хайдеггера. эта битва не могла быть выиграна. к. находившимся во «внутренней эмиграции». Остальные оказались во «внутренней эмиграции». антикоммунизм. который этот народ выбрал. к. частично опираясь на идеи Консервативной Революции (на антилиберализм. когда столкновение с большевизмом стало неотвратимым: «Опасность состоит не в „большевизме“. Глава 8. индустриализацией и милитаризацией экономики.). что надвигавшаяся война с СССР. над которыми бились мыслители Консервативной . В то же время политическая идеология национал-социализма и фашизма. нигилизм и Machenschaft. но столкновение двух начал. Самые проницательные представители Консервативной Революции. Его ректорство продолжалось всего девять месяцев. если рассматривать ее в хайдеггерианской перспективе. д. Но несмотря на открытую критику в своих выступлениях 1930–1940-х годов многих основополагающих моментов нацистской идеологии. поглощенность практикой и техникой. Подавая надежды на постановку вопросов. в которой они воплотились в немецкий и итальянский политические режимы 1930– 1940-х годов. от того же Machenschaft. Хайдеггер вплоть до 1945 года не снимал с себя ответственности за принятое решение. в огромной мере несла в себе черты того же самого Нового времени. представляла собой не просто военную конкуренцию двух держав за жизненные интересы или доступ к природным ресурсам. Seynsgeschichte и политические идеологии. вся глубина парадокса отношения Консервативной Революции к национал-социализму выражена в словах Хайдеггера. где марксистской метафизике (Machenschaft) должна была противостоять «тихая сила возможности» — возможности другого Начала. форме солидарности с ними и речи быть не могло. Многие вслед за Никишем. которые национал-социализм якобы брался отстаивать. Зазор между Консервативной Революцией и политическими движениями Третьего пути составлял нерв политической истории ХХ века. но с позиции тех идей и принципов. т. Seyn und Sein нализм. причем не с позиции либералов и коммунистов (это было второстепенно). утилитаризм. оставшись при этом за бортом нацистской партии. в которой он оказался вскоре после того. популизмом и беспринципным прагматизмом партии Гитлера.. от τέχνη. примитивный расистский догматизм и многие другие черты типичной метафизики Нового времени. материализм. не просто грандиозный виток битвы за планетарную власть. антиутилитаризм и т. даже относительной. произнесенных в самом начале Второй мировой войны. и вскоре на его идеи начались агрессивные нападки со стороны официальных представителей гитлеровского режима. субъективизм — одним словом. т. • 125 Хайдеггера в полной мере можно отнести к консервативным революционерам. битва с которыми составляла сущность Консервативной Революции. Но и идеологии Третьего пути — в той форме. от старой метафизики Европы. поскольку это была не та битва. — были для них неприемлемы. а в нас самих»(86). против которого была направлена основная критика Консервативной Революции: отсюда и берется ее политический прагматизм (вплоть до оппортунизма). Это означало. В либерализме и коммунизме (США и СССР) носители духа Консервативной Революции видели самых больших своих врагов. кто полнее и ярче всего сформулировал основные идеи «консервативной революции». субъективизм (нации или расы). и ни о какой. отказался идти на компромиссы с вульгарностью. что приход к власти партии Гитлера обернется фатальной катастрофой для Германии. Но пока сама Германия и национал-социализм не осознали фундаменталь-онтологического значения собственной исторической (seynsgeschichtliche) миссии. ушли в антигитлеровское подполье.124 • Раздел 1. рационализма. продолжал носить партийный значок и разделять судьбу своего народа и того политического режима. догматизм. такие как Эрнст Никиш. интеллектуальная косность. разделяя его опасения. пока они сами не освободились от массовости. несли в себе принципы и тезисы. Книга Никиша так и называлась: «Гитлер — злой рок для Германии»(85). как по прагматическим соображениям согласился стать ректором Фрайбургского университета и вступил в националсоциалистическую рабочую партию. В таком положении оказался и Эрнст Юнгер — один из тех мыслителей.. какой она должна была бы быть. уже с начала 1930-х годов увидели.

они не учитывали того. национал-социализм оказался глубинно и по сути неадекватен. история и закономерный конец националсоциализма лишь подтвердили.). бывшие прямым воплощением западного нигилизма. возможность постановки вопроса о Seyn-бытии. противостоять которому М. Когда после войны философы и интеллектуалы задавались вопросом о том. смысле подлинной истории. Судьба гитлеровской Германии и свидетельское положение в ней Хайдеггера. вновь выяснялось. что победившие в войне политические идеологии (либерализм и коммунизм) были ему всегда отвратительны и чужды. что точка полуночи снова не была достигнута. преодолеть. но эта возможность не только не реализовалась. что это «вот-вот произойдет». к. И хотя в какой-то момент казалось. Seyn und Sein Революции (о бытии. и есть именно это другое Начало. что эта возможность была эфемерной. покорения. об имитации Ereignis и т. закрыть как финальный этап истории (Geschichte). доминации. контроля. что в случае с этим политическим режимом речь шла о подмене и пародии (о преждевременной и искаженной симуляции другого Начала. которую можно назвать «проблемой задержки». е. Если Конец наступил и был осознан. оформлен Ницше и истолкован Хайдеггером. т. Пророческие видения Гельдерлина и философские предсказания Гегеля о «народе философов» должны были достичь своей кульминации и вылиться в нечто великое и небывалое. на вещи и ценности. д. Глубинные бытийные вопросы в нем были подменены на технические вопросы власти. как мог Хайдеггер так ошибиться в своем политическом выборе. оказалась призрачной и обманчивой. и то. как говорит Хайдеггер в важнейшем тексте «К чему поэты?». духовном месте Европы и Запада в глобальном цикле метафизики и т. колебание.). что и на этот раз «все еще не…». «Всегда это „все еще не“». а также его личная судьба и судьба его философии однозначно показывают. возможность преображения. т. Но значит ли это. но не состоялась как возможность. в котором заведомо сквозит неуверенность.126 • Раздел 1. В нем забрезжила. После того как Конец западноевропейской метафизики был осознан немецкой философией. д. что она была достигнута? Этот вопрос. во многом объясняет парадоксы связи Консервативной Революции с историей Третьего Райха. порабощения и захвата. ГЛАВА 9 &bqe eye me[ МЕТАФИЗИКА ЗАДЕРЖКИ Выяснение отношения философии Хайдеггера к политическим идеологиям Третьего пути подводит нас к очень тонкой проблеме. что происходит. seynsgeschichtliche локализация «великой полночи» теоретически была осуществлена. В свою очередь. возможность другого Начала. на самом деле. Хайдеггер всегда считал своей задачей. как показалось Хайдеггеру. а значит. то в рамках seynsgeschichtliche истории Германии как центра европейского мышления в эпоху Конца мог и должен был состояться переход к другому Началу и собственно Ereignis. воплощали то. что случайные зарницы были приняты . что Хайдеггер мечтал похоронить.

как человеку западному. Показательная фраза для мыслителя. дыхание близости другого Начала. больше некому петь пэан грядущему Богу. память о свете (пусть сумеречном и вечернем) прочно и надежно стерта. В какой-то момент в голосе Хайдеггера слышатся нотки безнадежности: техника как судьба Запада вступила в тотальность своих прав. Следовательно. но философскую победу. наполовину США. оккупированная наполовину СССР. когда веет его дыханием. места. что просто не понимает больше. в том смысле. о чем идет речь. но и изнутри. это «все еще нет» является одной из конституирующих сторон человеческого существа? И тогда великая полночь не наступит никогда. а того. т. т. его сбыванием. проиграли еще до начала решительной битвы. ожиданиях и локализациях. — не произошло. чтобы разгадать тайную Глава 9. И дело не только в том. Для человека она не наступит никогда. именно человек как явление является той причиной. когда настанет. Но в этом случае проблема «все еще нет» решается через финальную решающую битву: между человеком Конца (куда включаются и недочеловеки. А значит. что он не готов. к. Бенн) он умудряется снова и снова множить бессмысленные витки своего неле- . разделенная на две части. Человек Конца стремится быть бесконечным. в силу его идентичности вообще недоступно подойти к точке великой полночи вплотную? Может быть. а также логику судьбы самого Мартина Хайдеггера. что было. ему остается только погаснуть вместе с выключенным светом всего сущего. казалось бы. сравнять с ничто мир. е. мгновения? Это ошибка в расчетах. поскольку политические идеологии Третьего пути не смогли встать на путь другого Начала. Проиграла Европа. в котором человек является человеком (в смысле этой метафизики). То. теперь нас может спасти только Бог». в своем электронном ничто «спровоцированной жизни» (Г. некого спасать. проходит и пройдет уже в тот самый момент. что должно было произойти — тогда и где это только и могло произойти. в центре которых стоит откровенный онтологический нигилизм — либерализм и коммунизм. последние люди и даже сам сверхчеловек в хайдеггеровском понимании — как высшее воплощение τεχνη и воли к власти) и альтернативным человеком. по которой «все еще нет». Так откуда же берется это «все еще нет»? Ответить на этот вопрос равносильно тому. «Все еще не» • 129 seynsgeschichtliche подоплеку внешнего и внутреннего поражения Третьего пути. объявление о курсе на фундаменталь-онтологию — что это? Неточное определение момента. он будет бесконечно кружиться в лабиринтах «все еще нет»? Может быть. Seyn und Sein за первые далекие лучи наступающего утра. — одержали не просто военную. сконструированному по выкройкам западноевропейской метафизики. его близостью. вызывает ощущение. а также ожидание скорого Ereignis. или дело в чем-то другом? ЧЕЛОВЕК НАЧАЛА То. Две идеологии. который всегда настаивал на том. Человек в своей «неаутентичности» настолько забыл о бытии. как двумя формами единого и бесконечного в своем ничтожестве зла. что последний Бог не призван никого спасать: он просто приходит и проходит мимо. и так погрязший в нигилизме. опубликованном после его смерти. человеку в его классическом статусе. кивая людям. И послевоенные тексты Хайдеггера полны мужественного отчаяния. Быть может. чтобы откладывать другое Начало всякий раз. человеком Начала. как сам Хайдеггер задается вопросом про «все еще нет». его сущность состоит в том. что прошло. что она была одержана не только извне. что дело в чем-то другом. Теперь же этот приход последнего Бога невероятен. значение которой тем значительнее. Хайдеггер говорит: «Видимо. Но в чем? Нам остается только гадать. Снова «все еще не произошло». тьма от них стала только еще более глубокой. «Все еще нет». Возможно. Сама возможность «будущих» (kunftige) стать «будущими» закрыта всей тоталитарной планетарной мощью прошлого — не того. о наступлении ночи уже не помнит никто.128 • Раздел 1. обретшим свое призвание «стражей бытия». В интервью «Spiegel». ядерное оружие готово уничтожить землю. Проиграла Германия. И когда. И в конце концов. а следовательно.

Самым страшным концом для человека Конца было бы сделать этот конец бесконечным. смысл и суть которого и состоят в этой затяжке. уже прибывшим. Человек нового Начала. подтолкнуть застывшее. Seyn und Sein пого возвращения с нарастающей степенью «планетэр-идиотизма» (либерализма). на спасение «Богом» (δαίμων) и его «местом» Глава 9. т. усугубляя свое «не-бытие». Хайдеггер трактует высказывание Гераклита «ἦθος ἀνθρώπῳ δαίμων» как указание на «место» (ἦθος). что лежит за пределом человека. способный упразднить затянувшегося человека Конца. он будет метаться только в рамках этого «все еще не…». Поэтому сверхчеловек при всем его метафизическом обаянии не подходит на роль человека Начала. заплетшееся глубоко во время. Это логос (чей голос радикально отличен от голоса мыслителя). взметнувшееся. чтобы человек Конца об этом догадывался. не желающее отрубать последнее мгновение? Соблазнительно было бы отождествить его со сверхчеловеком Ницше. если бы не хайдеггеровская трактовка сверхчеловека. И если вспомнить теперь первое Начало и резкость гераклитовского мышления. Человек Конца собирается «не-быть» вечно. В таком случае. это даймон. «последний Бог» обойдет в своем «наиприходящем приходе» беснующихся людей Конца. Но такая перпендикулярность контрастирует с определением человека. любая антропология немедленно погрузит нас во «все еще не». Новый человек должен относиться к старому как перпендикуляр к горизонтали: для него человеческое в своем векторе всегда есть «все еще не…» — как в героическом блеске этого «задерживания». будет «последним Богом». что «все еще нет» составляет последнюю идентичность самого человека как «откладывающего».130 • Раздел 1. Ницше есть фундаментальный мыслитель Конца. то. таким образом. Поэтому человек Начала. Если антропос «все еще не». уникальном направлении. может быть уже здесь. Но тогда фундаменталь-онтология должна конституироваться в каком-то особом. «задерживающего». так и в затертой банальности мелкой недочеловеческой трусости. к. и даже «будущих» он видит как максимализацию воли к власти. . который есть ἦθος человека. движущей миром. то мы увидим в нем четко очерченный горизонт того. исходящая от «Бога». что последняя отчаянная надежда позднего Хайдеггера на спасение. где обитает божество (δαίμον) как истинный центр человека. По Хайдеггеру. уже проходящим — даже без того. которые будут биться в удушающих сетях этой нескончаемости бесконечно. И полночь в нем состоялась. «медлящего». Нельзя исключить. как бы он ни превращался в своей идентичности. была обращена на спасение от «человека» как такового. Если человек есть «все еще не». то δαίμων «уже да»! Нельзя исключить. без какой-либо корреляции с антропологией вообще. «Все еще не» • 131 (ἦθος) сущего в лучах Seyn-бытия от метафизической заразы человеческого. который (как мы знаем после опыта 1990-х) оказался лишь более продвинутой стадией нигилизма по сравнению с тоталитарно-массовой метафизикой большевизма. И в этом случае «мимохождение» последнего Бога будет иметь драматический смысл: спасая сущее и освещая истину Seyn-бытия. способный сделать почти полночь полночью. кто такой человек Начала? Кто он. Но кто-то уже преодолел это «все еще не».

как дорожный знак. но значительная часть религии представляет собой мысль. Печальна судьба провидца. о богах и судьбе мира. а параллельно со знакомством с Хайдеггером. кто мыслил когда-то. которая столь долгое время была всем. богословие. к. чем была русская религиозная философия XIX–XX веков. Выстоит ли наше богословие в его нынешнем нестройном и непростом состоянии перед лицом философских обобщений и «феноменологической деструкции» хайдеггеровской мысли. Если смотреть на это извне. что в ней не содержится. Сегодня мы не можем сказать. что по-гречески звучит как «μέθοδος». с учетом высказанных положений о философии Хайдеггера. осмыслить вектор ориентации этого мыслителя. Тот. то следует говорить не о переосмыслении. и даже через знакомство с Хайдеггером. а в некоторых случаях — и только начинают жить по-настоящему. связанную с логосом. с его головокружительной резкостью в высказываниях и суждениях. в религии мы можем найти точку опоры. или даже то. и только там оно имеет содержание. Поэтому Хайдеггер с его удивительным радикализмом. то. а если прежнее осмысление было весьма приблизительным (что имеет место в случае русской философии). Остается только корректно его прочесть. Хайдеггер считал самого себя в чем-то аналогичным пророку или ясновидящему. можно по-новому. но о впервые ответственном и корректном осмыслении.Глава 10. например. мы сможем двинуться. с позиций не западноевропейской философии. кто через них соразмышляет. Хайдеггер как великая веха ГЛАВА 10 u`ideccep j`j bekhj`“ beu` Возвращаясь к началу этого раздела. отталкиваясь от этого понимания. если он превращается в идола и в истукана. Провидец повествует о бытии. Но вместе с тем следует избегать опасности абсолютизации Хайдеггера и принятия каждого его высказывания за финальную аксиому. У нас есть путь и есть знак. кто их понимает. кто живет в мысли. что есть в данный момент. но и его самый прямой и ясный смысл. Не раньше. чтобы затем в одночасье стать ничем (претерпев в обратном направлении судьбу мессианского явления на исторической арене пролетариата). Если мы поймем Хайдеггера. Причем это осмысление может проходить не до знакомства с Хайдеггером. может стать важнейшим стимулом в нашем переосмыслении Запада и нас самих перед лицом Запада. совершенно все равно. т. корневого переосмысления западноевропейской философии. Казалось • 133 бы. в любую сторону. А поэтому через живое понимание эти слова и тот. что ей противоречит. Поэтому постижение Хайдеггера требует кардинального. что это будет за сторона — подтвердим ли мы основные моменты его философии или откроем что-то еще. религии или какого-то частного направления этой философии. как с этой мыслью мы должным образом познакомимся. е. но провидит смысл и причину ее истока и значение настоящего момента. Принимая или не принимая его «пророчество». толкуя его так или иначе. «метод». Его слова — живые и оживляются жизнью тех. мы должны постоянно помнить. можно будет сказать только после того. ее строе и эсхатологической направленности. а значит. Хайдеггера следует воспринимать как Wegmarke. было и будет. что речь идет о «пророчестве» в рамках западноевропейской философии. Еще менее понятна нам советская марксистская философия. . значение и смысл. И дальше мы вольны будем поступить как угодно. потеряна seynsgeschichtliche преемственность. от нас ускользнет не только вся острота его послания. через которого они были высказаны. который в самый драматический момент истории Запада не просто открывает грядущую развязку. продолжают жить. о жизни. о том. Более того. т. оживляет тех.

Так же считал и Хайдеггер. несмотря на серьезные претензии к нему со стороны официоза и постепенную маргинализацию в рамках режима. 2003. Но он инаков. (9) Корбен А. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. (6) Долгое время занимаясь философией традиционализма (в частности. (4) Farias V. это sine qua non. (14) Фундаментальным значением для реализации этой задачи обладают труды Р. «пропасть». И потом — только потом! — подумать о том. 3. S. Т. 1998.. М. (3) Членом НСДАП он стал 1 мая 1933 года и оставался им вплоть до 1945 года. Uber den Anfang. 1903. изначально означал именно «обрыв».. (20) Diels H.В. «европейское человечество несет в себе абсолютную идею» (Гуссерль Э. 107. в этом уверены практически все люди Запада. «резкий вертикальный склон». тохаров. в русском тексте — так же. S. их критикует. т. совершил Ю. (2) Jünger E. Музыкальное чувство исламской философии // (http:// • 135 www. 2005). каким являются жители Китая или Индии. Световой человек в иранском суфизме // Волшебная Гора. Шиитская литература Грааля. (12) В качестве мировоззренческих и философских потенций в общей ткани индоевропейской культуры в тени остаются такие «абортивные цивилизации» (по терминологии Тойнби). Einführung in die Metaphysik. Stuttgart: Klett-Cotta.В. 202. поверхностного толкования Хайдеггера с традиционалистских (обобщенно. Имплицитно или эксплицитно. Он же. 55. 1982. (13) У В. Впервые работа опубликована в 1935 году. История и персидский мистицизм. Эвола в «Оседлать тигра» (М. Heraklits Lehre vom Logos (1944). сарматов. Профетическая философия и метафизика бытия. (10) С учетом того. Gesamtausgabe. Возможно. Генона и А. Herrschaft und Gestalt. входящего в смысл мира и далекого от исторической бессмысленности?» — чисто риторический: конечно же. Для Гуссерля вопрос «…несет ли европейское человечество в самом себе абсолютную идею. М. Оp. № 1. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Дугин «Абсолютная Родина». Der Arbeiter. е. Философии Хайдеггера мои взгляды. Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология. подобно тому. Древняя Русь: наследие в слове. СПб. как кельтская. в этом случае. смыслы основных корней) или исламского эзотеризма с опорой на арабский язык и священную книгу мусульман Коран. а Хайдеггер говорил европейцам об их собственной традиции. фригийская (включая их потомков румын). чтó именно мы стремимся обнаружить в общем наследии славянского и. формы букв. Хайдеггер — часть нашего мировоззрения. 1994). Ошибку слишком поспешного. «бездна». (8) Ницше назвал одну из своих работ «Мы — филологи» (Ницше Ф. (5) Головин Е. Неверно толковать одного из другого. не представляет ли собой европеизация других народов свидетельство абсолютного смысла. Чтение философии Хайдеггера есть дело именно «филологов» в ницшеанском смысле. алан. летто-литовская (включая прусскую). Der Anfang des abendländischen Denkens (Heraklit) (1943). М. что Корбен рассказывал об иранской мысли европейцам. Gesamtausgabe. чем Генон. (19) Или «differAnce» (через «а») у Дерриды. и даже наивно. СПб.htm. «Философия традиционализма». (18) Heidegger M. нашей философии. Tübingen. Philadelphia: Temple University press. геноновских) позиций. cit. русско-славянского космоса. см. хотя на мое интеллектуальное становление оно повлияло самым прямым и непосредственным образом. как в некоторых случаях мы используем другие хайдеггеровские термины. 1985. 1987. пеласгов. Geschichte des Seyns (1938/1940). (16) Heidegger M. Надо тщательно освоить Генона отдельно. Он же.: В 3 т. 6. 2000). есть ли оно эмпирически фиксируемый антропологический тип. в част- .. 2004). Bd.. Суфизм и София. которой пользуется сам Хайдеггер (с сохранением немецкого смягчения звука «l»). скифов. S. (11) Вне индоевропейского контекста столь же развита философская терминология еврейской каббалы (где также осмысляются звучания. fatuma. (7) Немецкое «Abgrund». мое мировоззрение обязаны разве что чуть меньше. «Радикальный Субъект и его дубль»). Logik. Сопоставление Хайдеггера с Геноном не должно быть проведено слишком поспешно. Gesamtausgabe. (17) Равно как и его учителю Э. net/text/corbin/corbin00. 2. 107. где он чрезвычайно некорректно и искаженно излагает идеи и терминологию Хайдеггера и еще менее обоснованно. 1953. Хайдеггер фундаментален не менее. Приближение к Снежной Королеве. я предлагаю использовать немецкую формулу «fundamental-ontologische». а также исчезнувшие цивилизации минойцев. я не делал акцента на учении Хайдеггера. реконструкция их философского послания еще ждет своего часа.Примечания Примечания (1) Heidegger M.. 69. в чем они пересекаются (и в чем расходятся). ýже. книги: А. Bd. Die Fragmente der Vorsokratiker. 70. (22) Для того чтобы подчеркнуть специфичность именно хайдеггеровского понимания вопроса о бытии. чем идеям Генона. 1989. Корбена. Griechisch und deutsch. (15) Heidegger M. на мой взгляд. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Berlin. (21) Heidegger M. Избр. нашей политической теории. Bd. Uber den Anfang. которые методологически помогут понять. Гуссерлю. соч. Heraklit 1. 1998. хеттов. а Хайдеггера отдельно. S. Heidegger and nazism. термин столь важный для философии Хайдеггера. 2005. Колесова есть блестящая работа о корнях и значениях древнерусских слов и их эволюции (Колесов В. Свет Славы и Святой Грааль.: REFL-book.

нет у философии иного начала». Geschichte des Seyns. которое по смыслу ближе всего к греческому ἀλήθεια. «Фундаменталь-онтология» — это не «фундаментальная онтология». (24) Ibid. 251. (34) Heidegger M. фрагмент А 2 982 2 sq. 1940. Екатеринбург. Der Spruch des Anaximander // Heidegger M. 2. 483–484. war das Er-staunen die Grundstimmung. der des seynsgeschichtlichen Denkens. «весть». Gesamtausgabe. (54) Heidegger M. Весьма показательно. 21:11–12). Einleitung in die Philosopie — Denken und Dichten (1944–45). Метафизика. Bd. (55) «Кричат мне с Сеира: сторож! сколько ночи? сторож! сколько ночи? Сторож отвечает: приближается утро. надо сначала понять каждую из них как она есть. (33) Об этом подробно в следующем разделе. М. Tübingen: Max Niemeyer verlag. Оp.. Nietzsche: Der europäische Nihilismus.. М. «Das Man». В некоторых случаях он пользуется выражением «онто-онтология». такое мышление о бытии. В немецком языке слово Wissen. Но мы этот цикл сознательно опустим. cit. cit. а то. Если вы настоятельно спрашиваете. то обратитесь и приходите» (Ис. как Хайдеггер понимает наиболее глубокий уровень онтологического рассмотрения. который этот философ вкладывал в свои тщательно подобранные слова. Nietzsches Metaphysik (1941–42). Государство // Соч. (43) В старославянском и церковнославянском было такое слово — «рѣснота». 1998. (25) Этому посвящен третий раздел данной книги.: В 3 т. но только в рамках своего уникального учения о природе и структуре Dasein (этому посвящены раздел 3 «Dasein» и вторая часть книги) и в контексте нового Начала. 43. S. Оp.. (48) Платон. Unzeitgemässe Betrachtung. Idem. (29) Heidegger M. (28) Трудности перевода слова «Zeit» русским аналогом «время» подробно рассмотрены в разделе 3 «Dasein». как и в греческом.: Эксмо. (37) Аристотель. Idem. в ее геноновской интерпретации). означавшая «истинность». (52) О значении немецкого слова «Ding» более подробно речь пойдет во втором разделе «Das Geviert». 3. «известность». 1986.: В 4 т. д. здесь я не согласен!» (51) Цит. «Geviert». 1985. Gesamtausgabe. (50) Я понимаю. восклицая: «Стоп. Bd. Sein und Zeit (1927). Bd. Русская Вещь. Т. Der andere Anfang. будет настраиваться и предуготовляться ужасом». Idem. М. как «ведение». Holzwege. Оp. Holzwege. Geschichte des Seyns.: Мысль. (32) Heidegger M. Bd. Начало seynsgeschichtliche мышления. Оp. (39) См.: «Через удивление человеку и раньше и сейчас открывается путь к философствованию». его любовь к Греции на православие не распространялась. как правило. Оp. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. (49) Надо учесть также. Heidegger M. (45) Heidegger M.. чтобы подчеркнуть. (20). 48.Ф. S.: В 4 т. Nietzsches II. (42) Аристотель. da die φύσις in die ἀλήθεια und als diese aufleuchtete. М. Geschichte des Seyns. cit. (26) Тему Ereignis мы рассмотрим чуть позже в этом же разделе. cit. ἀληθής. . оставляя их без перевода. (30) См. В этом месте каждый традиционалист (даже начинающий) способен что-то возразить. 1996. что фундаменталь-онтология не есть еще один надстроенный логически этаж над онтикой. (31) Гегель Г. Beiträge zur Philosophie (vom Ereignis). Idem. S. Gesamtausgabe. 2009. (23) Heidegger M. 65. возводимые им к истокам философскопоэтического и этимологического значения. Прежде чем начать сопоставлять великие интеллектуальные конструкции. чтобы подчеркнуть уникальный смысл. Т. Der Spruch des Anaximander // Heidegger M. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Физика // Собр. 1939. Nietzsches Metaphysische Grundstellung im abendländischen Denken: Die ewige Wiederkehr des Gleichen. 2006. Nietzsches Lehre vom Willen zur Macht als Erkenntnis. 1971. 2003. 1993. «ясность». М. (53) См. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. 1989. 3. 54.. 1981. «известие» и т. Gesamtausgabe.. 1936–39. Лекции по философии истории. Смерть и ее аспекты // Дугин А. (38) См. Beiträge zur Philosophie (vom Ereignis). фрагмент 155 d: «Собственно философом является тот. Bd. 26. Bd. (41) См. Bd. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. 1982. (40) Heidegger M. «Ge-Stell». (56) Heidegger M. но. (27) Последние и не догадываются. (47) В русском языке сохранился тот же индоевропейский корень в глаголе «видеть». что они мыслят именно так и что они вообще мыслят. Was ist das — die Philosophie? Pfullingen: Gunther Neske Verlag. Idem. «знать». по: Делез Ж. соч. 44. 1937. осознающих все значение Традиции (например. Idem. (36) Платон.136 • Раздел 1. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. соч. Т. откуда такие слова. С. М. что это несколько легковесно звучит для людей. но еще ночь. cit. также: Heidegger M. 1989. примеч. 1989. Другое Начало. что от того же индоевропейского корня образовано и слово «ведать». Holzwege.: Дугин А. примеч. 1938. (35) Heidegger M. 6. Bd.: Дугин А. 2000. что Хайдеггер понимал под «теологией» только западнохристианскую (католико-протестантскую) ветвь теологии. То есть «идеи» можно представить как «виды» или «видения» — подразумевается.В. М. чьим пафосом (чьей страстью) является удивление (изумление — θαυμαζεῖν). которое сохраняет постоянной свежесть прямого контакта с онтическим как формой экзистирования Dasein‘а. Nietzsche: Der Wille zur Macht als Kunst. 1993. напротив. 50. GA. Parmenides. 46. 1990. Собр. 142. «знание» восходит к той же индоевропейской основе. Примечания • 137 (44) «Im ersten Anfang. образов. 1956. (20). 2003. когда природа сияла в истине и как истина. Nietzsche I. 1939–46. виды изначальных образцов. (46) Heidegger M. Nietzsche II. Bd. главу «Магический большевизм Андрея Платонова» в кн. 1986. Дословный перевод: «В первом Начале. 1936. Логика смысла. Seyn und Sein ности «Dasein». 2006. Einführung in die Metaphysik. Tübingen. удивление было главным стимулом. wird angestimmt und vo-gestimmt durch das Entzetzen». 1953. Не будем спешить.: Наука. СПб. «сведение». 47. Радикальный субъект и его дубль.

S. 127. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. 228–229. Tubingen: Max Niemeyer verlag. Einführung in die Metaphysik. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Bd. (60) Heidegger M. Но и царь непобедимый. Gesamtausgabe. Человеческую правду И небесные законы Ниспровергнуть он готов. cit. S. Если нет в нем правды вечной. (74) Heidegger M. S. Geschichte des Seyns (1938/1940). Gesamtausgabe.138 • (57) Раздел 1. 2006. но весьма приблизительно. У Д. где молния внезапно озаряет черный пейзаж пронзительным. Sein und Zeit (1927). И на коня густогривого. (59) Heidegger M. гордясь умом и знаньем. 327. cit. S. 2005. Скорее. Ростов н/Д. Оp. 70. S. И на быка непокорного Он возлагает ярмо. Beiträge zur Philosophie (vom Ereignis). фатальность (так сбываются ожидания). Seyn und Sein Софокл. Holzwege. Уловляет он. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Неутомимо рождающей. Beiträge zur Philosophie (vom Ereignis). Bd. (67) Heidegger M. И законы начертал. S. S. (66) Термины «eigene» и «uneigene» (аутентичное и неаутентичное) применительно к фундаментальному понятию «Dasein» мы рассмотрим в третьем разделе. связанный с Seyn-бытием) едва ли проясняет нам хайдеггеровскую мысль в данном случае. S. Бурь осенних и дождей. 65. Оp. 1998. Это полночная гроза. Плугом взрывает он борозды Вместе с работницей-лошадью. 69. Строфа II Создал речь и вольной мыслью Овладел. (70) Heidegger M. Мережковского все переведено гладко. Ereignis скорее «выпадает на долю». (73) Heidegger M. 19–27. Сквозь ревущий ураган. 1989. cit. Uber den Anfang. неестественно ярким светом. На погибель обречен: Я ни чувств. cit. S. (72) Ibid. Оp. Оp. (76) Heidegger M. (61) Heidegger M. Только не избегнет Смерти никогда. Быстрых птиц и рыб. (64) Русское слово «событие» при всей соблазнительности его использования (ведь Хайдеггер вкладывает в Er-eignis именно смысл. Антистрофа I Зверя хищного в дубраве. Beiträge zur Philosophie (vom Ereignis).С. Антигона / Пер. (69) Heidegger M. Оp. 410. Горного зверя и дикого Порабощает он хитростью. 1949. Не умеет он порою Примечания • 139 Отличить добро от зла. Многоумный человек. «приключилось». 1998. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Лоно богини Земли. 127. Мчится он. Bd. (68) Heidegger M. Uber den Anfang. Злой недуг он побеждает И грядущее предвидит. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. ни кровли С ним не разделю! (58) Heidegger M. «Событие сбывается» в русском языке имеет некоторую предопределенность. S. 2003. По волнам седого моря. Д. 1997. раскинув Им невидимую сеть. (63) Ibid. «случилось». Gesamtausgabe. Мережковского. 227. И нашел приют под кровлей От губительных морозов. Только не спасется. 414. Brief über den Humanismus (1946). ни мыслей. «молниеносно обрушивается». Bd. «нападает». (62) Heidegger M. Антистрофа II И. (65) Об этом мы поговорим подробнее в следующих разделах книги. непобедимый. Силой мысли побеждая. Geschichte des Seyns (1938/1940). (71) Ibid. 256. 411. подобной ветру. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Но сильнее человека Нет в природе ничего. Хор Строфа I В мире много сил великих. cit. Ни огня. 69. 105. Вечно терзая Праматери. Gesamtausgabe. Beiträge zur Philosophie (vom Ereignis). S. (75) Ibid. свободных Обитательниц морей. оно имеет смысл «выпало счастье». .

«Идиотами» в Древней Греции называли людей. (81) Ibid. «по». 1932.140 • Раздел 1. «за» и ὁδός — «путь». Stuttgart: Friedrich Vorwerk Verlag. (82) Ibid. Geschichte des Seyns (1938/1940). «дорога» и изначально означает «размещение дорожных указаний. ни род. «относящийся только к данному лицу и ни к кому больше». отметок». ни процессию. 2. (78) Ницше Ф. Berlin: Widerstandsverlag. cit. (83).: Мысль. не представляющих никого. (80) Heidegger M. (83) Ibid. Т. (84) Mohler A. 1990. 1918–1932. 74. (86) См. М. (85) Niekisch E. S. S.: В 2 т. 195. ни сословие. Оp. 1950. 120. РАЗДЕЛ 2 DAS GEVIERT . Die konservative Revolution in Deutschland. примеч. кроме самих себя. (79) По-гречески ἶδιος означает «частный». «Wegmarken» по-немецки. 191. Соч. S. S. Seyn und Sein (77) Слово «метод» происходит от греческого μέθοδος — μετα — «через». — ни полис. Grundriss ihrer Weltanschauungen. Hitler — еin deutsches Verhängnis.

«четверичность». В первом случае акцентируется относительная оппозиция верхних (рядоположенных) концов креста нижним. Благодаря введению das Geviert мы лучше поймем основные силовые линии его философии: различие между Seyn и Sein. Образ и структура das Geviert являются фундаментальным моментом хайдеггеровской мысли. зазор между онтологией и фундаменталь-онтологией и т. что данная схема представляет собой не пространственное изображение. Das Geviert символически можно изобразить в виде двух перекрещивающихся линий. Но в некоторых случаях сам Хайдеггер пользуется и вертикальным перекрестьем линий. во втором — наложение вертикальной оппозиции на горизонтальную.ГЛАВА 1 bbedemhe b DAS GEVIERT ЗНАЧЕНИЕ СЛОВА «DAS GEVIERT» Das Geviert по-немецки означает «четверица». «четверка». второе Начало. Следует сразу иметь в виду. Ereignis. но структу- . напоминающих Андреевский крест. Мы зафиксируем оба расположения как возможные. д.

избегнув ловушки тринитарного принципа. философская интерпретация гимнов которого приводит Хайдеггера к построению особого видения сущего — через Seyn-бытие. пока острота хайдеггеровской мысли нам не ясна. Введение в das Geviert • 145 доточенного на другом Начале. что и составляет основу метафизики. указывающий на что-то иное. что тема «das Geviert» является кульминацией его размышлений среднего периода (1930–1940-е гг. но четыре»(5).) об Ereignis и другом Начале. «Строить. Четверица существует всегда как Четверица и только как таковая. Но сразу следует оговориться. Слово «Das Geviert» и его схематические изображения появляются у Хайдеггера в конце 1930-х годов в набросках к лекциям и книгам в цикле. всегда стремящаяся возвести отношение познающего к познаваемому к третьей инстанции. это образ. Поэтому будет правильным воздерживаться от каких бы то ни было поспешных сравнений das Geviert с тем. У Четверицы ничего нельзя изъять. вошедших в сборник «Лекции и статьи 1936–1953 гг. открывающегося на пике мышления. Das Geviert и как слово и как знак мыслится Хайдеггером как выражение метода (по-гречески дословно «указание пути») фундаменталь-онтологического взгляда на само Seyn-бытие через свет его присутствия. — будет по-настоящему нам открыта. д. Иначе выражаясь. В некотором смысле обращение к четырем было и критическим шагом в отношении христианской троичности. нежели собственно христианский догмат. Принято считать. Это не сущее и не изображение сущего. По сути das Geviert есть вспышка. как сущее-в-целом. что проблематика das Geviert относится к последнему периоду творчества Хайдеггера и составляет лейтмотив финальной части его поздних трудов. Троичность выражает топику старой метафизики и платоновской онтологии. Это Lichtung (освещение. жить. то Хайдеггер утверждал: «не три. Любые аналогии будут обманчивыми и неуместными — особенно на первом этапе. Хайдеггер вводит das Geviert как замену тринитарной диалектике Гегеля. Если Гегель говорил о «тезисе–антитезисе–синтезе». залитость светом. Введение das Geviert само по себе есть Ereignis. что ранее не было явлено. относящийся к Seyn-бытию и мышлению об истине Seyn-бытия. что и проявляется окончательно в современном западноевропейском нигилизме — последнем воплощении . будет губительна. нежели он сам. высвечивание) Seyn-бытия. Причем все четыре сразу. Позднее. Попытка соотнести das Geviert с чем-то нам известным или с тем. В этой тринитарной топике закреплена референциальная теория истины. что нам известно о значении креста. смысл которого заключается в доминации τεχνη. Фундаменталь-онтология должна обратиться с онтическим полем сущего и стоящим среди него мыслящим человеком (первый уровень дистанцирования) иным образом. Das Geviert открывается Хайдеггеру как структура (Gefüge) Seyn-бытия в ее чистом виде. и поэтому его интересовало исключительно философское значение троичности: как этот принцип включен в объяснение структуры сущего и в устройство онтологии. Das Geviert ру философской и фундаменталь-онтологической топики.»(4).144 • Раздел 2. они получают развитие в толковании поэзии Гельдерлина(2) и исследовании проблем языка(3). ЧЕТВЕРИЦА (GEVIERT) И SEYN-БЫТИЕ К теме «das Geviert» Хайдеггер подходит через толкование своего любимого поэта Гельдерлина. связанном с темами Seynsgeschichte и Ereignis(1).. Только в таком случае свежесть этого явления — как явления чего-то. что почти наверняка мы не знаем. Поэтому гегелевская триада была для него важнее. Бытие четверично. Полнее всего эта тема развита в самых поэтических текстах Хайдеггера — таких как «Вещь». но вместе с тем это и не символ. что нам известно. С точки зрения смысловой периодизации хайдеггеровской философии можно сказать. в 1950-е годы. где на место Seyn-бытия поставлено Sein-бытие как сущность сущего. о чем никогда не думали и с чем никогда не сталкивались. что мы думаем. д. ничего от нее отрезать и ничего к ней добавить мы не можем. сосре- Глава 1. Das Geviert — это то. освещающая последним светом всю структуру (Gefuge) хайдеггеровской философии. числа 4 и т. что Хайдеггер рассматривал христианство как модель западнохристианского богословия. думать» и т.

потому что там. е. Мы не вынесем опыта неба и обязательно начнем мыслить о «небесной земле» или о «земном небе». Чрезвычайно важно заведомо понять. и предполагается. Хайдеггер до 1950-х годов. где оно проявляет сущее. При таком подходе. а не онтики и не старой онтологии. не высказывает его бытия. давая о себе знать. оставались у Хайдеггера неизменными. на самом деле. Оно вытекает из Четверицы. оно не монистично (но и не троично. что das Geviert не есть онтическое восприятие мира. Небо (мир) Люди Боги Земля Схема das Geviert . как высший подарок. стоянку. ужас которой будет только нарастать по мере удаления от сущего. твердую почву. Оно растворено в Четверице. не есть в нем. другого Начала и сосредоточились на Ereignis’е. в предельной дали от всего сущего. Das Geviert дается нам как открытое окно в бездну. что das Geviert — это das Geviert. Seyn-бытие. Оно не догадывается о том. Небо и мир суть выражения открытого порядка. т.146 • Раздел 2. Эти четыре фигуры. Бытие никогда не бывает одиноко. через Четверицу. боги или Бог (в целом божественное). СОСТАВ ЧЕТВЕРИЦЫ (GEVIERT'а) Четверица — это небо (Himmel). находясь в das Geviert'е. Поэтому фундаменталь-онтологическим действием будет взгляд не на бытие со стороны сущего. Одной из самых ошибочных позиций в отношении бытия была мысль о нем со стороны сущего. приравнивая «мир» к «небу». Это разговор в регистре другого Начала. человек (смертный) и земля. В тот момент. говорил о мире (Welt). Этот взгляд в его конкретности и радикальном переворачивании всех пропорций и есть das Geviert. через его существование в ужасе абсолютного одиночества. там оно обязательно при-сутствует. увидим в Четверице. — через свет его собственной истины. открывает себя через das Geviert. твердь. оно не называет его по имени. в опыте бездны. Тем не менее взаимозаменяемость неба и мира в Четверице надо постоянно иметь в виду. где бытие не порождает (не про-из-водит — φυσεῖν) сущего. сколько бы мы ни удалялись от сущего. Введение в das Geviert тринитарной онтологической топике. но никогда не полностью и целиком и всегда в этом присутствии одновременно отсутствует. вместо того чтобы говорить о небе (Himmel). а там. Но онтическое мышление. обнаруживая себя. оно. растворяется в нем. что мы сумеем его оценить. но не знает о ней. тогда-то она нам и открывается. когда мы мыслим Seyn-бытие верно. теряется в нем. а также и не двоично). не существует (по сути — west da nicht). Das Geviert — это одновременно и инструмент «феноменологической деструкции» (деконструкции) старой метафизики. входящие в das Geviert. но на сущее со стороны бытия. Seyn-бытие и das Geviert — почти одно и то же. там мы не можем говорить о бытии. Мы не можем помыслить Seyn-бытие как-то иначе. высвечивая себя (Lichtung). При этом всегда и в любых обстоятельствах Seyn-бытие дает о себе знать (не давая о себе знать. хотя в этом наблюдении и есть доля истины. Позже он стал говорить именно о небе. что можно было бы неверно заключить из противопоставления Четверицы • 147 Глава 1. Поэтому разговор о das Geviert относится к области фундаментальонтологии. — тогда-то мы и сталкиваемся со всей Четверицей сразу. Правда. не знает ничего о бытии и не задается этим вопросом. но не схватывает ее в живом мгновении фундаментального события. скрывая себя) в Четверице. мы рано или поздно спроецируем его на бездну. и триумфальный результат ее осуществления. и вести его можно только в том случае. Оно проявляется совокупно как четыре. четыре области мира. заходя «с другого конца». А следовательно. но при этом никогда ни один из элементов этой Четверицы не выступает самостоятельно. Вместо полета мы создадим берег. если мы так или иначе проследовали за Хайдеггером по основным этапам его рассмотрения Seynsgeschichte. Das Geviert тринитарности. прямые аналоги которого мы.

привносит войну во все. что война общепринята. глубокое заблуждение. открывает. а. это лепота. следовательно. к. Война — πόλεμος — это имя бытия как Seyn. и также: «Должно знать. нечто. лишаем его возможности случиться. Потому-то Платон и поместил свои идеи на небо. В этом. НЕБО Небо — это то. оно определяет. что Хайдеггер называл «достоинством» (Würde). оно всегда свежо. Мы являемся не чем иным. «уничтожение» от Seyn-бытия. Оно высвечивает. что Seyn-бытие есть и есть всегда как нечто неизменное и вечное. Seyn-бытие сбывается (sich er-eignet). накликает проклятье на рождение всех»(8). Небо есть область света. Бытие дает о себе знать не в мире. ἆξιος. к тем. существ родиться — родиться в борьбе и к борьбе. что делает любую вещь тем. мы упускаем его творческую мощь делать сущее не-сущим. в нашем понимании. Считать. просвещает. мы теряем его самого. оно снабжает мир и части мира. Это лицо мира. с другой стороны. Корни понимания бытия как войны уходят в проблему Ничто. обращенное к самому себе. других — свободными»(6). Небо есть мир в его открытости. всегда рискованно и никогда не дано заведомо. ВОЙНА В ЧЕТВЕРИЦЕ (GEVIERT'е) Хайдеггер видит исток das Geviert в формуле Гераклита о войне как отце вещей. а скорее. «гармонию». Взгляд на мир — это взгляд на небо и взгляд неба на самого себя. чтобы „вражда сгинула между богами и меж людьми“. других — людьми. Более того. которое. Мир (9) — это война. что вражда — обычный порядок вещей (πόλεμος) и что все возникает через вражду и взаимообразно»(7). таинственно ее внутреннее достоинство. Мир и небо были тождественны. в каждом сегменте das Geviert. что die Welt (мир) и есть das Geviert. Das Geviert Досократики использовали для определения мира слово космос. Гераклит говорит: «Война — отец всех. конечность конечного и уникальность самого себя как события (Ereignis). Таким образом. именно война соединила нас с богами. чтобы разбить иллюзию гарантированности своего неизменного экзистирования. чем она является. сам того не ведая. организованное в прекрасный строй. мы обязаны простертым перед нами. сущее тем. чтобы привести не-сущее к сущему. «порядок». утверждавшего: «Гомер. Das Geviert — это именно Seyn-бытие. . сущностью порядка и миром как таковым они считали небо. но одновременно небо само по себе у него предстает самостоятельным элементом das Geviert. поставила нас на землю и накрыла небом.148 • Раздел 2. гераклитовского πόλεμος («полемос») как «отца вещей» и есть форма бытия в генетическом смысле (бытия с точки зрения происхождения). но в войне. Древние использовали также синонимическое понятие οὐρανός (небо) οὐράνιον (небесное). по Хайдеггеру. и определяет тайно. состоит глубина собственно фундаментальонтологии. учреждая напряженность великих осей мира. который высвечивает. потому что истоком порядка. Здесь снова можно вспомнить Гераклита. Отделив «ничто» как «ничтоженье». кто смотрит на мир. оно обращается к сущему и человеку своей ничтожащей стороной. то. сущее в целом. подменяем его чем-то другим. Превратив бытие в сущее в целом. Это внутреннее тождество неба и мира принципиально для понимания das Geviert. сбываясь в Ereignis'е. молясь о том. а следовательно. Введение в das Geviert • 149 (das Nichten im Seyn). Хайдеггер определяет ничто в структуре фундаменталь-онтологии как «ничтожение в Seyn-бытии» Глава 1. что вещь и есть она сама. поскольку для Хайдеггера бытие в качестве войны. то именно давлению войны. Это упорядоченное сущее. одних творит рабами. оно устраивает. поскольку война отделила нас от богов и сделала нас людьми. присутствующему в каждой точке. как продуктом войны. «устроение». что дает порядок. т. Небо открывается и развертывается и тем самым открывает и развертывает. означающий не «мир». над нами или вокруг нас принципиально четверичным сущим. Тем самым оно доказывает смертность смертного. Космос — это порядок или красивый порядок. т. Позже Хайдеггер говорил. что оно одновременно вводит «да» и «нет». Оно делит и наделяет. е. Оно делает вещь ценной именно благодаря тому. именно потому. царь всех: одних она объявляет богами.

Это связано с той ролью. это закрытость. рассыпается. бескрайний край священной географии бытия. Этот взгляд и есть язык. глубинно сопряженное с народом (Volk). В одном месте. Хайдеггер пишет: «Вместе с тем. Оно не имеет предела. его творчества. Земля делает сущее настоящим. но народ. на-стоят. соответственно. открытость мира напрямую сопряжена с открыванием путей для народа. они существуют как открытое и открывающее. но ориентация. Важно. И это решение всегда связано с языком. прячет. Возможностью и необходимостью этого решения выступает мир как открытое. рассуждая о фундаменталь-онтологическом смысле войны немцев с русскими (имеется в виду Вторая мировая война. они присутствуют. Открытость мира проявляется в решении народа. наличествующими. не объект.150 • Раздел 2. становясь миром. Мир — то. Вне народа и его языка. Но речь всегда основана на языке. область. являются «на-стоящим». мир утрачивает себя. Речь — это существование Seyn-бытия. Мир и Небо выражают нечто близкое и почти тождественное — отсюда их взаимозаменяемость в Geviert'е. что Хайдеггер понимает мир (и. с закрытостью. Поэтому мир открывается народу в языке. Небо и мир открывают. в котором структурируется все решение»(13). что у Хайдеггера Небо выступает как фундаменталь-онтологический синоним мира(10) (die Welt). что они есть. предметов. в этом состоит его основное свойство. по Хайдеггеру. что приводит все к наличию (Anwesen). Главное свойство Земли. запирает. Мы говорили ранее. Решение принимает не человек. по Хайдеггеру. перестает быть миром. а не о человеке. границы в самом себе. проявленное через судьбоносные решения. Но это можно вывести только на основании его косвенных замечаний. кто принимает решение. свою дальность и свою близость. закрывает. проявляющееся через человека. а благодаря Земле они являются настоящими. свою ширину и свою узость»(11). которую Хайдеггер отводил речи. на (чем) стоят. по-русски говоря. Поэтому народу вместе с языком дается ракурс взгляда на мир и Небо. и через язык народ принимает то решение. Но вместе с тем она хранит. Решение (через речь) принимает народ. Благодаря Небу вещи являются тем. они пред-лежат миру. утверждаясь как мир. Земля скрывает. Мир народен. Народ в своей сути есть тот. что открывает пути. делает явным и непокрытым. но структура этого решения диктуется (указывается) миром. В фундаменталь-онтологическом перводвижении Seyn-бытия открытость соседствует и чередуется с неоткрытостью. Мир (как свет и как Небо). народно и Небо. где принимается решение и как оно принимается. При этом сущее. НЕБО И МИР Мы сказали выше. а значит. получает печать порядка упорядоченности. Народ есть место принятия решения. каждая вещь обретает свои свойства и свои места. Пути народа в истории выражают его отношение к миру и Небу. Небо) как нечто. осмыслявшаяся Хайдеггером как противостояние германского начала не . Очень важно заметить. ЗЕМЛЯ Земля у Хайдеггера — это то. Благодаря Земле множество вещей. не явление. они растянуты. что речь идет именно о народе. «Мир есть освещение дорог сутевого указания (wesentliche Weisung). Земля — это то. ощущений становятся присутствующими. Различия между народами и языками составляют богатства Seynбытия. стало быть. Das Geviert Небо принципиально открыто. А язык Глава 1. «Мир есть открывающая открытость широких путей простых и сутевых (wesentliche) решений в судьбе (Geschick) исторического (geschichtliche) народа»(12). что Хайдеггер соотносит мир с народом. Мир открывает и освещает. Введение в das Geviert • 151 отличает нечеловека от человека и народ от народа. все вещи обретают свое промедление и свое ускорение. которое будет его судьбой. как мир открывает себя. — выражение открытости (Offene). Менее эксплицитно он соотносит с народом и Землю. И наоборот. Поэтому Небо не сущность. «находятся при сути». опечатанность.

сберегающую. хранительницы будущего. германское Небо и русская Земля. В русских он провидит суть Земли как сберегающей закрытости. В немцах Хайдеггер видит начало открытых путей. восходит к своей сути и начинает по-настоящему быть. Мир. битва(15). в которой учреждается новое Небо и новая Земля. Ксенофан Колофонский. а не отдельный индивидуум (субъект). представляет собой всегда уникальное отношение к Seynбытию. она повернута к миру спиной. Небо не имеет конца вглубь и ввысь. всегда закрыта. История (Geschichte) мира (Welt) возложена на самосознание (Besinnung) немцев»(14). В Небе (Мире) Seyn-бытие выражает себя как освещение. самосознание. что Хайдеггер связывает мир (Welt) и Землю с народом и народами. сквозь сущее и против сущего. язык — это способ существования Seynбытия. Противостояние мира и Земли есть настоящая война. Введение в das Geviert • 153 и Земли не есть столкновение между собой двух жестко и строго разделенных сущностей. в отличие от Неба. к. ее связь с Seynбытием. скрывающую. В этой войне Неба и Земли. Сам Хайдеггер считает различие в языках и диалектах следствием различия географических ландшафтов. Земля. вздыбить ее. считавшего. но тем не менее отличающиеся. и есть ли оно вообще. Земля же как всесохранение склоняется к тому. похожие друг на друга. которое для обоих одно. УРАНОГЕОМАХИЯ Между Небом и Землей существует напряжение. будучи самооткрытостью. которая и делает Seynбытие и сущее ими самими. Но при этом битва Неба (Мира) Глава 1. Мир в своем упокоении на Земле стремится возвысить. чтобы всякий раз вбирать мир в себя и удерживать в себе. Мир (Небо) и Земля по сути отличны друг от друга. БОГИ НАЧАЛА Божественное (боги) и люди являются полюсами второй оси. Но отношения мира и Земли не тускнеют в пустом единстве бессодержательного противопоставления.152 • Раздел 2. Каждый мир и каждая Земля суть в целом в своей взаимопринадлежности друг другу явление историческое (geschichtliche). У Хайдеггера эта гипотеза получает обоснование через язык как суть человеческого. через выделенное место в середине. В своем отношении к Seyn-бытию Земля бездонна. Но т. по сведениям некоторых древних авторов. к. проявляется еще более глубинный процесс — война Seyn-бытия против сущего. Это ἀλήθεια. коммунистическому — как крайнему выражению западноевропейской метафизики в форме Machenschaft'а). открытость. что Земля является главным первоначалом и что она корнями уходит в бездну. (…) Земля будущего лежит под паром в пока еще не освобожденной для самой себя сути русскости. где каждый. со своей Землей и своим Небом (миром). закрывающую и укрывающую. воюя. она есть Abgrund. Земля же открывает иную сторону Seyn-бытия — «ничтожащую». но никогда не разделены друг с другом. где бытие дает о себе знать через открытое. Хайдеггер писал: «Каждый мир открывает себя и остается сопряженным с Землей. Das Geviert столько русскому. Хайдеггер очень осторожно употребляет слово . истина несокрытости бытия в сущем и сквозь сущее. Вокруг этой оси строится Вселенная. мир. Ураногеомахия есть естественное и единственное выражение Seyn-бытия через сущее. ее лицо скрыто. отраженных в речи. Это в чем-то напоминает теорию древнегреческого философа-досократика Ксенофана Колофонского. вечно падая в своей бездонности. как выглядит это лицо. но вместе с тем хранящую. ось войны. учил. в сущем. что в разных областях Вселенной существуют разные небеса и разные земли. то народ. Небо и Земля противоположны во всем. Эта война — ураногеомахия (или космогеомахия) — открывает для каждой стороны ее «есть». Небо. не выносит никакой замкнутости. Земля вздымается сквозь мир. Земля бесконечна вширь. язык вверяется именно народу в целом. Здесь важно. Никто не знает. т. но относится к каждому совершенно по-разному. Мир основывается на Земле. Битва немцев с русскими становится космогонической битвой. сколько большевистскому. Именно народ (Volk). несокрытость.

Seyn-бытие — это то. которые не суть (sind nicht). хотя в поздних работах он все чаще и чаще говорит о «божественном». которая мыслила бытие как ничто. есть не что иное. Поэтому боги религии ничтожны и умирают вместе с падением метафизики в современный нигилизм. В отличие от старой онтологии. ничему не обучают людей (воровать огонь и устанавливать ремесла — дело титанов и трикстеров). рассуждает он. Единственная божественность. Своим «нет» они и конституируют измерение священного — Heilige. но и они не стоят „над“ бытием. Затем Хайдеггер уточняет отношение богов к философии: «Так как Seyn-бытие есть нужда богов. т. «Божественные» как бы «щекочут» мир. достойная самой себя и самих богов. всей Четверице своего рода прозрачное опьянение(17). Но боги пользуются бытием. а это обдумывание. балансируя на грани истины Seyn-бытия как сути Seyn-бытия. и от апофатической философии. как если бы они собирались философствовать по поводу своего обожения. — это божественность. причем божественные скрываются даже тогда. который чрезвычайно легок и тонок и чья функция предельно не утилитарна. первосущее. когда показывают себя. Важно. где на месте бытия поставлено сущее как наисущее. Богами будет предопределяться seynsgeschichtliche мысль как мысль Seyn-бытия»(19). то боги нуждаются в seynsgeschichtliche мысли. Поэтому и последнего Бога Хайдеггер мыслит как «бога Начала». чем боги. «Бог». Он утверждает: «Боги нуждаются в Seyn-бытии». предметов. Можно сказать. то только на экстатическом горизонте фундаменталь-онтологии. Это. Это боги по названию и в структурах ложного мышления. чтобы через него. . состояний и мыслей. пожалуй. В этом случае «Seyn-бытие есть дрожь богов (отзвук решения богов относительно их Бога)»(21). делает их по-настоящему живыми и священными. но Хайдеггер избегает в их отношении четкой и ясной дефиниции. Божественное присутствие. если (wenn) боги должны будут еще один раз вступить в стихию решения и добыть Глава 1. «Божественные». принадлежать самим себе. Das Geviert «бог». «божественности» и «божественных». Введение в das Geviert • 155 для Geschichte (истории как судьбы) основания для ее сути. с другим Началом. Это боги. и даже еще более не-сущее. Боги нуждаются в Seyn-бытии. придают всему das Geviert. как имя в метафизической топике. И далее пишет: «Бытие не стоит „над“ богами. и в этом высказывании осмысляется Seyn-бытие. а в пределе и одного Бога (если сами боги решат. не принадлежащего им. Этих богов нет. но философия должна состояться (быть. сопряженная с Seyn-бытием. Но то. с ее возможностью. а не с разнообразными изданиями «платонизма для масс». е. что они не являются сущими (Seiende). сущим. оно — их потребность. одна из самых трудных сторон философии Хайдеггера. которая мыслила бытие как самое сущее из сущего. как философия (другого Начала). Боги нуждаются в философии не так. sein). что среди них есть только один. фундаменталь-онтология располагает Seyn-бытие и его истину между — между богами и сущим(20). От сущего они удалены на максимальную дистанцию. даже следы божеств. скорее. не-сущее. В определенной перспективе само Seyn-бытие может мыслиться с позиции богов. то богам свойственно убегать(16).154 • Раздел 2. Если человек как мыслящее существо постоянно присутствует в das Geviert и его наличие несомненно. им его не хватает»(18). что их нет. что боги Хайдеггера являются богами фундаменталь-онтологии и теснейшим образом сопряжены именно с ней. есть не что иное. Если она возможна. предваряют Четверицу развернутых вещей. и вместе с тем оно находится только в обдумывании своей истины. стать. Эти сущности фундаментально необходимы das Geviert. что нужно богам. Еще одно важное свойство богов Хайдеггера. «Божественные» — особый вид сущего (и одновременно бытия). не добавляют в него никаких тяжелых фундаментальных элементов. в философии. что Хайдеггер мыслит «богов» вне какой бы то ни было религии. Бог религии. Богов и людей разделяет в первую очередь отношение к Seyn-бытию. кто по-настоящему Бог). высшее сущее. Божественность не должна быть чем-то наличествующим. придавая им незаметный внутренний ток. в том смысле. в свою очередь. их нужда. не должна удовлетворять чаяниям человека.

с наисущим. располагаясь в чуждом по соседству с Seyn-бытием»(22). крайние формы риска. Заняв это место. которое для них дом и очаг. ни в коем случае не является «ни «субъектом». он оказывается в сущем в гостях. Правда. — по их главному свойству. есть форма проявления самого Seyn-бытия. и человеком становится тот. Небо. Эта двойная нужда Seyn-бытия и в Seyn-бытии конституирует в отношении самой себя пару «боги–люди». т. находящиеся на одной оси. и даже с самым сущим из всего сущего. Эта бездна. сколько и теизм или деизм. Das Geviert Но вместе с тем боги не суть ни абстракция. Только такой человек по-настоящему является «смертным». как и они отличаются друг от друга. Он отличается от них так же. Поэтому и люди. — это люди другого Начала. но вместе с тем он без них немыслим. что они стоят не в центре Geviert'а. которая должна была бы служить основой для антропологии. Земля. ни метафора и ни искусственная конструкция атеистического сознания. Более того. Человек Geviert'а. которое заявляет о себе как о не совпадающем с сущим. Очень важно. не определяется он и через принадлежность к сущности челове- Глава 1. схему фундаменталь-онтологической топики. которая отдаленно дает о себе знать через смерть. ВОЙНЫ БОГОВ И ЛЮДЕЙ Божественное и смертное. люди и боги находятся. находится брешь. куда они хотят. устанавливая в ней противоположные направления. но потребности бытия в обладании стражем. он не есть также «мыслящее животное». легкие боги и печальные. дыра. Человек-страж истины Seyn-бытия сопоставим с ними. Атеизм для Хайдеггера столь же метафизичен. без остальных трех он не есть. чтобы они сторожили его истину. в изгнании. . поясняет Хайдеггер. ощущая присутствие божества. хотя как сущее человек был в сущем у себя дома. а на одном из его концов. Человек не имеет сущности. окно в бездну. «Человек забрасывается свободным броском в чуждое и не возвращается больше из бездны. кто нуждаются в Seyn-бытии. к. именно у него из всего сущего этой сущности нет. Сущее открывается ему в таком событии-случае с позиции близости к Seyn-бытию как чуждое. и соседи человека по Geviert'у фундаментальны — боги. Боги Начала — это направление философской географии того мира. бедные люди. но ни в коей мере не является среди них чем-то исключительным. непредставим. в рамках das Geviert в беспрестанном столкновении (Entgegnung). На месте этой сущности. Можно столкнуться как два врага.156 • Раздел 2. к. ужас. Человек — даже такой. ни «объектом» истории. и лишь самые тонкие из смертных — поэты и мудрецы — сами бегут от них. Причем в этом столкновении чаще всего убегают боги. а можно — как два соседа в роще или у ручья. почитая тем самым его тонкую природу и позволяя богам прийти туда. его бытие становится «бытием-к-смерти». люди как «стражи истины Seyn-бытия» (Waсhters der Wahrheit des Seyns). Введение в das Geviert • 157 ческого. Боги и люди принадлежат одной оси. «бытиюк-смерти». ощущение заброшенности (как падения). Боги суть те. чтобы земля и мир наполнились тонким светом священного (Heilige). Люди суть те. человек как страж Seyn-бытия оказывается в структуре Geviert'а. который являет себя в событии (Ereignis). в ком нуждается Seyn-бытие. наряду с другими. а его суть принадлежит не ему. Поселившись рядом с бытием. которых Хайдеггер в Geviert'е предпочитает называть «смертными». вырванные из сущего вспышкой Seyn-бытия и брошенные в бездну небес. кто это место занимает. Безразличные тонкие. т. Это люди нового фундаменталь-онтологического гуманизма. по Хайдеггеру. в мгновенном освещении (Lichtung) истины бытия. обращенный к своей истине как истине Seyn-бытия — это только одно из измерений вспышки Seyn-бытия. Seynбытие конституирует фундаменталь-онтологическое место для стража по соседству с самим собой. основанной на принципах старой метафизики. причем в столкновении в обоих смыслах: они сталкиваются как противники и сталкиваются как существа. ЛЮДИ GEVIERT'а Das Geviert можно помыслить как географию другого Начала. он обнаруживает себя «заброшенным» в сущее.

свет и сумерки дня. т. значит. «МЫ ДУМАЕМ ОБ ОСТАЛЬНЫХ ТРЕХ» В своей фундаментальной. которое пребывает «между». что их подменили. служащая носительница. но нигде не покажется следа Бога»(25). Контратака людей может прогнать бога с облюбованного им места или взять в плен (присвоение божественной искры как души. каждая из которых хранит вибрирующий импульс. что людям заблагорассудится. т. почти беззвучном и неощутимом». В сущем при всей его масштабности Бога нет. Это и есть наиболее правильное и острое понимание того. это значит. не в буре Господь. но думаем и об остальных трех. хотя и небольшой статье 1951 года «Строить. упоминалось последовательно. это постоянное и принципиальное различие конституирует и тех и других. Они становятся «человеческими-слишком-человеческими». они сконструированы в отрыве от Seyn-бытия. времена года. относятся к божественности. что «не в огне Господь. Такие боги — укрощенные боги. когда боги одерживают победу. изменчивый путь луны. Человек выигрывает войну (обратите внимание на слово «выигрывает» — «выигрывает». а боги богами через проявление их сути в сопоставлении (Bezug) с Seyn-бытием. «технически». «играет») только тогда. создавая тем самым четыре области. их смена. Боги религии превращаются в механизмы наказания или прощения. как правило. что они агрессивны. что она стоит на противоположном полюсе от сущего в его насущной наглядности. что такое божественность и человечность. Но у игры и войны одни и те же истоки: война — это игра. очеловечивание божественного логоса как собственного рассудка). Глава 1. πόλεμος) — это имя Seyn-бытия. dei ex machina. Этот «хлад тонок» — стихия божественного. а следовательно. на-падает на него. а игра — это всегда война(23). наитию. ощутимости и грандиозности. Das Geviert Эти и еще множество значений заложены в понятии «столкновения» — столкновения людей с богами. δαίμων становится ἦθος ἀνθρώπῳ. мрак и прозрачность ночи. Тогда и только тогда вступает в свои права истина: «ἦθος ἀνθρώπῳ δαίμων». Божественное почти незаметно на-ходит. Эта нетождественность. не в камнях». в истории с пророком Илией. Война как отец вещей у Гераклита разводит людей с богами. а очень тонко — «в хладном ветерке. спасения или проклятия. Люди становятся людьми. погода . В том же самом поэтическом ритме Хайдеггер пишет о небе: «Небо — это ход солнца в облаках. Люди. а люди с ними — не воюют по одной причине: их нет. Настоящие боги стоят от людей по ту сторону Seynбытия и смотрят на людей через свет войны. мягко изымая его из грубой повседневной реальности. проживать. Присутствие уподоблялось тонкому осенению. слишком рационально и утилитарно. что они — боги. к. цветущая подательница плодов. Война (Streit. Это не значит. Эта атака божества проявляет в человеке место для daimon'a (логоса у Гераклита). не в трусе Господь. Древние греки интуитивно схватывали природу божеств лучше. Взрывом события (Ereignis) Seyn-бытие выбрасывает людей и богов. когда оно конституирует Geviert как пересечение фундаменталь-онтологических линий напряжения. искусные технические приемы ловких людей способны заставить их делать все. И Хайдеггер постоянно подчеркивает: «Вы можете перебрать все сущее. В Библии(24). конкретности. приведший их к наличию. что ее почти нет. выдавая тем самым. Введение в das Geviert • 159 на-ступает на человека. е. В этом библейском описании «тонкого хлада» содержится очень тонкое понимание Божества. и возвращает его к точке истока (Seyn-бытие как война). Такие боги не воюют с людьми. завоевывают человека и берут его в плен. раскинувшаяся в камнях и потоках. ставит их по разные стороны и делает их нетождественными. чем люди конвенциональных институционализированных религий: они видели в богах игру. Мы говорим „земля“. однобоко мыслить Четверицу нельзя»(28). блуждающий блеск созвездий. когда ему явился Господь.158 • Раздел 2. мыслить»(26) Хайдеггер так определяет das Geviert(27): «Земля. плодящая всходы и зверье. Небо и Землю на разные точки философской географии. Сущность божественности — в том. По разные стороны чего? По разные стороны Seyn-бытия. сознания. даже в своих законченных и возвышенных теологиях и теософиях.

будучи смертными. Божественность не бывает однозначной: о ней нельзя сказать. а не к пустому исчезновению и не к бессмысленной задержке в земном пребывании. однобоко мыслить Четверицу нельзя»(32). наличие и отсутствие. но думаем и об остальных трех. Мы говорим “смертный”. умереть — это значит осилить смерть как смерть»(31). они протягивают им навстречу несбывшееся. к. это вообще не имеет отношения к смерти. Если однобоко мыслить Четверицу (das Geviert) нельзя. Они не делают себе богов и не подменяют их идолами. она и то и то одновременно. однобоко мыслить Четверицу нельзя»(30). «из священного владычества Божества являет свое настоящее или удаляется в свое укрытие». «от сути отрывание» и «в суть погружение») всех остальных. Мы говорим „небо“. они (остальные. т. в какой они. в противном случае мы попадаем в ловушку старой метафизики. Из священного владычества Божества являет свое настоящее Бог или удаляется в свое сокрытие. но и что ее нет (сокрыта). а ночь в день. а небытия строго нет. die Sterbliche: «Смертные суть люди. различие и единство. Умирают все (остальные. С точки зрения Seynsgeschichte это всегда одно и то же движение. если нельзя мыслить только что-то одно в Четверице (das Geviert). Обратите внимание. мы должны одновременно упоминать всех остальных. облака и голубая глубина эфира.160 • Раздел 2. в восприятии Неба. пока он остается на Земле. что и жизнь. Смертные живут. в Seynsgeschichtliche эти вещи не противостоят друг другу. что она есть (явна). Введение в das Geviert • 161 остальных трех. т. Надеясь. В страданиях и несчастьях провидят они Спасение»(33). Богах или Человеке сразу же вызывает присутствие (именно «присутствие». смерть. где бытие приравнивается к сущему (которое точно и всегда есть). умирая. Теперь о том. SEIN или SEYN . И вот мы дошли до нас самих. несмотря на то. Мы говорим „Божественное“. к. но думаем и об остальных трех. Они предоставляют светилам идти своим чередом. умирает постепенно. «из священного владычества удаляется или являет». и наоборот. — факт наличия или уничтожения ничего не добавляет к смерти. появление и уход. к. что они никогда не смогут осилить смерть как смерть. то любое упоминание о Земле. «Умирает только человек. ведут способность умереть к благой смерти. Смертные живут в той мере. т. Они ожидают намека на их скорое прибытие и не путают ни с чем знаки их отсутствия. Das Geviert и непогода. в ожидании Божественных и в направлении своей жизни к смерти сбывается проживание как четверичное украшение Четверицы (das Geviert)»(34). в какой они ожидают Божественных как Божественных. мыслимая онтологически. смерть — это бытие в смерти и бытие в смерть. это то же самое. Еще Хайдеггер говорит: «Смертные живут в той мере. Небе. смерть это то. Смерть дана людям в личное пользование. не люди). но. к. т. под Небом и перед Божественным. смертных. ЗАЧЕРКНУТЬ SEIN В рукописях второй половины 1930-х годов у Хайдеггера встречается интересный образ. В спасении Земли. воспринимая Небо как Небо. И далее: «Смертные живут. не люди) не могут умереть потому. Когда мы говорим das Geviert. Оставляя ее самой себе. однобоко мыслить Четверицу нельзя»(29). спасая землю. с чего мы начали эту инкантацию. как Хайдеггер определяет Божественных: «Божественные несут нам весть подмигивающего Божества. В этом проявляется суть Seyn-бытия: открытие в нем не есть антитеза сокрытию. они не превращают день в ночь. их называют смертными. поскольку только они могут умереть. что делает людей людьми. открытие и сокрытие. но думаем и об Глава 1. они не стараются сделать погожей непогоду и наоборот. фундаменталь-онтологически.

оно являет das Geviert. сверху свет. само по себе — т. снизу плотное и конкретное). В то же время. без Четверицы (das Geviert) и вне Четверицы (das Geviert). Как только бытие проявляет себя. Божественных и Смертных. а где «лево». боги иногда . разделяя и соединяя ориентации философской географии. что можно назвать «озарением» (Lichtung по-немецки. они в Geviert'е соседи. оно тоже надламывается. приливов и отливов. нет ничего более фундаментального. но в их соотношениях превалирует не константная статика. ἔλλαμψις по-гречески). и оказались рядом с людьми. Наверное. Боги и люди собрались вокруг света Seyn-бытия и водят хоровод. исчезает. Землю. Нечто подобное должно быть начертано на наших философских хоругвях. Но как только das Geviert в чистом виде отстраняется от Seyn-бытия. приходов и откатов. оно никогда не дается нам отдельно. напряженная стихия войны и игры пронизывают das Geviert. всегда одно и то же. Das Geviert и Seyn-бытие всегда вместе. Обратите внимание на ту деликатность. перечеркнутое бытие — это и есть das Geviert. в одном хороводе. Созерцая das Geviert. Das Geviert — плод озарения и вместе с тем приглашение к этому озарению тех. И это фундаментально. Правильное мышление о нем равнозначно • 163 Глава 1. вокруг Seynбытия. Введение в das Geviert тому. Это написание. сверху прозрачное. где «право». мы созерцаем перечеркнутое Seyn-бытие (но вместе с ним и Nichts: ведь Seyn здесь перечеркнуто во всех смыслах!) — мы созерцаем единовременно Небо. наступлений и отступлений. по-другому оно не может и писаться. что бытия не бывает без Четверицы (das Geviert). Когда речь идет о фундаментальном метафизическом пророчестве. Волны откровений и сокрытий. а значит. «nichten»). но сложная и непредсказуемая событийная динамика откровений и сокрытий. когда бытие являет себя. смертные Боги Земля Но в таком повороте мы увидим удивительную вещь: люди и боги расположились рядом друг с другом на одной линии — между Небом и Землей. кто на нем сосредоточит свое жизненное мыслительное внимание. на тинг. что несомненно даже в метафизическом смысле (сверху порядок. и Seyn-бытие снова начинает проступать сквозь него (только иной стороной — через «ничтоженье». чем этот «Андреевский крест» Seyn-бытия.162 • Раздел 2. Именно такое соседство делает возможными игры богов с людьми. Небо (Мир) Люди. снизу хаос. В этом случае сверху будет Небо (Мир). Как только мы фиксируемся на Seyn-бытии как таковом — das Geviert мгновенно манифестируется. Безразличные к проблемам людей. снизу тьма. здесь различить невозможно. имеет значение все. оно зачеркивает само себя. С точки зрения Земли и Неба люди и боги находятся в одной плоскости. в одном круге. ЛЮДИ И БОГИ КАК СОСЕДИ В некоторых рукописях(35) Хайдеггер изображает das Geviert вертикально. имя. а снизу Земля. и строго говоря. с которой Хайдеггер изобразил изначальный das Geviert. е. когда оно скрывает собой Seyn-бытие полностью. Как только мы сбываемся в событии (Er-eignis) — мгновенно из него брызжет в четыре стороны das Geviert и закрывает это Seyn-бытие собой. Эта фундаментальная динамика Seyn-бытия как Ereignis’а оживляет и отношения четырех областей das Geviert’а друг с другом. образ и графика представляют собой синтез глубиннейшего фундаменталь-онтологического знания. Das Geviert Это означает. Боги собрались на собрание. в виде обычного креста.

в дуновении ветра. в весеннем воздухе. оказываются в печи. Она ни на миг не оставляет работу своей жизни. Все это становится возможным. Это ураногеомахия — война Земли и Неба (Мира). все. в налитых колосьях пшеницы. Иногда же страсть успокаивается. выносит это и снова стягивается в нетронутой свежести после расщепляющих ударов небесного грома. если расположить das Geviert именно таким образом. Введение в das Geviert мощи. Это совместное со-бытие людей и богов в общей плоскости — одно из фундаментальных следствий переосмысления фундаменталь-онтологической схемы das Geviert. т. порождается войной. Das Geviert вторгаются в сферу людей (и это вторжение блаженно). Мир не порождает ничего. направления бытия. Ураногеомахия бывает драматичной и бурной. Земля все делает земным. В Библии о тесных контактах людей с «сыновьями Божьими» рассказывается в тревожной истории о том. в красном углу. в домашнем очаге. юной красавицей или мастерски выполненной чашей — точно так же. Земля рано или поздно растворит это в священной первооснове. Быть может. Это месть Земли. к. его способ существования. в роднике. выражающуюся в шевелении великой тяжести. отсутствие у Хайдеггера именно . в хлебе. Что бы ни породило Небо в своей творческой • 165 Глава 1. Небо атакует Землю. слишком тяжела. в ночном страхе. И вместе с тем расположение Неба и Земли на вертикальной оси подчеркивает войну. Это области. в священном дереве. защищается. Земля слишком велика и изначальна для этого. но теоретически она возможна. что порождается. Боги оказываются соседями людей. окутывает плотным наличием воление Неба и тем самым спасает вещи от неподвижности и совершенства. Земля не дает миру сбыться как просто миру. прячась от лучей Неба.164 • Раздел 2. В мире — реванш Земли. ОСЬ АНТРОПОТЕОМАХИИ Можно попробовать повернуть крест das Geviert'а и по-другому. Небо разит за это Землю. Земля страдает. В случае с главенством Неба такая возможность подтверждена в рукописях самого Хайдеггера. которую они ведут между собой. они живут в ближайшей роще. мир есть период распада. Небо и Земля не отдельные друг от друга вещи — это волны Seyn-бытия. Земля дает вещам. в вине. Земля всегда готова заключить мир. в потоке. Но можно попробовать поставить Божественное на вершину вертикально расположенного креста. Как бы решительно ни действовало Небо. слишком широка. кем они не являются. наоборот. Бог Небо Земля Человек Сама симметрия такого изображения das Geviert'а подталкивает нас к тому. выстроится иная структура фундаменталь-онтологического напряжения. как люди ведут себя по отношению друг к другу и по отношению к тем. в полуденном зное. В этой войне состоит Seyn-бытие как постоянная динамика жизни. Порядок установлен в Geviert’е не раз и навсегда. Перемирие гасит дрожь сущего. Небо склонно воевать всегда. учрежденным Небом. ее контрнаступление. возможность разлагаться и возвращаться к Земле. ходят к ним в гости. Их потомками стала древняя и исчезнувшая с лица земли раса гигантов. Битва Неба и Земли приводит сущее к тому. соперничают за обладание ручьем. Тогда проявится другая вертикальная ось. как «сыны Божии» некогда увлеклись красотой дщерей человеческих и сошли на землю. Такой схемы у Хайдеггера я не нашел. собирается в себя перед саморассеиванием открытого Неба. они посещают людей или. Небо как выражение упорядочивающей области фундаменталь-онтологии не может до конца навязать Земле свой порядок. чтобы расположить вверху Бога в единственном числе. Земля закрывается от этих атак. чтобы оно стало. где один из верхних полюсов может быть взят за абсолютную вертикаль. если исходить из первичности ее расположения именно как «Андреевского креста».

— пишет Ницше). об их множественности или наличии только одного Бога. По сравнению с людьми боги бессмертны. превратить их жизнь в ад. что боги умирают (как некогда «умер великий Пан»(37)). роняют его. в отличие от обычных войн. утрачивают нить Geviert'а. приводит к поражению людей. которую они ни в коем случае не должны были одерживать. и подчас им удается убить их («Бог умер. в плен. «уничтожать». в их дрожи. это самонаказание людей. делают их впервые понастоящему свободными. уничтожая. Heilige). Das Geviert такой схемы как раз и объясняется его упорным нежеланием хоть как-то отвечать на вопрос о «множественности богов или наличии единственного Бога». сжигая дальний горизонт божественного. освобождают людей от зависимости от сущего. Боги могут убить людей. Это не месть богов. Но Хайдеггер тщательно избегает форсировать любые речи о Боге из оправданного опасения впасть в старую метафизику и онтологическую теологию. в сочетании «последний Бог» (именно «Бог». то Небо и Зем- . что открывается внутри священного. а не «боги»). «хищение со стороны чего-то высшего». как Иаков бился с ангелом (Богом) до зари. издеваются над ними. вы убили его. Здесь их отношения приобретают более враждебный характер. презирают их. Божественное в отношении человеческого пребывает по ту сторону Seyn-бытия. как страж Seyn-бытия. но победу самих людей. Но сакральное (Heilige) и есть другое (поэтическое) имя для Seyn-бытия. насмеяться над ними. святой апостол Павел был «вос-хищен» на третье небо. всегда видит божественное только как самый дальний горизонт и не может выносить суждений о количестве богов. взявшие людей в заложники. в священной недоступности их тайного собрания вокруг очага Seyn-бытия. И наоборот. атакуют их. которое дословно означает «взятие на небо». а люди внизу. о чем свидетельствуют употребления им слова «Бог» в единственном числе и. Иногда люди начинают штурмовать легкие. по ту сторону зоны сакрального (Heilige). «Сакральное и Seyn-бытие — оба называют одно и то же и не одно и то же (…). штурм Олимпа. антропотеомахия. люди теряют связь с Seyn-бытием. воздушные цитадели богов. в рабы. Боги. Случается. Победа богов над людьми (поражение людей) означает не только победу богов. если в отношении богов счет имеет хоть какое-то значение. т. соседями. победа людей над богами. Введение в das Geviert • 167 В таком повороте das Geviert'а максимальная оппозиция и противостояние развертывается между богами и людьми. Вопрос о едином Боге должен решаться на совете богов. Это не дело людей.. Поэтому человек в своей сути. Еще один вывод из созерцания Geviert’а в таком расположении: когда боги вверху. как «вос-хищение». Боги воюют с людьми. сакрального (Heilige). их «этос» (как место богов в людях) толкает их в пустыню нигилизма и техники — как плата за ту победу. Так. насылают на них язвы и страдания. это дело богов — подсчитывать самих себя. низвергаются в бездну ничто. С этим связано и такое понятие. «похищение». Как мы уже говорили. но в сравнении с Seyn-бытием — смертны. вы и я». Мы можем — и то приблизительно — судить лишь о горизонте божественного как того. скорее. Сакральное и Seyn-бытие — испытанные опытом и обдуманные — суть имена другого Начала»(36). к. Каждое из этих имен принадлежит к разным сферам: одно — к поэзии (священное. Можно вспомнить библейский сюжет о том. Поэтический эпитет «восхищение» некогда означал грубый факт захвата человека музами или духами и увода его в небесный плен. Но при этом он явно держит в уме перспективу единого Бога в фундаменталь-онтологической системе координат. борьба людей и богов. другое — к философии (Seynбытие). в частности. поскольку Seyn-бытие есть событие и несет в себе ничто как возможность «ничтожить». их совесть.166 • Раздел 2. Поэтому корректнее было бы передать эту схему так: Божественное (боги? Бог?) Небо Земля Человек Глава 1. что равносильно отказу от философствования в пространстве другого Начала. которые в предыдущей версии das Geviert'а виделись. является двусмысленной.

там прячется Seyn-бытие и открывается через то.168 • Раздел 2. пока другое Начало не начнется. Это не другая. Пересечение осей Geviert'а — это и есть самое главное «между». что имеет к нему отношение — и в первую очередь сам Geviert и его области — тоже становятся «между». в центре разные вещи. Когда человек смертный начинает осознавать себя на одной вертикальной оси с божествами. т. чтобы стать миром (Небом). а значит. Wesung) сущего-в-целом. Земля и Небо уравниваются между собой. Но в фундаменталь-онтологии у Seyn-бытия нет места. SEYN-БЫТИЕ КАК «МЕЖДУ» Здесь уместно задать вопрос. их помолвкой. е. он сбывается как событие в динамическом взрыве Seyn-бытия. Не просто оно слишком глубоко или страшно далеко: его нет вообще. он случается. «между» — это имя собственное Seyn-бытия. смыкаются между собой в хаотическом сцеплении и происходит священный брак. чтобы навести на тихой и мятежной Земле порядок. когда вспыхивает пламя антропотеомахии. когда он находится на линии «полемоса» с богами. Земля борется за то. Мир не есть отрез от сущего-в-целом. они перемещаются на одну плоскость. и мир впадает в хаос (священный или нет). Мысля Seyn-бытие как Ereignis. против себя. «Земля не есть отрез от сущего-в-целом. значит. . Введение в das Geviert • 169 Смысл бездны в том. то мы имели бы дело с Sein-бытием старой метафизики. более того. Глава 1. Сущее не делится на эти два отрезка. Мы видели. то все. Значит. и мы имеем дело только с догадками о нем. пришел их черед водить хоровод. что у нее нет дна. что расходится во все стороны от него. Geviert не есть и не становится. Geviert есть тогда и в той степени. Но и Землю и Небо (Мир) следует мыслить из того. если будем представлять ее как соревнование или битвы между разными вещами»(38). что и прежде. но напротив. Этот взрыв есть нечто одноразовое и seynsgeschichtliche. мы оказываемся в самом моменте другого Начала. Земля и мир принадлежат к Sein-бытию сущего-в-целом. где Seyn-бытие находится. В других случаях Хайдеггер располагает в центре Geviert'а Ereignis. Напротив. Но т. примирились. откладываемые от этого «между». к. только Seyn-бытие описывается в ней как событие. Так и «между» не есть «между одним и другим». Между (Zwieschen). Если бы у него была точная локализация. Мир борется за то. из Seynбытия. Seyn-бытие и есть самое основное. значит. его место всегда между местами. легкость). определяют собой положение через отношение к другому. Пока событие не сбудется. начинаем этой мыслью Начало. Когда человек чувствует вес божества не рядом с собой (тогда это не вес. Это можно назвать браком Неба и Земли. промежду (Inzwieschen) — это то. в какой есть Ereignis. тогда Небо и Земля уравниваются. что в хайдеггеровском изображении перечеркнутого Seyn-бытия это может быть Seyn. Мир есть существование сущего-в-целом. уникальное. Geviert недействителен. как нечто единственное. перестали биться. Das Geviert ля находятся в равном положении. конечное. но та же самая картина. причем собственное бытие этих концов черпается из отношения к этому «между». что полюса Geviert'а и их борьбу между собой нельзя понимать как самостоятельные сущности. «одно» и «другое» есть условные направления. они теперь вместе. GEVIERT И EREIGNIS SEYN Seyn-бытие находится между богами и людьми. чтó стоит в центре das Geviert? В разных текстах и рукописях Хайдеггер ставит на место пересечения линий das Geviert’а. на сей раз они утратили свое вертикальное противостояние. Земля есть существование (бытие по сути. Хайдеггер предупреждает. поэтому мы никогда не сможем понять войну между ними. а над собой. между Небом и Землей. что «между» ними.

Это сущее и сущее-в-целом тогда.170 • Раздел 2. эта точка не обладает самостоятельностью. представляющий собой круг людей. Только в таком случае. но сбывается. вернее. Перекрестье двух осей das Geviert’а не составляет нечто новое. ведущейся в перпендикулярных друг другу направлениях. что правильно мыслить Geviert в перспективе эсхатологии бытия. Поэтому вещь в ее фундаменталь-онтологическом измерении не просто есть как сущее. свидетельствующее о проходящих сквозь нее. Geviert не просто сущее (Seiende) или сущее-в-целом. под Небом и в присутствии знаков Божеств. Ding — это пересечение всех четырех измерений Geviert’а в одном моменте. она брошена в бездну великой войны. ВЕЩЬ (DING) Третьим претендентом на постановку в центр перекрещенных фундаменталь-онтологических ориентаций Geviert'а является вещь. Это значит. переполняя жизнью или насыщая дыханием смерти. не инструмент. будучи помещенной в свет Geviert'а. что выставлено на суд. включая его «ничтожащую» мощь. Любая вещь — например. фундаменталь-онтологически надо как перекрестье. не знак. когда событие (Ereignis) происходит. что следует остерегаться мыслить вещь в центре Geviert'а как нечто пятое. Geviert — это усилие. нет и Geviert'а. присутствует. И «на-личествуя». Хайдеггер предупреждает. Самое Seyn-бытие есть πόλεμος («полемос») Гераклита. Ding не символ. которая никогда не бывает сама собой — ее разбирают области Seyn-бытия. . на «агору» для того. «отец вещей». Мир Человек Ereignis Боги Земля Постановка в центр Geviert'а Ereignis'а показывает его seynsgeschichtliche характер. немецкое «Ding» и русское «вещь» изначально несут в своих корнях отсылку к политико-юридическим процедурам. Вещь поэтому — это перекрестье двух войн. война Неба и Земли. поскольку все священные собрания у древних народов проходили именно таким образом. чтобы принять решение относительно правомочности или неправомочности. Глава 1. Люди собирались на тинге перед лицом Божественного. Вещь поэтому опасна и рискованна. Вынесенное и поставленное в центр обсуждения как раз и является Ding. Введение в das Geviert • 171 через нее осях. это собрание людей проходило на Земле под открытым Небом. чтобы верно понимать строй хайдеггеровской мысли. Пока этого прорыва нет. Здесь важно обратиться к русской этимологии. единой войны. случается. это фундаменталь-онтологический прорыв. в котором Seyn-бытие опознается как «между» и никак иначе. вдоль которых развертывается антропотеомахия и ураногеомахия. на собрание племени. что Geviert есть перекрестье двух осей. война людей и богов. она уже в силу этого факта наличия представляет собой обязательное перекрестье das Geviert. Вот почему воспринимать любую вещь правильно. вещь становится вещью. дерево. В этом состоит динамическая жизнь вещи. Здесь важна индоевропейская этимология слова «вещь». полезности или неполезности вынесенного. Это чрезвычайно важно помнить. Das Geviert Поэтому у Хайдеггера мы встречаемся с такой схемой(39). на которое мы смотрим. Латинское «res». Здесь следует вспомнить. — есть. когда эти измерения собираются вместе для вынесения фундаментального решения. Неживых вещей в Geviert'е нет. Хайдеггер задается вопросом: что такое das Ding? И сам себе отвечает: das Ding — это вынесенное на thing. выражая собой Seyn-бытие. Какова смысловая основа русского слова «вещь»? «Вещь» есть то. ходящих по Земле. Вне Geviert’а — как действующей динамической фундаменталь-онтологической модели взаимодействия в живом ритме по обеим этим осям — ее нет. Das Ding (вещь) — то. Но на какой суд? На суд. когда осуществляется приход последнего Бога. когда Seynбытие врывается. Ding(40). Все вещи живут здесь как в поле непрерывной непредсказуемой битвы.

Человек выговаривает вещь. — высказывание. что выше его самого. но делают это по-разному. в языке и истории. называние как вызывание к наличию. В этом главное: человек относится к вещи через язык. для кого предназначается все. Все есть жертва. перед Богами и воспетая им самим. а язык помещает в вещь. Таким образом. у латинян мы тоже обнаруживаем идею собрания. И в вещь он привносит самое важное. Язык не свойство человека. В Geviert'е человек поэтически поет вещь и часто пьет (из священной жертвенной чаши) для того. Поэтому. идею принятия фундаментального решения при соучастии Земли. с точки зрения Хайдеггера. Сосна. Интересно. Небо указывает вещи ее место в мире. собранию. что вынесено на thing. Отсюда «res publica» (Республика). это гимн. Неба и Богов. боги делают их легкими для себя и весомыми для других. . она делает ее настоящей. ставит туда. Земля и Небо соединяют и разделяют вещи. ВЕЩЬ И ДАРЫ GEVIERT'а Каждое направление Geviert'а привносит в вещь нечто свое. Творит — значит. Человек творит вещь в гимне. что и латинское «res» первоначально означало «дело». Небо высветляет ее как сосну и дает ей упорядоченное достоинство. потому что они все состоят из основы. заключенной в общий строй всех вещей. чтобы петь на этом пути. Das Geviert что выносится на вече. человек есть форма присутствия языка. в поэзии(41). такая вещь. протянутая им. Священная вещь — это вещь для богов. где она находится: между Небом и Землей. Земля делает вещь наличествующей. Принимая вещи. Когда боги приближаются к вещи. Небо и Мир в хайдеггеровской карте фундаменталь-онтологии синонимы. Точно так же. как на самом деле все обстоит в мышлении. что Небо делает ее сосной. Боги суть те. раскидывая по своей бескрайней протяженности. Но имя не в смысле «имения». но при этом она их разделяет. которую нам предлагает Хайдеггер. привносит ее имя. Вещь становится священной. невидимыми и неощутимыми вибрациями. высказыванием исчерпывается высший горизонт человека как «стража Seyn-бытия». т. Священные вещи — самые легкие и самые тяжелые одновременно. например. что было предложено публике. именно то. при котором она становится видимой как именно эта вещь. что решается на нем. Небо привносит в вещь то. как немецкое «Ding» — это то. Поэтому речью. конкретной вещью и вещью. эта вещь становится наделенной их тончайшими. Небо высвечивает ее светом. является сосной потому. Божественные привносят в вещь священное. это прозрение в суть того. поскольку человек в Geviert'е еще не «емлет» вещь. Язык — это суть истины Seyn-бытия. Глава 1. в то время как Небо делает вещь «именно этой». Введение в das Geviert • 173 Человек привносит в вещь воспевание. это поэзия. к. Точно так же Земля объединяет все вещи. сущность человеческого по отношению к вещам — это воспевание вещей.172 • Раздел 2. Человек воспевает вещь и помещает ее в язык. что делает ее именно этой вещью. Это не просто метафора.

е. культуры и цивилизации можно описать как процесс прогрессирующего опустынивания Geviert’а. что делает Начало Началом. Гераклита и Парменида Платон и Аристотель не сделали однозначных выводов в духе метафизики и онтологии (где сущность сущего отождествилась с Sein-бытием). С помощью Geviert'а можно рассматривать и не-Geviert. Первое Начало до того момента. Это фундаменталь-онтологически понятый мир. он все равно в некотором смысле есть. отрыв их от Seyn-бытия. т. Поэтому и его любимый Гельдерлин. Или иначе. физике и теологии мы сможем измерить объем и качественные характеристики того. как в «оставленности бытием» и «забвении о нем». который открылся первым греческим мыслителям в первоначальном движении к философии и поэзии. как мыслил Хайдеггер Seynsgeschichte и ее этапы. ИДЕЯ ЗАСТИЛАЕТ НЕБО В первом разделе нашего исследования («Seyn und Sein») мы в самых общих чертах описали то. и отклонение от фундаменталь-онтологии можно фиксировать только a posteriori. приводящих к нигилизму. Онтология надстраивается над онтикой таким образом. Geviert как карта Начала и отступления. к той точке Начала. в других периодах. когда Seyn-бытие сбывается в уникальном и одноразовом моменте. горизонт эсхатологии бытия и явление мимохождения последнего Бога. пока из философских откровений и прозрений Анаксимандра. и вместе с тем мгновенный кадр того космоса. Хайдеггер определял место платонизма как Конец в первом Начале. искажение пропорций между различными «областями мира». оставалось вполне начальным. Всю историю философии. наложением на которую иных — неначальных — представлений о космологии. Хайдеггер прочитывает весть и послание (Geschichte) самого Seyn-бытия. поэт другого Начала. так близок по мировосприятию к грекам и греческим поэтам первого Начала. е. ГЛАВА 2 GEVIERT j`j j`pŠ` m`)`k` h nŠqŠrokemh“ nŠ mecn ПУСТЫНЯ РАСТЕТ Das Geviert — это мир как он есть со стороны Seynбытия. Geviert есть только со стороны Seyn-бытия. относящийся к Началу. общей и для первого Начала. Отсюда и проистекает такой интерес Хайдеггера к досократикам — он. Поэтому это мир. Здесь греческая мысль совершает радикальный переход от самой возможности мыслить бытие (Sein) как нечто отличное от сущего (Seiende) и фиксирует онтологическую проблематику с сущностью сущего как «вторым сущим». т. можно рассматривать Geviert как фундаментальонтологическую карту.. но только через свое обратное обращение — подобно тому. всматривается в первое Начало. мыслитель другого Начала. нарушение тончайшей начальной связи между ними. антропологии. но не как начальное явление и событие.Глава 2. и для другого Начала. Теперь спроецируем эти этапы на карту Geviert'а. изменение их статусов и позиций. в определенном смысле. которая является. Но когда Geviert не есть. характеризующихся «оставленностью со стороны бытия» (Seinsverlassenheit). чтобы объемнее представить себе их содержание. но окончательно закрывает . стремясь увидеть в нем то. начальное. Это и будет seynsgeschichtliche процедурой корректного анализа истории. что не открывает бытие сущего. В этом смысле Geviert есть и фундаменталь-онтологическая перспектива откровения мира в событии (Ereignis). Опустыниванием в таком случае будет именно опустынивание Geviert’а. Но вне этого начального момента Geviert также может быть осмыслен. поставленным надо всем остальным. что Ницше называл «опустыниванием» (Verwüstung).. а как платформа фундаменталь-онтологической критики неначальной метафизики и основанной на этой метафизике • 175 космологии.

высвечивающие сквозь человека человече- . чем можно себе вообразить. что упорно и агрессивно насаждает техническая воля к власти. Как «стражу Seyn-бытия» человеку были открыты горизонты речи и мышления — как формы существования тонких и далеких беззаботных богов. в созидающей и драматической войне-игре зеркал. платоновская метафизика проникает в эллинизированный иудаизм через Филона Александрийского. к. Небо — область света и освещения. а затем через греческий перевод Септуагинты и в христианство. Платон ставит на место Неба идею. утрачивает свой фундаменталь-онтологический горизонт. «наисущее» (ὄντως ὄν). чисто количественной материи и объект метафизики Нового времени. Землей. из живородящей тьмы Земля превращается в энтропию. но в центр Неба и. к. косвенно. Отныне это Небо метафизики — как в философском. она — дно. т. ὓλη. высшее сущее. Само Небо лежит в основании видения. вместо Неба. «преднамеренное самонавязывание». возводящий в Seyn-бытие. основой для воплощения идеи в ее конкретике. Земля тоже фундаменталь-онтологически открыта. проявляется в человеке. Seiendheit. Являясь наисущим среди всего сущего. Geviert как карта Начала и отступления. вплоть до Нового времени и откровенного нигилизма. и все версии последующей метафизики. Согласно Хайдеггеру. осознавать себя по-другому. хотя и закрыта перед лицом открытого Неба. Главным инструментом этого становится учение об идеях. Небо больше не есть экзистирование Seyn-бытия. речью сакрального (Heilige). Она ниже и шире этого. т. как существование (Wesung) Seynбытия. которое борется с другим экзистированием Seyn-бытия. она не что иное. ЧЕЛОВЕК ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ Но главное опустынивание. Человек тоже становится закрытым. вплоть до «материи» материалистов. Но естественный и открытый свет Неба. мстящую повальным распространением тленности всему тому. у Платона превращается в искусственный и «закрытый» свет идеи. в бездонности его глубины проявляется существование Seyn-бытия. идея затмевает собой Небо. что было горизонтом Seyn-бытия. Глава 2. где на место Seyn-бытия становится сущее. тождественное только самому себе и не тождественное ничему другому (в первую очередь Земле). у основания мира. «древесиной». ничего принципиально не меняют в этом вопросе. бывшая когда-то Небом. эссенция. Небо — это сущность. что находится внизу. Земля в начальном Geviert'е не просто то. • 177 ЗЕМЛЯ ОБРАТИЛАСЬ В МАТЕРИЮ Симметрично этому происходит трансформация Земли. но она уже закрыта снизу. но это больше не игра. так и в религиозном смыслах. а не бездна. замещает его. Введение логики и ее законов окончательно закрепощает Небо в онтологической статике. Это война на радикальное уничтожение. предел. субстанцией. Эта тайная открытость Земли есть бездна (Abgrund). как вспышки Seyn-бытия. Это еще священная Земля. Когда Небо замещается «идеей» (у Аристотеля — «энергией» или «эйдосом»).. Отсюда берет свое начало τέχνη. Das Geviert доступ к нему. В конце концов. Идея как выражение высшего сущего закрывает фундаменталь-онтологическое измерение Неба и превращает Небо как мировую область в метафизическую сферу. Земля как Grund (основание. в этом ее животворная мощь и темный ужас. Он помещает идею не просто на Небо. достоянием богов.. В этой открытости Неба. Если спроецировать эту проблематику на Geviert. Но в такой Земле уже можно предугадать схоластическую концепцию «materia signata quantitate». И Небо получает свою идентичность как логическое положение. присваивает себе то. а не темная мощь рождения и погибели. который начинает мыслить по-другому. согласно Хайдеггеру. бездна. почва) есть в своей сути (Wesen) Abgrund. Земля всегда ниже. Война с Землей продолжается. Небо как мировая область фундаменталь-онтологической карты в начальном Geviert'е мыслится открытым.176 • Раздел 2. священная стихия. Земля становится «материей». то самой серьезной трансформации подлежит здесь Небо (мир). грунт. Machenschaft. Небо метафизики есть план онтологической топики.

присутствующий у обычных. Когда мы входим в фазу платонического мышления. возможные зоны вторжения легких богов. расколотость и бездонность. с его особой закрытой и самотождественной сущностью. «животное. когда оно принимается. Окончательно это закрепилось в декартовской концепции субъекта и последующей за ней метафизике Нового времени. При переводе на латынь получаем «animalis rationalis». утратил доступ к своей сути. изначально разделяемая лишь софистами (например. но грубо вмешивается в сущее. хотя как вида. Логос был богом. что он может по своей воле распорядиться своим призванием охранять Seyn-бытие. а лихорадочным творением нового сущего. По-гречески это «ποίησις». корежит его. находящиеся полностью в его компетенции и зави- Глава 2. его открытость. вверенная ему свобода и есть высвечивание Seyn-бытия в том месте сущего. конституирующей его как вид. способное сделать выбор. что ему было вручено для воспевания. Здесь. что вообще ничему не соответствует. именно человеку среди всех четырех направлений Geviert'а вверено решение (Entscheidung). В антропологии греков человек превращается в «ζῷον λόγον ἒχον». он более не хранит Syn-бытие. в конце концов. язык и божественность — это предметы. т. вышибает из него то. к. становится общепринятой. Вместо того чтобы понять его значение. истоком этики и горизонтом подлинного мышления. началом философии. сквозь которую Seyn-бытие выражает себя как мысль. а «рассудок». это сакрализирующее созидание через воспевание вещи превращается в непосредственное производство. Человек платонизма и всей последующей западноевропейской метафизики — это закрытый человек: он безосновательно утверждает свое основание и свое самотождество. Опустынивание началось тогда. которое называется «человек». а может уклониться и покинуть стражу. брешь в сущем. стремится подчинить его себе. Geviert как карта Начала и отступления. В Geviert'е логос обладает человеком. Свобода человека. присвоил его самому себе. альтернативное обладанию самобытной сущностью. Он может охранять его. daimon'ом. отбросил как нечто пустое вместе с ницшеанским анализом «генеалогии морали» и предложением встать «по ту сторону добра и зла». искусственного сущего. человека-то как раз и не существует. не поддерживает гармонию в Geviert'е.178 • Раздел 2. населил истуканами и. Человек — это место языка. именует ее. Такая же участь постигает и daimon'а. с точки зрения Хайдеггера. Das Geviert скую область Geviert'а. Человек есть существо решающее. когда человек вместо воспевания вещи стал представлять и создавать вещь. быть или не быть. утверждая себя как особое сущее. и Земля. т. • 179 сящие от его собственной самотождественной природы. Так в Geviert'е. Человек может выбрать. Человек. Так же случилось и с языком. Здесь замолкают и Небо. его беспочвенность. И здесь мы подходим к очень важной черте. В конце первого Начала человек посчитал это своей собственностью. не философствующих. а не человек логосом. Отныне он приобрел уверенность в том. почитания и охраны. Человек начинает заниматься чем-то совершенно ему несвойственным. существовать как хранитель . В постсократической философии эта антропология. В Начале человек воспевает вещь. Человек отнял «этос» у daimon'а. обладающее логосом» (обратите внимание: «ἒχον» — «обладающее»). не озаренных логосом людей. И от этого решения зависит Seynsgeschichte. И даже само Seyn-бытие оставляет человека в свободном падении. Это решение фундаментально и не корректируется никем и ничем в тот момент. «ratio» — это даже не «логос». Тот же Ницше зафиксировал и «смерть Бога». начинается фундаментальный декаданс. Протагором с его «человек есть мера вещей»). его смертность состоят в том. что ему требуется. что мышление.. «творение». и боги. дерзко присваивая себе то. расшифровать заложенное в нем послание Seyn-бытия. поносившись с этим два тысячелетия. в котором выражается отныне лишь неукротимая воля человека к власти.. Согласно Хайдеггеру. которая выстраивается через его открытость к Seyn-бытию как нечто радикально иное. который был «этосом» человека у Гераклита. что означает «созидание». человек посчитал его своим свойством и через искажение навязанной логикой и грамматикой превратил из места высвечивания Seyn-бытия в инструмент «воли к власти». «Ποεσις» тогда становится не поэзией. к.

самое главное. Это эсхатология бытия. Боги есть там. кем-то еще. которое. «житейской мудрости». косноязычия.180 • Раздел 2. Люди победили в антропотеомахии. вещей. к которому вели последствия принятого решения. слишком человеческими». ВЫТЕСНЕННЫЕ БОГИ Последствия падения начального Geviert'а. Здравый смысл. Geviert как карта Начала и отступления. глупости. неучтивости. Идея богоубийства стоит в центре и христианской религии. Так началось расколдовывание мира. О трансформациях Seyn-бытия в платонической и постплатонической философии уже шла речь. как только стали просто людьми. Das Geviert истины Seyn-бытия или быть как-то иначе и. Но будучи полностью и единолично ответственным за такое решение. Люди могут убить бога. каким бы «наивысшим» оно ни . будучи совершенно свободным в этом решении. вырезать из общей фундаменталь-онтологической карты мира один фрагмент. полностью приняв решение человека в первом Начале. Люди разумные и благонадежные для богов горше яда. захлопнутых дверей. Боги суть открытость и единение. Бог может умереть. где есть мудрецы и безумцы. Достаточно закрыть хотя бы одно из направлений Geviert'а. к. это прогнать его. кого Seyn-бытие наделило мощью своей свободы. Глава 2. продумывать стратегии обороны и наступления. что происходит с точкой перекрестья по мере удаления Geviert'а от его начального (anfangliche) состояния. чем убить бога. потому что отрезанные от единства части отпадают от него на бесконечно большое расстояние. но он не властен был предопределить Конец. мыслей. Для этого не надо вести длительные и требующие больших затрат военные действия. в центре оказывается именно сущее (Seiende). Он ополчился на бытие и решил забыть о своей смертности. СУДЬБА ПЕРЕКРЕСТЬЯ Теперь проследим. идей. Решавший все сам в полной пустоте великого Начала. Адониса. человек не был свободен только от одного — от Конца. Он замостил Небо идеями. Они не выносят грубости. д. Таков и гераклитовский бог-логос: если его шепот не слышат и открываемому им единству сущего никто не внемлет. расчетливость. Хайдеггер образно говорит об этом как о «бегстве богов» (Flucht der Göttern). в решении (Entscheidung) и состояла его область в Geviert'е. Человек испортил Geviert. продемонстрировало подлинное содержание этого решения как τέχνη и поставило человека перед зеркалом его нигилистического Конца. его порчи коснулись неизбежно и четвертой области — области божественного. рациональность — самое верное оружие против богов. соответственно. В этом секрет: больше всего боги боятся глупости или. Человек повредил Geviert. Это и есть Seynsgeschichte. обратил в рабство и поубивал богов. пусть ничего не значащий. он тут же прячется. трезвость. который в этом Начале содержался и который стал неминуем и предопределен ровно в тот момент. когда окончательно (хотя еще в рамках Начала) прояснилось содержание принятого в Начале решения. Можно описать это как решающую и необратимую победу людей в ходе антропотеомахии. Тема убийства или смерти богов имеет древние корни. Многие архаические культы основаны на символическом убивании богов — такова была участь Диониса. законченных форм. т. опытность. нежели мощь того. в этой свободе. В конце концов. как боги обратятся в бегство.. его десакрализация. «практического разума». И он заплатил за это собой. а Землю сплющил до материи. что то же самое. «здравого рассудка». • 181 Пуруши индусов и т. и.. они не терпят закрытых пространств. еще более мощная. низости. человек не был свободен в организации его последствий. которое оформилось в ходе первого Начала и вскоре обрело ясные черты платоновской метафизики. посыл судьбы как мощь Seyn-бытия. Он творил онтологию в пустоте своей бурной великой воли. И он был свободен сделать это. рассчитывать ресурсы и формировать отряды. Но еще проще и легче. «человеческими. аристотелевского «φρόνησις». Seyn-бытие начинает мыслиться как Sein-бытие и как «наисущее» (ὂντως ὂν). прибегать к хитростям. Он разогнал.

форму. Глава 2. которое мы также располагали на пересечении осей. не случается Человек навязывает себя и превращает сущее в пред-ставление Земля мыслится как материя (ὕλη) и утрачивает измерение бездны GEVIERT И СХОЛАСТИКА В период Сократа. убегают Seyn-бытие заменяется сущностью (Sein als Seiendheit) Вещь становится символом. его структура рассыпается. разложимое на идею. но дополняет эту онтологию теологической концепцией единого Бога. в субстанцию. что мы ранее располагали в центре Geviert’а. свойственными Началу. чтобы проследить соответствия между фундаменталь-онтологическими пропорциями и отношениями. Бытие вне Начала никогда не Ereignis. всеобщее и пустое онтологическое apriori. мы можем отойти от Geviert’а и его мировых областей и построить. а есть всегда. требующего жизненного решения. из вынесенного на вече Неба. Единственность. выступающего вместе с тем Творцом и Создателем остального (низшего) сущего. в составное сущее. эссенцию и материю. Четверица перестает быть четверичной. Небо становится местом порхания идей. Das Geviert было. Ding. что не сбывается. банальностью и априорностью. событие. и мы накладываем карту Geviert’а на новую структуру постплатонической онтологии лишь для того. верховного сущего. этот период не приносит ничего принципиально нового в платоническую онтологию. не случается. в знак. застилающих собой Seyn-бытия Небо закрывается идеями • 183 Живые боги удаляются. «вечное». иные геометрические карты мышления. что мы имеем дело со следующим уровнем абсолютизации принципа τέχνη.182 • Раздел 2. В еще большей степени эти трансформации Geviert’а затрагивают Ereignis. Seyn-бытие больше не сбывается. Можно суммировать все эти трансформации Geviert’а в Конце великого Начала на следующей схеме. Он мыслится не как пересечение двух динамических осей. когда все сущее начинает мыслиться как некоторый аналог . редкость Ereignis’а как взрыва Seyn-бытия в его наиболее прямом и начальном выражении исчезает. превратилась в нечто искусственное. отталкиваясь от этой точки. Вместо свежести. Вещь из простого и сверхнасыщенного выражения Seyn-бытия как войны (πόλεμος). Платона и Аристотеля Geviert перестает быть собственно Geviert’ом. «эссенции». где выше всего стоит идея как «наисущее». «наличествующее». Оно отныне мыслится как нечто постоянное. как обеспеченное. богов и людей вопроса. как высшего из сущих. внезапности. Geviert как карта Начала и отступления.. Seyn-бытие перестает быть событием. «сущности». Хайдеггер считает. «всегда присутствующее». При этом происходит автономизация центра Geviert’а. уникальность. и их позднейшими искажениями. Такая автономизация создает новую карту философии. Еще больше Geviert отклоняется от своей изначальной структуры в период доминации христианской теологии и схоластической философии. от этих осей независимая. символ. перестает случаться. — вещь. которая перестает быть фундаменталь-онтологической и становится онтологической. На месте события встало его отрицание. событие. постоянством. Эта точка больше не мыслится как Ereignis. Земли. По Хайдеггеру. наделенную к тому же второстепенными свойствами или качествами — акциденциями. Изменяется и то третье.. раскладывается на форму и материю Ereignis’а не происходит. Закрепив эту точку «наисущего». «гарантированное». молниеносности и новизны мы имеем дело с привычностью. но как самостоятельная и фиксированная точка. в этом состоит наиболее глубокая характеристика неначальной (старой) онтологии. нечто противоположное событию — то.

и даже не та ὓλη.. • 185 ляет к ее структуре совсем немного — отдельные детали. то Земля в креационизме как materia (prima и secunda) остается только закрытостью. Такое представление о Боге ломает Geviert. Самое главное в теологии — это качественное изменение статуса божественного. они были подвижны. ens creatum является и сама Земля. драматические войны и одновременно внутреннее единство мировых областей Geviert'а — все это оказывается несовместимым с креационистской метафизикой богословия и схоластической философии. Первая представляла собой что-то аналогичное тому. привносит в вещи смертность и тлен. сравнение новой богословской онтологии и космологии с Geviert’ом становится все более сложным. превращает его в асимметричную схему. сотворенными сущностями. в качестве абсолютной аксиомы постулируется строгое единобожие. летучи и тонки. что в Geviert'е Земля выступает как начало закрытости. как данность. временной и подверженный тлению мир. т. . кто есть. Бог заключает с людьми Завет (своего рода контракт) и строго следит за его соблюдением. В схоластике материя делилась на два вида: materia prima и materia secunda. кто строго держится его пунктов. создающий вещи и предметы. Те фундаменталь-онтологические подходы. землей.184 • Раздел 2. Между миром и Богом — отношения строгой трансцендентности. Все тварное есть в каком-то смысле земное. глины. их число невозможно было подсчитать. Бог монотеизма не имеет ничего общего с богами Geviert’а. Он есть. Она. Seynsgeschichtliche функция Неба (мира) у Хайдеггера заменяется Божественным Промыслом. но утрачивает свойство сохранности. И Небо (мир). всегда равен себе. И не случайно. во главе которой на абсолютном и неизмеримом расстоянии от всего остального стоит Бог. из чего был сотворен мир. субстанция. Земля отныне — это только прах. Отношения людей и Бога приобретают жестко юридический и моральный характер. которую мы видели в Начале. С точки зрения философии религия добав- Глава 2. материя. Он неподвижен и вечен. На другой стороне от трансцендентного Бога находится Земля. но в то же время и не не суть. тлена). В определенном смысле. Бог теологии не часть мира. Показательно. Если вспомнить. человек не более чем тлен. что не Бог. укрытия. из которого был создан преходящий. которую рассматривали греческие философы. Бог не имеет общей меры с миром. Тем не менее кое-какие параллели установить можно. он запределен. Мир создан им из ничто и не имеет никаких перспектив качественно изменить свое «ничтожное» качество. праха. и более того. а не Четырех. Geviert как карта Начала и отступления. Он есть высшее существо. почвой. снабженную дополнительными свойствами и атрибутами. Материя как выражение ничто ничего не хранит и ничего не укрывает. и человек отныне являются тварями. без всяких сомнений. тончайшие различия. как между горшечником и слепленным им горшком. но его Творец. не та Земля. Он есть Тот. е. что христианский период западной истории проходит под знаком Трех. сотериологическим и эсхатологическим сценарием. Вся мыслительная топика остается прежней — метафизической и онтологической.. Вместо богов и открытого вопроса о возможности единого Бога. Он строго единственен. закрывания. укрытия. одновременно сущий и творец бытия (как бытия мира). Между миром и его Творцом утверждается непроходимая пропасть. устраивающим мировой порядок в соответствии с творящим. С философской точки зрения легко узнать в нем высшую идею Платона. хотя и особой. но вместе с тем и сохранения. Онтологическая структура. конечно. штрафуя нарушителей и поощряя тех. в их отношении правильнее было сказать. небесной. что и Небо отныне именовалось «твердью». стало Землей. Бог — это абсолютный субъект и абсолютный объект. напротив. Слова псалмопевца «Помянем яко персть есмы»(42) говорят нам только об этом: созданный из земли (персти. Das Geviert технического производства и высшим сущим признается демиург — мастер. что они не суть. За Небом и его населением (ангелами) признается определенное превосходство в рамках общей иерархии тварей. но никакой онтологической особенностью Небо больше не обладает. ens creatum. то самое ничто. которые оживляли Geviert. выражающий собой ничто. отвечающую за телесную ощутимость и конкретное восприятие созданных вещей. видоизменяется еще больше. таким образом. Но это уже. Все. а вторая — пластическую субстанцию. Эти боги были частью мира.

что касается вещи. вообще.186 • Раздел 2. к этому и сводится ее идентичность.. Хайдеггер склоняется к тому. то у Фомы Аквинского сама природа (Natura) подражает техническому мастерству Божества. • 187 шествие Христа. а именно другого Начала. «оставленность бытием мира» (Seinsverlassenheit). В целом схоластика принимает аристотелевскую теорию вещи (форма и материя). «перстный». и ее онтологическое значение полностью совпадает с ее местом в иерархии творения. Человек. Бога-Слова (Логоса). Ereignis. и человеческое производство. имеющим для всей христианской веры абсолютное значение. но общая креационистская перспектива однозначно толкует вещь как созданную вещь. не появляется и в теологической картине мира. res creata. Таким событием является При- Глава 2. сконцентрированную в сотериологии — учении о спасении души. Пропорции между природой и культурой существенно меняются в пользу культуры. ни высота Небес не являются для него более преградами. форме ставиться вообще не может. Но для Хайдеггера теологические утверждения представляют собой лишь движения в пространстве платонической метафизики. становится образцом и парадигмой для осмысления процессов в природе. «забвения о бытии». Так. Наконец. в целом представление о вещи как об ens creatum. «перстным». начинает мыслиться как огромный. Поэтому Хайдеггер уделяет разбору теологии не так много внимания. хотя ее корректное истолкование потребовало бы углубленного экскурса в богословие. а с фундаментальонтологией. но способен обратиться к Богу напрямую: ни широта Земли. где мы располагали Seyn-бытие. Поэтому человек. которая. Абсолютная удаленность Бога апофатически открывается как его близость. Бытие перестает быть не только Seyn. Было бы совершенно некорректно рассматривать христианскую космологию как особое издание Geviert'а с событием (Ereignis) Пришествия Христова в центре. созданный Творцом механизм или аппарат. хотя в отличие от Платона в христианстве мы сталкиваемся с событием. ens creatum. Бог-Творец трансцендентный ENS INCREATUM ENS CREATUM Небо Завет Воплощение Человек Земля . и даже в чем-то выше Неба. Geviert как карта Начала и отступления. что Ereignis — это. открывая человеку путь обожения. В такой ситуации вопрос о бытии как таковой в корректной. с одной стороны.. Путь на Небо открыт ему Христом. в свою очередь. свойство не всякого Начала. то эта точка в теологии также трансформируется. ставится выше остальной твари. но и Sein. В христианстве это дополняется и другим важнейшим вероучительным положением: Воплощением. Если у Аристотеля τἐχνη еще есть. Сам Бог-Творец в одном из своих Лиц воплощается в человеческой природе. существенно приближает нас к последующему триумфу того. и Новым временем — с другой. что Хайдеггер назвал «Machenschaft». Das Geviert Негативное уравнивание в правах трех участников Geviert’а перед лицом трансцендентного Бога имеет и «положительную» сторону. Можно суммировать изменение Geviert’а в схоластическом богословии на следующей схеме. то она здесь превращается в тварь. разделяясь на две части — бытие Бога (как высшего сущего) и бытие мира как тварного бытия. где фундаменталь-онтологическая проблематика невозможна. И в этом он видит признак «удаления бытия». поэтому помещать его в центр Geviert'а надо с учетом этой поправки). Что касается точки пересечения осей Geviert’а. Но и не отметить этой параллели нельзя. хотя и созданный из ничто. оставаясь тварью и «земным». Хайдеггер понимает Ereignis совершенно иначе и связывает его не с сотериологией. по мнению Хайдеггера. Ereignis и вещь. в каком-то смысле. подражание человеком творческой мощи φύσις. исчезнувший из горизонта философии сразу после Начала (более того. возведенное в степень Божества. рассматривая христианский период в истории западноевропейской философии как затянувшуюся интерлюдию между Платоном и Аристотелем.

экономической системы. собственно западноевропейских. западноевропейской истории (Geschichte).. Спинозы и особенно Р. в некотором смысле. Ф. Философы Возрождения интуитивно догадывались о том. Отсюда такое влияние идей Демокрита на Галилея и Гассенди. лишь вскрывал главный посыл изначальной греческой философии. В философии Рене Декарта это достигает своей кульминации. νους и т. Так складывается философская топика субъекта. Поэтому в философии Нового времени мы встречаем и следы многовековой работы схоластического образа мысли. на самом деле. Галилея. Б. д. мыслящее ego (res cogens). Ньютона. парадигм. взятого к тому же в латинском переводе (что упускало многие важнейшие стороны собственно греческого мышления). Главной инстанцией в вынесении онтологического суждения о бытии Декарт называет человеческое ego. сущности сущего. все то же категориальное мышление с отсылкой к онтологии. где за большими обобщениями. • 189 Новое время с первых своих манифестов и программ обнаружило себя как время τἐχνη. отсюда неоплатоническая Академия во Флоренции (Гемист Плетон. Западная Европа обратилась к новому стилю философствования. однако. идее и т. вывело и проявило все заложенные в ней следствия. судьбу западноевропейской мысли и. Das Geviert В этой схеме следует обратить внимание на то обстоятельство. богами. которые смогли проявиться с большей ясностью. Новое время не преодолело старую метафизику. идеями и космогоническими конструкциями уже мерцала предваряющая тень будущего субъекта. который назывался тогда по-другому — ψυχη. схоластического аристотелизма и давления богословских аксиом. Именно человек ответственен за «порчу Geviert'а». техники. Бэкона. что наряду с действительно «новыми» (по сравнению со Средневековьем) элементами этой философии мы видим в ней продолжение. по мысли Хайдеггера. Geviert как карта Начала и отступления. и всплытие более глубоких. Будучи радикально новым движением мысли. д. Пармениду. онтологически конституирующего своим мышлением объект (и Бога — в деизме).. И. Мы показали. откровенностью и отчетливостью. в большинстве случаев некорректно и упрощенно трактуя их мысль.) напрашивается сама собой. После долгого периода доминации теологии и схоластического (избирательного) аристотелизма. Марсилио Фичино. всплеск интереса к милетской школе. четыре стихии. Платона на Николая Кузанского. д. так же как Платон и Аристотель представляли собой эпоху конца . обнаруживается в полной мере. Пико делла Мирандола и т. Лукрецию и т. д. что. поставившего своей целью освободиться от средневекового догматизма. четыре стороны света. а связь этого символа с различными учениями о четырехчастной структуре мира (четыре времени года. Новое время было временем начала Конца. но лишь довело ее посылки до логического конца. несмотря на то. Благоприятные условия для этого создавала протестантская Реформация. с формальной точки зрения такой поворот. Эпикуру. стихиями. И хотя о значении и символизме четверичности Креста написано множество экзегетических и мистических текстов. четыре евангелиста и т. его зеркальное отражение. Поэтому Возрождение с новым пафосом принялось открывать для себя древнегреческих авторов. что сама структура христианского богословия противится изображению ее в четверичной фигуре. Декарта. В Новое время это обстоятельство. представляя собой. предопределившее ход становления первого Начала. причем отныне главный полюс техники переносился со средневекового Бога-Творца на самого человека. подчеркивает. соответственно.188 • Раздел 2. общества. завуалированное в эпоху схоластики. бросавшая вызов католическому догматизму и непререкаемому доселе авторитету церкви. что фигура Креста является главным знаком христианства. к сущности христианской онтологии это отношения не имеет. Хайдеггер. что выражено в его формуле «cogito ergo sum». д. GEVIERT В МЕТАФИЗИКЕ НОВОГО ВРЕМЕНИ Философию Нового времени принято отсчитывать от Г. политики и т. именно человеку было вверено решение (Entscheidung). ставшего с эпохи Возрождения главным «творцом» культуры. развитие и утверждение все той же платонико-аристотелевской метафизики. что наступающая в Европе эпоха глубинно связана с периодом первого Начала. Глава 2.). д.

отождествляя рассудок с сущностью человека. вплоть до этологии (К. causa sui. Что касается «animalis». логическая первопричина онтологический аргумент (бытие из мышления) Субъект Низший объект. Субъект — это сущность (essentia. Лоренц). автономную структуру все того же rationalis. Поэтому объектами в такой системе координат становятся все остальные члены Geviert'а — Земля. • 191 разрывно связано с субъектом. Понятие объекта не- Глава 2. Во-первых. бытие есть функция от мышления и субъектности. что в данном случае структура Geviert'a еще более исказилась. Во-вторых. Das Geviert первого Начала. «стоящее напротив» или русское «пред-мет» — то. земную (материальную. Первоначало. следовательно. тождественная с его способностью к рассуждению. приоритетно обосновывала английская эмпирическая философия — в первую очередь И. если наложим топику Geviert'а на философскую схему Нового времени? На месте человека появляется субъект. οὐσία) человека. res extensa. Но вместе с тем новаторство этой философии состоит в том. т. — у Гегеля и Ницше: оба они усердно и непрерывно обращаются к грекам (в первую очередь к досократикам и особенно Гераклиту). а «rationalis» сделает главным свойством субъекта уже Декарт. Geviert как карта Начала и отступления. «протяженную вещь». которые подводили итог метафизике Нового времени. Земля и Небо совокупно составляют объект низшего порядка. Субъект представляет собой фигуру. заменяющей собой Seyn-бытие. которое отныне становится производным от суждения субъекта: мышление субъекта есть доказательство его бытия. Бог (причем речь идет о Боге переосмысленном из теологического контекста.. который еще более очистит философскую топику Нового времени. Небо. что сразу отсылает нас к платоновской идее.. Субстанциальное тождество Неба и Земли. речь идет о сущности. что «метнули перед чем-либо»). Со всех точек зрения субъект является прямой конструкцией старой метафизической топики. нечто пространственное (по Декарту). что лежит перед субъектом. Эссенциалистское мышление и эссенциалистское толкование человека как обобщающей сущности (вида-εἶδος) еще более укрепилось в христианской теологии. что пред-лежит ему (отсюда немецкое Gegen-stand. вплоть до Спинозы и. хотя в Возрождении делаются робкие попытки обратиться к своеобразной версии политеизма — в гилозоизме Б. Объектность их различна: Бог — объект высшего порядка. res extensa (Небо и Земля). Объект — это то. Небо слилось с Землей: природа небесных тел была распознана как строго аналогичная природе тел земных (что отрицалось всеми предшествующими фи- . которая ставится в центре всей онтологической конструкции. Ньютон. Итак. о Боге в единственном числе.190 • Раздел 2. существование которого рассудок постулирует. Далее эта тема будет развита у Канта. Начало отражалось в Конце. е. пантеизме Дж. е. Бог деизма. Человек как субъект превращает все остальное в то. телесную) природу Неба. в основе субъекта лежит определение человека как «animalis rationalis». сформулировав конструкцию «чистого разума». Что мы получим. немецких романтиков). В еще большей степени это очевидно у тех западноевропейских философов. Поэтому субъект основывается на всей этой метафизической базе. рациональной деятельности. материя Мы видим. Высший объект. позднее. Бруно и алхимической традиции. чем он сам не является — в объект. «мыслящего животного». что выдвижение на первый план субъекта освобождает его (как последнее философское издание человека) от зависимости от каких бы то ни было вышестоящих онтологических инстанций и в первую очередь от бытия. т. Телезио. задумываясь о своем собственном происхождении. в философии Нового времени мы получаем следующую дисфигурацию Geviert'а. то этим позднее займется Дарвин и эволюционисты.

Хайдеггер говорит о «войне Seyn-бытия с сущим»(44).). его альтернатива и процесс его искажения. Gestell — это фундаментальная работа сути человека по разрушению Geviert. д. Предмет — это уже не вещь. Gestell — прямая противоположность Geviert'у. Эта война основана на том. Человек подменяет вещь сначала символом. — а решение во всех случаях принимает человек как носитель речи как формы существования Seyn- . если оно становится одним из вопросов наряду с другими. но различные произведенные им самим вещи. Gestell — это фундаментальное явление для Хайдеггера. Это индустриально-экономическая версия «вечного возвращения» Ницше. сокрытие (Verbergen). серийному производству. в ее наличности. «опустынивание». GESTELL КАК СУДЬБА Здесь мы подходим к ключевому понятию философии Хайдеггера в последний период его творчества — к понятию «Gestell» (дословно: «по-став». он воспроизводит предмет (Gegenstand). Когда человек больше не способен конституировать и воспеть вещь (Ding) в ее сакральности. знать не хочет. низвержения(43). и низшего) стало делом субъекта. потом сотворенной вещью. Предмет не просто другое название вещи. а значит. Gestell — это судьба человека. неумолимо надвигающаяся катастрофа. Поэтому человек постепенно переходит к массовому. Если же вопрошание конституируется не должным образом. Gestell есть глубинная суть τέχνη и Machenschaft.. Глава 2. мертворождающими конструкциями человеческого рассудка. Эта философская топика Нового времени является принципиальной. если на него дается слишком поспешный или неверный ответ. Но вместе с тем сквозь само это разрушение Хайдеггер слышит голос Seyn-бытия. от свободного и горделивого существования (Wesung) вещи. В этом производстве нет места ни Небу. что более всего остального заслуживает вопрошания. что на следующем этапе философия Нового времени и вовсе ее отбросит). Предмет — это конец вещи. Бог деизма постепенно лишался свойств субъекта и становился ментальной абстракцией (немудрено. Они оказываются слишком «спонтанными». Gestell — это Verwüstung. ни богам. полностью находящимися в его воле. ни Богу. е. поскольку он сам же их и производит. Постепенно его начинают раздражать не просто природные вещи (такие он старается искоренить как класс). это далекая производная от вещи. принятого в первом Начале. последнюю стадию разложения Geviert'а. что соотношение Seyn-бытия и сущего является проблематичным и неочевидным. независимыми от его воли. потом объ-ектом. с помощью которого человек Запада реализует свою историю (судьбу. в «производителя» и на определенном этапе вообще ничего больше. Geschichte).192 • Раздел 2. «свободными» и «автономными». что имеет дело только с искусственными предметами. в основных своих параметрах представляет собой карту Конца. Seyn-бытие существует (west) через эту суть. в ее поэтичности. Gestell может быть рассмотрен как фундаментальная seynsgeschichtliche работа по разрушению (искажению. Geviert как карта Начала и отступления. Без учета этапов деформации и сокрушения Geviert’а Gestell непонятен. Здесь всецело царит человек.. Суждение о бытии объекта (и высшего. Этот голос — молчание. т. правовой субъект. который ранее сохранял еще какую-то корреляцию с его первоначальным обликом. Gestell — это суть человеческого существа на пути развертывания последствий решения. к. но и его можно и должно услышать и расшифровать. Так постепенно происходит опредмечивание мира. Это то. • 193 А все началось с поэзии… Человек настолько отрывается от мира и его областей. «к вечному производству одного и того же» — «ewige Herstellung der Gleichen». когда вместо пересечения двух животворящих осей войны в Geviert'е мы имеем дело с искусственными. «покинутость бытием» (Seinsverlassenheit). Из поэта человек превращается в «пролетария». «самобытными». И как суть (Wesen) она связана с Seyn-бытием. т. пред-метом. разложению) Geviert’а. Das Geviert лософскими толкованиями устройства мира). но вместе с тем действие. но также «су-став»). кроме экономики. политический субъект и т. ни Земле. и только человек как субъект (хозяйственный субъект. разрушения.

отказом от признания Бога. невыполненное задание. самонадеянное забвение о Seyn-бытии. Глава 2. они должны мыслиться одновременно и как противоположности и как непротивоположности. а в теологии бывшего основой всей онтологической конструкции. когда Seyn-бытие неверно мыслится как Sein-бытие. можно было легко обнаружить уже у Декарта. Это рассмотрение дает некоторые наглядные образы и фигуры. Но в осмыслении этой мысли лежит ключ ко всей философии Мартина Хайдеггера. нелогично. это самая непростая из мыслей. увиденный фундаменталь-онтологически. которая воплощает на практике основные тенденции. его неудача. все равно остается в рамках западноевропейской . так одно из четырех измерений пропадает самым радикальным образом. это мир. его самоотрицание. Здесь мы приближаемся к самой важной теме: как мыслить нигилизм и катастрофу Конца философии недуально? В дуальной схеме Geviert мыслится как нечто аутентичное. искажению и уничтожению такого мира. обнаруживающиеся тогда. Новое время достигает своего пика вместе с индустриализацией. Хайдеггер показывает. и во всех остальных онтологических картах. Таким образом. Gestell — это полный провал человека. отдельной мировой области. что атеизм. социальную. когда Новое время из философской программы претворяется в политическую. и здесь можно было бы теоретически закончить разбор деформации Geviert'а в западноевропейском мышлении. Но все же между началом Конца и самим Концом есть некоторая дистанция. Geviert как карта Начала и отступления. которая. Это называется «атеизмом». В этот период мировые области Geviert'а претерпевают наглядные изменения. радикально изменяя онтологическую топику. Это не простая мысль. если угодно. Мыслить надо недуально и. сложившиеся со всей откровенностью в философии эпохи Модерна. его неосознанное как таковое умирание и убийство всего вокруг себя. Geviert — это мир. облегчающие понимание умозрительных философских проблем. его катастрофа. Самое существенное изменение касается Бога. Seyn-бытие открывается как Ereignis в Geviert'е. так или иначе присутствовала в философской топике. что такое дуальное мышление в корне неверно. Фраза Ницше «Бог умер» означает радикальное изъятие из онтологической картины не только конкретной фигуры Бога.. идеологическую и экономическую практику. Geviert открывает Начало. которая была и в Geviert'е. божественной Личности. основное содержание которых. Das Geviert бытия. начиная с Geviert’а и до Декарта. но аннулирование целого измерения. но в предельном горизонте — одно и то же. Gestell есть работа по приближению Конца. как он существует (west) по сути (Wesen). серия по-дурацки сформулированных вопросов и еще более дурацких ответов. Вот это и есть настоящий конец Geviert'а (Четверицы). Но Хайдеггер всеми способами подводит нас к тому. рушится целая область мира.194 • Раздел 2. Противоположности должны не просто преодолеваться синтезом (как чем-то третьим). Но при всей фундаментальной — самой фундаментальной из всех — противоположности Seyn и Sein. — то Seyn-бытие вступает с сущим в войну. а Gestell — как неаутентичное. Он появляется как скелет мира.. Sein-бытие — как рутина в Gestell'е. они не суть разное. это его никогда не кончающийся конец. ранее обязательно присутствующего в философской топике. Оно никогда не может решить философскую проблему или даже ее корректно поставить. Gestell — это упорная. впрочем. многовековая и целенаправленная деятельность по разрушению. Как это совместить? Как увидеть и в том и в другом ровный и тихий голос Seyn-бытия? Как распознать в этом судьбу (Geschick — Geschichte)? Gestell — это сущность неаутентичного состава мира. В Конце философии «Бог умирает». в котором почитается Seyn-бытие. но всего измерения. Пожалуй. Имя этой войны Gestell. • 195 ИНДУСТРИАЛЬНАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ ЧЕТВЕРИЦЫ С философской точки зрения Gestell полностью обнаруживает себя в метафизической топике Нового времени вместе с Декартом. «Бог умер» означает не просто перечеркивание высшего сущего. Но для наглядности можно проследить и более конкретные трансформации.

тем. но исключительно на рынке. Те. вторые — к нигилистам бессознательным (коммунизм. Das Geviert метафизики. не в окружении святого собрания. общей субстанции приравнивает Небо к Земле. что ранее выполняло божество. человеком торгующим. Последние люди — люди Конца. переживаний. Об этом писал Ницше. довершив ту десакрализацию. которую начали платоновские идеи. позднеисторических механизмов — производства. товар. бесконечно малым. материю(45). она уже существует не на тинге. чтобы добиться невозможного. ее травят химикатами. чтобы лишить ее дыхания — газа. травит. Одни производят вещи. от кого трагизм данной ситуации ускользает. Человек становится человеком производящим. отдать энтропии. оставленное там. говоря о «последних людях». и все они вместе создают единый поток позднечеловеческих. взрезают ее внутренности. растаскивая кто что может. чтобы достичь ее черной нефтяной крови. никаким. что сделал самого себя микроскопическим. Неба как Неба больше нет. Повсюду человек встречает только земное вещество. Geviert был обрушен гигантами.. предпочитают говорить так: «Ничто не одобряет и не осуждает». теорию относительности. фашизм). потребления. • 197 становится «ресурсом». а позже в христианстве Небо стало престолом Бога. е. они сами становятся мусором. триумфа науки и техники — через полеты в космос и проникновение вглубь вещества. теорию поля и т. Индустриальная топика может быть отображена на следующей схеме. палит и мучает. так и формулируют дословно: «Ничто одобряет или осуждает». Урожаи из нее выбиваются насильно. героического начала Нового времени. хотя и признает его «тварным». а сам Gestell. и человека. на место аннулированного измерения ставится другое. Пролетарии и буржуазия окончательно крушат то. Земля Глава 2. означающего «божественное» одобрение. по качеству общего вещества. т. спустить на «нет». выполняет в метафизике индустриального мира ту же роль. в ней проделывают глубокие дыры. и все остальное. и событие. Те. Человек индустриальной эпохи далек от человека Geviert'а больше. где раньше пребывало Божественное. опустошает. чем себе это возможно представить. Возрождения. Geviert как карта Начала и отступления. нещадно насилует. то сегодня саму Землю человечество пускает на пыль. кто могут смотреть правде в глаза.196 • Раздел 2. Пустое место. Оно продолжает оставаться источником высшей легитимации. Вещь при этом превращается в индустриальный продукт. Средневековья. но окончательно Небо как Небо исчезает в эпоху индустриализации. Производя горы мусора. Спутники — это идеи индустриальной эпохи. либералов и философов жизни). а «последние люди» лишь копошатся среди развалин. третьи потребляют. Спутники замостили Небо мигающими аппаратами. приятие. проживание (у утилитаристов. железными корпусами и всепроникающими радиоволнами.. Он настолько раздул свою субъектность. согласие. т. желаний. замещающий собой и бытие. . к. опрыскивает кислотами и отходами цивилизации. жажды. квантовую механику. губит. Земля также перестала быть Землей. т. Небо было вместилищем идей. что было разрушено перед ними титанами Античности. что надо вычерпать и уничтожить. вече. либерализм). е. Ньютоновская космология принципиально. скалькированное с прежнего — это либо материя (у материалистов и марксистов) или «ничто» (у агностиков) или польза. Только отныне ничтожность этой легитимации позволяет говорить о «легитимации со стороны ничто». ценность. д. человеком потребляющим. Первые относятся к сознательным нигилистам (Консервативная Революция. и вещь. Если ранее сам принцип Земли выступал как нежный женский саботаж небесного порядка. И уже не собственно человек как субъект становится мастером мировой игры. другие перепродают. Промышленное производство становится судьбой homo economicus и предопределяет наиболее существенные стороны индустриальной эпохи — истерическое накопление капитала и попытки перераспределить производимое в свою пользу со стороны революционного пролетариата. высшего мягкого кивка. Homo economicus. Ничто одобряет или осуждает судьбу человека. Начиная с Платона.

но это зрелище не для слабонервных. как земляная блоха. прорваться к Seyn-бытию. Он не «животное». не будет больше человека. способный нагромоздить потоки информационных данных. Поэтому немудрено. Это animalis. это сверхчеловек-техник. Но с философской точки зрения индустриальная эпоха не добавляет ничего принципиального — в общем.. Фукуяма) объявили о «конце истории» (Geschichte). потому что он никто. Das Geviert Ничто. и моргают»(46). отсутствующий Бог. последний человек живет дольше всех. интересы Gestell Вещь как товар Homo economicus производитель/потребитель Природные ресурсы (земные. Человек становится постчеловеком. Наступив. освобожденный от rationalis. догадываясь. „Счастье найдено нами“.. Не выполняя этого. Тот же Ницше говорил о «последних людях»: «Его род неистребим. к. как последние люди? Это не animalis. но механическая первертная греза выпотрошенного человека создает образы на экране. • 199 Основные мировые области (Weltgegenden) Geviert'а могут быть обнаружены и в Постмодерне. Звероподобие и бесовселение — последние иллюзии последнего человека. Вместо Неба зияет огромный экран рекламного билборда. выдавливаемые ранее под порог восприятия стоической работой сознания. юзер. т. к. занимающийся web 2. он не зверь и не бес. «ζῷον» способны делать и желать такие мерзкие вещи. ценности.0. тыкающий пальцем и глазом в «дружественный интефейс». А кто? Ведь нельзя же назвать «это» «человеком» ни в одной из известных нам топик. Он ставит вместо вопросительности своей идентичности поспешный и заведомо неверный ответ. Так создается человечность. философском виде все это ясно читалось уже у Декарта и Ньютона. не состоится. он не наступит.198 • Раздел 2. потому что он не животное. способного принять решение о том. он — недочеловек. На нем проецируются темные желания субъекта. что конец — это Конец. правда. кроме как считать. Фукуяма. которые предопределили Новое время в его качественных границах. До нее Хайдеггер. где говорится о «звере» и его числе. Он свергает рассудок и хочет быть животным. ловко соображающий. «живые». провозгласивший «конец истории». не дожил. С одной стороны. утверждая себя как человек. Но разве такие animalis есть в сущем? Разве животные. что таким образом он найдет в «звере» самого себя. где вся топика — еще один раз — претерпевает существенные изменения. последний человек в отчаянии бросается к фигурам христианского Апокалипсиса — к тем местам. — говорят последние люди. и его цель не становиться кем-то. С другой стороны. и поэтому Конец будет «бесконечным». переживания. Не в силах быть человеком (это бытие как строгая формула само по себе есть заблуждение). СИМУЛЯКР Далее в западноевропейской истории следует еще одна фаза. космические) С точки зрения формального подхода это выглядит совершенно «новым» в сравнении с картой картезианской метафизики. Глава 2. и взять на себя ответственность за эту глубинную конечность Конца. т. что долго такая человечность не держится и обрушивается в какой-то момент (в момент Постмодерна) в новую химеру — в человека-зверя. Показательно. но не может им быть. не становясь никем. человек уже совершает непоправимую ошибку. прозрачной завлекающей витрины. чтобы дать его свечению речь. что Ф. Geviert как карта Начала и отступления. что осознание этого конца как онтологического явления не состоится. признав при этом. которой нет. но. пе- . упомянул в названии своей книги и «последнего человека»(47). Так как последний человек не умеет ничего другого. В постиндустриальном пейзаже цивилизации определенные мыслители (Ф. он пытается «счесть число зверя». Речь идет о Постмодерне. тоже вариация постчеловека: это потребитель. не сбудется. компьютера. дает о себе знать.

Его смерть потеряла всякое значение. Его тут же принимаются ловить. Бин Ладен и Аллах меняются местами. Он нигде. экс-президент США Дж. Вещи превращаются в симулякры (Ж. и реализуется утопия. женскую фигуру.. Но оставим эту страшную тему точной квалификации наших современников. «обретших счастье». по определению Бодрияра. болтают. Погоня за ним становится детективным сюжетом. Товар. Das Geviert реходящий по бесконечным ссылкам. За нее борются как за место хранения мусора. но он снова появился. Земли тоже больше нет. но не могут поймать. Он возвращается из модернистского ничто в форме дурашливой карикатуры. полезность. Земля открывает себя через место. в утопии телеэкрана. тела умерших или их сожженный прах. куда зарывают отходы. в других философских топиках. пейзаж или художественный текст. он просто ищет в базах данных то. Он — президент США. уже больше не идея. Симулякр. что более соответствует его представлениям о «сейчас». все места становятся одинаковыми. strike Iraq!» («Бог сказал мне — ударька по Ираку!») Мы уже ни возмущаемся. Земля отныне — это то. «Кто-кто. что ни говори про «бога» или не про «бога» — все примут. ему вполне может позвонить сам Бог. Вместо вещи Постмодерн утверждает пятна Роршаха. где самое далекое банально. но напряжение публики не спадает. подмигивающим предметам. потеряла всякое значение. • 201 ресуют гораздо больше. которая забылась. С точки зрения Хайдеггера. что «Бог не умер». Земля исчезает в легкости коммуникаций. отходы производства. сегодня нет дистанций. более не требуется. то ли это экранные изображения. Это постоянное интернавтическое блуждание по симуляционным. входят в Интернет. Нет. Они становятся производным от моды. почему он принял решение напасть на Ирак.. а если кого-то и интересует. естественное место. Если бы на предшествующей стадии опустынивания (в Модерне) кто-то сказал. ничто друг от друга не отделено. а хранилище отходов. где нет места. что заблагорассудится — портрет президента. глядя в экран. а близкого просто не существует. Его больше даже никто не гонит. А сегодня мест нет. Буш-младший провозгласил: «God said me. то не более. не дожил. он неуловим. Бог становится шуткой. включая мусор человеческий — самих «последних людей». слава богу. Принимаем как должное. не знак. который говорит на камеры: «Аллаху Акбар!» «Аллах велик!». чем Бог. будь то радиоактивные отходы. города. то его посадили бы в психиатрическую клинику. она превратилась в виртуальное пространство. От последнего безразличия. все места.200 • Раздел 2. сохраняет все же связь с производством. Земля — это и есть место. когда. подобно ксерокопии такого плохого качества. и поэтому о ней забыли. чем интрижки популярного актера или супермодели. есть «копия без оригинала». И все же он возвращается. Бодрияр). в которой как в своем последнем воплощении нас настигает и накрывает с головой Gestell. а может. там сидят одинаковые люди с серьгами в ушах. курят легкие наркотики. вы говорите. как насмешка над его смертью. то ли начался off-line. невозможно понять. некую последнюю рациональность. в эпоху Постмодерна. бессмысленную и не- . не предмет и даже не товар. ни восторгаемся этим. Земля более не ресурс. Вещь заканчивает свой путь. до которой Хайдеггер. что фантазия может угадывать на ней все. Не то чтобы он воскрес. пьют пиво. как незалежный покойник. Уже не будучи способным воспринимать текст. как ни в чем не бывало. что делала Земля на всех этапах ее участия в Geviert'е и позже. в котором вещь умирает. интрижки популярного актера или супермодели инте- Глава 2. Но и этому приходит конец. точки и Макдоналдсы земного шара совершенно одинаковы. но на сей раз как пародия. «Когда же его поймают?» Кого? Аллаха? Бин Ладена? Саддама Хусейна? Муллу Омара? В ответ на вопрос. Все. Geviert как карта Начала и отступления. а можно молчать. он вне места. он продолжает еще с кем-то общаться по ICQ. О Боге сегодня можно говорить. но чистый воплощенный обман. самой мощной и успешной демократии в мире. умер?» Появляется на телеэкранах бин Ладен. не убивает. А сейчас. Утопия — это то. Она отныне симулякр. Он никого не интересует.

202

Раздел 2. Das Geviert

нужную кляксу, ни к чему не годную и пустую, но в силу
бесконечной воли к власти моды возводимую в абсолютный
категорический императив.
Законы моды как высшего уровня Gestell Постмодерна
провозглашают:
• вещи живут мгновение;
• вещи должны быть бессмысленны, в этом их смысл;
• вещи надо менять;
• после вещи есть только другая вещь;
• идентичные вещи различны;
• вещь — все, остальное — ничто;
• вещь не умирает, ее выбрасывают;
• вещь больше, чем жизнь.
Чем короче жизнь вещи-симулякра, тем она интенсивнее. Правильные ботинки Постмодерна — это те, которые
одевают один раз. Это логика моды (Gestell), она становится все быстрее и быстрее. Раньше люди носили по нескольку лет вещи, сейчас — сезон, а то и полсезона, но и это не
предел. Смена вещей с бешеной скоростью — это фабрика
смерти вещей, их планомерный и систематизированный
геноцид. За энтропией вещей, за переходом к режиму тотального симулякра стоит готовность культуры к окончательному уничтожению Geviert'а.
Вместо бытия мы имеем дело отныне с «виртуальной
реальностью». Само понятие «реальности» в метафизике
Нового времени в высшей степени «виртуально», в том
смысле, что фиктивно и онтологически необоснованно.
Когда субъект постулирует то, что он имеет перед собой
как объект, он уже совершает весьма сомнительную операцию по онтологическому обоснованию реальности этого
объекта. Объект объективен (он есть «на самом деле»)
потому, что он — объект, т. е. этимологически потому, что
он «передо мной» (субъектом). У Декарта, Ньютона, Юма
и Канта это выглядит серьезно и торжественно, с тем особым напыщенным пафосом, с которым ограниченные умы
обычно провозглашают очередные непродуманные нелепости и бессмысленности. Но еще более ограниченные созданья легко покупаются на эти ученые сказки о реальности и
бродят в лабиринте таких категорий веками. Переход от
реальности к виртуальности или к виртуальной реальности

Глава 2. Geviert как карта Начала и отступления...

• 203

есть переход от шутки, воспринятой всерьез, к шутке, над
которой надо (можно) смеяться. Виртуальная реальность
просто доводит идею объекта до абсурда, тем самым доводя
до абсурда и идею субъекта. Это «ухмылка ничто» (grinning
nothingness).
Трудно изобразить топику Постмодерна. Но можно
предложить в качестве гипотезы такой (спорный) вариант.
Виртуальная реальность — экран — connectedness
Симулякр — искусственное солнце,
солнце ночи, ухмыляющееся ничто
Мода (Gestell)
Последний человек
(«дьявол носит Прада»),
постчеловек
«Бог» как клоун-убийца с Марса
Земля как кладбище
токсичных отходов
Небо как
место блуждания
испускающих сигналы
железных спутников (+ космонавты)

Эта топика настолько жутка, что может быть названа
«постэсхатологической».

Глава 3. Geviert в другом Начале

ГЛАВА 3

GEVIERT b dprcnl m`)`ke

GEVIERT И ГОРИЗОНТ БУДУЩЕГО
Мы рассматривали Geviert как возможность в первом
Начале и как фундаменталь-онтологическую карту, позволяющую лучше понять процессы, движущие западноевропейской философией в сторону ее Конца. Но, по мысли
самого Хайдеггера, Geviert относится к области «будущего»,
которое должно сбыться в другом Начале — в момент
Ereignis'а. И несмотря на то, что определенные параллели
с первым Началом, пока оно еще не дошло до момента создания платонической топики, были вполне уместны, собственно Geviert — это то, чего никогда не было в том виде,
в каком оно должно сбыться в будущем.
Фундаменталь-онтология для Хайдеггера — это проект
(Entwurf), строящийся на осознании скрытого послания
Seyn-бытия через всю историю (Geschichte) западной мысли — послания, состоящего в усугубляющемся сокрытии
бытия. И поэтому Geviert следует мыслить как горизонт
и, в некотором смысле, цель.
Наше время — это время решения (Entscheidung), считал Хайдеггер. И вместе с тем это время смерти, могильный
час. Суть решения состоит в следующем: либо западное человечество осознает, что его история была следствием выбора,
совершенного в первом Начале, и принимает последствия
«забвения бытия», признает нигилизм, заложенный в τἐχνη
и Gestell, либо это человечество продолжает делать вид,
что «все идет нормально», что никакого нигилизма нет и
никакая катастрофа над миром не нависла. В первом случае
сам факт осмысления современности как нигилизма, как
«скудных времен», и фиксация внимания на Gestell'е как
уже реализовавшейся судьбе означает переход к другому

• 205

Началу, перенос внимания исключительно на Seyn-бытие и
подготовку Ereignis. Тогда Geviert станет прямым и естественным следствием Ereignis’а. Сбывшееся событие учредит
человека как стража Seyn-бытия, откроет порядок Неба и
мира, спасет Землю и вернет ей ее достоинство, позволит
богам (последнему Богу) прийти. И в центре четырех осей
Geviert'а снова воцарится священная (вещая) вещь.
Во втором случае, если будет принято решение не принимать никакого решения (это и будет, на самом деле, решением), могущество неосознанного Gestell'а, сила наступившего, но не признанного и неопознанного в должной
мере, Конца приведет к финальной катастрофе. И тогда
Geviert'а не состоится, он не сбудется, и τἐχνη ввергнет
человечество и Землю в неминуемую гибель.
В последние годы Хайдеггер склонялся к тому мнению,
что человечество уж сделало этот выбор — второй фатальный выбор, и ситуацию спасти невозможно. «Теперь
нас может спасти только Бог»(48).
В любом случае, чтобы корректно понимать философию
Хайдеггера, следует относить Geviert именно и исключительно к будущему, которое открыто и зависит от реализации человеком своей глубинной свободы.
GEVIERT КАК ЦЕЛЬ (ВОЛЯ К РЕШЕНИЮ)
В отношении уже совершенного выбора могут быть
определенные колебания. Совершенно очевидно, что выбор
в пользу другого Начала в ХХ веке и в начавшемся XXI
сделан не был. Тем не менее с философской точки зрения
события разворачивались с предельной последовательностью и логичностью. В конце XIX века Ницше, по сути,
оформляет конец западноевропейской философии. Это
фундаментальный исторический (seynsgeschichtliche) факт.
В Ницше философия достигла своего «эсхатона».
В ХХ веке Мартин Хайдеггер более, чем кто-либо еще,
кристально осознает смысл всего философского процесса —
от Начала до Конца. Хайдеггер философствует над могилой,
расставляет все точки над «i», еще раз окидывает взором
всю историю философии и отмечает безусловные периоды,
смыслы и трансформации. ХХ век осмыслял Ницше, но

206

Раздел 2. Das Geviert

глубже всех это делал Хайдеггер. Хайдеггер, зафиксировав
Конец Запада, открыл горизонты другого Начала, вектор
прыжка в Ereignis, очертил Geviert как задание. Более того,
Хайдеггер грандиозно сопряг историю западноевропейской
философии и Gestell с фундаменталь-онтологической перспективой, что сделало катастрофичность положения современного человечества не аргументом против Geviert'а, но
доказательством его судьбоносной близости.
В самом ХХ веке Ereignis не произошел, решение о переходе к другому Началу не было принято. Этого решения
невозможно было принять в рамках идеологий, открыто
присягающих Machenschaft (коммунизм и либерализм),
а там, где его возможно было принять, и отдельные моменты давали надежду на это (идеологии Третьего пути),
его также не приняли (что и выразилось в зазоре между
идеями Консервативной Революции и историческим национал-социализмом). То обстоятельство, что этого решения
не было принято в Германии 1930–1940-х годов, сам Хайдеггер справедливо интерпретировал как доказательство
зараженности национал-социализма духом Machenschaft'а,
неспособности выйти за рамки западноевропейской метафизики (с Gestell'ем, субъектом, техникой, волей к власти
и т. д.). Сам Хайдеггер видел свою философию как переход
к другому Началу и, соответственно, как обоснование
Ereignis'а и приближение Geviert'а. Западноевропейская
история (Geschichte) ХХ века не пошла за Хайдеггером,
не оказалась на его уровне, не приняла и не вникла в его
послание. Точно так же не приняли и не поняли современники ни Гельдерлина, ни Киркьегора, ни Ницше в XIX веке.
У Хайдеггера, совершившего в ХХ веке, а возможно, и
в истории философии вообще, столько, сколько едва ли
кто-то когда-либо еще совершал, имелись все основания
для отчаяния. Политическая, культурная и социальная
история ХХ века полностью подтверждала его оценки, и
сам он оказался в поворотный момент там, где его должны
были услышать — в Германии. Он был немцем, и немцы,
казалось тогда, готовы были взять на себя ответственность
за изменение хода истории (Geschichte). Все элементы
судьбы были собраны воедино. До Ereignis'а и достижения
вселенской полночи оставался лишь миг.

Глава 3. Geviert в другом Начале

• 207

Когда все рухнуло, для Хайдеггера это было величайшим
испытанием. Трудно представить себе, какую травму он
получил, наблюдая за событиями 1930–1940-х годов, пытаясь в них участвовать. И у него были все основания
считать в конце жизни, что человечество твердо намерено
покончить с собой, с Землей и миром не менее радикально,
чем оно покончило с Богом.
Если судить по логике и смыслу явлений и трансформаций, которые пережило человечество после смерти Хайдеггера, ничто не свидетельствует о том, что его фатальный
прогноз был неточным. Напротив, за последние десятилетия
вырождение зашло настолько далеко, что мало кто способен
осознать глубину и необратимость трагедии.
Но можно посмотреть на ситуацию с другой стороны.
ХХ век, признав Хайдеггера великим мыслителем, мысли
его по существу не понял, а если и понял, то не принял.
Растащенная на фрагменты философия Хайдеггера вдохновила сотни философов, психологов, художников, ученых,
культурологов, в огромной мере повлияла на становление
парадигмы Постмодерна. Но практически никто в полной
мере и целостности не охватил мысль Хайдеггера и не пошел
по пути, ведущему к другому Началу. Однако если человечество категорически не хочет признавать своего свершившегося Конца и упорствует в «планетэр-идиотизме», — умирает, не умирая, тянет «резину», пытается выкрутиться из
тупика, сделать его вечным, — то вопреки своей воле оно
оставляет открытой возможность решить за него по-другому.
XXI век, по сути, еще не начался: то, что мы имеем сегодня, со смысловой точки зрения, все еще век XX, который
никак не может кончиться. XXI век начнется тогда, когда
мы по-настоящему возьмемся за осмысление философии
Хайдеггера. И тогда у нас появится возможность сделать
другой выбор, выбор в пользу перехода к другому Началу,
выбор в пользу Ereignis'а, в пользу Geviert'а.
Перед Хайдеггером была западноевропейская философия, сконцентрированная в немецкой классической философии и ницшеанском пике. На ее основе, отталкиваясь от
нее, Хайдеггер совершил прыжок в бездну новой свободы.
Перед нами сегодня лежит философия Хайдеггера. В ней
имплицитно содержится и вся осмысленная им история фи-

208

Раздел 2. Das Geviert

лософии, и Гегель, и Шопенгауэр, и Киркьегор, и Ницше. Но
в ней есть и многое другое — то, что Хайдеггер осуществил
в перспективе будущего и его подготовки. Само явление
Хайдеггера может быть интерпретировано как зарница
Ereignis'а, и эта интерпретация может и должна стать императивом XXI века. Ereignis не состоялся в ХХ веке. Это
факт. Но мы не были бы свободными, не были бы людьми, не
были бы мыслящими существами, не были бы носителями
великих индоевропейских языков, если бы опустили руки
перед беснованием глобалистских толп и развлекающихся
рассеянных масс Постмодерна, рабов тоталитарной, отчуждающей, ничтожащей ядовитой моды.
Поэтому решение о приходе Geviert'а остается открытым. И эта открытость утверждается благодаря самому
наличию философии Хайдеггера. Если у этой философии
найдется хотя бы один адекватный читатель, преждевременно ставить на Ereignis'е крест. Или, наоборот, живое
дыхание Ereignis’а животворящим крестом перечеркнет
нынешний мир, отдав сфере ничто его гипертрофированное,
немыслимо раздутое произведение.
В этом случае образ Geviert'а может стать фундаментальной философской программой, целью, знаменем, которое соберет те «единицы», вокруг которых, по словам Ницше,
вращается колесо Вселенной, — те единицы, о которых
говорит и сам Хайдеггер как о «будущих» (kunftige). От них
зависит, будет ли будущее, начнется ли Начало, сбудется
ли событие.
В таком случае структура Geviert'а в другом Начале
будет такой:
Новое небо

Последний Бог
RES NOVA
Новая Вещь
ER-EIGNIS

Человек как страж Seyn-бытия
Новый гуманизм

Новая Земля

Примечания
(1)
Heidegger M. Beiträge zur Philosophie (vom Ereignis). Gesamtausgabe.
Bd. 65. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman, 1989; Idem. Geschichte des
Seyns (1938/1940). Gesamtausgabe. Bd. 69. Frankfurt am Mein: Vittorio
Klosterman, 1998.
(2)
Heidegger M. Erlauterung zur Holderlin Dichtung. Holderlin und das
Wesen der Dichtung. Gesamtausgabe. Bd. 9. Frankfurt am Mein: Vittorio
Klosterman, 1981.
(3)
Heidegger M. Unterwegs zur Sprache. 1950–59. Gesamtausgabe.
Bd. 12. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman, 1985.
(4)
Vorträge und Aufsätze. 1936–53. Gesamtausgabe. Bd. 7. Frankfurt am
Mein: Vittorio Klosterman, 2000.
(5)
Здесь можно привести пример из совершенно другой области, но
надо твердо помнить, что между философией Хайдеггера и той топикой, к
которой мы сейчас обращаемся, нет никаких прямых параллелей, и данный
пример перескакивает через сложнейшую и толком никем еще не проделанную работу по сопоставлению философий двух крупнейших фигур философии ХХ века — Хайдеггера и Юнга. Карл Густав Юнг уделял большое внимание символическому значению чисел 3 и 4. Он опирался на герметический
текст «Марии-еврейки», где алхимически толковалась структура пифагорейского тетрактиса 1+2+3+4=10 (т. е. снова 1, т. к. пифагорейский 10 = 1).
В этой формуле Юнг выделял первые три числа, которые, в его толковании,
связаны с рациональностью, «эго» и трансцендентностью и которые составляют триаду; и четвертое число — 4, которое он соотносил с природой и коллективным бессознательным. Юнг полагал, что 3 (триада, тринитарный
принцип) относится к христианству (как рациональной трансценденталистской теологии), а 4 — к язычеству. Самое важное различие, по Юнгу, заключалось в том, что в языческую четверицу включается принцип зла (дьявол,
тень), который категорически исключается из светлой троичности. Так Юнг
толковал споры учеников Парацельса (в частности, Адама фон Боденштайна
и Герхарда Дорна) относительно определенных аспектов его учения, и осо-

об этом. Vorträge und Aufsätze. 1994. (41) По-гречески ποἰησις. По значению это может сближаться с древнеславянским «род» и санскритским словом «rita» — «вечный неизменный порядок». С. Bd. 202. Gesamtausgabe. Несмотря на то что психоаналитические реконструкции и герметические рассуждения Юнга и философия Хайдеггера относятся к совершенно различным уровням философствования.: Канон. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman.210 • Раздел 2. (40) См.. 310. (27) Здесь и далее перевод наш. 65. (20) Ibid. Gesamtausgabe. Дух Меркурий. М. S. Он же. Der Ursprung der Kunstwerkes // Heidegger M. 69. (17) Ebrezza lucida — ит. См. 202. Полностью это высказывание звучит так: «Der Streit des Seyns gegen das Sei- . к. Gesamtausgabe. (33) Ibid. 2005. из двух корней — «wer» и «alt». Fink E. Uber den Anfang. Немецкое Welt состоит. (42) Псалтырь. Geschichte des Seyns (1938/1940). что в готовности бежать и способности бежать от человеческого присутствия состоит основное свойство божественности. 244. Heidegger M. 2004. Geschichte des Seyns (1938/1940). 1994. S. Оp. соответствует как раз древнерусское слово «свет» — «белый свет». см. т. S. как и в современном русском языке (хотя в современном русском они трактуются как омонимы — слова. (19) Ibid. 239. 143. они иссохли до жалких чучел. 70. Gesamtausgabe. вечности. Gesamtausgabe. 21. писал Юлиус Эвола. звучащие и пишущиеся одинаково. Парацельс как духовное явление // Юнг К. Holzwege. 2000. Homo ludens. (14) Heidegger M. (29) Ibid. М. 35. Beiträge zur Philosophie (vom Ereignis). См. Bd.Г. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Spiel als Weltsymbol. (31) Ibid. S. старшинства. 1998. Das Ding // Heidegger M. определенное сходство здесь есть. 1998. Gallen. 5.: Рэй Ж. в первую очередь: Heidegger M. М. Bd. отличную от немецкого «Welt» или греческого «κοσμοζ». Stuttgart: Klett-Cotta. S. 1989. Bd. мир как вселенная. но в старославянском они писались одинаково. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. согласно одной из этимологий. 2005. S. Geschichte des Seyns (1938/1940). (8) Там же. 12. 438. (7) Там же. (26) Heidegger M. ουρανοζ. мир как не-война. cit. Gesamtausgabe. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. 144. S. 35.: Прогресс-Традиция. 69. S.: Юнг К. 492. 439. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. (39) Heidegger M. (24) Библия. 310. (10) В старорусском языке было два слова для обозначения мира — «свет» и «мир». равно как греческому «κοσμος». Stuttgart. (13) Ibid. Vortrage und Aufsatze. Bd. Vortrage und Aufsatze. но в корнях своих развившихся из одного и того же начала. 211. Мир как община. 1936–53. позже получивших разное толкование. Beiträge zur Philosophie (vom Ereignis). Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman.: Эвола Ю. Ветхий Завет. в частности. (36) Heidegger M. как мирное существование. М. крепости. (37) В романе бельгийского писателя Жана Рэя «Мальпертьюи» рассказана иная судьба некогда великих греческих богов: они выродились и превратились в зловещую семейку человекоподобных кукол. через постоянно излучаемый им Gestell — все Примечания • 211 время спугивает божественное. S.. При этом интересно. что разрушает Geviert». Der Ursprung der Kunstwerkes // Heidegger M. связано с идеей древности. (21) Ibid. (43) «Gestell — это то. 1989. (23) Хейзинга Й. S. S. До реформы русского языка в начале ХХ века слова «миръ» (не-война) и «мiръ» (вселенная) различались. 5. (38) Heidegger M. 1989. Zur Frage nach der Bestimmung der Sache des Denkens. С. С.Г. S. 14. Человек своими привычными метафизическими установками — в частности. Beiträge zur Philosophie (vom Ereignis). Bd. 31. S. S. 1991. (25) Heidegger M. В некоторых высказываниях он дает понять. Gesamtausgabe. Немецкому «Welt» и латинскому «mundus». (9) Русское слово «мир» как «вселенная» происходит от древнеславянского представления о трех явлениях. 7. Bd. 1989. (16) Бегство богов для Хайдеггера является устойчивым сюжетом его метафизики. 157. (18) Heidegger M. (15) Heidegger M. S. Gesamtausgabe.. (35) Heidegger M. 1996. (28) Heidegger M.: Языки русской культуры. 1997. S. (11) Heidegger M. κοσμος. S. Точная формула кошмара. 65. (6) Фрагменты ранних греческих философов. М. что.1960. 69. 2004. Gesamtausgabe. (34) Ibid. S. 201. Bd. по всей видимости. «творение». S. а «свет» — со стороны неба.: Наука. 2000. Holzwege. 108. что понятие «мир» подразумевало взгляд со стороны земли. 65. (12) Ibid. «произведение». St. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Gesamtausgabe. 1998. Bd. Оседлать тигра. по всей видимости. 145. 19. S. 42. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. не позволяет засиять тихому божественному свету в центре Четверицы. Bd. (44) Heidegger M. (22) Ibid. 310.. Архетип и символ. 3 Цар. Das Geviert бенно в полемике с церковными критиками. Поэтому русское «мир» несет в себе целую цепочку значений. М. Пс. 12. но обозначающие разные вещи). «эллинского» и в чем-то «языческого» подхода. (30) Ibid. отгоняет его. Не в силах умереть. поэзия означает «созидание». Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. (32) Ibid. Beiträge zur Philosophie (vom Ereignis). Stuttgart: Klett-Cotta. 102. Хайдеггер имплицитно противопоставлял четверицу троичности в духе своего «греческого».

Конец истории и последний человек. РАЗДЕЛ 3 DASEIN . Так говорил Заратустра // Ницше Ф. 31. М. 1992. Jg. 2004. (48) «Nur noch ein Gott kann uns retten». 30. 1. Собр.: В 2 т. М. September 1966 // Der Spiegel. (45) Немецкий поэт Готфрид Бенн писал об этом в стихотворении «Пение» («Gesänge»): «Все берег.: Мысль.: ООО «Издательство АСТ». (46) Ницше Ф. ewig ruft das Meer»). вечно зовет море» («Alles ist Ufer. Mai 1976. Т. Spiegel-Gesprach mit Martin Heidegger am 23. соч.212 • Раздел 2. N 23. Das Geviert ende aber ist dies Sichverbergen der Verhaltenheit einer ursprünglichen Zugehörigkeit» («Война Seyn-бытия против сущего есть самосокрытие отношения изначальной взаимопринадлежности»). (47) Фукуяма Ф.

что в целом гармонировало с общим подходом представителей Консервативной Революции. которое призвано осуществить фундаментальный поворот западноевропейской цивилизации и мировой истории в сторону другого Начала (die andere Anfang). и даже его последовательная маргинализация в рамках режима не аффектировала его пристального отношения к этому феномену. Второй этап: 1936–1946 годы.ГЛАВА 1 Šph }Š`o` p`gbepŠ{b`mh“ thknqnthh l`pŠhm` u`ideccep` В философском творчестве Хайдеггера можно выделить три основных этапа. Этот период. Хайдеггер в тот период был связан с националсоциализмом. прежде всего политических. Кульминацией этого периода является написание главного труда «Sein und Zeit»(1) (1927). проходит под знаком размышлений о Seynsgeschichtliche. Сам Хайдеггер писал в заметке к «Письму о гуманизме»: «Начиная с 1936 года главной темой моих размышлений был Ereignis»(3). известен менее всего. В эти годы Хайдеггер живет надеждой на преображение национал-социализма в глубинно философское явление. сопоставимого и даже превосходящего первое Начало (die erste Anfang). Seyn и особенно об Ereignis. Это связано с целым рядом причин. когда возникла греческая философия. а за этим последовал период размышлений над грандиозными перспективами. являющийся пиком его творческой философской активности. осмысляемому в особом глубинном измерении. Этому предшествовало осмысление феноменологического подхода Гуссерля(2). обозначенными в этой фундаментальной для всей истории философии книге. Для того чтобы ис- . Первый этап: формулировка основной проблематики и введение понятия Dasein.

а не с нею самой. . Но это совсем не Хайдеггер. было бы начинать историко-философское исследование со второго периода (тема Ereignis) творчества Хайдеггера как прямого и наиболее емкого изложения акме его философии. мы делаем отсылку к весьма грубой аппроксимации. то нами в должной степени не смогут быть поняты ни идеи раннего периода. с чего принято начинать — к проблематике Dasein и к его главному труду. к «Sein und Zeit». Крах национал-социализма потребовал ревизии некоторых метафизических экспектаций мыслителя. Германия (и в ее лице Европа) должна была одолеть две формы крайнего нигилизма (Machenschaft) — США (ненавистный Хайдеггеру «Americanismus») и СССР (Хайдеггер видел в марксизме триумф технического). с чего обычно начинает большинство исследователей. нельзя было проделать вообще(7). чтобы познакомиться с ней. если не сказать к карикатуре. • 217 периода. где под влиянием внешних факторов были цензурированы и самоцензурированы темы второго периода. это было оправдано. своеобразной герменевтики европейской культуры и пессимистических интуиций технологической и экологической катастрофы. Вместе с тем все три периода составляют единое целое хайдеггеровской философии. Dasein торические предпосылки Ereignis состоялись. в котором эта проблематика формулируется. лишь затем переходить к третьему периоду и только после этого возвращаться к темам «Sein und Zeit» и «Dasein» первого Глава 1. война была проиграна. однако помещенной в гуманитарный контекст. чего нельзя было проделать открыто и прозрачно. сформулированные в «Sein und Zeit». сохранить грандиозные идеи этого мыслителя в западноевропейской культуре было само по себе настолько важным предприятием. т. то мы не сможем понять ни интенций «Sein und Zeit». что ради него можно было пойти на многое. Третий этап включает в себя произведения послевоенных лет вплоть до смерти философа. Поэтому в нашем рассмотрении мы предпочли начать с Хайдеггера среднего периода. которое нельзя расчленить без ущерба для понимания каждого элемента. Из этого периода известны работы Хайдеггера о Ницше (6). и для того. бесспорно фундаментальные. предупреждал он. Ссылаясь на Хайдеггера без учета идеи Еreignis. Вполне понятно. Именно во втором периоде творчества философа содержатся ключи к хайдеггеровской мысли в целом. Вместе с тем такое редуцированное сохранение хайдеггеровского наследия привело к тому. можно будет говорить о следующих шагах. будет проиграна(4). вполне возможно выучить этот язык. пытались ввести его в контекст мировой философии вопреки его политическим позициям. Лишь в будущем. В этом случае первый период предстанет перед нами лишь как своеобразное развитие феноменологического подхода (в духе оригинально понятого гуссерлианства). Если искусственно вынести этот период за скобки. Наверное..216 • Раздел 3. Без этого война. Осмысления не было. Философы. что мы чаще всего имеем дело с симулякром его мысли. на наш взгляд. но далеко не исчерпывающие центральную проблематику тех лет. Адекватных русских переводов Хайдеггера не существует. по каким причинам всем известен именно такой Хайдеггер. Три этапа развертывания философии. после появления адекватных комментированных переводов.. а может быть. к. затем в разделе Geviert описать общие силовые линии позднего Хайдеггера. А между тем именно в этой части философ излагает свои глубинные идеи наиболее полно и откровенно(5). и только здесь и теперь подошли к тому. поэтому для первого поколения интересующихся Хайдеггером русских философов необходимо изучить язык. ни основного вектора последнего периода. а третий период станет безобидной версией европейского гуманизма. Они представляют собой продолжение основной линии хайдеггеровского философствования. При этом наиболее верным подходом. Победу нацистской Германии в войне сам Хайдеггер связывал с осуществлением философской операции — осмысления сущности Machenschaft и ее интерпретации в контексте истории западной метафизики. ни более поздние работы. Такой Хайдеггер «среднего периода» по вполне понятным причинам был поставлен вне философского дискурса после 1945 года и поэтому практически не известен. на котором написаны его работы. Если мы упустим содержание этого периода. Эту книгу надо читать только по-немецки. плененные его мыслью.

Видимо. а «как»? Поэтому и мы должны скорее описывать Dasein. Dasein Первая попытка работы с Хайдеггером в 70-е годы ХХ века в СССР была провалена. имплозию — взрыв. и начинать в этом вопросе следует с корректного понимания западной мысли. а говоря о наличии вещей — к субъекту. не было осмыслено как нечто особое и центральное. Истоком появления мысли о Dasein’е следует признать некий фундаментальный интеллектуальный взрыв. с философской точки зрения. Dasein — это не категория (далее мы рассмотрим. Хайдеггер пережил озарение Dasein’ом. говоря о мировом бытии. «наличие в мире». «как есть Dasein?». а точнее.218 • Раздел 3. Поэтому мы говорим именно об «опыте Dasein». понятие «Dasein» прикладывали к объекту. Важно не «что есть Dasein». но ничего не происходит. ГЛАВА 2 DASEIN h hqŠnph“ thknqnthh (nŠ oepbncn m`)`k` j jnm0r thknqnthh) DASEIN КАК ОЗАРЕНИЕ И КАК ВЫВОД ИЗ ИСТОРИКО-ФИЛОСОФСКОГО АНАЛИЗА Экзистенциальная аналитика Dasein. До Хайдеггера понятие «Dasein» не было философским. Формально оно означает «бытие». Едва ли Dasein можно вывести из философского или культурологического контекста. Конечно. не то что разобраться в сложнейшем Хайдеггере. время. Выражение «Dasein» является фундаментальнейшим для всей истории философии. А западная мысль в своем высшем воплощении — это философия Мартина Хайдеггера. по Хайдеггеру. Однако ключевым и фундаментальным термином это понятие до Хайдеггера не являлось. Вопреки всему надо готовить новый виток русской философии. мыслительная и эмпирическая реальность. . формулируется следующим образом: «Wie ist Dasein?». нежели определять его. скорее приглашать к мысли о нем. а в каком-то смысле. Винить советских философов-энтузиастов за это не стоит: в той интеллектуальной атмосфере вообще ничего понять в философии было невозможно. обращенный внутрь. «существование». о пространстве. В нем много чего случается. нежели однозначно постулировать его значение. С середины 1960-х годов и по настоящее время в России длится «пустое». Dasein открылся ему как языковая. Dasein — это своего рода фундаментальное начало. чем отличается категория от экзистенциала).

а потом и очищения от остаточных онтологических элементов — это Dasein. Ницше) приводит нас к столкновению с ничто (так мы очерчиваем внешние границы Dasein как явления). от тотальной редукции к ничто. отряхиваясь от банальных клише. Встречаясь с Dasein. Опыт Dasein делает наше бытие в мире до этого опыта подобным человеку с серьезным дефектом зрения — он видит все расплывчато и смутно. можно сказать. что переворачивает все. Если нет. и то. Хайдеггер не был бы Хайдеггером. Однако сравнение со зрением ограничено только одним органом чувств. как становится ясно. Сам Хайдеггер описывал этот процесс как дезонтологизацию или забвение вопроса о бытии. Поэтому и мы попытаемся понять и пережить (что гораздо важнее) Dasein. этимологические штудии. изучение культуры и истории. как это происходит. даже и конец всей философии. • 221 может быть. это — озарение. потрясение. тогда изменится абсолютно все.). если бы не нащупал самый нерв Dasein. что осталось в ходе развертывания западноевропейской философии. за что мы принимали те или иные пятна ранее. от сомнения. тактильные ощущения. осознание фундаментального процесса западноевропейской философии как абсолютизации нигилизма («пустыня растет. — если нам удастся осуществить встречу с Dasein. Хайдеггер утверждает. мыслей и чувств. Этот опыт. можно сказать. С одной стороны. Хайдеггеру Dasein явился. Если нам это удастся. Оба подхода должны быть применены одновременно. Более того. темного ужаса и пр. осмысленной как систематизированное разрушение собственных онтологических оснований. КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ DASEIN ИСТОРИКО-ФИЛОСОФСКИЕ ПРОЛЕГОМЕНЫ К ФИЛОСОФИИ ХАЙДЕГГЕРА. постановки под вопрос. ДОСОКРАТИКИ Если подходить к Dasein с внешней стороны. что этому предшествовал огромный философский труд. вкус и т. и то. что оно представляет собой то. каковы мы сами. предшествующему любым интерпретациям (этот опыт открывается нам. мы будем обречены слоняться по ее периферии.220 • Раздел 3. при сильном чувстве — дикой любви. Это последний остаток и одновременно резюме того. каким образом складываются концепция и феноменология Dasein. посвящена главная книга Хайдеггера «Sein und Zeit». из психического помутнения чувств. мы попадем внутрь философии.. Все. д. надо спроецировать ту же ситуацию на слух. до этого опыта. не различает. мы выходим из ментальной комы. Как уже отмеча- . Dasein Глава 2. названного у Ницше «европейским нигилизмом». Dasein — это то. кто с ним сталкивается и где это происходит. дедуктивно и описательно. что это за «наличие». но все это свойственно и многим другим европейским интеллектуалам. но угадывает предметы. мы прорываемся к чистому опыту. Конечно. Лишь Dasein возвращает все в фокус. что осталось безусловным после колоссальной Для того чтобы проследить. Философия дает нам возможность думать о Dasein. что такое Dasein. Если мы приблизимся к опыту Dasein. аналогичные изменения происходят с сознанием и психикой. и попадаем внутрь Dasein. надо сделать краткий экскурс в историю философии. критической работы западноевропейской философской мысли в ходе всей ее истории. что вокруг нас. Сам Хайдеггер как таковой может открыться нам лишь в опыте нашего озарения Dasein'ом. Чтобы представить себе. что мы не можем понять Dasein через что-то еще. опыт ужаса — пребывать в Dasein. если нам выпадет доля пережить Dasein. Если подходить к Dasein с внутренней стороны. прямое столкновение с наличием еще до того. и мы впервые начинаем ясно различать и то.. смертной тоски. Мы просыпаемся. горе тому. что Dasein надо понимать именно через Dasein. С другой стороны. — хотя бы и отдаленно. Dasein и история философии. как нисходит благодать или наитие. это слово снизошли на него. кто несет в себе пустыню» — Ф. Вопросу о том. что осталось от колоссального ничтожения. что такое Dasein. В своей книге «Sein und Zeit» он показывает. например.

• дальнейшем осмыслении ее как «сущего» (ὄν. Но не только.. где мерой бытия является соответствие вещи ее архетипу. Sein als Seiendheit des Seinden).. это «конец первого Начала». начинает давать о себе знать. Фундаменталь-онтологическое бытие шире. в платонизме выносится за скобки. Погрешность в самом настрое досократической философии еще минимальна. коль скоро оно оказывается вне внимания онтологии. Схоластика формулирует онтологический треугольник. das Seiende). Сущее подменяет собой бытие (Seyn). которое мыслится как образец для всего остального сущего. Согласно Августину и схоластам. в движущую силу отрицания бытия сущего. Но со временем это забвение даст о себе знать. Dasein и история философии. вершиной которого является Бог или трансцендентность. она лишь банализирует платонизм. При этом данная онтологическая позиция еще больше закрепляется богословской концепцией творения. ОНТОЛОГИЧЕСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК ПЛАТОН В полной мере это проявляется в Платоне(8). чем прямо и непосредственно на φύσις. чем обобщающее свойство сущего (т. По Хайдеггеру. Dasein лось. Иначе говоря. е. Идея — это такое сущее. Онтологическая проблематика закрепляется в исследованиях иерархий сущего (от вещи до идеи). этимологически. истоки онтологического нигилизма западноевропейской философии Нового времени Хайдеггер видит в истоках этой философии. вначале мы остаемся в полноте корректного философского процесса. но она уже несет в себе нечто фатальное. • формировании представления о бытии (εἶναι) как об обобщающем свойстве всего сущего (das Seindheit des Seienden) — такое «бытие» Хайдеггер пишет через i (Sein) в отличие от фундаменталь-онтологического бытия (Seyn). что структура христианской (католической) теологии полностью воспроизводит платоновскую онтологию. То. По Представим. конституируясь в ничто. Забыв об этом «не только». СХОЛАСТИКА Хайдеггер вслед за Ницше считает. в верхней точке треугольника вопрос о бытии решается так: Бог есть абсолютное Бытие. переводя иерархию идей в иерархию сотворенных вещей (9). В этой формуле все предельно корректно. Сущее в виде идеи как высшего сущего окончательно затмило собой бытие. идее как высшему сущему. Конечно. но что-то тем не менее упущено. что присуще всему сущему. т. • 223 Хайдеггеру. небытия нет». Глава 2. постепенно складывается парменидовская дуальность: «бытие есть. которая позднее разрастется до гигантских пропорций и станет основным содержанием философии.222 • Раздел 3. что было на ранних порах небольшим упущением («не только»). и требует взгляда. бытие есть то общее. Здесь онтология. построенная ранее на φύσις и понимании бытия как общего для всего сущего. достигает своей кристаллизации в учении об идеях. что с философской точки зрения «христианство — это платонизм для масс». бытие Бога является абсолютным бытием. Эта погрешность состоит: • в понимании окружающего мира как «природы» (φύσις). . Идея Платона как высшее сущее заменяется здесь Богом. е. что перед нами лежит треугольник. Статус вещи как ens creatum определяется ее местом в иерархии тварей. который достается в наследство философии Нового времени. «всходов» (das Aufgehen).. и упущенное из виду «не только» (изначальный крохотный зазор между «бытием» и «общим свойством сущего»). в «первом Начале» (die erste Anfang): именно там заложена та бесконечно малая на первых порах онтологическая погрешность. Это значит. направленного несколько иначе. Так как бытие мыслится как обобщение сущего и обосновывается применительно к φύσις. схоластика не привносит в философию ничего нового. и места бытию в чистом виде не остается.

призывая вместе с Декартом «сомневаться во всем». Оно содержит в себе человеческую душу. который — как две вторичные операции — обосновывает с помощью рациональных операций бытие двух других вершин треугольника — Бога и объекта. и в этом проявляется его бытие. вся картина онтологического треугольника меняется. Dasein В основании треугольника есть две вершины: на одной из них находится субъект. неабсолютное бытие) Вещи мира (объект. также являющиеся субстанциально сущими. абсолютное бытие создает неабсолютное бытие. В этой схеме достаточно заменить «Бога» на «идею». Разница состоит лишь в том. а на основании умозаключений о причине собственного бытия приходит к доказательству бытия Бога. неабсолютное бытие) Онтологический треугольник теизма Есть Бог. ибо абсурдно» Тертуллиана) и основывается на вере. Субъект. в которой бытие трех вершин доказывается на основании cogito. После такого онтологического утверждения легко перейти к бытию двух полюсов творения — субъекту и объекту. это важнейший пункт в истории философии. есть субъект. который приводит тварь к бытию. на другой — объект. Бог (абсолютное бытие) Человек (субъект. и он тоже есть неабсолютно. Но все они черпают свое бытие из абсолютного бытия Бога. которое обосновывается эмпирическим фактом мышления. а вторые — как объект. Но именно по вере наносит удар рационализм философии Нового времени. это cogito. По Хайдеггеру. и он есть неабсолютно. Диспозитив бытия обнаруживается в мыслящем человеческом субъекте. РАЦИОНАЛЬНАЯ ОНТОЛОГИЯ СУБЪЕКТА У ДЕКАРТА Новое время в философии деизма (Декарт. Неабсолютное бытие создано. ens creatum. являющуюся субстанциально сущей (это очень важный момент). и мы получаем онтологическую модель философии Платона. и вещи внешнего мира. из которого он выводит бытие субъекта.. что представляется Декарту не подлежащим сомнению.. на основании умозаключений о перцепциях фиксирует бытие объекта (res extensa). Оба онтологически осмысляются в христианской схоластике как созданные сущие. что первая является сущим как субъект (наше «я». От трансцендентной платоновской идеи и от схоластической теологии с Богом во главе онтологической . Ньютон) существенно реорганизует онтологические пропорции в этом треугольнике. Таким образом. и Он есть абсолютно. в свою очередь. Для схоластики (теизм) бытие Бога Глава 2. Dasein и история философии. Их бытие будет в таком случае обосновано бытием Бога.224 • Раздел 3. Эта онтология деизма. Бог как причина (causa) бытия субъекта Субъект (res cogitans) Объект (res extensa) Онтологический треугольник рационалистического деизма Бытие Бога становится производным от бытия субъекта. Соответственно. Именно это позволило платонизму войти в христианское богословие (в первую очередь у восточных отцов церкви). человеческая душа). • 225 не требует доказательств («верю. Единственное. ОНТОЛОГИЧЕСКИЕ ТРАНСФОРМАЦИИ В ФИЛОСОФИИ НОВОГО ВРЕМЕНИ. есть объект. сотворено. ложится в основание философии Нового времени.

. а со стороны объекта. видимо. Он это делает на основании разума так же. ощущения) Низшие монады (смутные. эксперименте. появляются из-за оптических иллюзий. свойственных низшим монадам. является Бог. И этой причиной. опыте. но его онтология строится по иной схеме. и это главное эмпирическое утверждение. основанная на индукции. но на сей раз не со стороны субъекта. то в английской ветви современной философии. таким аргументом является внешний мир. следующей тем же самым путем постановки под вопрос средневековой онтологической картины. «реальность». которые. где бытие начинает выступать как результат рациональной деятельности субъекта. но только монада. и вещь есть как объект. что фиксируется органами чувств. Тем самым das Seiende. Первомонада Бог Высшие монады (разумные) Субъект Объект. без которого нельзя строить никакой науки и философии. Его задача — обосновать теодицею. мы имеем в виду «вещно». Это классическая эмпирическая школа. МОНАДА ЛЕЙБНИЦА ЭМПИРИЧЕСКАЯ ОНТОЛОГИЯ В XVII веке в английской школе у Ньютона и Фрэнсиса Бэкона складывается другая гносеологическая модель. Отсюда «объективность» как синоним реальности.226 • Раздел 3. причина (causa) объекта На заре Нового времени оригинальную трактовку онтологической проблематики предлагает Лейбниц. Разделение на субъект и объект происходит также в силу иллюзии. Бог-часовщик. голые) Схема монад по Лейбницу Феномены пространства и материи. Глава 2. порождают видимость пространственного различия и временной последовательности. Когда мы произносим слова «реально». сущее сводится к упрощенной паре «субъект–объект» и онтология приобретает характер сугубо рациональной конвенции. объект. осуществить доказательство бытия Божьего в радикально новых постсредневековых условиях. являясь смутными и туманными. как и другие философы Нового времени. по Лейбницу. Бытием обладает не субъект и не объект. Лейбниц представляет мир как иерархию монад. Но у объекта (мира) должна быть причина. В эмпирической философии вещь — это объект. «Res» по-латински Средние монады (память. причем качество этого бытия . Dasein триады мы переходим к дуальной картине «субъект–объект». данный в очевидности опыта Онтологический треугольник эмпирического деизма Безусловным бытием признается то.. В монаде субъект совпадает с объектом. • 227 «вещь». которые иерархически распределяют бытие по различным соподчиненным группам. «Реальность» изначально была предикатом эмпирической версии деизма и в его контексте имела значение онтологического аргумента. «вещность». Если у Декарта онтологическим аргументом было мышление и главным элементом онтологии становится субъект. В эмпирических версиях деизма Бог тоже постулируется как необходимая причина наличествующего бытия. Объект есть. Dasein и история философии.

не разумом. объекта или Бога. Описывая аспекты Dasein. Можно считать эту конструкцию Лейбница своеобразной попыткой вернуться к платонической и неоплатонической картинам мира после долгих веков креационистской схоластики в условиях выработки новой онтологической парадигмы философии Нового времени. чтобы бытие было». Это важнейший пункт в развитии западноевропейской философии. как если бы существовал субъект («я»).. Кант не отрицает бытия субъекта. объект (внешний мир) и Бог. а моральными соображениями: «хорошо бы было. но моральных пожеланий разума практического. ни опровергнуть. Широкий онтологический разброс философских школ Нового времени показывает нарастающую неуверенность относительно того. Но практический разум в моральном выборе утверждает. бытие которой разум не способен ни доказать. Ньютона. к. с одной стороны. • 229 возрастает по мере движения к первомонаде и падает по мере спуска вниз. что это бытие относится к сфере ноумена. действует так. ни Бога. чтобы они существовали. Чистый разум имеет свою структуру. что все предлагаемые версии онтологии (субъекта. Онтология. Кант находится под влиянием идей Декарта. и было бы хорошо. Dasein и история философии. Перед лицом такой. В этом совершенно революционном в онтологическом смысле произведении Кант убедительно показывает. объекта или Бога. мыслю» — это заключить можно. Множественность онтологических гипотез приводит к обобщению накопившихся сложностей в онтологической проблематике через философию Канта(11). Теперь уже бытие доказывается не опытом. которая могла бы устранить это «как если бы» и перевести это в строгую уверенность. Так появляется идея ноумена. объектные (эмпиризм). в высшем из сущих. т. «Мыслю. Хайдеггер предупреждает. Онтологический треугольник в философии Канта приобретает следующий вид. онтологический нигилизм только прогрессирует. что они должны все же существовать. Dasein Глава 2. Но это обоснование носит у него характер не фундаментальных заключений чистого разума. картины Кант вынужден сделать шаг назад и попытаться обосновать-таки онтологию. организует восприятие (апперцепцию) и упорядочивает мыслительные процессы. в самом чистом разуме нет. не следует декартовского ergo sum. Бог (как ноумен) Чистый разум Субъект (как ноумен) Объект (как ноумен) Онтологический треугольник с позиции чистого разума у Канта . откуда появляется тема категорического императива. следовательно. в его философии бытие помещается в Первомонаде. т. не Откровением. уже чисто нигилистической. но на самом деле. ОНТОЛОГИЧЕСКОЕ СОМНЕНИЕ КАНТА У Канта есть онтология cogito. вроде бы возвращается. Но из «мыслю» никак не следует «есть». он просто показывает. Чистый разум не способен доказать бытия ни субъекта. некой инстанции.228 • Раздел 3. включая монаду) не могут быть строго доказаны с опорой на чистый разум. но все же сущем. е. что же выбрать за безусловную точку бытия? Неудовлетворительность схоластических креационистских рецептов теизма заставляет философов предлагать новые версии онтологий — субъектные (картезианство). но сосредоточивает свое внимание на разработке теории познания — «Критике чистого разума». Лейбница. Но при этом онтологической аргументации. однако. что любые параллели с монадологией Лейбница ошибочны. из которой. в которой разум не может делать никаких твердых заключений. ни объекта.. Критика учения Лейбница о монадах составляет важнейший пункт философии Хайдеггера(10). монадические.

ученик Канта. Но объективным пределом здесь является сам строй западноевропейской философии. добавил: субъект — это единственное.. нанесенную философской онтологии «критикой чистого разума». • призыв к поиску радикально новых путей мышления. Он пытается ответить на вызов дезонтологизации. Он — последний философ. Постановку проблемы ничто. и продвигается в этом направлении дальше других мыслителей. НИЦШЕ — КОНЕЦ ФИЛОСОФИИ Ницше для Хайдеггера является главным философом современности. Dasein и история философии. В ней Гегель развивает философскую диалектику. Если Платон был «концом в рамках первого Начала». которая ставит последнюю точку в процессе становления западной философии. в ответ на то. негатива у Гегеля Хайдеггер считает корректной. что дела обстоят неладно. . что субъект всетаки есть. в частности. а в метафизике Нового времени — и. что Гегель остается в русле Глава 2. которой руководствовался в «Критике чистого разума» Кант. Хайдеггер посвятил Ницше множество текстов(14). • утверждение искусственности культурных и метафизических установок как продуктов отчуждения от жизни. где онтологическая проблема формулируется некорректно в самом ее основании. то Ницше — это просто конец философии как таковой. часть из них сгруппирована в двухтомник «Ницше». Гегель также почувствовал. не залечивает травму.. Ничто растет. существенно корректирующую традиционную логику Аристотеля. отрицания. • критика Платона и референциальной теории истины. Находясь в центре европейского нигилизма. на что Хайдеггер обращает пристальное внимание. решил. в первом Начале. развивая эту идею. обоснованная рационально или эмпирически. Так возникла «Большая Логика». но вместе с тем он показывает. что бытие и мысль совпадают. однако. что есть(12). и. • обращение к досократикам в поисках истоков западноевропейского мышления в его чистом. последователи Канта попытались справиться с этим вызовом. где опровергается второй логический закон — закон исключенного третьего. Для Хайдеггера Ницше является фигурой. Фихте. Для подхода к теме Dasein у Ницше центральны следующие философские моменты: • констатация западной философии Нового времени как нигилизма. О «смерти Бога» он провозглашает открыто и максимально убедительно. чтобы показать. Он оказал на Хайдеггера самое большое и решающее влияние. у Канта — лишь обнаруживает свои последние следствия. Ницше больше не верит ни в объект. Для этого ему пришлось выстроить новую логическую систему. продолжает оперировать концептами и признавать референциальную теорию истины. Dasein Бог как категорический императив Практический разум Субъект как категорический императив Объект как категорический императив Онтологический треугольник с позиции практического разума у Канта Идея «Критики практического разума». ФИХТЕ И ГЕГЕЛЬ: ПРЕОДОЛЕНИЯ КАНТИАНСКОГО ПЕССИМИЗМА Конечно. но лишь усугубляет ее. что Кант оставил мир без субъекта. нежели онтология. • 231 классической философии(13). • ниспровержение идолов и ценностей Запада. еще не «искаженном» учениями об идеях виде.230 • Раздел 3. ни в субъект. Морально обоснованная онтология еще менее основательна. вскрытый Кантом. Он предпринял колоссальные усилия. • выделение «воли к власти» как основного жизненного мотива.

. по мнению Хайдеггера. Феноменология Гуссерля имеет множество различных интерпретаций. которые напрямую вытекали из «Критики чистого разума». Следуя по этому пути. Хайдеггер различает «ведущий вопрос философии» (Leitfrage) и «основной вопрос философии» (Grundfrage). Dasein Ницше обращается к стихии жизни. Гуссерль был настоящим последовательным кантианцем. В некотором смысле. к. • введение понятия интенциональности как основной модели соотношения сознания с рассматриваемым объектом (что в определенной мере конституирует этот объект). что Хайдеггер сопрягает феномен и сферу феноменального с бытием. суть не что иное. и есть. которая остается на месте мыслящего человека после последовательного осуществления операции «эпохе» применительно к основным философским концепциям («субъект». ГУССЕРЛЬ С другой стороны. В то же время для Хайдеггера понятие «феномен» имеет особое значение. важнее всего в феноменологии стремление к выявлению наиболее чистой инстанции. формально повторяя ряд классических операций феноменологии.). Dasein и история философии. параллельно Ницше. «я». «объект». Это означает. Эту стихию Хайдеггер трактует как бытие. стремится изолировать феноменологию от какого бы то ни было сопряжения с онтологией. Феноменология Гуссерля основана на следующих операциях: • вынесение за скобки существования объекта. что и предопределяет различие их философских установок. Хайдеггер. которые. «время» и т. включая позитивизм. Гуссерль идет путем нигилизма. его философия и его история философии прочно фиксированы на оси вопроса о бытии. находясь на этом пути. «сущность». д. «обнаруживать». Таким образом. Хайдеггера можно назвать «феноменологом». которая остается после отслоения всех метафизических напластований. . Поэтому феноменология у Хайдеггера неразрывно объединена с онтологической проблематикой. • сосредоточение философского внимания на структуре человеческого сознания в той форме. приблизительно. • исследование феноменологического потока сознания в ходе наблюдений за поведением человека в среде «жизненного мира» (Lebenswelt). а Гуссерль — с мышлением. пытаясь обосновать новую создаваемую им философскую школу. что Хайдеггер называет Dasein’ом. как частные случаи все той же западной метафизики. т. напротив. Для Хайдеггера. тогда как Гуссерль. А то. исподволь подготовила для Хайдеггера подход к Dasein. истина. Истину как «несокрытость (бытия)» Хайдеггер противопоставляет истине как соответствию одного сущего другому сущему. Гуссерль приходит к таким моментам. что в период максимального расцвета нигилизма сталкивается с этой стихией. Хотя Гуссерля и Канта разделяет больше ста лет. дословно «несокрытость». Первый относится к сущему (Sein der Seiendheit). со своей стороны. именно он подвел к логическому концу те темы. бывшего учеником Гуссерля. как «трансцендентальность» или «ноэзис». которые надо было сделать. Он сопрягает его со значением греческого корня φαίνεσθαι. как феноменология Эдмунда Гуссерля. что означает «являть себя». и.232 • Раздел 3. в какой оно конституирует объекты своего функционирования (ноэмы) через интеллектуальные операции (ноэсис). осуществляет вместе с тем нечто совершенно иное. и он сделал из кантианства те выводы. используя новаторский концептуальный арсенал. то. • 233 ту инстанцию. субъекта и Бога (принцип феноменологической редукции). а также с другим важнейшим для Хайдеггера греческим термином «ἀλήθεια». Феноменология.. из последовательно и фундаментально осмысленного кантианства родилось такое явление. пытается обосновать и корректно описать Глава 2. материализм и эмпиризм. По сути. Он толкует «истину» — «алетейю» как «несокрытость» и сплошь и рядом передает этот греческий (досократический) термин немецким словом «die Unverborgenheit». полностью выстраиваемый ad hoc в максимальной близости с самими феноменами. описанного Ницше. «проявлять себя». а сам Dasein — феноменологическим явлением.

не имеющий никакой адекватной интерпретации. стянулось к Dasein. но существенную его сторону. сущему. которая фиксируется в период завершения процесса дезонтологизации в полночи вселенского нигилизма. не затрагивающему сути нигилистической катастрофы. ГЛАВА 3 DASEIN h ecn }jghqŠem0h`k{ ВВЕДЕНИЕ DASEIN Если подходить к Dasein со стороны истории философии. и утратили какую-то малозаметную вначале. утвердив теологическую иерархию тварных вещей. Деисты усомнились в догмах веры и стали обосновывать бытие на основании своих искусственных концептов — будь-то рационализм Декарта. тогда как у Гуссерля мысль в целом остается в рамках гносеологии и теории познания. Ницше называет вещи своими именами и требует отныне мыслить трезво и жестко в терминах богооставленного мира. Гуссерль в условиях краха европейской метафизики вводит для мышления феноменологический метод. предшествующий каким-либо обоснованиям. эмпиризм Локка и Юма или монадология Лейбница. то можно сказать. всеобщему. что осталось в такой ситуации от бытия. феноменологическое наличие. что рационального обоснования у онтологического аргумента нет. Попытки Фихте и Гегеля снять проблему отсылают нас лишь к частичному концептуальному исправлению ситуации. То. Феноменология Хайдеггера с самого начала помещена в контекст решения «основного вопроса философии». на каждом этапе все более и более удалявшегося от магистрального процесса философствования. Dasein вместе с тем есть. безусловно. что это последняя точка. Платон отождествил бытие с одним из сущего (идеей). помещенный в нигилистическую пустыню.234 • Раздел 3. Это феноменологическая онтология. Схоласты еще больше удалились от бытия. Dasein — это последний факт бытия. Кант честно признал. Dasein второй — к бытию (Seyn). Досократики приравняли бытие (Seyn) к природе. То есть это феноменологическая точка .

д. Dasein можно пережить. как было отмечено «вот». «недалеко». Оба термина. сопряжение историко-философской оптики дезонтологизации. между «здесь» и «там») происходит «du». это безусловное наличие. пусть и не обоснованным пока метафизически. т. что бытие находится «здесь» (а не где-то еще). «Hier» — это конкретно «здесь». Dasein относится к сущему: оно есть сущее. от греческого « ὂν». В Dasein «я» схватывается как «ты». «Вот» — это то. Dasein и его экзистенциалы • 237 месте в «Sein und Zeit» гипотезу Вильгельма фон Гумбольдта(15) относительно происхождения личных местоимений из наречий места. «вот» дистанции предшествует. ктó здесь. а от «da» («тут». но вместе с тем это не «я». Поэтому Dasein можно воспринять как конкретный сгусток бытия. это человек. «Здесь» и «там» появляются только после того. и уж . чтó здесь. недалеко. «da» — это где-то между ними. но есть простое наличие. Хайдеггер. Второй корень в слове «Dasein» — это «da». явленное наличие. Для пояснения значения этого фундаментального термина представляется более точным использовать «вот-бытие». что в Dasein мы имеем дело с «бытием». Dasein бытия. е. «сущее». а в «вот» еще нет дистанции. но вместе с тем оно есть не просто сущее. от «dort» («там») происходит «er» («он»). Гумбольдт предлагает следующую версию: от «hier» («здесь») происходит «ich» («я»). что мы зафиксировали своим вниманием. не о «субъекте» и не об «объекте». и посвящена в основном книга «Sein und Zeit». Сам Хайдеггер упоминает в одном Глава 3. куда можно указать.236 • Раздел 3. Действительно. которое упоминается в Dasein. который находится близко (а не далеко. аналитическому описанию Dasein. В немецком языке система наречий места имеет тройную структуру. к. что находится «здесь» — в максимально возможном отрыве от того. Эта феноменология наличия имеет свои свойства. Гумбольдтовское соответствие важное: «бытие». почему здесь и т. а не двойную. т. сконцентрированной на «основном вопросе философии». если вжиться в фактичность бытия того. что речь идет не о «человеческом» и не о «реальном». на что мы указали. но можно и как «вот». между прочим. в котором нет субъектности. о логосе в такой констатации пока речи не идет). где здесь. «где-то здесь». немецкое слово «Dasein» складывается из двух частей. «здесь». ВОТ-БЫТИЕ Можно привлечь русское указательное местоимение «вот». некий безусловный феноменологический факт. это конец пути. ´ HUMAINE LA REALITE Анри Корбен (16) переводит на французский язык «Dasein» словосочетанием «человеческая реальность» («realité humaine»). Хайдеггер отнюдь не настаивает на введении метафизических соответствий между Dasein и Sein (и тем более Seyn). которое находится «вот». «dort» — это конкретно «там». но какое-то особое сущее. Феноменология Dasein на первом этапе философии Хайдеггера может быть взята как онтическая (но пока не онтологическая. «Здесь» и «там» — это четкое разделение дистанции. но такое «ты». о присутствующем конкретно и ощутимо. поскольку в опыте Dasein происходит разотождествление с «я». «Da» можно перевести как «здесь». Вместе с тем перевод немецкого «da» русским «здесь» довольно некорректен. То бытие. «Вот» означает не «здесь» и не «там». строго говоря. как все остальное сущее. Это соответствие должно венчать собой весь корпус хайдеггеровской философии. но где-то конкретно. почти эмпирическом смысле. a «Sein» — «бытие». с прямой феноменологией наличия. Выяснению этих свойств. как в современном русском языке. Тем не менее с самого начала чрезвычайно важно. Это «da» указывает. т. никуда не годятся. Хайдеггер применяет к этому термин «онтический». В какомто смысле это «ты». бытия в онтическом. что речь идет о чем-то фактическом и наличествующем. не «там»). е. на протяжении всей своей книги говорит. но и не «не-я». «Da» — это «здесь». DA И SEIN «Dasein» иногда переводят на русский язык как «здесьбытие».

но вместе с тем ускользающее. Фиксация внимания на значении этих слов не вводит нас в философию. Но это мы оставим как замечание на полях. Хайдеггер следует не столько за логикой философского дискурса (где онтология требует логических обоснований. И первым звуком. который — вопреки всем аккордам дезонтологизации — как ни в чем не бывало оперирует с таким понятием. «вот здесь». ни единичности. ненаучно. довольно банальной интерпретации. он связан с языком напрямую и неопосредованно. явление по преимуществу. но вводит нас в язык. сколько за языком. Dasein и его экзистенциалы • 239 мгновенно. что является. со всеми заключенными в нем содержаниями. Но в том-то и трудность. И этим взрывом конституируется само «вот». «Не субъект. естественно. (Возможно. Предельно критичный и сверхвнимательный к терминам. что порождает порочный круг и бесконечность нигилизма). и то. единственная аксиома хайдеггеровской философии. сказываются в выборе словесного объекта для осмысления. Хайдеггер предлагает сделать одно-единственное исключение и «поверить» значению слова Dasein: оно фиксирует именно «бытие». по сути. звукам и угадываемым смыслам. что ее корректное понимание невозможно без фундаментальной онтологической компетенции и вместе с тем без прямого опыта столкновения с бытием в фактической конкретике «вот». «Вот бытие». Во всех других ситуациях и контекстах это явление было бы невозможным и подлежало бы совершенно иной. Dasein — это внезапное и взрывное обнаружение бытия вот. мы поймем все остальное. В какой-то особой оптике (а Анри Корбен — крупнейший знаток исламского эзотеризма. Иначе не было бы ни взрыва. а также то. постоянно помещающий их в изначальный контекст и старающийся точно установить корректное историко-философское содержание (включая нюансы переводов и этимологии). о «световом человеке» и о «пурпурном архангеле» (Сохраварди)(17). В этом смысле следует учесть теории самого Корбена о «mundus imaginalis». развертывающую свои автономные свойства. и «реальность» (объект. главная и. Поняв ее. что обнаруживает себя. Хайдеггер строит философию заново. мир). а также теорию imaginaire и антропологического траекта Жильбера Дюрана(18). ни со-бытийности такого обнаружения. не человеческое.238 • Раздел 3. концептам. Но вместе с тем это зов самого языка. чем корбеновское «realité humaine». Dasein является сразу и Глава 3. Опыт Dasein принадлежит к предфилософии. а не жесткому философскому дискурсу. в ходе чего возникают и «человек» (субъект). сакральной антропологии и мистической философии) Dasein можно понять как «человеческую реальность» в ее чистом виде — до человека и до реальности — как структурированную качественную инстанцию. не объект. неточное. «Dasein» — это первая. и не «где-то». филологи»(19) и Гуссерля с его «жизненным миром». значениям слов. Чтобы бытие смогло обнаружить себя взрывным и непосредственным образом вот. Dasein тем более не о «Боге». первым утверждением этой философии (позже он сам осмыслит это как «новое Начало» — «die neue Anfang») является Dasein. которых представить не может. как «Dasein». Тут Хайдеггер и предлагает осуществить прыжок. Философские знания и навязчивый интерес к онтологической проблематике. Dasein — осевой феномен. а «вот». скорее всего. невнятное. ОПЫТ DASEIN КАК ЯВЛЕНИЕ ЯЗЫКА И КАК ВЗРЫВ Вводя «Dasein». Слова «вот» и «бытие» что-то силятся выразить — что-то чрезвычайно важное. что являет. но само осмысление на стартовом этапе отсутствует. Dasein — это то. «Бытие — вот». в этом сказались уроки Ницше с его «Мы.) По сути. «Вот-бытие». он предельно наивен. а не концепциям. При этом чистота опыта обеспечивается только тем. довериться словам. его предварительно необходимо было полностью и окончательно забыть. не реальность и не божественное» было бы гораздо более точным дескриптором понятия Dasein. Поэтому условием появления Dasein и . первым шагом. Однако такой перевод все-таки проливает свет на смысл Dasein. что он проходит в условиях тотального нигилизма как закономерного и логического завершения становления всего процесса западноевропейской философии.

и Хайдеггер в редких случаях пользуется словом οῠτος («тот». основанной на Dasein как своем центре. позитивизму. а не по линии философской терминологии. но путем мужественной фиксации стихии победившего нигилизма. а само по себе. Но здесь следует учитывать немецкий контекст оригинала. Отталкиваясь от Dasein. нежели оно само. er (sie. оно гораздо точнее соответствует немецкому Wesen.240 • Раздел 3. что соответствует латинской этимологии: «sub» («под». sie wesen. является прохождение философией всех ее стадий — от досократиков до Ницше. сущности. либо как субъект. считает Хайдеггер). Таких форм в немецком языке нет. Чтобы появилось Dasein. философия была обречена на вечное повторение одного и того же метафизического маршрута. т. достичь апогея. как использование отглагольного существительного Wesen как глагола — ich wese. Здесь может возникнуть недоумение: призывая мыслить от экзистенции. Глава 3. который мы безвозвратно утеряли (и в такой утрате был фундаментальный смысл. Dasein и его экзистенциалы • 241 «Сущность (Wesen) Dasein. «Das Wesen» для Хайдеггера не есть перевод греческого «οὐσία» или латинского «existentia». выведение из несокрытости) самобытия Dasein'а. и в греческом языке прямого аналога латинскому «existentia» не находится. es) west. это другой язык — хайдеггеровский метаязык фундаменталь-онтологии. Вместо этого предлагается начать философствовать от Dasein. что фиксирует нигилизм. Попытка выстроить онтологию на базе эссенции ведет к дезонтологизации. Только после этого — и в значительной степени вследствие этого — может открыться вот-бытие так. Двигаясь по линии языка. которая и привела весь философский процесс от «первого Начала» (досократики) к концу философии (Ницше). либо как монада и т. а не эссенция. ОТ ЭССЕНЦИИ К ЭКЗИСТЕНЦИИ Сам Хайдеггер подчеркивает. Dasein философии. хочет пройти путь этой ответственности до конца. изобретая несуществующую в немецком форму «wesen» как глагол. рано или поздно приводящего мысль к отчуждению. расцвести. философия должна была начаться. Хайдеггер считает. Слово «existentia» и его производные («existential». . к нигилизму. либо как идея. Эссенция понималась либо как Бог. сущность). Хайдеггер сам определяет Dasein (экзистенцию) через сущность (Wesen). отталкиваясь при этом от осмысления всего философского процесса от первого Начала до Конца как неверного онтологического курса. Тем менее пригодно русское слово «существование» при переводе «экзистенции». ihr weset. Wesen — это сопричастность к Seyn как к бытию. как оно открылось Хайдеггеру. Отсюда такие новообразования хайдеггеровского языка. как нечто безусловно наличествующее. «заброшенность». что эссенциальный подход выражает ту самую погрешность. которое только следует осознать в должном качестве. а глагол «существовать» и передает то. — повторяет Хайдеггер в „Sein und Zeit“. Начиная с эссенции как с «общего» (kοινὀν). к. пойти на спад и трагически завершиться. что Хайдеггер хочет сказать. Хайдеггер придает самому слову «Wesen» (страдательное причастие от глагола sein) фундаменталь-онтологическое значение. а не от эссенции (сущности). воспринятого как экзистенция. либо как объект. Поэтому фразу «сущность Dasein в экзистенции» следует передавать по-русски на корректном метаязыке: «Wesen Dasein'а в экзистенции». Это значит: Dasein есть не по соответствию сущности как чему-то внешнему или иному. что корректный подход к Dasein и его обнаружению возможен отнюдь не путем возврата к тому онтологическому треугольнику. На протяжении всей своей истории западная философская мысль исходила из определяющей мысли об эссенции. Впрочем. а значит. wir wesen. du wesest. прагматизму. присущего Seiende (ens) как Seiendheit (essentia). а выражение (открытие. Поэтому Wesen есть не эссенция (οὐσία. д. но не снимает с себя ответственности за его появление. — в экзистенции». Dasein — это то. но в онтическом. более того. οὐσία. «existentielle») Хайдеггер не переводит на немецкий язык (хотя он старается перевести на немецкий все — даже субъект превращается у него в немецкое «Geworffenheit». а не в онтологическом смысле. «вниз») и «jacere» («бросать»). Хайдеггер предлагает фундаментально изменить философский настрой. не совпадает с ним (потому и фиксирует).

objectum. ни одно из сущих наряду с другими. В онтическом нет ни уверенности. е. ни всеобщее. и как познания. где все рассматривалось не из себя. В определенном смысле. и как материи. ни сущность. ни мир. res. тройным плеоназмом. ни высшее сущее. что он дан и дан безусловно. пытаясь найти аналог экзистенции. пока не достигнет гигантских объемов в философии прагматизма. мышления. ни небытие. несокрытости бытия в факте присутствия Dasein. исчезновение и конечность. до объекта и субъекта. до «я» и его предикатов. Вопрос о бытии может ставиться: • онтически. давания. повисший над бездной ничто. и как объекта. В этом смысле можно сказать. ни хронологически. Данность здесь исключает и дающего и принимающего. и как всеобщего. κοινὀν. как о нем помыслили. наличия. как к ἀλήθεια. позитивизма. ἰδέα. и как субъекта. и как разума. а с позиции самого Хайдеггера. даже восприятия. остается только акт дарения. Глава 3. опираясь на этимологию немецкого «Dasein». безусловном. Онтическое предшествует какой бы то ни было работе сознания. ни истины (как соответствия). essentia. realitas и т. в определенном смысле. а «Wesen» (существование) в «Sein» (бытии) Dasein’а. ценности. д. ни сущее в целом. и как единства. ни единое. ни психика. в понимании бытия как морали. ТРИ ОНТОЛОГИЧЕСКИХ СРЕЗА Введение Dasein и начало мышления по-хайдеггеровски подводит нас к новой формулировке онтологической проблематики. как на нем сфокусировались. Онтическое — это безусловно наличествующее в безусловной данности Dasein'а. все версии философского постижения. до философии. когда. что Dasein — это Dasein. ни жизнь. οὐσία. т. • онтологически. в прямом. но уже у них закрался нюанс погрешности. и как идеи. и как конечности. описания и определения бытия в западноевропейской философии от первого Начала до Конца проходят в заведомо ложном направлении. если только подходить к феноменологии не с позиции Гуссерля. «Dasein existiert faktisch». можно уравнять онтическое с феноменологическим. ни ничто. и как сознания. прежде и до всяких обоснований кем. ни бытие. ни объектности. ни Бог. Поэтому аксиоматическая для хайдеггеровской философии фраза «Wesen Dasein’а в экзистенции» является. и как сингулярности. Далее эта погрешность растет. Хотя «экс» (ex) в «экзистенции» (в латинском «existentia») уже содержится в «da» Dasein. и форма его экзистирования есть возможность бытия. тотально воспринимаемом наличии. до φύσις. subjectum. ни человек. ни онтологически не предшествует. бытие до природы. εγώ. Хайдеггер повторяет рефреном: «Dasein экзистирует фактически». ни «я». как факт упругой недифференцированной жизни. откуда. и как абсолюта. ни субстанция. что. где отныне предлагается все рассматривать из Dasein как из фактической и онтической инстанции. конкретном. до категорий и концепции. «Онтологическое» — это значит осмысление бытия в философском контексте. Dasein не есть ни эссенция. . ни идея. мировоззрения. представления. и как реальности. Бытие в онтическом выступает в некоем почти «варварском» смысле. Так появляется три онтологических среза. Но здесь и находится главная проблема: для Хайдеггера вся онтология.). Онтология включает в себя все оттенки философского осмысления бытия и как φύσις. Поэтому значительная часть «Sein und Zeit» посвящена апофатическим определениям Dasein. ни субъектности. Dasein и его экзистенциалы • 243 «Онтически» — это значит в прямом и эмпирическом соотнесении с Dasein. Хайдеггер своей плеоназмической формулой закладывает основу нового Начала философии. Онтическое — это бытие до того. • фундаменталь-онтологически. а ее германско-латинская этимология призвана перевернуть фундаментальные аксиомы всей философии. что Dasein — феномен. до человека. «Фактически» означает «онтически». скорее. но это равнозначно тому. ни субъект. покой и наличие. У досократиков онтология максимально приближена к онтике. которой ничего ни логически. до идеи. идеала. Dasein «это»).242 • Раздел 3. а из другого (φύσις. зачем. θεός. включающей в себя смерть и движение. Dasein сопряжен с Wesen и с экзистенцией. и как предметного мира. ни объект. Чтобы пояснить это.

значит. но одновременно. «философски». он и есть онтичность. Более того. что оно восходит от непосредственности Dasein к его опосредованности. Для того чтобы подчеркнуть именно этот смысл фундаменталь-онтологического. Но от онтологии фундаменталь-онтология отличается тем. а следовательно. категорий и представлений. «платонически». всячески превосходит его. что можно было бы поставить напротив друг друга. их структуры зависят от того. осмысления бытия. грандиозным памятником одной и той же ошибке. созидалась бы в постоянном и тесном контакте с Dasein. т. объекта и т. вокруг него. как он развертывает свое «da» и свое «Sein». субъекта. в его среде. пребывающее в бытии Dasein'а. который составляет основу онтического. DASEIN КАК БЫТИЕ-МЕЖДУ Чрезвычайно важно с самого начала подчеркнуть. игнорирует его. без навязывания ему каких-либо отчужденных рамок. которые проявятся (как проявляет бытие истина-«алетейя». идеализм. Онтическое дано до опыта мысли.) вне Dasein. как проступают сквозь бумагу водяные знаки). эти философские и пространственные измерения возникают не до него. без отрыва от него. Онтология есть систематизированный нигилизм. Онтология надстроена над Dasein'ом. Dasein онтичен. Dasein сам по себе пространственен. а как нечто общее для ошибочного толкования сущего. креатора. Фундаменталь-онтология — это мышление. концептуальное мышление. Истоки этого нигилизма состоят в отождествлении бытия и сущего и в приписывании какому-то одному сущему высшего нормативного статуса. Теперь. «отчужденно». возносится над ним. непосредственно. что это процесс мышления. Фундаменталь-онтология всегда помнит о различии бытия и сущего. Между онтическим и онтологическим в учении о Dasein выстраиваются такие пропорции. поверяя каждый следующий шаг стихией онтического. и эта пространственность составляет одно из его свойств. воспринимает Dasein как сущее. что проистекает из Dasein'а. первым шагом чего является Dasein. монадология. Эта онтология в оптике Dasein'а берется как нечто общее. Dasein и его экзистенциалы • 245 выражая онтическое. товара. ницшеанская воля к власти — все это разновидности неверного мышления той философии. что делает Dasein не только сущим. но при этом забывает его. с одной стороны. в каком режиме пребывает Dasein. «Онтологически». что такое фундаменталь-онтология? Это переход к новому Началу. преодолевает его. креационистская теология. сингулярностей и соответствий — ничего из того. подменяет его абстрактной схемой. Фундаменталь-онтология не делает ошибок всех философских онтологий и не выдвигает никаких дополнительных инстанций (идей. к. в отличие от просто онтологии. а вместе с ним. Онтология — это то. Глава 3. что восхождение от Dasein остается органически связанным с самим Dasein. д. реализм и номинализм средневековых споров. не порождая дуальностей и отношений. которая. Но вместе с тем вся эта работа онтологии как заблуждения готовила почву (Grund) для бездонной (Abgrund) догадки о Dasein. чем она является с позиции перехода к новому Началу философии. как более всего приличествует ему самому. Фундаменталь-онтология отличается от онтического тем. Учение об идеях Платона. отвлеченно от онтического. и как возможность бытия (Seyn). Дано неизвестно кем и неизвестно кому. Хайдеггер иногда использует выражение онтико-онтологический. ни «внешним». под ним или даже в нем. Фундаменталь-онтология — это еще не созданная философия «будущих» (die Kunftige). в нем и через него. Эта ошибка заключалась в игнорировании Dasein как базовой инстанции философствования. «Наука Логики» Гегеля. Это построение такой онтологии. что Dasein не является ни «внутренним». это онтичность. Dasein наконец. «неверно». Ясно одно: оно дано («оно экзистирует фактически»). по Хайдеггеру. с утерей того пульса бытия. эссенций. эссенциализм. но не как нечто общее для сущего (чем она хочет быть).244 • Раздел 3. на чем ставит акцент. что . которая была величественным. «нигилистически». но и чем-то еще. позволяя ему говорить о себе самом так. осмысленная философски. Абсолютная идея. над ним. логика и метафизика Аристотеля.

оно предшествует возникновению такого вопроса. «Бытие-в-мире» — это в первую очередь именно бытие. что такое мир. — утверждает Хайдеггер. без движения мысли в сторону нового Начала. причем такое. ни то том. между прошлым и настоящим. вместо «категорий» Хайдеггер предлагает описывать Dasein с помощью его предикатов. «„Вот-бытие“ есть „бытие-в-мире“». Ранее мы говорили о возможной симметрии указательных местоимений в отношении личных. Второе — описание онтической стороны Dasein в ее непосредственном выражении. подчеркивая связь «da» с тем. нежели с пространством. что наличествовало бы до него). как две отдельные фигуры. этим словом сам Хайдеггер пользуется только как прилагательным) означает фактическое описание. которое несет в себе «в» и «мир». не выносит никакого суждения ни о том. Дело в том. IN-DER-WELT-SEIN (БЫТИЕ-В-МИРЕ) Один из важнейших экзистенциалов Dasein Хайдеггер называет «in-der-Welt-Sein»(20) («быть-в-мире». «Бытие-в-мире» не отвечает на вопрос «где». Dasein не является вместе с тем «ни предшествующим» (началом). Сам этот перечень есть процесс создания новой философии. в оптике фундаменталь-онтологии). с «ты». Это привело Хайдеггера к постепенному пополнению фундаменталь-онтологического словаря. и. делает его «возможным». Хайдеггер дает краткий перечень экзистенциалов Dasein'а. что является им же самим. на котором призвана говорить фундаменталь-онтология. Здесь важно понять. почему это называется «экзистенциалом» и в чем состоит «экзистенциальность» такого предиката. «du»). есть ли он и имеет ли какое бы то ни было самостоятельное бытие. одной из его сторон. Если искать Dasein в рамках привычных онтологических координат (что будет соответствовать на сей раз и онтическому. Таким образом. ни «последующим» (результатом чего-то. Но экзистенциальный и фактический характер Dasein'а делает его вполне конкретным присутствием и наличием. то надо помещать его между — между внутренним и внешним. не через место (топологию). и. Глава 3. Поэтому под определенным углом зрения можно назвать Dasein «бытием между» (Inzwischen-Sein). и даже не «в» и «мир». следовательно. но переосмысленными в фундаменталь-онтологическом ключе. Эти предикаты Dasein'а Хайдеггер называет «экзистенциалами». следовательно. Традиционные философские термины в самой своей основе пронизаны интерпретациями. Dasein не есть функция от времени. а экзистенциал еще и потому. Первое означает мышление Dasein'а в ходе развертывания фундаменталь-онтологии. Dasein есть «In-der-Welt-sein». что «мир» конституируется здесь не через различие. Dasein и его экзистенциалы • 247 Так. не через пространство. значениями и контекстами. Поэтому «экзистенциал» Dasein'а — это не просто дескрипция. Dasein пространственно пограничен (он пребывает на границе между) и темпорально мгновенен (принадлежит мигу между прошлым и будущим). он должен обладать определенной локализацией. эмпирическому подходу). «Бытие-в-мире» не категория. В этом «между» проявляется «da» Dasein'а. Dasein не позволяет расположить его в том. взятое как экзистенциал (т. время также не имеет автономного бытия. «бытие-вмире»). «Экзистанциэль» же (правда. что находится в мире. но его философское фундаменталь-онтологическое утверждение. Этой эмпирической локализацией Dasein может служить понятие «между» (zwischen). ЭКЗИСТЕНЦИАЛЫ DASEIN Осуществление перехода к новому Началу требует выработки нового метаязыка. разделяющих и уточняющих его. но такое наклоне- . сопряженными со старой онтологией. либо старыми. е. в котором Dasein располагался бы. но через бытие. что «бытие-в-мире». При этом в «Sein und Zeit» Хайдеггер проводит строгое разделение между прилагательными «existential» и «existentiel». непригодны. в котором все словарные позиции были либо новыми. чему посвящен второй раздел «Sein und Zeit».246 • Раздел 3. смыслами. Отношения Dasein со временем еще более сложны. что лежит между «я» и «он» (в частности.

к чему прикладывается экзистенциал. но мы не знаем (можем только догадываться и строить предположения) о бытии мира. что для Хайдеггера огромным и первичным значением наделен вопрос о бытии. «В» не мыслится в отрыве от «мира». отказывается называться «миром» и отказывается совпадать с чем бы то ни было. Хайдеггер начинает с того. Dasein ние. материализм). Когда есть Dasein. новое Начало философии должно изначально двигаться иным путем. У человека Нового времени есть только «я» и «мир».). что предлагает расстаться с этими бездоказательными иллюзиями. Вначале идет «in-der-Welt-Sein». При этом в метафизике Нового времени эти аксиомы приобрели истерическое значение под угрозой погашения сознания. Абсолюта и т. и то только в том случае. Поэтому отказ от «я» и «мира» был вполне приемлемым культурным явлением и ничего не нарушал в привычном ходе вещей. К нему он обращается. которое организует себя и все вокруг себя. Его введение привело постепенно к референциальной теории истины. как какого-то сущего. И именно для него Dasein и представление о «бытии-в-мире» как об экзистенциале несут в себе наиболее острое революционное послание. что в условиях острой бдительности Хайдеггера к предотвращению повторения онтологических ошибок первого Начала философии будет весьма не просто. наличествующего именно здесь и сейчас Dasein’а. а потом только мир. д. Следовательно. Это в чем-то весьма напоминает феноменологический метод. есть бытие-в-мире. реальности. Но в Новое время онтология отбросила «гипотезу Бога». Для людей традиционного общества онтологический аргумент состоял в вере в Бога. Dasein и его экзистенциалы • 249 Абсолюта. Как бытие-в-мире Dasein — это пространственно шевелящееся бытие. субъект). И обратно — бытие-в-мире вызывает присутствие Dasein. прямая интуиция бытия и язык (бытие языка. Поэтому это лишь предикат (экзистенциал) Dasein'а и. но мир — это следствие Dasein. без Dasein’а как того. Это Dasein и его экзистенциалы. «Мир» из экзистенциала Dasein'а всегда «в-чембытие». а «мир» от «в». что есть. а оба они от бытия. объекта. Он зовет нас вперед. к. дальше. мы должны последовательно отказаться от двух впитанных вместе с классической онтологией аксиом: от убежденности в существовании «я» и «мира». где «в» неотделимо от «мира». либо через внешний мир (эмпиризм. следовательно. а как единственное. он (фундаментальонтологически) немыслим. Dasein — это засасывающее и поражающее своим бытием наличие. . кто находится в мире (ψυχή. и он есть в мире. если у него будут шансы оправдать свою самостоятельность. Dasein всегда есть бытие-в-мире. язык бытия). Важность этого экзистенциала станет для нас понятной. т. Мир отныне становится экзистенциальной гипотезой. относится к бытию напрямую. строго отдельного от Dasein. «Я» и «мир» были онтологическими следствиями и в некоторых случаях могли быть признаны иллюзией (как майя в индуизме) перед лицом Глава 3. но стало нормой только после зафиксированной «смерти Бога». было и будет. а в пользу фактически экзистирующего. если учесть то. Dasein есть. Именно такому современному человеку и адресована вся острота хайдеггеровской философии. что есть бытие-в-мире. Хайдеггер не зовет нас назад в онтологию. с той лишь фундаментальной разницей. «Dasein». а не эссенция. Так было не всегда. за последний предел ночи и ничто. без старофилософского разделения на того. где мы обнаружим не нечто новое как не бывшее. но не в пользу какойто иной. «Бытие-в-мире» как экзистенциал фундаментально потому. Точно так же «мир» не мыслится как нечто отдельное. трансцендентной реальности (Бога. и сам мир как нечто иное. которое отказывается называться «я». Он полностью признает правомочность и закономерность нигилизма западноевропейской философии. предоставив человеку обосновывать свое бытие либо через субъекта (cogito). Для того чтобы яснее понять Dasein экзистенциально. как просто «в». что Хайдеггер говорит о роли понятия «φύσις» в становлении досократической философии. Мы знаем. «Бытие-в-мире» — это прививка против появления «мира» как эссенции.248 • Раздел 3. что препятствует введению в философию «мира» как природы.

включено в ход экзистирования. Здесь общность предшествует ее составляющим. Хайдеггер также формулирует его несколько по-другому. в производную от бытия. Dasein и его экзистенциалы • 251 женным только в себя. в нечто чрезмерно «подручное». Забота есть всегда. В принципе этот экзистенциал вытекает из трех предшествующих — «бытия-в-мире». холодным. без того. Естественная для Dasein озабоченность в какой-то момент превращала мир. но расшифровывает их. Бытие-в-мире становится бытием-в-доме. что-то пересмотреть. Бытие рассказывает нам. как возникала старая метафизика. Это чрезвычайно важное указание. Еще до мира он пребывает в чем-то. вводя два других параллельных экзистенциала In-sein(21) и Mit-sein(22). е. забота — сущность Dasein. кто мог или должен был бы снять свое одиночество. забота как экзистенциал может превратить «подручность» в объективацию. Dasein излучает заботу и сам есть забота — забота в чистом виде. безразличным. нет. но показывает также. Важнейшим среди них является die Sorge. В Dasein еще нет того. как экзистенциалы Dasein в . Здесь можно усмотреть перводвижение к появлению φύσις. на каких погрешностях в отношении экзистенциалов Dasein'а она была основана и каким путем складывалась в самих своих основаниях. как и в случае с «в». «жить». либо неаутентичного Dasein. Экзистирование пристрастно. ЗАБОТА (DIE SORGE) Хайдеггер описывает и иные экзистенциалы Dasein. откуда современное немецкое «wohnen») открывается только через бытие. Dasein «БЫТИЕ-В» И «БЫТИЕ-С» Развивая этот важнейший экзистенциал. что фундаменталь-онтология не просто конституирует новое Начало в философии. И снова данное «в» (немецкое «in». Dasein не является чем-то отстраненным. В таком случае «с». «в». Этот экзистенциал ничего не говорит нам о том. кто заботится и о ком заботятся. е. «mit». И каждый из экзистенциалов также может выступать как проявление либо аутентичного. «бытие-в» подчеркивает роль Dasein'а в развертывании мира как того. и мы уже можем представить себе. Помещая в себя новую философию и объясняя досконально. здесь совершенно не пригодна. что Dasein никогда не является одиноким. Dasein не одинок. в котором проявлялось бытие (бытие-в-мире). но когда забота подталкивает Dasein перешагнуть невидимый барьер (учредив его тем самым). Само бытие представляет собой заботу. «In-sein» означает «бытие-в». нет сингулярностей диалога. Формула Фихте «я» равно «я». Этот вектор «бытия-в-мире» конституирует нечто «наличное» «подручное» (das Vorhandene) как «поручное» (das Zuhandene). Когда бытие обнаруживает себя. где наличие мыслится как окруженное заботой. на которой он основывает свою посткантианскую онтологию. съесть. а тех. оно делает это как «бытие-с». Через заботу в направлении мира формируется его «подручность». что сам Dasein может иметь два базовых модуса — аутентичный и неаутентичный. оно обитает. В случае экзистенциала заботы это видно наглядно. конституируемое заботой. по каким траекториям Dasein отчуждался от самого себя в первом Начале. без «с» бытия нет. каким образом в западноевропейской философии начиналось забвение бытия. «пребывает в».250 • Раздел 3. Мы уже говорили о том. что оно бывает только «с». Это бытие живет. что фундаменталь-онтология всячески стремится избежать эссенциализации мира. превращается. сингулярным. забота(23). т. Аналогично следует толковать «Mit-sein». чтобы был тот. «бытия-в» и «бытия-с». Несколько позже мы увидим. Хайдеггер этимологически возводит к готтскому «innan». потрогать. «бытие-с». кто пребывает и с кем. заинтересованно. утверждая неодиночество как неотъемлемое свойство Dasein. Так этот экзистенциал Dasein'а показывает. в чем пребывает Dasein. из кого она состоит и между кем устанавливается. и в этом проявляется бытие. общность — «с» («mit») — есть. Dasein есть озабоченность. хайдеггеровская аналитика Dasein'а заявляет о своем тождестве с фундаменталь-онтологией. оно проживает. погру- Глава 3. т. Мы начинаем понимать. нет самого диалога. Но подчеркивает. отделенным и основывающим свою идентичность на самотождестве. Dasein озабочено. Экзистенциал «In-sein».

Субъект тоже заброшен. Dasein заброшен. при этом привлечение славянской этимологии только поможет пониманию движения мысли самого Хайдеггера. т. эквивалентное «истине» (как дословная передача этимологии греческого слова ἀλήθεια). Заметим. субъект созидает проект». точнее. что этимологически обозначает «брошено вперед» — практически то же самое. заброшенность не находит дна (Grund). он летит. и тогда хайдеггеровская философия станет внятной и по-русски. «я» и т. Dasein неаутентичном режиме будут конституировать историкофилософский процесс от первого Начала до Ницше. но объясняет. se proicit». отталкивающегося от эссенции. отталкивающемуся от экзистенции. к. е. куда-то. Dasein заброшен. отсутствие основания. который может основываться на германских корнях. что именно кончилось. что эти операции должны быть осмыслены в русскоязычном контексте. Но «субъект» и «проект» суть не просто латинские слова. где-то. И здесь снова вполне можно провести параллели с латинским философским термином «proectum». что кончилось то. так и «Geworfenheit» есть не что иное. поскольку нет такой инстанции.). заветом или требованием. Dasein и его экзистенциалы • 253 является изначальным и фундаментальным понятием. Этот бросок есть «бросок-на» как ответ на заброшенность. что кончилось. так и новой. • выработке метаязыка новой философии. Хотя понятие Geworfenheit стало сегодня общепринятым и активно используется в философии и психологии. С заброшенностью Dasein'а связан и другой экзистенциал — «набросок» (Entwurf) (в русском языке в слове «набросок» так же. но философские понятия. принадлежащие концептуальной топике старой философии и. Subjectum. но это частный случай заброшенности. «проект». Он не просто показывает. Dasein бросили. д. как и в немецком. Оно свойственно как старой философии (где получает наименование ψυχή. ЗАБРОШЕННОСТЬ (GEWORFENHEIT) Еще один важнейший экзистенциал Dasein — это заброшенность (Geworfenheit). но происходит в условиях бездны (Abgrund). где она выступает в чистом виде. в том числе и в психологическом. откуда-то вне и до самого Dasein'а нет. . откуда-то. относящиеся к метаязыку метафизики. «стоящее под»).252 • Раздел 3. потому что предоставлен самому себе в полном отсутствии какого бы то ни было наличия вне себя. δαίμον. «субъект» — это и есть «заброшенный». что немецкое «Entwurf» или русское «набросок». просьбой. В этом состоит смысл перехода от мышления. куда-то. Будучи заброшенным и пребывая в полете. quia subiectum est. Он заброшен во всех смыслах. когда оно началось и почему это произошло. как немецкая калька с латинского «subjectum» — от «sub» («под») и «jacere» («бросать»). к мышлению. Заброшенность как экзистенциал Geworfenheit'а Глава 3. нетрудно распознать этимологические замыслы самого Хайдеггера. Dasein сам совершает бросок. Помимо этого. т. «будучи заброшенным. На латыни: «subjectum. следовательно. Как «Unverborgenheit» (дословно «несокрытость») для него имеет значение. что откроет возможность построения русской философии (которой никогда не было) с опорой на изначальные славянско-русские смыслы (при свободном использовании сравнительных этимологий других индоевропейских языков). Хайдеггеровская «заброшенность» (а также «набросок») вместо «субъекта» служит следующим целям: • демонтажу метафизических смыслов философских терминов и их возврату в стихию языка (от терминов к словам). собственно к самому языку. в этом состоит его фундаментальное основание. В этом все значение Хайдеггера. точнее. Можно сказать. что он пребывает в броске. присутствует корень «бросать»). В русском языке нечто подобное передается словом «подлежащее» (калька с другого латинского слова «substantivus» — дословно: «лежащее». «субъект». Он заброшен кем-то. но этих кого-то. где-то. Dasein заброшен. Хайдеггер строит мост к новому Началу. к которой он мог бы обратиться с жалобой. Одновременно они могут служить образцом выработки философского метаязыка на базе возврата к изначальным этимологиям.

Verstehen надо осмыслять как-то иначе. к. то мы вообще перечеркнем возможность переводить Хайдеггера на русский язык и будем говорить о нем только на немецком языке. А если мы. а просто находится. мы передаем самую суть этого экзистенциала. «vernehemen» («восприятие». «присваивать». напротив. но русское «понимание» (как и французское «comprehension») слишком связано этимологией. Насилие над русской грамматикой пытается найти выход в такой интерпретации: Dasein находится. откуда — при всей домашности — лучше ничего не брать. как «νοῦς». действительно. «разум». т. Эту формулу можно принять в качестве фундаментального утверждения новой философии в русском языке. «захват» и «превращение в собственность» («доместикация». в этом проявляется его забота. что Verstehen(26) («понимание». Поэтому испуг составляет важнейший экзистенциал Dasein'а. VERSTEHEN (ПОНИМАНИЕ) Хайдеггер считает. Возможно. «под-нять». но при этом он сам себя (пока) не находит. что Dasein боится. т. Dasein находится. «нять». Двусмысленность переходности и непереходности в использовании русского глагола «находиться» («befinden». «νοεῖν» («нус». А значит. Употребляя переходный глагол неправильно. что Dasein находится. а находится.254 • Раздел 3. «поедание». Специфическая заброшенность Dasein'а проявляется в том. не поясняя. «ноэйн») — «интеллект». готовит это «подручное» к тому. Но подлинный экзистенциал Dasein'а явно противится этому. и бытия-в. е. смысл «переставить» или «переместить». е. Вследствие этого будет вполне корректно сказать. Dasein'у свойственно все «переставлять». «Понять» происходит от «ять». корректный на сей раз. ничего и никого нет. скорее. Dasein испуган и может выразить свой испуг поразному. Если вдаваться во все эти нюансы. как и в русском и в отличие от германских языков. то оперативно отдавать.. что пронзительно воспринимается им самим как Befindlichkeit. «Понять» как «взять» можно только сущее. что переставляет. «мышление». И этот второй смысл. Поэтому все же Dasein не «находит себя». помимо него. Befindlichkeit(24). то только для описания этого экзистенциала в случае неаутентичного Dasein'а. опознает смысл переставляемого. чтобы его можно было взять. Dasein и его экзистенциалы • 255 что-либо». которым является страх(25) (Furcht). его нашли. конституирующее «подручное» через заботу. В немецком корне содержится. «использование». То есть в русском языке «понимание» мыслится как «апроприация». Dasein BEFINDLICHKEIT (НАХОДИМОСТЬ) И СТРАХ Следующий экзистенциал Dasein'а — это находимость. Во французском же «comprendre» (от латинcкого «comrehendere»). «где» находится. «взятие на хранение»). превращенное в «подручное». «присвоение». «брать». а если и брать. «думать». Сам Хайдеггер передает этим словом иногда такой важный греческий термин. По смыслу это и есть «понимание». Но еще прежде этих выражений он изначально и фундаментально онтически пронизан страхом. в английском «to understand» — значение «поставить под». «Понимать» в русской этимологии означает просто «брать что-то». е. «Переставляя». что Dasein никто не находит. Находится не «где». значит. в котором проявляет себя более общая «находимость». как «находимость». его соучастие. нежели через конвенциональное русское «понимание». Если и можно в таком случае пользоваться русским словом «понимание». Нечто подобное по значению мы встречаем в немецком слове «das Vernehmung». а слишком близкое — чуть подальше. выражается в модусе этой «находимости». т. помещает далекое поближе к себе. «sich befinden») здесь весьма на руку. к. Dasein осмысляет то. с грамматической точки зрения тоже вполне может быть принят с той поправкой. менять местами. попытаемся упростить ситуацию и откажем- . Тревожность того. т. «воспринимать»). и ориентации на «мир» как места пребывания. его сопричастность бытию-в-мире. т. «себя» (Selbst) Dasein’а составляет другую тему его аналитического описания. где заканчивается священное отношение к бытию. Здесь есть определенная лингвистическая проблема. преобладает корень «prendre». в переводе на русский) также является экзистенциалом Dasein. «взять Глава 3. Он боится и заброшенности (броска). выстраивая тем самым интеллектуальный порядок. сделав шаг за барьер. «Бытие-в-мире».

Речь как высказывание скрывает под собой молчание. следует держаться как можно ближе к немецкому оригиналу. Такое молчание и такое слушание этого молчания относят Dasein к самим истокам речи. Он приводит образ часового. на онтологии. Молчание. пытаясь уловить в отсутствии звука малейшие признаки его едва различимого возникновения. сделать его чрезмерно громоздким. Verstehen) Dasein'а выражают себя в речи(27). это не просто отсутствие речи или ее отрицание. а потом снова. В 1930-е годы он начинает все более тщательно различать «Sein» (как «бытие в онтологии») от «Seyn» (как «бытия в фундаменталь-онтологии»). Сам Хайдеггер также часто сбивается с метаязыка. е. На русский и все другие языки это вообще непереводимо и непередаваемо. . возвращаясь к экзистенциалу Verstehen и пояснив. что понимание (как истолкование. Через речь сам Dasein дает о себе знать. можно с определенной натяжкой сказать. по Хайдеггеру. Часовой вслушивается в окружающее молчание сущего. что. осмысление. расшифровка. особенно там. без предупреждений и пояснений. Dasein ся от этимологических экскурсов. где речь идет о создании им метаязыка этой философии. Поэтому. о строительстве моста к новому Началу. (Далеко не всегда говорение обнаруживает наличие разума. затмевая своим наличием его всесодержательную и всесодержащую животворящую тьму. Особое внимание Хайдеггер уделяет процессу слушания.) Хайдеггер пишет: «Человек выказывает себя как сущее через речь»(28). «понимающее». РЕЧЬ (REDE) «Находимость» (Befindlichkeit) и «понимание» (т. переходит спорадически от обычного. что человек выказывает себя именно как сущее (онтически). Язык как онтику Dasein'а следует «понимать» (verstehen) иначе. Язык — это Sein Dasein'а. но не «присваивающее» бытие (чтобы изгнать значение «брать»). по Хайдеггеру. В этом состоит важнейшая силовая линия всей хайдеггеровской философии. При этом важно. Хайдеггер Глава 3. вслушивания. то рискуем получить полную бессмыслицу вместо стройной и предельно внятной германоязычной философии. но это исток речи. рискуя усложнить текст. где речь идет о бытии. Выход я вижу в следующем. что Dasein есть «понимающее бытие» или. В «Sein und Zeit» и других работах первого периода Хайдеггер пользуется словом «Sein» во всех случаях. т. что древние греки в самом определении человека закладывали в качестве основного признака способность к речи — ζῷον λόγον ἕχον. Хайдеггер подчеркивает. Или другой пример. но всегда наличие Dasein'а. соответственно. Гераклит) до ее Конца (Ницше). что именно язык. расхожего понимания слова или термина к особому и специфическому только для его философии. хотя ни одно из этих слов не дает нам этимологического эквивалента Verstehen) является экзистенциалом Dasein'а. основанного на старой философии и. но обеспечив интеллектуальную и философскую ясность и определенность. а для метаязыка Хайдеггера имеет принципиальное и основополагающее значение. точнее. речь в ее чистом бытии. возвращается к обычному использованию. Поэтому речь и проявляемый ею язык уходят корнями в бытие. почему его нельзя в общем случае переводить как «понимание». стоящего ночью на посту в окружающей его абсолютной тьме.256 • Раздел 3. При этом в общем изложении можно отступать от этого правила и пользоваться некоторыми русскими словами без этимологических и терминологических уточнений. е. В самых важных. а не как человека. постижение. а не его грамматика и логика выражают глубинный фундаменталь-онтологический пласт Dasein'а. узловых моментах хайдеггеровской философии. что в речь как экзистенциал органической частью входят и слушание и молчание. Здесь важно. надо переводить как «говорящее животное». аппроксимативно. нежели с помощью логического аппарата. Dasein и его экзистенциалы • 257 подчеркивает. Парменид. На этом принципе основано все творчество Хайдеггера: при движении к новому Началу он обращается к языку как к экзистенциалу Dasein'а напрямую и на его основании созидает метаязык фундаменталь-онтологии как радикально отличный от языка западноевропейской философии — от первого Начала (Анаксимандр. а не латинской формулой «разумное животное» («animalis rationalis»).

STIMMUNG Другим экзистенциалом Dasein является «Stimmung». т. . Бытие и есть сущее и не есть. а также к картинам Винсента ван Гога. они должны были мыслить о вечных и неизменных принципах. «Stimme». а вчера было весело». где река речи берет свое первое начало. поэты и художники способны достичь в этом направлении самых дальних горизонтов. Dasein обязательно пребывает в одном из настроений. Глава 3. То он хохочет. нежели сама речь. и следуя разными путями. Хайдеггер считал философов и художников двумя типами людей. «безразличии»). то нежится. является более важным моментом. Dasein к той точке океана языка. самых недоступных высот. С точки зрения аутентичного экзистирования Dasein’a слышание речи. Отстраненность от настроения. «первоначало»). Stimme. но на разных горных пиках. Так же молчание: и вызывает к наличию речь. приравнивание Stimme к аффекту свидетельствует о свершившемся разделении Dasein'а на душу (сознание. В старой философии настроение считалось абсолютно второстепенным свойством. в новом Начале настроения неразделимо сопрягаются с мышлением и входят в него. Хайдеггер полагает. Dasein не может быть «сам по себе». то грустит.258 • Раздел 3. недостойным философа. звучать. Новалиса. Это очень интересное слово. Поэтому Хайдеггер для истолкования многих философских идей обращается к стихам Гельдерлина. Рильке. Stimme — это. и снимает ее во всеобъемлющей торжественности истины. о подмене вопроса о бытии вопросом о сущем и общем. поэтический экзистенциал. но движутся по разным траекториям. Невозможно представить себе. Они исходят из одного и того же Dasein'а. Оно одновременно означает и «голос». презиравших аффекты. и эти настроения Dasein'а влияют на модусы философствования в фундаменталь-онтологическом ключе. вдруг говорит: «Нам сегодня грустно. созерцать ἀρχή («архэ». и «мелодию». иначе говоря. то спокойно созерцает. лишенный экзистенциала Stimmung. которые поднимаются на одинаковую высоту. и «настроение». Увлекаемые настроением. νοῦς) и природу (φύσις). Сенеки или Марка Аврелия. е. Без этого он немыслим: мы не можем представить себе Dasein. Dasein и его экзистенциалы • 259 Dasein настроен. отстраненными. как какой-нибудь стоик. пребывать в ἀταραξία («атараксии». и «настрой». которые по своей значимости сопоставимы с высшими философскими прозрениями. ненастроенным: ведь сам по себе он не будет играть. об отчуждении и утрате соотнесенности с бытием. Если аффекты в старой философии считались низшими по отношению к мышлению. то плачет. Мыслители должны были быть безразличными. бесспорно. бесчувственными. то гневается. последователь Зенона Элейского. Георга Гейма. что это тезис ложной онтологии. нежели артикулированные человеческие и природные звуки. С этим связано особое отношение Хайдеггера к искусству (в частности. Речь и молчание могут быть уподоблены сущему и бытию. Настроенность Dasein — это тоже его экзистенциал. и к поэзии). а еще в большей степени вслушивание в живородящую тишину.

даже самое экстраординарное событие превращается в рутину. жесты. что не может служить предикатом столь фундаментального понятия. е. пропадает) в неаутентичном. но выражают разные аспекты его самого. РАСПАД (VERFALLEN) Так как Dasein экзистенциален. но чаще всего (более того. При этом мощь Dasein'а настолько велика. Соответственно. что происходит каждый день. то его экзистенциалы не являются чем-то добавочным к нему. Хайдеггер вводит важнейшее разделение в сам Dasein. Неаутентичность Dasein'а превращает в повседневное все — даже то. это его неотъемлемое и фундаментальное свойство. почти всегда) это не так. само по себе и не является. Он может экзистировать (и должен был бы экзистировать) аутентично. Он говорит о наличии у Dasein'а двух противоположных модусов бытия — «eigene» и «uneigene». включается в привычное. «Eigene» по-немецки означает «собственное». «принадлежащее только себе». чувства. что ею. удерживая в этом состоянии действия. быть может. когда он включен. банализируется. «сам». делает эту повседневность «пронизывающе пронзительной». в неаутентичном. «Обычность» и «необычность» предопределяются настроем Dasein'а. «свое». что она способна вовлечь в «повседневность» все. Это не некое добавление к Dasein'у со стороны (такой стороны нет). Dasein экзистирует в несобственном. происшествия. потому что «каждый день» происходит самое разное. мысли.. ГЛАВА 4 me`rŠemŠh)m{i pefhl }jghqŠhpnb`mh“ DASEIN'= • 261 Здесь важно отметить. и соответственно. Казалось бы. как Dasein. «Uneigene» — это «несобственное». Хайдеггер дает понять. превращает в нее все. Не они подпадают под «всепронизывающую повседневность». «неподлинное». Греческое слово «αὐθεντικός» образовано от корня «αὐτός». учреждает и конституирует ее. Неаутентичность экзистирования Dasein составляет одно из фундаментальных свойств именно Dasein. «свой». Неаутентичный режим экзистирования. Неаутентичный регистр экзистирования сам порождает «повседневность». открывается) в аутентичном модусе. так и в неаутентичном (uneigene) издании. пронизывающие лучи неаутентичности контролируют все. Введение этого фундаментального разделения приводит нас к описанию двух типов экзистирования Dasein'а. т. а скрывается (прячется.Глава 4. в неаутентичном модусе экзистенциалы Dasein'а выступают как выразители этой неаутентичности. но каждый на свой лад кон- . что является «уникальным» и «необычным». чаще встречающееся) состояние Dasein — это пребывание в неаутентичном. к разделению всех экзистенциалов на два модуса: каждый экзистенциал может рассматриваться как в аутентичном (eigene). иными словами. что «естественное» (по меньшей мере. Никто и ничто не способны ускользнуть от этого регистра. В неаутентичном модусе любое. какой легковесный термин — «повседневность». что значит «всепронизывающая» или «пронзительная повседневность».. Но этот термин не подразумевает того. При этом все формы неаутентичного экзистирования коренятся в аутентичной структуре Dasein. события. «отчужденное». ВСЕПРОНИЗЫВАЮЩАЯ ПОВСЕДНЕВНОСТЬ АУТЕНТИЧНОСТЬ И НЕАУТЕНТИЧНОСТЬ DASEIN'а Описав Dasein и его экзистенциалы. что Dasein проявляется (более не скрывается. Неаутентичность имеет в Dasein'е свои глубинные основания. Но и то и другое — и раскрытие и сокрытие — составляют сущность его существования. «неаутентичное». Это обычно переводится как «аутентичное» и «неаутентичное». В чем заключается сущность неаутентичного экзистирования Dasein? Хайдеггер называет это «durchdringliche Alltäglichkeit»(29). что близко соответствует немецкому «eigene».

зачем говорит. что болтовня — это речь. рассеиваться в энтропическом процессе. Именно поэтому история западноевропейской философии неумолимо движется к нигилизму: она воплощает в себе падение Dasein'а. его историей. Gerede звенит все громче и громче. но. рушится. Действуя в неаутентичном режиме. обращаясь ко всему и ни к кому одновременно. Болтовня привлекает внимание к фактичности (что также является экзистенциалом Dasein'а). любопытство (Neugierigkeit)(32) и двусмысленность (Zweideutlichkeit)(33). белый шум. • 263 Болтовня есть разновидность речи (в немецком языке это явно: Gerede — Rede). вот. которое невозможно выключить. В этом болтовня проявляет себя точно так же. о чем говорит. и даже не свойство отпавшего от «бытия-в-мире» мира. Глава 4. кто молчит (в данном случае помалкивает). фоновое бормотание. но свойство неаутентичного экзистирования Dasein'а. ветшание. Такое экзистирование своеобразно выражает. это грехопадение мира есть форма экзистирования Dasein как падения и распада. но отвлекает от бытия. но заполнить вопрошающее молчание потоком повседневных констатаций. а также того. каким он предстает в своем неаутентичном режиме. кто говорит. Болтовня — неотъемлемое свойство многих. Dasein падает. В болтовне невозможно ясно различить. разложение. и эта падшесть. спрашивающей о нем. погружающая в нее того. чтобы не сказать ничего. Мир отпадает от бытия-в-мире и становится миром. Например. становясь миром. модерирует и эмитирует фундаментальную стихию «броска». Она стремится высказать все. «вот. даже самых молчаливых и угрюмых персон (нелюдимые тихони внутри себя еще более болтливы). заведомо павший. к. Про себя люди постоянно . распадается. Падение это — падение в неаутентичность (Uneigentlichkeit). наполняет ее нескончаемым дискурсом. т. БОЛТОВНЯ (GEREDE) Другими свойствами неаутентичного Dasein'а являются болтовня (Gerede)(31). Всякий мир есть павший мир. «бытие-в-мире» в неаутентичном экзистировании Dasein'а становится «падением-в-мир».. к кому он обращается. кто слушает. Нескончаемое бормотание о ничтожном ткет структуру повседневности. является экзистенциалом Dasein'а. созидающая эту повседневность. разбросанность. Неаутентичный Dasein не выносит молчания как аспекта аутентичной речи. он становится миром распада. т. но. Тем самым он создает «повседневность» как рассеянность. Но падает не только мир. смешение. кто говорит. Это падение через по-падание в повседневность становится для Dasein его судьбой. вот». «заброшенность» (Geworfenheit) в неаутентичном Dasein'е превращается в «распад». повествующей о бытии. пронизанная повседневностью. и в результате появляется сам «мир» как таковой.. отчужденный от этого бытия. Различие в том. призывающей вслушаться в его голос. Это аффектирует и другие экзистенциалы. ничтожной. но не выдерживает и полноценной речи. «Вот» — звучит в болтовне (Gerede). Сам Dasein падает и по-падает в повседневность. как речь. к. оно звучит в нашем сознании. а не о «бытии» (Sein). оформляет. Gerede переходит к следующей теме ровно в тот момент. Голос бытия всегда тих. экзистенциалы Dasein'а творят повседневность. как своего рода тоталитарное радио. как речь. кому говорит. когда разум пытается осмыслить предыдущее. Болтовня переводит этот экзистенциал Dasein'а в сообщение о «вот» (da). Она представляет собой отвлеченное от самого говорящего и от того. Так. множественность. и точно так же. распадается на множественность. История Dasein'а в его неаутентичном режиме есть история его падения (как неаутентичного выражения заброшенности). оторвавшийся от «бытия-в-мире». Но это не свойство мира. Попытка сосредоточиться на смысле высказывания оканчивается неудачей. немедленно начинает тлеть. которая повествует о Dasein'е. В этом проявляется сам Dasein (хотя и в неаутентичном режиме). «разложение» (Verfallen)(30).262 • Раздел 3. Мир превращается в повседневный мир через включения Dasein'ом неаутентичного режима. Dasein ституирует ее. чтобы не оставалось вообще никаких шансов его услышать. именно ему свойственно речью повествовать о наличествующем в нем бытии. Неаутентичный режим экзистирования. поэтому фактичность становится несущественной. и того.

• 265 Dasein к постоянному скольжению от одного к другому по мере того. местами. неаутентичный Dasein превращает все в старое. как это «одно» становится привычным. в интенции неаутентичности заложено не исследование бытия в «поднятом». а значит. «распутывать») не несет на сей раз негативной коннотации. т. «спрашивать») ее о ее бытии. в невротическое желание знакомиться все с новыми и новыми видами. вещами. Сам факт видения ничего не сообщает Dasein'у. концепциями. блуждающим созерцанием. Мышление требует ограничения видимости. Любопытство и есть попытка присвоить. содержания. взять на себя. заложенное в «вот-бытии» (Dasein). никак не продвигает его в постижении бытия. ЛЮБОПЫТСТВО (NEUGIERIGKEIT) Понимание (Verstehen) превращается в любопытство. он слышит скрипы. Неаутентичный Dasein ничего не приобретает. позже — дикторов. братьев. чтобы это созерцание приоткрыло бытие созерцаемой вещи или самого Dasein'а. Видение — наименее онтическая из всех форм восприятия. Отсюда традиционные практики медитаций. сосредоточения на созерцании одного и того же. вращаются фрагменты слов. берет себе мир без его бытия. мыслей. крики рожениц. подчиненных. Но это аутентичный Dasein. далее включается непрерывный бубнеж папы. является фундаментальным свойством неаутентичного Dasein. Под такой же вздорный и бессмысленный рокот повседневно нанизанных друг на друга. телевизоров. от бытия. Когда человек только появляется в мир. Русское «любо-» (от «любовь») и «-пытство» (от «пытать». приватизировать мир. рассеивая в падении (а любопытство и есть падение понимания — Verstehen) свое главное свойство — бытие. тем больше у него шансов что-то осознать и осмыслить. дедушек. Но «быть привычным» не значит быть «понятым» («vertstanden»). то болтовня все равно продолжается. оторванный от своего бытия. «Neugierigkeit» в немецком языке дословно означает «жадность к новому». мамы. Чем меньше человек видел. мысли. В неаутентичном — все наоборот: его целью является накопле- . становятся постоянным и непрерывным блудным. концентрации внимания на одних и тех же предметах. Так Neugierigkeit становится бегством от смысла. в бессмысленное. кассиров. чтобы в следующий момент отбросить. Это и есть экзистенциальная болтовня неаутентичного Dasein. т. в sightseeing. репродуцируемые Dasein’ом в неаутентичном бытии. в их голове непрерывно что-то происходит. Неаутентичный режим экзистирования. Жадность к новому есть форма высшего невежества: перебегая от одного к другому и хватая все подряд. чтобы через секунду бросить. к. учителей. Повседневность заменяет видимостью (δόξα) осмысленное понимание (Verstehen) и погружает неаутентичный Dasein в непрерывную череду видимостей. и снова под конец — медсестер и докторов. шушуканье медсестер. «изучать». «вызнавать». ор младенцев (включая свой собственный). фраз. а значит. и любопытство по мере его удовлетворения только возрастает. а сам жест его «мнимого» присвоения. Неаутентичный Dasein «понимает» в смысле «поднимает» нечто. в болтовне ликвидируется. Она толкает Глава 4. хотя снова русское слово «понимание» здесь совсем не уместно. Когда человек умирает. т. к. Dasein говорят. т. Жадность к новому — намного более острое выражение тщеты неаутентичного Dasein'а. ни перехода к новому: любопытство может быть свойством вопрошающего одного и того же. администраторов. В болтовне Dasein забрасывается.. бряцание медицинских инструментов. не наделенных повествованием о бытии фраз человек уходит из жизни. Хайдеггер утверждает. состояниями. сестер. которое ни к чему не тяготеет. е. неинтересное. понятий. событиями без какого бы то ни было погружения в их бытие. Элементы.264 • Раздел 3. Она не имеет ни начала ни конца.. не вызывающее никакого подъема. начальников. самоуверенный басок докторов. если Dasein'у любо «пытать» («вопрошать». но только теряет. В то же время русское слово «любопытство» не означает этимологически ни попытки присвоения. что в любопытстве (Neugierigkeit) проявляется стремление человека видеть. бабушек. котов. «узнавать». к. может вызываться одной и той же вещью. страховых агентов. звоны. Видеть — значит не понимать.

. Бегство вовне означает конституирование мира как мира в отрыве от бытия-в-мире. следовательно. присущий Dasein'у как таковому. выпавший из бытия-в-мире. т. вращаясь в круговороте нарастающих. Во всех случаях неаутентичного экзистирования Dasein'а этот страх. и направление этого побега вовне создает мир — как то. который конституируется отрывом от бытия. Так как и то и другое суть противоположности смыслу. откуда. который автономизируется в ответ на страх. ни другого. Идеально с этим справляется телевизор. как правило. Бегство от бытия. она в первую очередь конституирует не того. куда падают. куда бегут. Неаутентичный режим экзистирования. Двусмысленность можно рассмотреть как наложение болтовни на жажду нового. это то же самое. привносит псевдодинамику мелькающих картин. подталкивает его к бегству. что создает фиктивный смысловой ряд как своего рода бубнящее постоянство псев- Глава 4. Так. Можно сопоставить между собой два экзистенциала неаутентичного Dasein'а — болтовню и любопытство. еще не изобретенный в период написания «Sein und Zeit». непрерывно путающую онтические вектора развертывания Dasein'а в направлении пространственных или временных горизонтов. может быть описан и как результат неаутентичной заброшенности. вечное возвращение одних и тех же бессмысленностей в форме Gerede дополняется «освежающим» потоком новых бессмысленностей в форме Neugierigkeit. В отличие от аутентичного Dasein'а. неопределенность. к тому. Dasein ние видимостей. Другая форма страха может быть вызвана как раз тем самым миром. бегущего от самого себя. как ком. куда падают и там уже распадаются. оказывается не в силах сосредоточиться и доказать онтологическую основу ни того. е. а в противоположном от мира направлении. которое схватывает в бытии-между именно бытие. привилегированной формой экзистирования неаутентичного Dasein'а. куда бегут от бытия. со своей стороны.. Любопытство же толкает его постоянно к новому. В болтовне (Gerede). заменяющих собой осмысленность. как отчужденность от мира. то оба процесса пребывают в десинхронизированном состоянии. Это бегство (или ускользание) характеризуется не тем. В этом случае бегство от бытия становится бегством от мира. Когда заброшенность становится падением и распадом. напротив. порождает в неаутентичном режиме постоянную двусмысленность. только не в мир. повторяется одно и то же.266 • Раздел 3. может осуществляться в двух направлениях: вовне и внутрь. сопутствующий бытию. что он «не видел» ранее. Тем самым телевидение является одним из высших воплощений пронизывающей повседневности и.. и двусмысленность получается как наложение друг на друга двух бессмысленностей (звуковой и визуальной). СТРАХ КАК БЕГСТВО В неаутентичном экзистировании страх. и это навязчивая бессмыслица не прекращается даже ночью. от того в Dasein'е. неаутентичный Dasein. Чем тотальнее способность к наблюдению. То. что Dasein всегда находится между (zwischen). страх бытия и страх как бытие. неопределенностей. как поворот от сущего и от бытия сущего. В этом случае это может быть также представлено как заброшенность. Этот мир как нечто самостоятельное становится результатом неаутентичного экзистирования Dasein'а. впадает в череду метаний между внешним и внутренним и. Вместе с тем тот же мир. размытость. внушенный внешним. что соответствует Sein'у. от чего бежать. Любопытство же. но то. ψυχή). • 267 досмыслов. Страх неаутентичный Dasein интерпретирует как страх перед бытием и превращает его в паническое бегство от бытия. тем бессмысленнее наблюдаемые картины. ДВУСМЫСЛЕННОСТЬ (ZWEIDEUTLICHKEIT) То. Бессмысленное повторение одного и того же в болтовне порождает в неаутентичном Dasein'е симуляцию постоянства. куда бежать. становится страхом перед бытием. и неаутентичный Dasein конституирует внутреннее измерение субъекта. но тем. кто падает. освобождающее его от ложных отождествлений с сущим вовне (φύσις) и сущим внутри (ἰδέα. когда человек закрывает глаза и ни на что не смотрит. Телевизор совмещает поток полуосмысленной сбивчивой информации с потоком образов.

действия. размытую и нефиксированную инстанцию. в распаде (Verfallen). «думают»). вместе взятые». и соответствующие формы передаются либо употреблением третьего лица глагола без личного местоимения («говорят». Так как Dasein открывается как бытие-с. Das Man — это главный актор и в то же время творец повседневности. становящегося референциальной точкой отсчета для всего и всех. заключения. и никто — он сам»(35). что человек не продумывает сам и что не продумывает кто-то другой. В русском языке прямого аналога этому нет. страшно сказать. концепции субъекта. В das Man. непререкаемой «истинностью».. В данном случае das Man — это не «я» отдельного человека. попадает в категорию «думают».. как «думают» (как думает das Man). Чем больше das Man утверждается в обоснованности своей деятельности и своих суждений. Das Man — это ответ на вопрос «кто?» в отношении неаутентичного Dasein'а. Das Man конституируется вместе с повседневностью как ее безличная персонификация. никто конкретно (ни по отдельности. «человек». На английский язык это выражение можно перевести как «they think». как ее центр. «мужчина». объекта и. ускользание. «man denkt». ему кажется. Это «кто?» Dasein'а в падении. «хорошо сидит». • 269 но. «поется»). Das Man является тем. «все думают». Хайдеггер вводит фигуру «das Man»(34). бегство от них.268 • Раздел 3. считающийся всем известным и самоочевидным. либо возвратным глаголом также без личного местоимения в третьем лице единственного числа («считается». заключения. В немецком языке это неологизм. Das Man падает. равно как и к подлинному состоянию самого себя. «считается». что переводится как «все говорят». наоборот. ни все вместе) не думает так. «думают. Плотность движения от ответственности. выводы и проекты. Во французском языке у «das Man» есть прямой аналог — «on». на него проецируются не ответственные утверждения. в неаутентичном режиме это означает перенос субъективности на некую неопределенную. «Бог» как онтологический конструкт неаутентичного Dasein'а учреждается его неспособностью по-настоящему обратиться к другому. выводы и проекты. Das Man — это «я» неаутентичного Dasein'а. как бытие-вместе. определенного. «муж» пишется как «der Mann» — существительное мужского рода и с двумя «n» на конце. В das Man выражается неаутентично взятый экзистенциал «бытия-с» (Mit-sein). фиксированный и конкретный рядом с ним или даже вдалеке от него. и не «ты». в современном немецком «Mensch»). самонавязывающимися. е. находящуюся (как и сам Dasein) между (zwischen). как и немецкое «Man» — от «der Mann». давящими. пишет Хайдеггер. тем более он нелеп и необоснован. Das Man — это сосредоточение двусмысленности (Zweideutlichkeit). что он. Das Man — это скорее никто. так же. «man sieht». Как правило. это его персонифицированное выражение. отказ от всякой ответственности за утверждения. «l'on» (который образован от французского «homme». «каждый есть другой. «все видят». система онтологических суждений. Глава 4. в котором не находится ничего конкретного. . условный субъект. но в данном случае английское «they» не имеет значение «они». ясного и прозрачного. именно он говорит о субъекте и объекте. напротив. ранее также «человек». порождает экзистирование das Man. «бога». Хайдеггер вводит «das Man» как выражение неаутентичного Dasein'а. В нем возникает и выстраивается цепь неаутентичных экзистенциалов. действия. «Мужчина». в его «изъявлениях» никогда не бывает однозначности и упорядоченности. не замечая этого. впавшего в повседневность. «l'homme». «все считают»). либо глаголом в третьем лице множественного числа с местоимением «все» («все думают». но тем не менее именно отсутствие персонифицированной в ком бы то ни было позиции и наделяет (нечленораздельные) «думы» das Man высшим авторитетом. к. То. Вместе с тем в немецком существуют такие формы: «man spricht». т. Неаутентичный режим экзистирования. но есть некий неопределенный. кто порождает неаутентичную онтологию. прочь от нее. т. но от этого они становятся все более обязательными. Dasein ФИГУРА DAS MAN Описывая экзистирование неаутентичного Dasein'а. и не «все. «они думают» (что напоминает русское «думают»). что». безусловностью и очевидностью. и не «он».

«реальность». хотя он уже в лапах . не задумывающееся о своей самости реальность. в отношении чего все согласны (хотя никого конкретно не спрашивали). Картина неаутентичного бытия. решимость. • 271 но принимаются. через das Man человек рассеивается в «падающем мире». в глазах Хайдеггера становится процессом фундаментального онтологического разложения — бурного. «мировоззрение». Можно предложить схему онтологического треугольника das Man'а. инстанции. Dasein По Хайдеггеру. страшного. возможно. ни доказать свои истоки и свой интеллектуальный генезис. Полагая внешнее — данным. сама возможность существования которых коренится во всепронизывающей повседневности и в глупой мудрости das Man. а значит. картина нашей привычной повседневности. множественными карикатурами на цельность. которое означает дословно «мудрость. человек. «я» становится цитированием неопределенной. — это нелепый безумец. «общество» и т. чем в лапы маньяка. Когда человек говорит «я». das Man вполне может обойтись и без «бога». Но все же он «на всякий случай» резервирует и эту высшую онтологическую инстанцию. человек снова действует в измерении das Man´а. подставляет вместо них ничто. Реальность. в которой сомнению подлежит все глубокое и проблематичное. надежный. т. «бог» (банальный. ленивый. в корнях которого вполне может скрываться неточность. перечеркивает его сущность и само его существование. материальный. Произнося «я». в отношении которой все согласились. одновременно. Попавший в лапы маньяка. Попасть под чары das Man´а и его «conventional wisdom» страшнее. но радостно и уверен- Глава 4. объективность. как надежная очевидность. форма его мудрствования. разумность. «реальное». Это и есть форма существования das Man. «ценности». личность. спокойный) Das Man повседневное «я». д. пустейшие химеры. куда может поместить — вместо «бога» — «идею». А не попавший — о нем вспомнить не может. Неаутентичный режим экзистирования. который вместо отношения к сущему через вопрошание о его бытии принимает его как самообоснованное данное. на самом деле в такой оптике представляет собой нечто страшное — катастрофу. чтобы экзистировать. сотканной из нас самих. плотский и очевидный Схема онтологических полюсов неаутентичного Dasein'а Конечно. Аналогичная ситуация возникает и с выражениями «объективное». но что не может ни указать. вспомнит о подлинном бытии. «государство». бездельничающий Бог («deus otiosis» историков религий) — это тоже творение das Man.. надежной и бездоказательной. Das Man всегда мыслит практически и поэтому создает свою повседневную онтологию. и особенно материальность — это глубоко нигилистические концепты. падение и разложение. твердой уверенности в надежности ошибочного и недоказуемого («я» и «реальность») и сомнения во всем остальном (подчас гораздо более обоснованном и самоочевидном) для него в целом достаточно. Этот «бог» спокоен. «идеалы». Мир. ежесекундного и постоянного. нелепость или откровенная натяжка.. наполненном зеркалами das Man'а. Das Man имеет и своего «бога». обычно открывающийся в повседневности das Man´у (и всем остальным) успокоительно. поскольку корректное философское осмысление местоимения первого лица в принципе делает невозможным его практическое использование. ошибка. говорящий «я». к. это das Man подталкивает его это сказать. кризис. что она есть мудрость» или представляет собой «общее место». В современном американском языке есть устойчивое выражение «conventional wisdom». внешний мир.270 • Раздел 3. объективность. Ленивый. аннигилирует их. ленив и никак не участвует в жизни людей. активного.

Это чрезвычайно важное пояснение. нежели сам Dasein. Саму неаутентичность Dasein'а Хайдеггер призывает мыслить позитивно. чтó есть. невнятности. как есть то. Во всех случаях и в обоих режимах — аутентичном и неаутентичном — мы имеем дело с одним и тем же: с Dasein'ом и его экзистированием. «бытия-в-мире» — в иллюзию объективности. Экзистируя неаутентично.. запутанности и гниении. «доброе»/«злое» и т. даже если эта дистрибуция выражается в нигилизме. «истинное»/«ложное». чуждое. несет ответственность только и исключительно Глава 4.. всепронизывающая повседневность — все это не нечто внешнее. превращает живое в мертвое. следует тщательно избегать любого намека на дуализм. тихим. его собственное решение (Entscheidung). человек пробудился бы. и до каких пор будет то. Неаутентичность экзистирования Dasein'а. Поэтому. как бы оно ни экзистировало. содержания. его собственный выбор. описывая das Man и его особенности. равно как и за аутентичность экзистирования. д. патологического. И если бы на секунду сознание хоть тенью коснулось этого настроения. Dasein все равно остается главным и единственным дистрибьютором бытия. иное. . д. центральность фигуры das Man'а. Das Man разделывает бытие. Неаутентичный режим экзистирования. ложной онтологии. что есть. чтобы избежать всякого намека на дуализм. что происходит в пронзительной повседневности. смысла. За неаутентичность. предопределяя. бессмысленности. нежели то. Это и есть он сам. а спасительное вопрошание — в удушающий и заведомо неверный ответ. насильственного. потому что нет ничего более чудовищного. Dasein маньяка. Здесь непригодны определения «плохое»/«хорошее». структур и ориентаций процессов. заставляет сущее гнить и разлагаться..272 • Раздел 3. «бытия-между» — в «двусмысленность» и т. отчуждении. • 273 Dasein. которое. Хайдеггер подчеркивает: «Das Man — это экзистенциал и как изначальный феномен принадлежит к позитивной структуре Dasein'а»(36). что есть. всегда выражает существование Dasein'а и только его. Именно он стоит в центре и является существованием всего. его разделывают спящим. уютно посапывающим. «понимания» — в «любопытство». трансформация его экзистенциалов: «заброшенности» — в «падение» и «разложение». DAS MAN КАК ЭКЗИСТЕНЦИАЛ DASEIN'а Чтобы понять мысль Хайдеггера.

что он существует как бытие. она. что они относятся к бытию. азъ есмь ты еси (он. сосредоточиться на чем-то другом (например. ускользнули. которых покинуло бытие. «почему». оно — ранее не личные. Аутентичность обнаруживается там. культивируя заброшенность и ее вопро- Что может сказать о себе «вот-бытие». вместо «бог» надо говорить только одно правильное первичное слово «есть». о «ней». но сам Dasein в своем экзистировании может обратиться с этим Sein двояким образом. в том. Но во всех этих аутентичных экзистенциалах главное — это концентрация на бытии во всех его модальностях и сочетаниях. вот-здесь (da). на чистом «da». Мы должны обращаться к нему с вопросом о нем самом. а потом уже «что». что это условные знаки. иногда исчезает. Вместо «я». а также с «conventional wisdom» das Man'а. рассмотренные ранее. А где же «есть»? Мы говорим о «я». «вот — бытие». Может сложиться впечатление. которое есть (ist) здесь. о «ребенке». КОТОРОЕ «ВОТ» И КОТОРОЕ ЕСТЬ АУТЕНТИЧНЫЙ DASEIN И БЫТИЕ Что такое аутентичность? Хайдеггер определяет ее как антитезу неаутентичности. «как». отмахнуться. аутентичном модусе? Оно может сказать только два последних страшных и прекрасных слова: «вот-бытие». что в нем превалирует бытие. мы сосредоточиваемся именно на бытии и через это сосредоточение осторожно и внимательно доходим до того. но нигде не указывается. что он сконцентрирован на возможности быть. в том. БЫТИЕ. о «мужчине». Некогда в русском языке глагол-связка «быть» в разных формах являлся непременным участником любых утвердительных предложений. «кто». Самое главное в аутентичном (eigene) Dasein — то. и бытие говорит нам сквозь них. со всеми характерными для нее версиями экзистенциалов — das Man'ом. стирается. Аутентичный Dasein экзистирует в том. пребывая в собственном. когда мы перестаем бежать от бытия в мир или в себя. что он есть. «когда». Наличие Sein заложено в Dasein'е. «где» это бытие. описанную через формы экзистирования. «инвалиде». е. «она — субъект уголовной ответственности». Но это «есть» все чаще выпадает. его «есмь». «любопытством». «двусмысленностью» и т.• 275 Глава 5. отвернуться. д. когда на вызов заброшенности мы отвечаем интенсивным осознанием находимости. В случае такого решения он вступает в режим неаутентичности и начинает экзистировать через развертывания «пронзительной повседневности». где мы уходим от неаутентичности. глагол «быть» спрягался и обязательно присутствовал в подобных формах. «зачем». «мы — молодцы». т. на том Sein (бытии). «где». о ком идет речь. на «вот»). что они есть. Раньше в церковнославянском языке такое было невозможно. но указательные местоимения) есть мы есмы вы есте (они) суть Поэтому фраза «я — ребенок» звучала бы так: «азъ чадо есмь». Он может отвлечься от него. что все. попятились и рухнули в «ничто». Но бытие ребенка. несовместимо с «я»: . не существуют. «паническим бегством». Сейчас мы говорим: «я — ребенок». «вот. «болтовней». но не позволяем находимости успокоить нас. пребывая в мире. когда. справляемся с бесконечной болтовней и любопытством. «мужчина — инвалид». Вначале «есть». Бытие было необходимым элементом грамматики. о «субъекте уголовной ответственности». вместо «мир». бытие есть». Аутентичный Dasein ГЛАВА 5 `rŠemŠh)m{i DASEIN сительность. и тогда Dasein будет развертываться в соответствии со своим фундаменталь-онтологическим режимом. или они сами от него сбежали.

но может быть не самим. она не просто совершила преступление. является священным. по-немецки Selbst. Он будет стараться быть мужчиной. тогда вместо него самого (Selbst) выступает das Man и другие неаутентичные экзистенциалы. Тогда безрукий. «Бытие-с» становится «бытием-с-бытием». но обращает все силы только к бытию. то нам перед этим бытием и ответ держать. Речь вещает о бытии. подростковое. Так же и с молодцами: если «мы есмы молодцы». и ужас.276 • Раздел 3. В таком случае Dasein этимологически концентрируется на самом себе как на бытии. Аутентичность Dasein'а — это его поворот к Sein'у. либо их носили как украшение. Поэтому мужчина. но этот поворот будет действительным только в том случае. Стоит вернуть бытие в это высказывание. а именно вот-здесь. Он может быть самим. «Она есть субъект уголовного права». решимость к открытию себя как бытия. кто его бросил. Страх превращается в ужас (Angst). и оно запретит себя произносить. «КТО» АУТЕНТИЧНОГО DASEIN'а Хайдеггер говорит о том. воскрешение татарского войска (в былине об Илье Муромце и Батыге и т. ужасающее и ужасающееся. Глава 5. На вопрос кто?(38) — аутентичный Dasein отвечает формулой «сам». в аутентичном экзистировании превращается в утверждение самости (selbst) Dasein'а. на что указывает бытие (Sein) как на свое присутствие (Dasein). в котором Dasein экзистирует аутентично. Пространственность(37) (Raumlichkeit) открывается как один из экзистенциалов Dasein'а. безногий и кривой были мужчинами. где похвальба влечет за собой черные чудеса — смерть (в былине о Федоре Буслаеве). тогда он есть. Selbst аутентичного Dasein'a состоит в его отождествлении с бытием. которое есть угроза и спасение. юношеское.). и вообще вылечится. Заброшенность и находимость применяется к бытию. загонять подальше от чистого сияния света бытия. но то. Но точка. и любой косой взгляд на раненного вражеской стрелой ветерана мог стоить тому. но ее бытие вращается в онтологии уголовного права. das Man живет всегда и . Это многократно обыгрывается в русских былинах. Пространство рождается из «вотбытия». но «вот». значит. значит. Бытие в таком случае мыслится не отдельно от «вот» («вот-здесь»). «Этот мужчина есть инвалид». в нем присутствующее и через него говорящее. не вовне и не внутри. то это бытие молодцами нас ко многому обязывает. даже без руки или глаза. обоих глаз. Повседневность не любит тематику смерти. «он сам». всегда будет стараться быть чем-то иным. и сами они и все остальные чтили в них бытие и мужественность. Dasein может быть. который эта концентрация бытия в фактичности Dasein'а внушает ему самому. нежели инвалидом. Значит. живым. через опору на бытие. Пространство есть развертывание «вот» (da) Dasein'а. «кто» является в подлинном Dasein'е. «между». а то и свернутой глотки. есть не произвольная абстрактная точка. Признать это — значит низвести его мужественность до инвалидности. и место такой на каторге. Бытие-в-мире превращается в бытие-в-бытии. если его осуществит сам Dasein. через решительный и сознательный поворот от пронзительной повседневности. Так. Sein. фундаменталь-онтологическим пространством. Можно подойти к аутентичной самости Dasein'a через отрицание das Man'а. а это противоречит мужественности. его желание и воля быть. который не распыляет и не заставляет бежать. Dasein «я» — это нечто отроческое. Аутентичный Dasein • 277 ПРОСТРАНСТВЕННОСТЬ КАК ЭКЗИСТЕНЦИАЛ DASEIN'а Пространство. а инвалидность свою будет репрессировать. грош ей цена. БЫТИЕ К СМЕРТИ (SEIN ZUM TODE) Важнейшим свойством Dasein'a в его аутентичном экзистировании является бытие к смерти(39). ее бытие опускается на уровень уголовного права. которое не где-то там. Если уж мы похвалились через бытие. глядишь. обнажающее свою конечность и принимающее ее. д. с которой оно начинается. инвалидность соотносится с его бытием. Раны воина в традиционном обществе либо вообще не замечались. не «там» и не «где-то там».

что оно есть. Не имея до и после себя ничего. е. Нагромождение множеств вещей и идей суть выражение страха Dasein'а перед своей смертностью и конечностью. любопытствует. мы бессмертны. Так он пытается ускользнуть от абсолютного ужаса и имитировать бессмертие. вне себя может полагать только небытие. Альтернативой является спокойное торжество ужаса (Angst) перед лицом ясно созерцаемой смерти. как только смерть обнаруживает себя как «здесь и сейчас». что есть и что может не быть. он сам в максимальной степени. т. равно как внутри и вовне себя. чтобы в аутентичном состоянии постулировать что-то вне себя. а душу переживаниями только для одной цели — чтобы укрыться от этого ужаса. То. и даже не бытием общим). который баррикадируется рассеиваемым множеством от простоты и суровости смертного момента. «ведать». Но укрыться от него можно. т. которое возникает именно через переключение в неаутентичный режим. Эта уловка работает в неаутентичном Dasein'е. Этот ужас есть верный признак наличия бытия. к. смерть внушает ужас только тому. — пишет Хайдеггер(41). он полностью сконцентрирован на своем бытии. Столкновение со смертью через ужас есть необходимое следствие первичности Dasein'a и его онтического статуса. — возникает наибольшая возможность Dasein'а перейти к аутентичному режиму. «Бытие-к-смерти. Dasein всегда искушает и насилует нас мыслью о том. но его как бы и нет. слишком нерасчленимо. — пишет Хайдеггер. Angst». чтобы его не было заметно ни со стороны смерти. — пишет он. Немецкое слово «Gewissen» означает одновременно и «совесть» и «сознание». как только смерть безо всяких промежуточных реальностей запущена в Dasein. еще не рассеян по множеству сущего. интересуется. смерть. е. Спокойная совесть неведома психологам. — есть сущностный ужас. движется. соответственно. Ужас есть приоритетная форма экзистирования аутентичного Dasein'a. Он непрерывно болтает. обычно совесть дает о себе знать. «ведать»). наполняет мир предметами. а внутреннего мира — пустыми. В русском языке — похожая этимология: «совесть» образовано от «со-» и «весть». там царит глубокий и совершенный ужас. как правило. аутентичный Dasein собран и консолидирован. — призывает самость (Selbst) Dasein'a из потерянности в das Man'е»(40). когда она нас укоряет. где присутствие смерти максимально. Das Man пытается всячески укрыть Dasein от столкновения с ужасом и бытием перед лицом смерти. она не снимает его. несущее чувствует себя в смерти прекрасно. к. Страх провоцирует наполнение внешнего мира вещами. Глава 5. Dasein конечен. он раскрывается в интенсивности абсолютного предельного ужаса. Бытие. СОВЕСТЬ (GEWISSEN) Хайдеггер описывает процесс вызывания Dasein'a к аутентичному бытию через введение в игру совести. будто бы он и. отчетливо. Ужас — противоположность страха. Когда он повернут к ней лицом и сосредоточен на ней. Но эта безопасность множества есть обратная сторона страха. ни со стороны бытия. Он как бы есть. т. что не есть. Аутентичный Dasein • 279 будучи бытием в полном смысле (не бытием частным. мелким и жалким. «Совесть. никакого ужаса не испытывает. Ужас она вызывает именно у сущего.278 • Раздел 3. который проистекает из молниеносного осознания Dasein'ом своей конечности. Gewissen — . Там. мыслями и переживаниями. Бытие всегда существует к смерти и перед смертью. заложенное в Dasein'е. ценой имитации небытия. Поэтому сам по себе в своем Selbst Dasein может вести диалог только со смертью и со стихией чистого ничто. т. Dasein может находиться в диалоге только с ничто. только отказавшись концентрироваться на бытии как на конечности. е. «Dasein есть взывающий и тот. Как только у Dasein'а проявляется внимание к смерти. В этом режиме страх превращается в ужас. Совесть поднимается из глубин Dasein'a и взывает его к сосредоточению внимания на бытии. В ужасе Dasein есть Dasein. тогда как немецкое «Gewissen» — от обобщающего префикса «ge-» и корня «wissen» («знать». В неаутентичном режиме Dasein прикидывается таким образом. Столкновение с этой стихией напрямую и есть состояние ужаса. т. смертен и присутствует перед лицом смерти. к кому взывают». но усугубляет. делает плоским. которое молниеносно отдает себе отчет в том. которое.

но в том. вины как таковой.) следует везде и всюду распознавать ее главного героя. Тогда-то не будет возможности скрыться от понимания высшей степени его виновности перед бытием. что это «da» не то. Осознание вины. то это неаутентичность именно Dasein'а. чтобы фундаментально демистифицировать философию и свести ее к той настоящей и главной точке. что везде. мы остались бы в иллюзиях относительно Dasein'а и его центральной роли в конституировании мира. Но поняв. которая не может быть отменена или преодолена. мысли. Самое главное не в том. И даже если мы имеем дело с неаутентичным режимом. И путь от «da» к «sein’y» лежит не в искуплении этой вины. учений и религиозных догматов. социальности. прислушивающийся к голосу совести. откуда она черпает свой исток и которая является главным персонажем истории бытия. пространства и времени. что им собственно и является. но тот же самый Dasein и те же самые его экзистенциалы. Глава 5. С точки зрения Хайдеггера. замазать вину. идеологии. речь идет о Dasein'е и только о нем. д. как неаутентичный Dasein ответственен за процесс развертывания всей западноевропейской философии от ее греческих досократических высот до бездонного падения в нигилизме Нового времени. скрытого под гигантским нагромождением теорий. мы отвоевываем возможность для понимания его структуры. систем. Но в этом промедлении. Но неаутентичное экзистирование вводит в действие не что-то иное. либо каким-то образом укрыться от осуждения. чтобы осудить неаутентичное и прорваться к аутентичному (хотя это так же важно). Dasein виноват абсолютным образом. Но только в неаутентичном состоянии он пытается либо оправдаться. человека. насколько бесконечно и абсолютно он виноват. Dasein'у лучше не совершать ничего предосудительного. которую нельзя искупить. Dasein это постоянное ощущение вины. он виновен в страхе. Вина Dasein’a в том. Dasein возвращается к тому. е. во всех наклонениях неподлинного экзистирования. он виновен в das Man. Аутентичный Dasein • 281 ПОЗИТИВНОСТЬ АНАЛИТИКИ DASEIN'а В ОБОИХ РЕЖИМАХ Аутентичный Dasein есть Dasein такой. который может быть и аутентичным. Он виновен в пронзительной повседневности. фундаментально виновен. Вскрывая Dasein там. каким оно должно было бы быть. посылаемое им само- . Для того чтобы почувствовать. Dasein принципиально. и даже в том. в постулировании реальности и «я». в этом «noch nicht» и состоит драма исторического присутствия «Dasein’a» как «Sein’a». помещенного в «da». а его экзистенциалы в аутентичном режиме выражают свою онтическую сущность как свойства этого Dasein'а. Вина Dasein'а всегда доказана и всегда абсолютна. Позитивность аналитики Dasein'а применительно к неаутентичному режиму состоит в том.280 • Раздел 3. где он особенно тщательно вуалирует себя. которую испытывает Dasein. чтобы осмыслить. что он находится в неподлинном режиме. что сам Dasein только по своей воле ничего в этом не может изменить. экономики и т. каков он есть. В этом жесте осознания и принятия вина становится проходом к горизонту подлинного другого Начала. т. Открывшись вине. а в ее глубоком осознании. напоминает Dasein'у. За всякую конкретную вину всегда можно расплатиться. с одним и тем же «вот-бытием». даже когда это малоочевидно. идей. всегда и заведомо. И под величественным и ничтожным зданием этой философии и ее последствий (культуры. Именно в этом состоит основной мотив «Sein und Zeit». причем чистой вины. «Noch nicht» не случайность и не ошибка. мы сможем расшифровать его послание. Но Dasein. политики. — это промедление с переходом от неаутентичного экзистирования к аутентичному. концепций. но может быть осознана и принята как вина. сознания. он виновен в любопытстве и болтовне. это конститутивная сторона «вот-бытия». Единственная вина. Не разматывая клубок отчуждающих и скрывающих неаутентичностей. поскольку через вину как через фундаментальный укор открывается ему подлинное бытие. в распаде и разложении. открывается в вине. где Хайдеггер старается на тысячи ладов подчеркнуть главную мысль: и в аутентичном и в неаутентичном Dasein'е мы имеем дело с одной и той же инстанцией.

что кроме обнаружения себя как бытия сущего (Sein des Seiende). не сущее (μή ὄν). Seyn есть Sein. а значит. и осуществления Ereignis’а. как он делает в 1930-е годы в цикле размышлений о проблеме Ereignis'а. Понимание бытия через сущее (Seiende) является истоком колоссального и прогрессирующего заблуждения. Если сфокусировать внимание именно на Dasein'е. но лишь один из его аспектов. «Seiendheit» по-немецки). Sein. а в конце Нового времени явный нигилизм человеческого (западноевропейского) мышления. Двигаясь по этому пути дальше. Парменида). сущее (Seiende) есть. Так. Согласно Хайдеггеру. Дело в том. Вторая часть предыдущей фразы — «но есть также и das Nichts (ничто) » — давала о себе знать через имплицитную разрушительность работы человеческого логоса. позволит подготовить основания для его прямого и полного самораскрытия во взрыве бытия. которая. В этом случае мы получим следующую картину. неверно понятое Seyn. через самосокрытие под личиной das Man'а. что им можно было пренебречь. априориями и т. что должно произойти при переходе к новому Началу философии. то его самосокрытие будет опознано как его косвенное самораскрытие. субъектом и объектом. Аутентичный Dasein • 283 аргументы ни принимала или отвергала. т. бытие (Seyn) есть вместе с тем и ничто (Nichts).). Это обобщение и было взято за бытие. концепциями. эта онтология завершается в философии Ницше. Анаксимандра. имя которой «западноевропейская философия». что бытие. DASEIN И SEYN В «Sein und Zeit» Хайдеггер еще не приходит к различию написания Sein через «i» и Seyn через «y». Чтобы кратко осветить проблему бытия в отношении к Dasein'у. что сущее есть. оно. поскольку включает в себя все и не исключает из себя ничего. будучи сущим (Seiende). д. убедительно демонстрирующего нигилизм философии Нового времени. Хайдеггер настаивает. Это различие является тончайшим. будучи взят эксклюзивно. болезни длиной в две с половиной тысячи лет. который. сведенное к Sein. по Хайдеггеру. к. они перешли от понимания бытия как признака сущего к обобщению этого онтического наблюдения и построению философии. тварными иерархиями. Позже Хайдеггер определит бытие как общее для сущего через Sein и именно к этой первичной операции сведет катастрофическую историю западной философии как прогрессирующего забвения о бытии.282 • Раздел 3. но есть также и das Nichts (ничто). пыталось напомнить о реальных пропорциях через вначале скрытый. все более отчуждающей сущее от его бытия и все более заменяющей его пред-ставлениями (идеями. и выражает бытие (Sein). которое присуще всем сущим (Seiende) как сущим (als Seiende). навсегда осталась в границах понимания бытия через сущее. . закрывает возможность понять бытие в полном смысле как Seyn. В основе мысли Хайдеггера лежит различие между бытием (Seyn) и сущим (Seiende). как бы ни формулировала вопрос о бытии и какие бы онтологические Глава 5. и значит. что сущее (Seiende) есть. где бытие мыслилось не просто как факт того. мысливших бытие через сущее (у Гераклита. но как то общее свойство (kοινὀν). Вместе с тем именно здесь. следует искать какой-то подвох. на этом основана вся дальнейшая философская онтология и вся западноевропейская метафизика. можно спроецировать среднего и позднего Хайдеггера на проблематику раннего. Dasein му себе столь необычным способом — через переворачивание собственных экзистенциалов. неразличимо тождественное с «бытийностью» («οὐσία» погречески. Рождаясь у досократиков. Но основные фундаменталь-онтологические ориентации его философии закладываются именно в ранний период. Так и поступали древние греки. кроме как через сущее (Seiende) и то. которое является общим для сущего. есть не бытие как таковое. которое иначе никак не может быть определено. тогда как в начале микроскопический зазор между Sein и Seyn был незаметен и казалось. Именно этим и объясняется конечный нигилизм западной философии и выход на сцену ничто в конце ее истории. через бегство от самого себя и отречение от собственного бытия.

а не Seiende. к. Dasein — это то сущее. именно Dasein называет сущее сущим. которое является бытием сущего. Будучи сущим. что бытие (Sein) ведет борьбу с сущим (Seiende). Бытие как Seyn в отношении сущего (Seiende) выступает как ничто. поэтому в слове Dasein присутствует Sein. Прямое обращение к слову не филологическая игра. его сбыванием. Хайдеггер предлагает перейти к новому Началу и помыслить Seyn напрямую — не через сущее (Seiende). Хайдеггер пишет в одном месте(42) о том. . как стартовая позиция построения фундаменталь-онтологии. к. т. Но это не обычное сущее среди сущих. Dasein через свое «da» («вот») является высветлением бытия (Seyn). есть сущее (Seiende). т. а иначе. тем самым Dasein «ничтожит» (уничтожает) его. движение к построению нового языка этой фундаменталь-онтологии. введенное в «Sein und Zeit». Dasein'ом и в Dasein'е. возможно. «говорящее животное». привлекая его к соучастию в событии. становится ключевым понятием для всей философии Хайдеггера и лежит в основе фундаменталь-онтологии и ее нового метаязыка. Поэтому Хайдеггер пишет(43): «Вначале необходимо провести разделение (между Seyn и Seiende) и выяснить его. Поэтому-то человек есть «животное. понятие «Dasein». они и есть форма экзистирования аутентичного Dasein'а. Dasein Так как этот цикл завершился. но прорыв к фундаменталь-онтологии. с одной стороны. к. Dasein. к. Называя сущее сущим. более того. оно есть то сущее. Dasein вводит в игру бытие (Sein). Dasein фундаментально отличен от других сущих. в то время как само сущее как таковое. Глава 5. Dasein — это не Da-Seiende. а затем его же и преодолеть». Тем самым Dasein подрывает сущее как воспринимающее свое бытие выражением бытия как общего для всего сущего. сбывании (Ereignis). Вне Dasein'а вообще невозможно вынести заключение о наличии или отсутствии сущего.284 • Раздел 3. Обе эти операции осуществляются через Dasein. с ним не совпадает. И первым и главным элементом этого языка является именно Dasein. и не догадывается. он первичен для них. т. имеющее логос». Как иначе? Этому служит Dasein как фундаментальное основание новой философии. Но через свое аутентичное экзистирование Dasein одновременно восстанавливает сущее в бытии (Seyn). что оно сущее. т. которое находится в этой борьбе на стороне бытия. Аутентичный Dasein • 285 Таким образом.

Zeit-время не находится вне Dasein'а. Дело в том. время конца времени. «связыванием (веревкой) одного с другим». напротив. «разрывать». Такое же значение имеет и латинская основа. Германское «Zeit» и латинское «tempus» «разделяют». д. Но у Dasein'а нет измерений. В русском же языке слово «время» звучит как мягкий. «вызывать появление плодов». как и в случае с «пониманием». выстроить новый метаязык. КОНЕЧНОСТЬ ZEIT-ВРЕМЕНИ Самое главное в хайдеггеровском понимании Zeit-времени — это то. отталкиваясь от них как от прямой речи Dasein'а о Sein. время. которые слились в спряжение одного и того же глагола. Dasein существует не в Zeit-времени. что семантика и этимология немецкого слова «Zeit» фундаментально отличается от семантики и этимологии русского слова «время». ни субъекта (как думал Кант). д. «связывает». созреванием плодов» и т. Zeitвремя не является также модусом субъекта. что означает «рубить». английское «time» и т. так или иначе восходят к общим индоевропейским праистокам. оно находится в Dasein'е. а корректно ли вообще переводить на русский язык «Sein und Zeit» как «Бытие и время». «соединяет». что оно не является свойством ни объекта (как думали эмпирики и материалисты). Отсюда немецкое «zeitigen» означает буквально «предопределять старт». Это создает серьезные трудности для понимания Хайдеггера. «отделять одно от другого». имеющим две формы — *«bhū-» (с изначальным значением «расти») и *«es-» (со значением «быть». «кру- • 287 тит». в связи с деревом». а также «не спешить с цветением. Дело в том. т. а перерезанное. не вьющееся.) все обстоит гораздо сложнее. «иметься». В отношении бытия так остро проблема не стоит. в каком-то смысле. т. Производные от русского «времени». Zeit имеет в этом языке центральное значение. Причем настолько фундаментально. но постановка вместо немецкого «Zeit» русского слова «время» навсегда блокирует для нас саму возможность понимания Хайдеггера. имеющего формы. что и в славянских. а русское «время». Dasein в . время-молния. Поэтому вновь самым корректным представляется сохранение в русском тексте немецкого слова «Zeit». «наличествовать»). не говоря уже о калькировании связанных с корнем «Zeit» образований или созвучных слов в философии Хайдеггера (например. Zeit-время поэтому надо понимать как бытие. и в германских языках корни. надо начать с того. что «Zeit» происходит от индоевропейского корня *«dá (i) ». напротив. «разрубают на мгновения».Глава 6. «повторением». пространственность (Raumlichkeit) является его экзистенциалом. Но. «делить». «приводить в движение» (предполагается. связанные с «бытием». «повторяет». что следует задаться вопросом. все же следует пойти по иному пути и предложить дико выглядящее выражение «Zeit-время». Главная книга Хайдеггера в таком случае имела бы название «Бытие и Zeit». Zeit-время и его горизонты ГЛАВА 6 ZEIT-bpel“ h ecn cnphgnmŠ{ ВВЕДЕНИЕ ВЫРАЖЕНИЯ «ZEIT-ВРЕМЯ» Чтобы хотя бы приблизительно понять философский подход Хайдеггера к проблеме времени. важнейшей задачей которого является привести концепты старой философии к исконному значению слов и на этом основании. убаюкивающий тон колыбельной. Поэтому «Sein und Zeit» мы переводим как «Бытие и Zeit-время». чтобы их можно было сорвать. Но вот со словом «Zeit» и латинским «tempus» (откуда франзузское «le temps». не могут иметь сходного смысла: «временеть». время-мгновение. «повременить» значит. Само звучание похоже на лязг остро наточенного ножа — Zeit. одноразовым образом). к. «zeitigen»). по определению. образующиеся от разных основ (это есть и в немецком и в русском языках). Русское слово «время» образовано от корня «вертеть» и по значению связано с «непрерывностью». е. «сохранить как можно дольше плод на ветке. нет пространства.

Zeit-время соотносится с вопросом Dasein'а о том. Это прыжок Dasein'а в Sein. является сам Dasein.288 • Раздел 3. к. экстатически предвосхищает это. и открывается это бытие исступления в будущее. Zeitвремя не может быть бесконечным. ни объекта. ни Zeit-времени. В Zeitвремени выступает само бытие как Seyn. момент Ereignis’а. что и выражено наличием самого Dasein'a. хотя еще не экзистирует аутентично (иначе будущее стало бы настоящим и прошлым). который. и то. Это постоянный концентрированный проект экзистирования Dasein'а в сторону его аутентичности. Поэтому. Тем. чье исступление содержится в будущем. Zeit-время и его горизонты • 289 Фундаменталь-онтологически понятое Zeit-время — это Zeit-время. второй — с настоящим. Поскольку Dasein конечен. Предельным горизонтом этого наброска является прыжок (Sprung). т. к. как существует бытие (Seyn). оно первичнее разлома. Поэтому Zeit-время развертывается и несет в себе события не само по себе. что в отличие от пространства. По-настоящему есть и было только то. на нем основанные. и есть сокрытие этой связи. ни бывшего не было бы. то они так или иначе связаны с моментом будущего. В каждом экстатическом горизонте Zeit-времени есть связь с бытием Dasein'а. что будет. самое тайное и . Важно. что было и есть. когда он становится бытием к смерти (Sein zum Tode). которая и конституирует остальные горизонты. но то. т. Zeit-время экзистенциалом не является. Dasein каком-то смысле есть Da-Zeit. Хайдеггер оспаривает бесконечность Zeit-времени. и будущее — от грядущего.. Zeit-время ис-ступает из себя в трех экстазах. соучаствует в бытии. т. к. а не склеивание. Zeit-время становится развертывающимся из точки будущего. в котором бытие в полной мере начинает быть. в отличие от перманентно присущих Dasein'у экзистенциалов. оно было и есть. Это третий экстаз Zeit-времени. через умолчание и неаутентичность. Но Dasein заканчивается тогда. Но через Ereignis и осознание Dasein'ом своей конечности и вступает в работу Zeit-время. Это членение есть разрыв. Этот момент Ereignis'а не может не быть и в других горизонтах Zeit-времени (в настоящем и бывшем). Поэтому Zeit-время не предшествует a priori Dasein’у. Это означает. разлом. — то конечно и Zeitвремя. смотрящим ей в глаза. Бытие не может быть помещено в Zeit-время. что будущее есть горизонт нового Начала. Это происходит через Ereignis. разрубание. по-гречески ἔξτασιζ («экстасис»). в какой это предвосхищение действительно. что есть сейчас. оно в каком-то смысле глубже и фундаментальнее даже экзистенциала. если тот экзистирует аутентично. Zeit-время уникально и одноразово. то. а не как сущее и онтологические конструкты. чтобы быть. то ни настоящего. Хайдеггер разделяет бывшее от прошедшего. есть. А раз они есть и были. е. определение Zeit'а есть разделение. и к тому. и в той мере. что будет (в будущем Sein = Seyn). было как бывшее только самое главное. и скорее совпадает с ним как фундаментальная конечность. Среди всего того. Глава 6. членение. т. но совпадает с Dasein’ом. В экстазе будущего бытие (Seyn) будет (wird wesen). экзистирует неаутентично. ТРИ ЭКСТАЗА ZEIT-ВРЕМЕНИ Выступление Seyn'а через Zeit-время Хайдеггер интерпретирует как три формы исступления. что принадлежит прошлому. в каковой Dasein есть бытие. Как только Dasein заканчивается. если бы это было не так. но его развертывает Dasein в своем решении к аутентичному экзистированию. Связь как несокрытость. но все же экзистирует. — это принципиальное его качество. что есть. ἀλήθεια. будет быть именно как бытие (Seyn). что соединяет эти три экстаза в экзистировании. истина бытия (Seyn) конституирует онтическое ядро горизонтов: это бывшее. Смысл Dasein'а — это набросок воли к тому. В той степени. являющегося экзистенциалом Dasein'а. Самый важный экстаз среди этих трех связан с будущим. настоящее — от того. пусть обратным образом. Все три горизонта имеют и неаутентичную модальность. чтобы мочь быть (Seinkonnen). что прошло. а также проблематичнее его. Первый экстаз Zeit-времени связан с бывшим. е. третий — с будущим. не остается ни субъекта. и тем самым. а не соединение. т.

группа трех аутентичных экстазов Zeitвремени порождает ту линию бытия (Seyn). т. что будет. хотя одну вершину от другой отделяют века. к. Поэтому бывшее есть сейчас. Zeit-время и его горизонты • 291 Для глубокого мышления современным является только глубокое. по Хайдеггеру. Эта ходьба горизонтов находится в сложных отношениях с бытием горизонтов. Вместо истории бытия (Seinsgeschichte) совокупность трех горизонтов неаутентичного экзистирования составляет бессмысленный слепок тщеты. Глава 6.290 • Раздел 3. которое может стать будущим. Dasein. То. а может — просто грядущим. Но то. что было в бывшем. Каждая философская эпоха имела свои вершины. «происходит». Хайдеггер описывал это как мгновенность и почти симультанность. что было. что происходит в настоящем. синхронизм подлинной мысли. . т. его не было. Zeit-время не предшествует Dasein'у. по-настоящему серьезная мысль (мысль о бытии) одного мыслящего подхватывается другим мыслящим как наиболее актуальная по измерению глубины. хотя оно и было в прошлом. уже есть и превращает прошлое в бывшее. а что-то только прошлым. в той степени. Точно так же и с настоящим: то. должен сделать фундаментальный выбор — между грядущим и будущим. е. что будет. Прошлое. и как таковое оно принадлежит только прошедшему. Точно так же и в настоящем и в грядущем. что есть как имеющее отношение к бытию (Seyn). а что-то прошло. е. в какой оно будет. есть. выбор об аутентичном экзистировании и вопрошании бытия (Seyn) напрямую. И наоборот. для грядущего. и. есть продолжение «ходьбы» («прошло». и то. «произошло». а преходящее в то. не может никуда исчезнуть. И то и другое суть приготовление того. тогда грядущее будет только грядущим. не может не быть. его не будет. и в какой-то мере. То. т. Прошлое в этой цепочке совершенно не понятно для происходящего. к какому бы горизонту оно ни принадлежало. они отделены друг от друга мгновениями и осмысляют себя современниками. а значит. т. что есть. а самым современным и глубоким является будущее как исполнение экстаза Zeit-времени в форме молниеносного одноразового и конечного Ereignis’а. Что-то из прошлого было. Если же он сделает выбор в пользу неаутентичного экзистирования. что-то было бывшим. в свою очередь. Тогда грядущее станет будущим. «грядет» — «будет идти дальше»). а остальное было просто прошедшим. Dasein самое неочевидное. раз уж оно уже было. а то. В этом состоит самый нерв Dasein'а. преходящее и грядущее составляют собой три неаутентичных экстаза Zeit-времени в трех горизонтах. которая делает все три горизонта современными друг другу. к.

Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. 63 Ontologie: Hermeneutik der Faktizität (1923). 58 Grundprobleme der Phänomenologie (1919). Bd. последний принес переводчику Каану Октену премию «перевод года» в 2008-м. Gesamtausgabe. Kant und das Problem der Metaphysik. довольно корректный и внятный. Bd. Bd. Idem. Nietzsches Lehre vom Willen zur Macht als Erkenntnis. Idem. 2006. Bd. Holzwege. 1989. 1939. Idem. Bd. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Tübingen. 25. Bd. 10 Der Satz vom Grund (1955–56). Beiträge zur Philosophie (vom Ereignis). 1990. 47. 6. Nietzsche: Der Wille zur Macht als Kunst. Aquin bis Kant. 8 Was heisst Denken? (1951–52). 14 Zur Sache des Denkens (1962–64). 2003). Gesamtausgabe. Bd. Uber den Anfang. Idem. Nietzsches II. Хайдеггер переведен на финский язык (Oleminen ja aika). Idem. 1986. 48. Einführung in die Metaphysik. Nietzsches Metaphysische Grundstellung im abendländischen Denken: Die ewige Wiederkehr des Gleichen. 1996. (8) Heidegger M. Есть хороший румынский перевод Лиичеану и Чоабы. Idem. Bd. 1938. Bd. Bd. Sein und Zeit (1927). Bd. Nietzsche I. 50. 70. 1991. 1937. Bd. 59 Phänomenologie der Anschauung und des Ausdrucks. 1936–39. 1989. 44. Idem. Gesamtausgabe. 11 Identität und Differenz (1955–57). 1931. 1998. 1998. но интересующимся Хайдеггером лучше все-таки немецкий выучить. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. 12 Unterwegs zur Sprache (1950–59). 1929. Nietzsche: Der europäische Nihilismus. 1993. Bd. 69. Особняком стоит книга «Holzwege» (Heidegger M. traduction d’Emmanuel Martineau. на самый крайний случай можно воспользоваться французскими или английскими переводами. Gesamtausgabe. Bd. 17 Einführung in die phänomenologische Forschung. Tubingen: Max Niemeyer verlag. (11) Heidegger M. 1985) и английский перевод (как ни странно. 56/57 Zur Bestimmung der Philosophie. 23 Geschichte der Philosophie von Thomas v. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. (2) Ранние феноменологические работы собраны в следующих томах полного собрания сочинений: Heidegger M. 1985. Nietzsches Metaphysik (1941–42).. Bd. Bd. 1939–46. 1988. 24 Die Grundprobleme der Phänomenologie (1927). Gesamtausgabe. 1989. Это: Heidegger M. Gesamtausgabe. 3. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Из славянских языков существует чешский перевод (Bytí a čas). Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. 1928. (7) Основные работы позднего Хайдеггера из полного собрания сочинений (Heidegger M. 46. Bd. Bd. Zu Platons Höhlengleichnis und Theätet. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. 1962). Geschichte der Philosophie von Thomas v. Bd. Idem. Не знающим немецкого языка. 20 Prolegomena zur Geschite des Zeitbegriffs (1925). Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. 1953. 1 Frühe Schriften (1912–16). Unzeitgemässe Betrachtung. несмотря на весьма слабую адаптивность английского языка к серьезной философии) Джона Маккуаэйра и Эдварда Робинсона (Heidegger M. Bd. Бытие и время. и. Gesamtausgabe. самая главная работа того периода: Heidegger M. Bd. пожалуй. 2005. 22.Примечания Примечания (1) Heidegger M. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. 64 Der Begriff der Zeit (1924). М. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. GA. Есть также датский (Væren og tid) и голландский (Zijn en tijd) переводы. Bd. правда. Bd. (3) Heidegger M. Gesamtausgabe. Gesamtausgabe. (5) На эти работы мы опирались в первом и частично во втором разделах данной книги. содержащая ключевые для понимания Хайдеггера тексты о философии и поэзии. 62 Phänomenologische Interpretationen ausgewählter Abhandlungen des Aristoteles zur Ontologie und Logik (1922). Тексты. AKA Der Beginn der neuzeitlichen Philosophie (1923). Bd. Есть два турецких перевода. Bd. Bd. Paris: Authentica. (10) Heidegger M. Aquin bis Kant (1926). Русский перевод Бибихина (Хайдеггер М. чем это. Brief über den Humanismus (1946). Gesamtausgabe. Être et temps. Theorie der philosophischen Begriffsbildung (1920). 22 Grundbegriffe der antiken Philosophie (1926). Bd. лучше ничего. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. 18 Grundbegriffe der aristotelischen Philosophie • 293 (1924). (6) Heidegger M. Bd. Einleitung in die Philosopie — Denken und Dichten (1944–45).1997) читать категорически не рекомендую — полный провал. Bd. Nietzsche II. 15 Seminare (1951– 73). Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Bd. 1990. Geschichte des Seyns (1938/1940). написанные непосредственно перед выходом «Sein und Zeit» и развивающие отдельные темы из будущей главной книги Хайдеггера: Bd. 1936. Существует хороший итальянский перевод Альфредо Марини. по завещанию автора совсем недавно. Metaphysische Anfangsgründe der Logik im Ausgang von Leibniz. Gesamtausgabe. Bd. Vom Wesen der Wahrheit. 1986. неудачный испанский Хосе Гаоса и чуть получше Хосе Эдуаро Ривьеры. Idem. 43. 65. уже после его смерти. Bd. New York: Harper & Row. изданная. 26. 69. Being and Time // Translated by John Macquarrie & Edward Robinson. Bd. 61 Phänomenologische Interpretationen zu Aristoteles: Einführung in die phänomenologische Forschung (1921). Bd. 19 Platon: Sophistes (1924). 34. Bd. Gesamtausgabe. 1940. Geschichte des Seyns (1938/1940). Bd. (9) Heidegger M. 21 Logik: Die frage nach der Wahrheit (1925). Gesamtausgabe. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Bd. (4) Heidegger M. 60 Phänomenologie des religiösen Lebens. . 1926. Приемлемы французский перевод Эммануэля Мартино (Heidegger M. Phänomenologie Interpretation von Kants Kritik der reinen Vernunft. Bd. 1978. 1949.

(22) Ibid. 1997. любую конструкцию. 1977. S. Примериваясь к осмыслению сущего. исключающая любые закрытые и необратимые траектории. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. Face de Dieu. 1983.294 • Раздел 3. Idem. S. 65. 1994. 1960. что в некоторых работах он пишет удивительно ясно. Сам Хайдеггер писал. (34) Ibid. 1979. S. L'homme de lumière dans le soufisme iranien. 274. Schelling) und die philosophische Problemlage der Gegenwart. 129. неуловимый для коварных стратегий ледяного рассудка огонь. 1989. 277. S. S. Его философия — это нечто противоположное системе. М. (39) Ibid. может показаться. которая есть тихий подлинный. Р. учению. 175. P. cit. Histoire de la philosophie islamique. тем светлее и яснее его мысль. Оp. S.: Buchet/Chastel. 1930. в ней самой. 170. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman. где мы очутились. который мы не можем обойти стороной. что греки называли Гераклита «Темным» за то. S. любую фиксацию. (42) Heidegger M. (16) Анри Корбен (Henri Corbin) — крупнейший французский философ.. Gesamtausgabe. S. (40) Ibid. . Без столкновения с этим богатством наше мышление недействительно. (28) Ibid. Погружал во тьму. но это выйдет нам боком. (37) Ibid. Sein und Zeit. Philosophie iranienne et philosophie comparée. Можно допустить. 1971. 1982. L'Imagination créatrice dans le soufisme d'Ibn'Arabî. 130–134. 249. от которой можно откладывать мыслительные вектора в самых разных направлениях. S.: Corbin H. (14) См. Frankfurt am Mein: Vittorio Klosterman.: REFL-book. Sein und Zeit. можем. те же зловещие тени европейского нигилизма. Р. 1929. На первый взгляд. поэзии. S. S. кого это подчас смущает. Это скорее сама животворная плоть мысли. 175. (25) Ibid. Hegel. S. Dasein (12) Heidegger M. Мы. 117. примеч. заметили бы те же самые тонкие всполохи «скудных времен». Р. 173. Idem. 1964. что мы наткнемся на эту точку и без Хайдеггера. (24) Ibid. 167. (18) Durand G. 160. к дешифровке философского наследия. Idem. Gesamtausgabe. (13) Heidegger M. специалист в иранской и исламской философии. (15) Heidegger M.. Les Structures anthropologiques de l'imaginaire. S. что Хайдеггер сознательно затемняет свою мысль. (32) Ibid. Bd. (33) Ibid. 1980.: Gallimard. Р. Вернее.: Éditions «Présence». 28. Р. филологи // Философия в трагическую эпоху. S. историк религии. Но Хайдеггер не дает нам никаких ответов и не указывает никаких путей. 114. (31) Ibid. S. Idem. 127. (20) Heidegger M. cit. (6). что в свете его гениальности их собственный интеллектуальный свет оборачивался убогой тенью. S. Оp. S. g`jk~)emhe u`ideccep h qhŠr`0h“ thknqnthh Философия Мартина Хайдеггера является тем моментом мышления. 2-e éd. Bd. S. Hegels Phänomenologie des Geistes. (17) Corbin H.: Flammarion. 180–200. Temps cyclique et gnose ismaélienne. S. S. S. 231–267. Р. «темный». теории. Gesamtausgabe. 110. Р. и те. (29) Ibid. Beiträge zur Philosophie (vom Ereignis). (43) Ibid. (38) Ibid. S. мистике. Он жег и слепил. S. Р. можно сказать наверняка: Хайдеггер есть точка отсчета. См. Idem. 165. Поэтому-то он и «ὁ Σκοτεινός».: Flammarion. к постижению временных и пространственных особенностей того. 1979. 126. все наоборот: чем непонятнее и туманнее его слова. (23) Ibid.: Buchet/Chastel. 1981. 52. 32. 140. Le paradoxe du monothéisme. но в этом случае мы открыли бы те же самые силовые линии. Idem. 134. Bd. (21) Ibid. (27) Ibid. 128. S. (36) Ibid. (41) Ibid. Хайдеггер — это вечно новая мысль в нас самих. 148. face de l’homme. На самом деле. удивляются. (19) Ницше Ф. Der Deutsche Idealismus (Fichte. (26) Ibid. (35) Ibid. (30) Ibid. 119.: l’Herne. тот же неразборчивый шепот утомленного и изношенного Dasein’a. Corps spirituel et Terre céleste: de L’Iran mazdéen á l’Iran shî’ite.

куда никогда не надо идти. Сейчас. И в нашем случае — только в одном направлении. что в своем брезгливом стремлении освободиться от иррационального западноевропейская философская мысль забыла сосредоточить внимание на самом главном — на таинстве собственного возникновения. будто выполнял свое предназначение. Ценой изначальной погрешности в постановке точки первого Начала. как надо было бы. Хайдеггер обосновал бездну европейского нигилизма через обретение в нем самом непоколебимого основания — «fundamentum inconcossum». с трепетом. надо будет от него не отступать. как от гладкой зеркальной плоти. Через отступление от возможности аутентичного Gevierta. свободное от неумолимой бездны конца. своего появления на свет из сумерек предфилософской дорациональной эпохи. Исследуя ревностно Начало мысли. в ужасающем паре полной свободы. необходимый для того. Когда? Всегда. «Все еще не» благодаря спокойному. избегающего жестких определений. в этой полутьме. страстно-равнодушному приятию утратило в философии Хайдеггера фатальность своего гипноза. «Четверицы» сняли бы фатальность сложных ложных путей западноевропейской метафизики. самую яркую и самую пронзительную похоронную речь. того. дало нам философию как то. он открыл для себя и для нас возможность жить и мыслить в стихии этого Начала. Но солнце на Западе не всходит. надо было. чтобы всего произошедшего не произошло. что свершилось и завершилось. от почитания Seyn-бытия как созидающего ничтожения и ничтожащего созидания. самую глубокую. В направлении от Seyn — бытия. непонятного. как есть. но чуть-чуть. и проходят токи философской судьбы. Мы больше не бьемся в его силках. как на «князе философов». историей западной цивилизации самую прекрасную. Другое Начало Хайдеггера не может быть обращено к людям Запада. чтобы двинуться по небосклону вверх с другой стороны. как начать второе Начало. от которой он отныне призван отразиться. Благодарные народы культур. что проделал Хайдеггер с историей философии. но и то. оно обращено к нам. Он говорил о том. И получилось. с полюсом ничто. о ком грезил Ницше. в стороне. смогут оценить величие и значение последнего мыслителя Запада. . угадывая торжественно и благодарно в последних дымящихся руинах западной культуры знак другого Начала. Там надо было поставить точку. «не совсем». если мы внимательно следили за развертыванием его грандиозного делания. кто грядут. Сам Хайдеггер четко видел: своим путем в бездну. но уже наверняка и достоверно знаем. Хайдеггер же погружался в этот полусвет с наслаждением. тех. Вчерне оно уже очерчено. Но эта точка была поставлена где-то рядом. Декарту. Проделав это. западной историей. не нервничаем. Второе Начало. западная метафизика очертила проект того. А смысл же заката. судьбы Запада и так или иначе связанной с ним судьбы человечества. Именно в нем завязалась некогда траектория истории человечества. То. имеем ли мы уже дело с мыслью или «пока еще нет». через Платона и Аристотеля к Августину. мы обрели самое главное. Но именно там. философия сбылась. Значит. на нем самом. Крохотность дистанции. погружением в стихию чиcтого нигилизма с двусмысленным гибельным гимном Gestell и технического развития Запад первым достиг нижней границы оставленности бытия и продемонстрировал своей жертвой не только то. противоречивого и невнятного. Луч достиг той точки. последнего человека Европы. мы отныне схватили. вместе с тем не зависит ни от чего. Другое Начало — дело будущего. мы не гадательно и произвольно. неточного. но все же ее наличие сделало Начало первым Началом. Через две точки можно провести только одну прямую.296 • Заключение Надо любить Хайдеггера. где еще неясно. но принимаем его таким. на микрон. уворачивающегося от систематизаций. хотя и зависит от экзистенциального выбора Dasein’a в пользу аутентичности. Совсем близко к полюсу ничто. струи Geviert’a. одну-единственную точку. предопределив все остальное — от Парменида. кто произнес над западной метафизикой. Хайдеггер и ситуация философии • 297 И вместе с этим. трагически оплаченной двумя с лишним тысячелетиями драматической истории Запада. отличных от западной. Гегелю и Ницше. где надо было ставить эту точку. Если бы эта поставленная первыми философами точка совпала с невидимым центром пустоты. с ужасом — так. что в Хайдеггере. ведущих к обрыву нигилизма.

Так и будет называться второй том моей книги. но фатально не находила слов. но… только по-настоящему и в настоящую философию — в ту. историю(2) мира(3). посвященный величайшему западному мыслителю. который дает на него Гёльдерлин?! «…И к чему поэты в скудные времена?» Слово «времена» указывает на мировую эпоху. u`ideccep. «отсутствием бога». Это «отсутствие бога». После того как «три настоящих» — Геракл. знаков. И это может быть только философия другого Начала. Отныне эпоха определяется удалением бога.298 • Заключение Эта книга мне представляется ровно половиной того. Мы ждали момента. j )elr on}Š{?(1) «…И к чему поэты в скудные времена?» Этот вопрос задает Гёльдерлин в своей элегии «Хлеб и вино». Не только бог и боги скрылись. и это время становится все более и более скудным. Ночь мира распростерла свой мрак. что не способно даже воспринять отсутствие бога как отсутствие. что мы ждали именно этого. силилась высказать нечто. Так как же нам понять смысл ответа. что мне хотелось бы сказать о Мартине Хайдеггере и другом Начале. Слово «бездна» (Abgrund) означало первоначально «почву» и «платформу». пропадает его основательность. Многие русские умы задавались вопросом: «Чего же мы ждем?» А ведь мы все время чего-то ждем… Рискну предположить. Для исторического опыта Гёльдерлина вместе с приходом и жертвой Христа начался конец дня богов. тайной русской грезы. Оно становится настолько скудным. вечер мировой эпохи стал клониться к ночи. ophknfemhe l. что русская мысль стояла под паром. не желая соучаствовать в конце западноевропейской философии. Но позже «бездна» . бормотала во сне. чтобы со всей нашей накопленной многовековой русской мощью вступить в философию. когда закончится Запад. наливалась кровавыми соками предчувствий. спрятанной глубоко внутри. к которой крепится снизу то. Нащупав точку этого другого Начала. мы попробуем двинуться дальше — в сторону возможности русской философии. не будучи ни солидарной. русская мысль ждала. — «Мартин Хайдеггер: возможность русской философии». Дионис и Христос — покинули этот мир. ни жизненно вовлеченной в ход развертывания западноевропейской метафизики. что подвешено к краю пропасти. предопределяя таким упорядочиванием и отталкиваясь от такого собирания. недостатком открывается и недостаток основания самого мира. остро переживаемое Гёльдерлином. Сегодня мы с трудом понимаем смысл этого вопроса. не отменяет сохранения христианского отношения к Богу у отдельных индивидуумов и церквей. человеческое пребывание в этой истории. которая будет достойна нашей молчаливой. Совершенно очевидно. что больше никакой бог не собирает ясно и прозрачно вокруг себя людей и вещи мира. Но с этим отсутствием. И наступил вечер. Время ночи мира — это скудные времена. «Отсутствие бога» означает. Может быть. частью которой мы являемся. но и сияние божественности потухло в мировой истории. образов. Отсутствие бога означает еще и нечто худшее. Ждала своего часа. Гёльдерлин не обесценивает этих отношений.

познает отметку бездны. несмотря на полное отсутствие покоя и мира. вопреки немыслимой нищете. потому что они выступили из при-сутствия. пока смертные не сделают поворот сами. 210) Гёльдерлин именует «бездну»: «та. говорит: Небесные могут не все. По выражению Гёльдерлина. Вот почему Гёльдерлин в незаконченном гимне «Мнемозина». восстающего из своей сокрытости. тогда. Потому что бог виноградной лозы сохраняет в этой лозе и ее ягодах изначальную взаимопринадлежность неба и земли как место брачного праздника богов и людей. наступает собственно отсутствие. что помечает собой все». несмотря на растущий хаос. которой та помечает. это их божественность. Долго тянется время. В мировую эпоху ночи мира ночь мира должна быть испытана и выставлена на созерцание. основания. священное — вот след убежавших богов. пока не обретут в повороте своей собственной сущности. В своем «Гимне Титанов» (IV. оставляет смертным. Тот смертный. именуемого с давних пор «бытием»(6). еще не М. т. Надо мыслить ночь мира по ту сторону пессимизма и оптимизма как нашу судьбу. которые. Смертные. даже ужас. своим братьям. т. потерявшим богов. подвешена в бездне. Им же поворот предназначен. К чему поэты? • 301 сейчас. у которой нет основания. что есть? Боги. «…И к чему поэты в скудные времена?» Гёльдерлин отвечает робкими словами из уст своего друга поэта Гейне. Но этого поворота они не сделают. когда затемняется сама скудость скудости. Хайдеггер. Вначале оно должно медленно достичь своей середины. Поворот этой мировой эпохи не может случиться через внезапное вторжение нового бога или через возвращение старого. чем остальные. что в скудные времена еще возможен поворот. Только в этом месте из всех возможных могут остаться без-божным людям следы убежавших богов. но это значит. что изменение курса(4) возможно. могут скорее достигнуть бездны. как священные жрецы. идут по их следу. когда люди предуготовят достойные и верно распределенные места. Стихия эфира. следы ушедших богов. е. на все страдания. А это зависит от того. чем «Хлеб и вино». посвященные богу вина. в которой божественность существует(7) (west). Долго тянется время. Смертные. понятый как единственное основание для поворота. Представить себе. если мы помыслим их в их собственной сути. Почва — это место корней и опора для стояния. посреди своей ночи такой след. это Дионис. В середине этой ночи скудость времен максимальна. Долго тянется скудное время мировой полночи. ближе к от-сутствию(5). век станет теперь полностью и исключительно скудными временами. кому удастся достичь бездны быстрее остальных и иным образом. всегда это «еще не сейчас». Но для этого необходимы те. вот. Скудость настолько затемняется. Так. Нищая эпоха даже не способна почувствовать больше свою нищету. по которому им . Но когда присутствие скрывается. Стихия эфира. что мир снова коснется основания. Возможно. Эта неспособность. которому был адресован вопрос: Но они. Мировая эпоха. чем небесные сущности. что пытается полностью скрыть свою скудость. мы можем. но все же достигает оно однажды истинного. Боги суть боги только в эфире. и есть самая крайняя точка скудных времен. Поэты — это те из смертных. ночь мира приближается сейчас к своей полночи. Так бездна охраняет и отмечает собой все. видимо. путь к повороту. ни на что не способен. смогут ли они достичь дна бездны быстрее.300 • Приложение стала означать полное отсутствие твердой почвы. бог вина. к. если сияние его божественности прежде не залило своим светом все. вернутся в «надлежащее время». несмотря на неизмеримую нужду. который был написан позже. исключительно отправляясь от бездны. воспевая торжественно бога вина. как ты говоришь. Для поэта это знаки. священна. К чему обратится он в своем возвращении. пока еще нет. что из страны в страну бредут по священной ночи. А может быть. которые «были раньше». следят за следами убежавших богов. если люди прежде не подготовят для него местопребывания? И как местопребывание бога сможет вместить его. кто достигнут дна бездны. только если допустить. очерчивая другим смертным.

конечно. Является ли Рильке поэтом в скудные времена? Как соотносится его поэтическое высказывание с нищетой эпохи? До какой отметки он погрузился в бездну? Докуда он дошел. Но при всем этом остается необходимость: испытать трезвой и строгой мыслью то. где это происходит. но каждому присужденная по-своему. если именно это забвение является скрытой сущностью нищеты скудной эпохи? Тогда мы выбрали неподходящий момент для эстетического бегства в поэзию Гёльдерлина. как только может. Чем больше эти следы стираются. Его стихи пребывают в этой области так доверительно. Тогда не следовало бы делать из фигуры поэта искусственный миф или искажать его поэтические высказывания. которое скрывает бытие. Это для «историзирующего»(13) литературного исследования покажется антинаучным насилием над тем. людям сегодняшнего дня. Третья строфа той же элегии. Нам же остается только научиться вслушиваться в высказывания таких поэтов. что в силу сущностной нищеты века состояние поэта и призвание поэта становятся для него поэтическим вопросом. расчленяя его. но стираются даже следы этих потерянных следов. который является подлинным поэтом в эту эпоху. Диалог для философии видится как беспомощное рассеивание. мы сталкиваемся с такой поэзией. Но. как я дошел до этого!» М. которая вопрошает «и к чему поэты в печальные времена?». К самой сущности поэта. Чем ближе ночь мира приближается к полночи. как никакая иная поэзия его времени. согласно которому тот продвигается дальше других. Это путь судьбы (Geschichte) бытия(12). принадлежащая самой судьбе бытия и этой судьбой поэту данная в осмысление. быть может. Хайдеггер. всегда есть мера. Но кто из смертных способен выследить эти следы? Эти следы часто невидимы и всегда есть наследство с трудом представимого существования. на который он осужден. оглашает положение. тем меньше отдельный смертный. куда только может. Вот почему во время ночи мира поэт сказует(8) священное. Мыслящая поэзия Гёльдерлина отметила эту область своей поэтической мыслью. В письме Белендорфу от 2 декабря 1802 года Гёльдерлин пишет: «И философский свет вокруг моего окна — теперь моя радость. он приведет нашу мысль в исторический (geschichtliche) диалог с поэтическим высказыванием. Приближается ли полдень или полночь. таким образом. Тем строже действует закон. Но судьба прокладывает свой путь. которая предопределена самой судьбой эпохи. если. — это открытость(11) бытия. ночь мира — это «священная ночь». Пространство. на этом пути поэт? Встречается ли нам поэт. воспевая песнь. К чему поэты? • 303 Поэт мыслит о том моменте. тем более полновластно правит нищета. раз поэт должен зайти так далеко. куда входят «Элегии Дуино» и . который сегодня постоянно яростно рвется к близости мысли и полупродуманной философии? Зададим этот вопрос более строго. смогу ли я сохранить в памяти. что оно числит известными фактами.302 • Приложение предстоит вернуться. что в области завершившейся западной метафизики отлилась в окончательную формулу. достигающий бездны. со всей присущей ему строгостью. кто заходит так далеко. Теряется не только священное как след божественности. заставляя нас схватывать время со стороны сущего(9). не обращая на это внимания. куда вступил Гёльдерлин. мы не поддадимся на уловки времени. стремясь подогнать их под философию. Поэтому «поэты в скудные времена» должны выразить поэтически суть поэзии. в котором пребывает поэт: Одна вещь остается незыблемой. Вот почему в языке Гёльдерлина. следить за следами убежавших богов. Быть поэтом в скудные времена — значит. относится то. Встречается ли нам. Если мы преуспеем на этом пути. который определяется такой вспышкой бытия(10). по пути. как только сможет? Отвечающее на этот вопрос стихотворение Рильке находится в двухтомнике. Там. чтобы ее сущность оставалась скрытой. способен заметить там намек или указание. что осталось непроизнесенным в сказанном в его стихах. туда идет и приходит каждый. эта открытость бытия внутри завершенной метафизики воплощает собой также предельное забвение бытия? И что. общая для всех.

Стихотворение без названия. Что такое сама эта песнь? Как смертные способны петь? Отталкиваясь от чего. самим Рильке опубликовано не было. т. в отношении ее устройства и ее метафизического единства еще недостаточно продумана. смерти и любви. Всякая завершенная вещь Возвращается в лоно Древнейшего. обратим наше внимание на стихотворение. Скудна сама эта скудость. я не был пассивен во всех направлениях. Песнь все еще парит над скудной землей. если исходить из самой сути метафизики. потому что поэтическое творчество Рильке по своей исторической орбите идет. в какой область их взаимной принадлежности есть бездна бытия. остается открытым. но и не уполномочены. Над изменением и потоком Все шире и свободнее. Остается также непонятным. чтобы так прийти к их согласованию? Стихотворение. в смысле последовательности и ранга. Я добавил здесь импро- . хронологически несколько позже этого пика. точнее. Эта область — истина сущего в том виде. которое мы попытаемся объяснить. При этом след священного становится неопознаваемым. не могут этого осознавать. ведущей в бездну. Рильке по-своему пережил и испытал запечатленную этим завершением несокрытость сущего. Они суть. Но смертные суть(14). песнь поется? До какой точки она проникает в бездну? Чтобы выяснить. которое родилось в период пика поэтического творчества Рильке. Еще звенит твоя прелюдия. Но остается песнь. Люди разучились любить. Как формы облаков. что такое след следа. Чтобы окинуть взглядом эту область. XIX) гласит: Быстро меняется мир.304 • Приложение «Сонеты к Орфею». которая именует землю. барон Люциус получил свою „Мальту“ перед моим отъездом в июне. На этом пути Рильке постепенно все яснее распознает скудость времени. к. чтобы выставить вовне внутреннейшую сущность поэзии и мысли в их радикальном разногласии. что чувствует себя одинаково уютно как в природе подлинной поэзии. область. Эти фундаментальные М. К чему поэты? • 305 пассажи могут быть поняты. что они смертны. Долгий путь к этим стихам поэтически вопросителен. где они были произнесены. попробуем оставить некоторые вехи на тропе. Слово певца все еще держит след священного. Это время скудно не только потому. Рильке написал его в июне 1924 года. потому что мы слабо знаем сущность метафизики и остаемся неопытными в сказе бытия. пока еще есть язык(15). Кто в наши дни может претендовать на то. Хайдеггер. к. достигается и продумывается чрезвычайно медленно и постепенно. Смертные больше не обладают своей собственной сутью. Песнь из «Сонетов к Орфею» (1-я часть. т. является ли Рильке поэтом в скудные времена. откуда они исходят. к. но еще и потому. что смертные едва ли осознают. Для толкования «Элегий» и «Сонетов» мы не только не подготовлены. и любовь. в каком она развернута в завершении всей западной метафизики философией Ницше. им утрачена несокрытость сущности боли. «к чему поэты». Неясно также. Осмыслять эту область трудно по двум причинам: во-первых. которая удаляется от той области бытия. Сокрытость же есть в той мере. только отталкиваясь от той области. и чтобы понять-таки. уже давно его благодарственное письмо готово к отправке тебе. вслед за Гельдерлином. а во-вторых. до какой степени он им является. т. как для Рильке показывает себя сущее как таковое в целом(16). так и в природе подлинной мысли? И тем более на то. Вопрос о том. Несколько фундаментальных фрагментов из поэтических трудов Рильке послужат нам такими вехами. что Бог умер. как обнаруживает себя такой след. Секрет боли непроницаем. Мы находим его в 8-м томе издания «Полного собрания сочинений» 1954 года и в собрании «Поздние стихотворения» 1935 года. В письме из Мюзо от 15 августа 1924 года к Кларе Рильке поэт говорит: «К счастью. Скудно время. воспринимаем ли мы священное как след божественности божественного. которой принадлежат и боль. Мы не готовы к толкованию «Элегий» и «Сонетов». область диалога между поэзией и мыслью открывается. Сейчас мы попытаемся посмотреть. или нам остался уже только след от самого священного. Смерть скрылась в загадочном. измерить. и смерть.

Мы имеем четыре части — стихи 1–5. вне укрытия. и то. Природа. В 9-й строке стихотворения «природа» также названа «жизнью». который отождествляется с ζωἠ. с другой — в том. В таком использовании Рильке слова «природа» еще звучит. именуется так не из противопоставления истории. А в строках 12–16 осмысляется значение этого различия. Бытие сущего есть воля(18). Рильке называет это стихотворение «импровизированными строчками». Структура стихотворения проста. Оно есть волимое(19). Сравнение помещает разное в равное. афоризм 582) писал: «Бытие — у нас нет иного . Равны между собой различные — растения и животные. Бытие есть vis primitive active (первичная действенная сила). 5–10. что мы видим вращающимся вокруг него. таковы: Как природа оставляет существа риску их глухих желаний и никого особенно не охраняет специально в бороздах и ветвях. нами рискуют. Эти живые существа — растения и животные. В начале 8-й Элегии в таком же сравнении им дается иное имя — «создания» («твари»). В строках 5–10 это уточняется. которое возводит каждое сущее к нему самому. XIII). его прообраз — φύσις. Воля — всесоставляющее собирание каждого существа (ens) к нему самому. 2-я часть. была не биологической. чтобы где-то в еще более широком кругу. мы осознаем только в это мгновение мировой истории. там. Поэтому мы говорим: сущее не только и не в первую очередь есть волимое. с одной стороны. всходов (Aufgehende). написанное с большой буквы. что Рильке называет природой. Хайдеггер. Также не противопоставляется природа и искусству. Всякое сущее как сущее есть в воле. в которой мы можем яснее осмыслить поэзию Рильке. Мы берем стихотворение как опыт поэтического самоосмысления. То. в конце концов. желаем его. Через «как в природе» и «так и мы» бытие человека становится главной темой стихотворения. В заметке 1885–1886 годов Ницше (в «Воле к власти». То. Она есть основание для истории. Это «разве что» ограничивает понятие «мы». где действует сила тяготения чистых сил. Но основание дано человеку иным образом. жизнь здесь обозначают бытие в смысле сущего в целом. что поэзия эта также является вопросом мышления. и человек. на один вздох рискованней… Это. Основание существ — это природа(17). Импровизированные стихи Рильке. и подчас даже рискуем больше (и не из-за интереса). Это тождество — тождество отношения всех сущих к их основе. чем растения или животные. Как волимое сущее есть своего рода в воле волящее. то. и то. чтобы подчеркнуть их различие. что нас в открытое отсылает. К чему поэты? • 307 ет определить бытие человека в сопоставлении с просто «существами». укрывает. там. согласно издателям этих писем из Мюзо. 12–16. Сравнение позволя- М. но воплощала в себе значение φύσις как распускания. Этому «мы» соответствует далее «разве что мы» в строке 5. само в форме воли. что нас. что мы привыкли переводить как «жизнь». сказать этому «да». это бытие без укрытия. В начале «как природа» соответствует в стихах 4–5 «так и мы». как Лейбниц понимал слово Natura. но сущее есть. Здесь надо мыслить природу в широком и сущностном смысле. поскольку оно есть. где нас коснется закон. нежели растению или животному. Разве что мы еще больше. отделяя его от другого. Основание и там и там о